Сынка


Уже пошли вторые сутки родов. Нельзя сказать, что была какая-нибудь патология: просто весь процесс шел, как в замедленном кино. Шесть или семь щенков уже копошились на подстилке – крупные, пятнистые, еще не окончательно высохшие, они изредка попискивали, но большей частью просто спали. Им не было дела до мамаши, которая с интервалами в несколько часов прибавляла к имеющейся компании орущего мокрого младенца, который, насосавшись молока жадно и взахлеб, успокаивался и тоже засыпал.

Все семейство существовало в своем мире, со своими хлопотами и заботами, и никого, кроме их самих, больше пока не было. Надо было появиться на этот свет, все остальное будет потом…

Точно знаю, что моя собственная, отяжелевшая от двух суток без сна и отдыха, голова никого, кроме меня, не волновала. Но альтернативы не было, я на автопилоте выполняла необходимое – меняла промокшие пеленки, вытирала щенков, подкладывала их к мамаше для кормления, не забывая при этом записывать последовательность появления детенышей на свет, их окрас (чтобы потом, не дай бог, не перепутать) и вес.

В доме стояла сонная тишина. Нам никто не мешал. Но это была иллюзия. На самом деле никто из домашних не хотел попадать под горячую руку, ибо опыт имелся.

Была глубокая ночь, когда Нора запросилась на улицу. Подчиняясь ее требованию, я наскоро накинула ветровку и открыла дверь. Пока собака занималась «неотложными делами», я стояла у подъезда, глубоко вдыхая свежий ночной воздух апреля, и с облегчением чувствовала, как уходят остатки сна и проясняется голова… Несколько минут прошли блаженно, для полного счастья не хватало только сигареты, но… вдруг в ночной тишине прозвучало: «Ш-ш-мяк!», и прямо в весеннюю грязь из собаки шлепнулся щенок. Норка в растерянности рассматривала копошащуюся грязь, соображая, что же ей делать. Я сообразила первой: надо было как можно быстрее вытереть этого несчастного и во что-нибудь завернуть. Для него на улице было еще слишком холодно. Но под руками ничего не было… На землю полетела ветровка – она не промокаемая и не годилась для подобных мероприятий – к черту ее! Вот футболка подойдет! Так я оказалась по пояс голой, но зато щенок запищал, возмущенный резкими растирающими движениями. Прижав к себе все еще грязное, но орущее создание, в сопровождении тревожно взвывающей мамаши я летела по лестнице домой. Боюсь, шуму мы наделали предостаточно, потому что в дверях квартиры меня встречал муж с наиглупейшим, по-моему, вопросом: «А, собственно, где ты была?» Не отвечая (ну что можно ответить?), я проскользнула мимо него в ванную: ребенка надо срочно вымыть, да и с меня струйками текла грязь вперемешку с плодными водами и кровью. После водяных процедур обнаружилось, что, во-первых, это мальчик, а во-вторых, он белый с темно-тигровыми пятнами по корпусу и тигровым же «фингалом» вокруг левого глаза. И, несмотря на весьма оригинальное для породистой собаки место рождения, с ним все было в полном порядке!

А спустя еще часов пять все, кто должен был родиться, – родились. Мамаша, усталая и довольная, наконец-то занялась своими отпрысками самостоятельно.

Между делом как-то незаметно наступило утро. Двуногие домочадцы перестали притворяться спящими и дружно проявили интерес к новоявленному потомству. Нора, сонно помаргивая и потягиваясь, особенно не возмущалась. Я еще ненадолго задержалась около щенков, чтобы проверить, все ли в порядке, когда хохот из кухни привлек мое внимание – ну конечно, там полным ходом шло обсуждение ночного приключения. Едва я появилась перед попивающим чай обществом, как посыпались вопросы:

– Мам, а если на улице кто-нибудь был? – Дочь с неподдельным любопытством оглядывала меня, словно видела в первый раз.

– А разве у меня был еще какой-то выбор? И потом… Нормальные люди по ночам не шляются, если только пьяницы. Так им все равно. Хуже, если в нашем доме из соседей кто-то не спал и глядел в окно… Хотя… Можно сказать, что им приснилось, – я увлеклась вариантами возможных ответов.

– Все равно это – круто! – подвела итог она и продолжила: – Знаешь, а мой знакомый экстрасенс говорит, что все на свете происходит не случайно, и имеет причины, не всегда понятные нам… – Все за столом понимающе заулыбались, потому как дочка недавно «заболела» таинственными явлениями и периодами выдавала нам иногда нелепые, а иногда и весьма глубокомысленные цитаты.

Забавно, но эта ее фраза необъяснимо запала мне в память. Она пришла мне на ум, когда, вопреки общему решению, я все-таки оставила Сынку – так по-домашнему окрестили детеныша – у себя. (По документам-то он – Гудвилл, но уверена, что он сам этого не осознает, а точно знает, что он – Сынка.) По разным поводам я ее вспоминала, переводя дух от хулиганских выходок подрастающего обормота. Так прошло полтора года, и настал день, когда эта фраза просто засверкала в моем мозгу!

Не открою Америки, сказав, что наш народ любит праздники и со вкусом их отмечает, порой, в конце концов, забывая, а за что, собственно, пьем? Не было ничего особенного и на этот раз. Начали за День милиции – 10 ноября 2002 года, а уж кто и чем завершал – то мне не ведомо. Мы живем на девятом этаже, тут общество подобралось спокойное – в основном пенсионеры, а вот ниже дым стоял коромыслом. Обе собаки частенько подходили к двери, недовольно бухтели и, оглядываясь на нас, всем своим видом вопрошали:

«Ну… И долго это безобразие будет продолжаться? Как тут можно нормально охранять?»

Я по опыту знала, что долго, и поэтому неудивительно, что мы все отправлялись спать в сопровождении неких звуковых эффектов. Норка убралась на место: у нее, как у старшей, тоже имелся свой собственный опыт, а вот Сынка – тот растянулся на голом полу вдоль входной двери, даже во сне чутко шевеля носом и ушами. Такая уж работа, и ничего тут не поделать!

Уставшие за день, мы быстро уснули, нам с мужем показалось, что спали мы всего-то несколько минут, когда что-то тяжелое и теплое со всего маху шлепнулось на нас, придавив к постели своим весом. И тут же ушло… Спросонья никто не понял, что это было, но тут снова то же самое, но на своем лице я уже осознанно ощутила тяжелое влажное собачье дыхание и, еще не проснувшись окончательно, тихо зашипела (вдруг муж все-таки не проснулся): «Ну, змей, допросился!»

Муж таки проснулся, и несколько минут мы, протирая глаза, с изумлением взирали, как Сынка, остервенело рыча, мечется от входной двери к спальне.

– Наверное, какой-то алкаш свалился у нашей двери… – предположил муж. – Сынка! Да угомонись же ты! Весь дом перебудишь! На место!

Но пес нас не слышал или делал вид… Никому из нас не хотелось вставать, и мы хором продолжали уговоры… Эффекта – ноль. Собака продолжала метаться и в какой-то момент, внимательно глядя нам в глаза и видя, что мы все равно ее не понимаем, села, и… вой, исторгнутый будто из преисподней, потряс квартиру. Казалось, он заполнил все пространство… Стало страшно…

– Что-то серьезное случилось, – уже не сомневаясь, муж буквально взлетел с кровати. Я сорвалась за ним вслед и тоже подскочила к входной двери. Щелкнули замки, и дверь открылась… Легкий, еле заметный сизоватый дымок настойчиво вползал в квартиру… На секунду мы оцепенели, но страшное предположение уже ворвалось в мозг:

– Пожар! Быстро звони! – скомандовал муж, но ему пришлось рявкнуть это снова, потому что я, как соляной столп, стояла на месте. Больше повторять не пришлось, и я метнулась к телефону, лихорадочно соображая, какой номер. Меня била крупная дрожь, не получалось сосредоточиться, почему-то набирала не 01, а 10. Наконец сообразила, почему телефон молчит, как покойник, и, обругав саму себя, набрала правильно. Казалось, прошло уже минут пятнадцать, а потом выяснилось – секунды! Спокойный и уверенный голос из трубки задавал точные вопросы, и это окончательно включило и меня.

– Они выезжают! – крикнула я мужу. – А ты где? – уже было плохо видно, но с лестничной клетки раздался ответ:

– Здесь я! Нормально!.. Что-то горит ниже нас, не пойму, на каком этаже! – он уже входил в квартиру. – Надо завешивать все мокрыми тряпками, сгодятся простыни! Только быстрее!

Следующие несколько минут были потрачены на изоляцию квартиры от дыма. Балкон открыт, но пока везде на дверях не повисли мокрые простыни, дышать было трудно… В очередной раз, выбегая на балкон за глотком воздуха, муж спросил:

– А где собаки?

– Норка сзади тебя на балконе, а вот на Сынку – сам посмотри!

– Вот хитрая бестия!

Сынка, сообразив, что он свое дело сделал и больше не нужен, занялся собственной безопасностью. Его решение, без преувеличения, было гениальным! Он вытянулся под батареей центрального отопления, а морду высунул на балкон. В отличие от матери, он устроился, можно сказать, с комфортом – и тепло, и дышать можно.

Внизу уже суетились пожарные. Подъезжали спецмашины, развертывались рукава. Люди, кое-как одетые, отдельными группками стояли около дома и, задрав головы, смотрели вверх, где из окон горящей квартиры оранжевыми языками вырывалось пламя. Огонь подбирался к лоджии нашего, девятого этажа. На лестнице слышался звон разбитых стекол: это освобождали дорогу для пожарных рукавов со спасительной водой. На балконах и лоджиях последних этажей скопились жители, закутанные в одеяла, многие не успели даже одеться. Картина жуткая!

Пожар потушили часа за два, но двери нельзя было открывать – едкий дым и сажа еще просачивались во все щели. Не было электричества, и без него, впрочем, было видно, что все черным-черно.

Спустя какое-то время в нашу квартиру постучали. На пороге стояли милиционеры и несколько человек в штатском, как позже выяснилось – представители прокуратуры. Они с любопытством оглядывали нас, и кто-то из них спросил:

– Скажите, а как это вам удалось позвонить к пожарным на полчаса раньше остальных? Вы что, не спали?

– Еще как спали!

– ?! – они терпеливо ждали объяснений.

– А я вам сейчас покажу, чья это заслуга, – сказала я и чуть отступила в сторону. Их взорам предстал Сынка в настороженной позе, готовый в случае необходимости броситься на защиту хозяев. Наверное, зрелище произвело должное впечатление, потому что люди мгновенно замолчали и несколько минут разглядывали стоящего перед ними крупного, мускулистого пса.

– А что это за порода такая интересная? – поинтересовался кто-то.

– Американский бульдог, – хором ответили мы.

– Впечатляет! Вы уж сами… поблагодарите его… Молодец он, да и только! Шутка ли, целый этаж спас от огня, – обменивались они впечатлениями, направляясь в соседнюю квартиру для опроса…

«Все на свете происходит не случайно и имеет причины, не всегда понятные нам». Зато я теперь точно знала, почему Сынка остался у нас и для чего он предназначался! Наверное, мы с мужем не слишком плохие люди. Пришел же ведь к нам Ангел, пусть и в собачьем обличье.







 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх