• Жилище робинзонов
  • Пружинные матрацы, пуховые подушки и липовые простыни

  • Нитки, веревки, корзинки и горшки

  • Костры индейцев и полешко Дерсу Узала

  • ГЛАВА XI. БИВУАК ОХОТНИКОВ ЗА РАСТЕНИЯМИ

    Жилище робинзонов

    В дни весеннего расцвета,

    В светлый теплый месяц Листьев

    Он вигвам себе построил…

    (Лонгфелло)

    Нельзя же все время ходить по лесу, не имея пристанища! Для охотника за растениями неудобно среди дня возвращаться домой обедать или заходить на ночлег в деревню. Для него лес — это дом. В лесу можно жить даже с удобствами. Нужно только научиться хорошо использовать все то, что можно взять у природы.

    От ходьбы по полям и лесам вы устали. Уже одуванчик собрался закрывать свою корзиночку. Два часа, пора обедать.

    Где же разбить лагерь?

    Вот красивая опушка леса с песчаным косогором, под которым течет серебристый ручей. Место сухое, защищенное лесом от ветра и освещенное солнцем, вполне подходит для вашего бивуака. Тут так хорошо, что имеет смысл обосноваться на ночлег. Разбейте палатку, если у вас она есть. Но стоит ли вообще таскать с собой по лесам крышу для дома? Зачем, когда кругом лес и каждое дерево предлагает свой кров?

    Надо построить шалаш. Сначала сделайте остов. Вырубите четыре кола размером в 1,5— 2 метра (измерьте свой ремень, топорище и употребляйте их как эталон-мерило). Вбейте сначала два кола в землю наискось так, чтобы они скрещивались на высоте 1— 1,5 метра (учитывая ваш рост), затем на расстоянии 2 метров — другие два. Соедините их сверху длинной жердью и свяжите веревкой. Вырубая колья, оставляйте с одного бока сучки. На эти сучки с обеих сторон остова положите тонкие жерди. Нарубите широких, пушистых веток ели и, начиная снизу, вплетайте их ряд за рядом между жердями. Верхний ряд веток накладывайте на нижний, как кладут черепицу или дранку (щепу) на крышах; дождевая вода будет скатываться сверху. Если же ошибетесь и положите нижние ветки на верхние, то в этом месте дождь прольется в середину шалаша. Прикройте хорошенько конек — верх крыши — и заплетите ветками заднюю часть шалаша. Чтобы шалаш не свалился, лучше подпереть его с обеих сторон кольями с развилиной или привязать верх шалаша с обеих сторон к вбитым в землю колышкам, как это делается у палаток.

    Можно сделать шалаш и иначе. В землю вбить два кола с развилинами. На развилины положить жердь, а на жердь накладывать с обеих сторон наклонно палки, переплетая их, как решетку, прутьями, а затем еловыми ветками. Можно сделать не двускатный шалаш, а односкатный, вроде навеса.

    Если у вас нет времени долго возиться с большим шалашом, а надвигается гроза или наступает ночь, то возьмите большой кол и приложите его к разветвлению дерева. К колу приставьте палки, вбивая в землю нижние концы, а на палки кладите черепицей еловые или сосновые ветки. Это шалаш на скорую руку. Если же вы попали в сырое место, то лучше обосноваться на дереве, подобно дикарю из воздушной деревни. Отыщите широко разветвленное невысокое дерево, стоящее поодаль от леса: иву, березу, дуб или, в крайнем случае, сосну. Из палок, привязанных к веткам, сделайте помост, над которым устройте навес. Вот ваш зеленый домик и готов! Добро пожаловать на новоселье!

    Пружинные матрацы, пуховые подушки и липовые простыни

    Шалаш заброшенный я встретил на пути.

    Здесь мой ночлег, здесь я сниму поклажу,

    Из трав лесных себе постель налажу…

    (П. Комаров.)

    Сделав зеленую крышу, защищающую вас от дождя, ветра и холода, подумайте и о постели. Никогда не ложитесь на голую землю. Пригретая вашим телом, она будет испарять воду, которая увлажнит одежду, охладит ваше тело и может вызвать простуду. Особенно холодно спать под утро.

    У «лесных бродяг» есть правило: чтобы тепло было спать, нужно иметь столько же одеял под собой, сколько и на себе. Наконец, на голой земле спать неудобно: усталое за день тело не отдохнет как следует, и после такого сна вы на следующий день будете плохим охотником.

    Итак, попробуйте сделать хорошую постель в своем шалаше.

    Нарубите веток ели или сосны. Воткните под углом нижние концы в землю рядами, как черепицу. Положите по краям четыре тонкие жерди (две длинные, две короткие) и скрепите в углах вбитыми в землю колышками. Потрогайте вашу постель: она пружинит, как хороший матрац. На ней не только мягко, но и тепло спать, так как между хвоей много воздуха, как в меховой шубе.

    Хороша постель и из вереска. В книге Т. Смоллета «Путешествие Хамфри Клинкера» один из героев романа пишет приятелю: «Нам с дядюшкой отвели отдельные комнаты с пуховиками, которые мы просили заменить подстилками из вереска, и, право же, никогда не случалось мне спать так сладко. Такая постель не только мягка, но и упруга; к тому же вереск, в пору цветения, распространяет приятный аромат, который удивительно освежает и бодрит».

    Теперь изготовьте подушку. Вытрясите вещевой мешок и идите на лесную вырубку, где растет знакомый вам иван-чай. Набейте свой вещевой мешок пухом семян иван-чая. Если поблизости его не найдете, то можно использовать пух соцветий также известного вам рогоза, что растет по берегам водоемов.

    Прекрасный белый пух дает растущая на болотных кочках и сырых лугах пушица. Белые султанчики ее длинных шелковистых волосков видны издали, как снег среди лета. Пух пушицы напоминает хлопок, вату, и недаром греки назвали пушицу «ериофорум» (Eriophorum), то есть «несущая шерсть». Пушица имеет отдаленное сходство с хлопчатником. В средние века хлопчатник и принимали за ягненка, растущего, как растение.

    В «Истории растений» в 1681 году Дюре писал о хлопчатнике: «По виду он был похож на ягненка, и из его пупка рос стебель или корень, посредством которого этот зоофит, или растение-животное, придерживался. Охотники, отправлявшиеся на поиски хлопчатника, не могли захватить его силой, или сдвинуть его с места, пока им не удавалось перерезать стебель, после чего животное тотчас же падало, распростертое на земле, и умирало».

    Из этого описания ясно, что Дюре никогда не видел хлопчатника, а писал со слов фантазеров или шутников. О пушице вы таких небылиц не скажете, хотя ее пух и похож на хлопчатник.

    Сделав пуховую подушку, нужно подумать о матраце и одеяле.

    Сначала сделайте походный ткацкий станок. Вбейте шесть-семь кольев на расстоянии 15— 20 сантиметров друг от друга. Против них на расстоянии 1— 1,5 метра вбейте два кола, к которым привяжите поперек палку. От каждого кола к палке натяните по веревке. Затем привяжите к палке же шесть-семь веревок длиною в 2 метра. Концы этих веревок прикрепите к другой палке, держать которую попросите своего товарища. Пусть ваш товарищ то поднимает, то опускает палку, а вы подсовывайте под веревки то снизу, то сверху длинные пучки соломы, сухой травы или мха, листья рогоза или трехгранные стебли крупных осок, растущих на болоте.

    Осока считается «теплой» травой. В полярных странах ее кладут в обувь. Фритьоф Нансен во время первой экспедиции в 1894 году заезжал на побережье полярной Сибири специально за «теплой травой» для обуви.

    Закончив матрац, подтяните веревки, отвяжите их от кольев и палок и закрепите на концах матраца.

    Вот и все. Если вы брали толстые пучки растений, то у вас будет хороший тюфяк; если тонкие, то получится неплохое одеяло. На таком станке можно соткать и «простыню» — рогожу.

    В лиственных лесах встречается замечательное дерево с черным стволом — липа. Приятный аромат его незаметных цветков в июле — августе далеко разносится, привлекая пчел. И недаром пчелы летят к этому дереву.

    Одно дерево липы дает столько меда, сколько целый гектар гречишного поля. Большое дерево в период цветения дает до 12 килограммов меда. В одном цветке липы содержится 12 миллиграммов нектара. Липовый мед считается самым лучшим.

    Сорвите соцветие зеленовато-желтых цветков липы. Сколько в них лепестков и тычинок? Над пучком или полузонтиком цветков заметно большое крылышко, которое прикрывает их от дождя (цветочная пыльца лопается от воды), а когда из цветков образуются орешки, то это крылышко, как бумеранг, будет способствовать дальности полета их. По этому крылу липе и дано научное название тилия (Tilia), от греческого слова «ptilon» — «крыло». Цветки липы собирают и засушивают для чая, имеющего лекарственное значение.

    Чай из липового цвета — старейшее излюбленное лекарство, «изгоняющее простуду потом»; цветки липы применяются при изготовлении ликеров и коньяка. В плодиках липы довольно много, до 12 процентов, съедобного масла, похожего на миндальное. Из мягкой древесины вырезывают ложки, игрушки и другие изделия.

    Липа — дерево садов и городских бульваров. В ее изящной густой кроне красиво переливаются свет и тени. Листва на ветвях расположена как бы слоями. Крона лип при обрезке в городах бывает совершенно круглой, яйцевидной или четырехугольной.

    Листья у липы сердцевидны. «За нежный красивый облик липы древние славяне посвятили ее Ладе — богине любви и красоты. Липа — одно из наиболее долговечных деревьев.

    Обыкновенно липы садят в городах, но был случай, когда город построили у липы.

    Это город Нейштадт ан-дер-Линде, то есть «Новый город у липы». Липе, около которой был построен город, 700 лет. В 1504 году ее громадные ветви были подперты шестьюдесятью четырьмя каменными столбами, а через 54 года для сохранности обнесли ее четырехугольной стеною с проездами. Ствол этой липы — 12 метров в обхвате. Старая липа, от которой произошло название города, окружена заботой и почетом всех горожан.

    Но сейчас нас интересует луб, находящийся в коре липы. Содранную со срубленной липы кору (лучше весной или в июне, когда кора легче отделяется) разминают и от нее ножом отделяют часть луба. Чем моложе дерево, тем тоньше и мягче луб, или лыко. Из сырого лыка молодых липок плетут лапти, а из луба тридцати-пятидесятилетних лип делают рогожи. При этом кору липы вымачивают месяца два в тихих речках и прудах. От вымоченной коры отдирают луб — мочало.

    У нас нет времени ждать, пока мочало вымокнет. Возьмем деревцо помоложе. Длинные ленты луба привяжем на станок, как и веревки, только больше вобьем кольев, чтобы ткань была плотнее.

    Таким образом мы изготовим липовую или рогожную простыню, скатерть, занавес или ткань, из которой можно сшить мешок.

    Теперь постель у вас готова, и ночью вы будете спать превосходно, не хуже, чем дома. Мягко, тепло, а кругом аромат леса! И зеленая хвойная крыша над вами будет навевать вам приятные сны.

    Кстати, знаете ли вы то дерево, ветки которого вы использовали для постройки своего лесного жилья? Вы скажете: «Обыкновенная елка. Что про нее скажешь!» А между тем это очень интересное и полезное дерево.

    Ель дает человеку очень много ценного. Из ели получают смолу, отчего по-латыни она и называется пицеа (Picea), от слова «пике» (pix)— «смола». Кора ее идет на дубление кож. Древесину ели перерабатывают в целлюлозу, из которой получают искусственный шелк, или вискозу, бездымный порох — пироксилин — и целлулоид. Из целлулоида изготовляют гребенки, киноленты, фотопластинки. Главная же ценность ели в том, что она способствует развитию культуры; ее древесина идет на бумагу, которой изготовляется в год во всем мире столько, что, разостлав бумажные листы, можно было бы обернуть ими весь земной шар, как головку сыра. Кроме того, ель — «музыкальное» дерево: ее древесина поет в скрипках, виолончелях, роялях.

    А елка под Новый год! Сколько радости приносит она детям!

    Наряженная в золотистые цепи и блестки, увешанная красивыми игрушками, сияющая горящими лампочками, она вносит зимою в комнату смолистый запах леса.

    Еловые леса темны и мрачны. Но если посмотреть на одиноко стоящую ель, то она, создающая вначале впечатление грусти, в то же время своей заостренной кверху готической формой говорит о силе упорства, о возвышенном стремлении ввысь. А маленькие пушистые елочки просто обаятельны.

    Вот вы лежите на еловой «пружинной» постели, над вами еловая крыша. Подумайте, как многообразно использует человек давно знакомые вам растения! Как много в зеленом мире еще не открытых тайн, как много интересного в его жизни!

    Нитки, веревки, корзинки и горшки

    Несколько молодых девушек и мальчиков плели, сидя на земле, циновки из листьев кокосовой пальмы.

    (Н. Н. Миклухо-Маклай)

    В походе в лесу частенько рвется одежда. Требуются нитки для срочного ремонта. Нужны веревки для разных работ: изготовления матрацев, постройки шалаша.

    Нитки и ткани делают из льна.

    «Кому не знакома яркая, сочная зелень, по которой еще издали можно узнать полосу, засеянную льном? Кто не видал вблизи его тонких, стройных былинок с голубыми, слегка поникшими цветами?» — спрашивает К. А. Тимирязев в одной из своих книг.

    Конечно, есть некоторые мальчики и девочки, которые, может быть, и видели лен, но не все знают, что это за растение. А растение это было известно людям еще в каменном веке: его остатки найдены в древнейших свайных постройках на швейцарских озерах. Льняные ткани носили в Ассирии и Вавилоне. В гробницах египетских пирамид мумии забинтованы льняным полотном. Нашим предкам славянам лен также был хорошо известен. Арабский путешественник Ибн-Фоцла в 921 году видел на Волге славян, носивших уже полотняную одежду. Остатки льняной одежды находили в курганах X века.

    В Древней Руси лен считался важнейшим растением, его сеяли первым по гари от выжженного леса. Лен всегда возделывали в больших количествах в России.

    Английский путешественник Ричард Ченслер, посетивший Россию в XVI веке, писал в своей книге «Торговля в Московии»: «К западу от Холмогор находился город Новгород, около которого растет прекрасный лен… Голландские купцы имеют в Новгороде свой складочный дом; очень много в Новгороде и кожи, равно как и в городе Пскове, в окрестностях которого великое изобилие льна…»

    Во времена Петра Первого ученый-самородок И. Посошков в «Книге о скудости и богатстве» утверждал: «Я чаю, что мочно нам на всю Европу полотен наготовить, и перед нынешнею ценою гораздо уступнее продавать им мочно; чем им от наших материалов богатиться, то лучше нам, россиянам, от своих вещей питатися и богатитися».

    Родина льна — Южная Азия, Персия, Индия и побережье Средиземного моря, где и теперь встречаются дикорастущие виды льна.

    Лен у нас растет только на возделываемых полях. Поэтому в лугах и лесах нам придется искать другие прядильные растения. И они есть. Самым распространенным прядильным растением является обыкновенная крапива.

    Хотя в старой пословице и говорится о ней: «Злое семя крапива, не сварить из него пива», но это не совсем так. Уже в рукописном «Травнике» отмечались положительные качества этого растения: «Крапива полезна от ломотного ревматизма и простуды. Для сего крапиву вяжут и нажигают больное место, а крапива должна быть только перед тем сорвана». Особенно же ценна крапива как витаминное растение, появляющееся ранней весной.

    Сок крапивы в медицине используется как кровеостанавливающее средство. Вареные семена крапивы — хороший корм для кур, увеличивающий яйценоскость.

    В крапиве много (до 5%) хлорофилла, который употребляется как зеленая краска для окраски пищевых продуктов, мыла, духов и тканей.

    Латинское название крапивы — уртика (Urtica); происходит оно от слова «урере» (urere) — «жечь». Крапива жжет муравьиной кислотой, которая впрыскивается под кожу, как шприцем, ее бутылочковидными клетками-волосками. Их кончик при прикосновении к телу обламывается, острые края вонзаются в кожу, и из клетки-бутылочки выливается жгучая кислота. Рассмотрите в микроскоп эту жгучую клеточку.

    На острове Ява и в Индии есть такие виды крапивы, ожог которых так же опасен, как укус змеи.

    Но вернемся к ниткам и веревкам. На Сахалине население из племени айнов еще недавно использовало крапиву для получения волокна. Поздней осенью айны собирают сухие стебли крапивы и, положив на наклонно поставленное бревно, отдирают острым краем раковины волокно и древесину (кострику). Работают в рукавицах, чтобы не обжечь рук. Волокно промывают в воде и развешивают сушить. Для отбелки расстилают зимой на снегу или влажное волокно растягивают на раме и отбеливают на солнце. Из волокна сучат нитки, обладающие большой прочностью, их употребляют для шитья одежды и обуви. Из них выделывают ткани.

    Рыболовы Камчатки плели из крапивного волокна сети, которые отличались крепостью, легкостью, долго не намокали в воде и не гнили.

    На Камчатке растет на редкость высокая с прочным волокном крапива. Сто лет назад камчадалы и русские ткали из нее полотно.

    Волокно из крапивы использовалось первобытным человеком, но и в Европе еще в середине XIX столетия из крапивы делали ткани и сита для процеживания меда и просеивания муки.

    Из крапивы же мы можем добыть волокно сразу по способу айнов, без отбелки.

    Волокно, как вы помните, могут дать нам стебли иван-чая и белого донника. Небольшие нитки можно вытянуть из листьев подорожника. Иголки, да заодно и гвозди, могут быть заменены шипами и колючками кратегуса и других кустарников. Неплохая толстая игла выходит из заостренной и отшлифованной еловой палочки. Ушко иглы прожигают раскаленной проволокой.

    Для грубого связывания используйте ползучую ежевику и кору ивы, которая распространена повсеместно по берегам рек. Ивовые ветки идут на плетение корзин, которые и вам могут пригодиться для сбора грибов, ягод и даже для изготовления горшков.

    Плакучая ива с красиво свисающими ветвями не всегда росла у нас. Она попала двести лет назад в Западную Азию из Китая. Одна веточка, вплетенная в корзину с винными ягодами, была прислана из Азии в Европу. Корзину выбросили, а из ветки выросла первая плакучая ива в Европе.

    В Китае иву считали символом памяти, как у нас незабудки. Перед разлукой друзья приходили на берег реки и, сорвав по ветке ивы, дарили их другу другу на память. Китайский поэт Ван Чжихуань пишет об аллее ив у канала:

    И свежая на них видна
    Мучений боль от сломанных ветвей.
    Должно быть, оттого она,
    Что расставалось много здесь друзей.

    Обыкновенная ива росла в Европе. И эта ива «сыграла злую шутку» в истории ботанической науки, введя в заблуждение ученых.

    Известный в XVII веке французский химик и врач Иоганн ван Гельмонт, к семнадцати годам уже ставший профессором, никак не мог согласиться с мнением Аристотеля, что растение корнями высасывает из земли готовую пищу — «сырой сок земли», переваривая его в сердцевине стебля.

    Ван Гельмонт поставил опыт. Он взял большой глиняный горшок, насыпал в него 200 фунтов высушенной в печи почвы, смочил ее дождевой водой и посадил ветку ивы весом в 5 фунтов. Чтобы не попало сора, поверхность горшка покрыл листом жести с просверленными отверстиями.

    Ван Гельмонт был терпелив: он ждал «ответа» от растущей ивы пять лет, поливая ее лишь одной дождевой водой. Ровно через пять лет он вытащил дерево ивы и взвесил его. Оно весило 169 фунтов. Откуда взялась прибавка в 164 фунта? Ван Гельмонт снова высушил почву из горшка; ее вес не изменился — она весила 200 фунтов.

    Значит, ива питалась не землей, как думали древние греческие ученые. А чем же?

    Кроме почвы, растению доставлялась вода. Значит, оно питалось водой.

    Значит, деревце ивы выросло за счет воды.

    Ван Гельмонт поверил «ответу» ивы, а за ним и другие ученые утвердили ложную водную теорию питания растений, которая продержалась в науке с половины XVII до конца XVIII века.

    Теперь каждый школьник знает, в чем была ошибка ван Гельмонта. Ученый не знал, что ива питалась главным образом углекислым газом из воздуха посредством листьев. Листья вырабатывали органическое вещество, за счет которого она росла и увеличивалась в весе.

    Ставя такие опыты на иве, ван Гельмонт пытался сделать научное открытие. Мы же плетем из ивы корзины, не вспоминая, что она когда-то ввела в заблуждение ученых.

    Плести корзины совсем несложно. Нарежьте длинных ровных ивовых прутьев, сложите их накрест звездой и свяжите вместе. Затем, начиная с середины, переплетайте эти спицы другим ивовым прутом, делая дно корзины. Сделав дно, загните все спицы кверху и продолжайте переплетать их прутьями. По краям оставьте концы спиц, срежьте их вдоль и загните под прутья плетения.

    Ручку легко сделать из прутьев или из коры, — какая вам понравится.

    Если корзину вымазать внутри густым слоем глины с небольшой примесью мелкого песка и поставить в костер, то вы получите замечательный горшок, даже с рисунком, как будто вырезанным на нем. Прутья сгорят, а горшок получит нужный для крепости обжиг.

    При раскопках древнейших поселений человека находят черепки и целые горшки со следами ивовых прутьев на них.

    Так делали горшки в давние времена.

    В горшках вы сможете хранить продукты, варить суп, кашу, печь хлеб, собирать продукцию переработки лесных ценностей: деготь, скипидар, розовую воду и все остальное, о чем мы писали. Зеленое жилище юных робинзонов начинает наполняться вещами, не привезенными с затонувших кораблей, не похищенными из дому, не подосланными милой кузиной или добрым капитаном Немо. Нет, в вашем шалаше будут вещи, сделанные вашими руками.

    Костры индейцев и полешко Дерсу Узала

    Распали костер, сумей

    Разозлить его блестящих,

    Убегающих, свистящих,

    Золотых и синих змей!

    (И. Бунин)

    Тот не настоящий лесной житель, кто довольствуется в лесу сухим хлебом и холодной закуской, взятой из дому. В лесу нужно есть горячую пищу, приготовленную самим.

    После устройства шалаша займитесь костром.

    Костер нужно разводить умело. Существует много различных способов разжигания костра. Часто у «бледнолицых» от костра мало жару, но много дыму. Не случайно об этом с презрением говорил вождь индейцев Ароухед в книге Фенимора Купера «Следопыт».

    « — Сырое дерево — много сырости — много дыма; много воды — дым черный. У бледнолицего много книг, а жжет он все: много книг — мало знаний».

    Костер должен давать больше тепла и быть незаметным издали. Как же развести костер? Прежде всего очистите место для него, чтобы не загорелся лес от тлеющих веток, сухой травы и хвои. Снимите дерн и сложите его в сторонке. Затем заготовьте сухих дров, бересты и мелких, сухих же щепочек. Чтобы не тратить понапрасну целую коробку спичек, нужно научиться разводить костер одной спичкой.

    Спутник В. К. Арсеньева Дерсу Узала всегда носил в своей котомке «смолье для растопок» — небольшое количество сосновых или еловых щепок, пропитанных смолой. Смоляная древесина бывает в пнях у корней. Смоляное полешко Дерсу Узала быстро и ярко вспыхивает и долго горит, разжигая даже сырые поленья.

    Заготовьте несколько индейских зажигательных палочек из соснового сучка, наструганного к одному концу в виде ежика для чистки ламповых стекол. Положите на место костра бересты, несколько зажигательных палочек и сверху сухих щепочек, составленных в виде пирамиды. Станьте спиной к ветру и зажигайте сначала индейские палочки и бересту со щепочками. Когда костер загорится, накладывайте пирамидкой более толстые сучки.

    О значении умения разводить костры хорошо сказал писатель-натуралист Э.Сетон-Томпсон в книге «Рольф в лесах»:

    «Лучшая проба уменья жить в лесу — это разведенье костра. Для этого существуют дюжины хороших приемов и тысяча плохих. Человек, который может развести 30 костров в течение 30 следующих друг за другом дней и употребить для этого только 30 спичек или 30 искр от огнива и кресала, может заслужить звание лесного жителя, так как это указывает на приобретенную им многолетнюю опытность и способность выходить победителем из затруднения».

    Для разных целей существуют различные способы разведения костра.

    Костер «пирамидой» дает высокое пламя; костер «шалашом» или «колодцем» (вокруг мелких — крупные поленья, сложенные срубом) — низкое и широкое пламя. Костер «звездный» (из составленных концами, в виде звезды, толстых поленьев) хорош для длительного поддерживания огня без постоянного подкладывания сучьев. Такой костер незаменим ночью: достаточно лишь время от времени пододвигать бревна к центру. Костер «таежный» из положенных друг на друга крупных бревен долго горит и дает много углей. Хорош он для сушки одежды.

    Хорошо обогревает костер «американский камин». В землю вбивают под углом два толстых кола, к которым прислоняют стенкой положенные друг на друга поленья. Располагают стенку так, чтобы на нее дул ветер; перед стенкой разводят огонь и обкладывают его с трех сторон крупными поленьями. Получается настоящий камин, у которого приятно сидеть.

    Костер «полинезийский» невидим и дает много углей и золы. Для такого костра вырывают яму, обкладывают стенки ее поленьями, а на дне разводят огонь. Полинезийский костер хорош во время дождя, в таком случае над ним устраивают еще навес.

    Для приготовления пищи делают очаг, чтобы было больше жару и огонь направлялся под дно котелка или чайника. Очаг делают из двух стенок, сложенных из дерна, или двух сдвинутых бревен, между которыми разводят огонь.

    В костер кладите преимущественно березовые, ольховые, сосновые и еловые дрова. Осина, лиственница, рябина, черемуха дают мало жару. Остерегайтесь класть в костер свежую хвою: она дает густой дым. Сухая хвоя дает много искр, от которых могут загореться близко лежащие вещи и даже хвойные деревья. На ночь костер следует гасить, но, чтобы утром не тратить времени и спичек на разведение его, засыпьте угли золою. Утром они будут еще тлеть, и вы легко раздуете огонь, подложив сухих щепочек. Уходя из лагеря, закройте кострище снятым ранее дерном. Не оставляйте после себя следов в лесу.

    Спички надо предохранять от сырости. Положите их в футляр, сделанный из куска бересты. Береста не пропускает воду. Можно перед походом обмакнуть каждую спичку в расплавленный воск или парафин и, когда они подсохнут, сложить в железную гильзу или небольшую баночку с толстыми стенками и закупорить пробкой.

    Добыть огонь можно от кремня и кресала (стальной пластинки) или лупой от солнца. При отсутствии последней можно, по способу мистера Сайреса Смита из «Таинственного острова», сложить вместе два часовых стекла, наполненных водой.







     

    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх