Опасная соседка


Вторники последнее время для меня хлопотные дни. Заканчиваются они, правда, приятно: вечерний консультационный прием в клубе собаководства сулит встречи с собратьями по увлечению и спокойное чаепитие.

Сегодняшний вторник исключение. Посетителей ожидается немного. Поэтому, подъезжая на маршрутном такси к нужной мне остановке, заранее предвкушаю «удовольствие» наконец-то разобраться с накопившимися бумагами – черт их изобрел, чтобы жизнь не казалась сладкой, – и посидеть в тишине, в полном отсутствии телефонных звонков. Ну нет телефона в клубе.

Однако не успела я рассортировать листочки по разной величины кучкам в порядке срочности, как внезапно распахнулась дверь, и с порога раздался зычный голос: «Соседи! Собаки есть?»

– Заходи! – прокричала я в ответ, заранее зная, кто появится на пороге. Клуб расположен на первом этаже старенького двухэтажного дома. И хотя его внешнее и внутреннее состояние оставляет желать лучшего, он до сих пор считается жилым не только на бумаге. Ближайший сосед – обожатель кошек – частенько заглядывает к нам на огонек, предварительно выяснив, нет ли в помещении собак.

Его пассия заслуживает отдельного разговора. Я не большой любитель кошек, но эта … Любить я ее не люблю, но уважать себя она в состоянии заставить каждого, и я не составляю исключения в длинном списке ее невольных обожателей.

Ее зовут Мариша – меня, кстати, тоже. Сиамка. А значит, красивого палевого окраса, с темнокоричневыми, характерно расположенными на лапах, голове, хвосте отметинами. И прекрасными, темно-синими, огромными глазами. Принято считать, что у «кошачьих» загадочное выражение глаз, у этой красотки – загадочное в квадрате. А уж предсказать ее поведение не в состоянии даже хозяин. Он же, в свою очередь, упорно утверждает обратное. Я не ввязываюсь в диспут, но по весьма характерным отметинам, порою видным на его руках, я просто убеждена в своей правоте. Таким образом, любой саммит по этому поводу заранее обречен: каждый останется при своем мнении.

Что еще характерно для Мариши – так это ее умопомрачительное изящество. Сначала, когда ее впервые увидела, я про себя произнесла: «Ну до чего же она драная и тощая!» Мариша тем временем замерла на столе в такой прекрасной, полной высокомерного достоинства позе, что я замолчала и молчу до сих пор в немом восхищении. Приблизительно так же я смотрю по телевизору на высокооплачиваемых европейских манекенщиц на подиуме.

О характере этой красавицы можно говорить много, но у меня перед глазами частенько возникает сцена, свидетелем которой мне довелось быть как-то летним вечером. Я подходила к клубу и еще издалека увидела Маришу, сидевшую на подоконнике: она принимала солнечные ванны через закрытые окна с абсолютно мечтательным и отрешенным видом. Картина, полная безмятежного покоя. Чуть впереди меня по дорожке, проходящей под окнами, топала старушенция. Она тоже оценила прелесть увиденного, потому что, оглянувшись на меня, интеллигентно произнесла: «Ну до чего же красива!» – и протянула руку, чтобы постучать по стеклу и привлечь внимание кошки. Я не успела ее остановить. В следующее мгновение «Мисс Созерцание» за стеклом превратилась в такую фурию, что пожилая женщина в ужасе отпрыгнула от окна, налетела на низенький штакетник ограды газона и рухнула туда. Я краем глаза успела взглянуть на свою тезку. Она опять сидела в позе медитации. Происходящее уже перестало ее волновать. А побелевшая от пережитого женщина только и сказала: «Я словно смерть свою увидела!» Я не нашла что ей возразить. Окажись на ее месте, я подумала бы так же.

Все это пронеслось у меня в голове, а сосед, он же владелец этого «чуда», вошел ко мне в комнату с озабоченным видом. Я внутренне похолодела, потому что даже в страшном сне не представляла, каким образом можно подойти к этой кошке и тем более заниматься ее лечением. С обреченным видом я уставилась на него.

– Что-то она мне не нравится, – издалека начал хозяин, по-домашнему одетый в тренировочный костюм и тапочки на босу ногу.

– А в чем проблемы? – спрашиваю я деловито, но мы оба понимаем, что боимся одного и того же и одинаково.

– Какая-то она сонная и очень спокойная. Ест, правда, хорошо, но все время спит.

– Радоваться надо, что спит, – ехидно замечаю я, ожидая продолжения рассказа.

– И все грудные железы увеличены, – продолжает он.

– А естественные причины не подходят для объяснения? – Я невольно очень рассчитываю на естественный ход событий, потому что патология чревата неприятностями не только для пациентки, но и для нас, так сказать, присутствующих. От ее когтей мало никому не покажется.

– Нет, – довольно уверенно отвечает он.

– Неси сюда свое сокровище, – обреченно предлагаю я.

Через минуту появляются оба. У Мариши, по-видимому, действительно неплохое настроение. Я не успела надеть белый халат, да и не собираюсь это делать: моя строптивая пациентка не любит белого цвета. Ну а мне, поверьте, совсем не хочется вызвать ее раздражение.

Кошку осторожно и с должным уважением ставят на стол. Она не протестует и, не обращая на меня внимания, ласково трется о руку хозяина.

– Ну и дела! – только и говорю я. – Но подержи ее на всякий случай, как мгновенно меняется ее настроение, я уже видела.

Опять же, что держать, что не держать – последствия все равно непредсказуемы. Прощупывать ее живот предстоит мне, и, помолясь про себя, я осторожно начинаю пальпацию. И почти сразу пальцы моей руки ложатся на тельце. Оно хорошо ощущается даже через стенки живота. Дальше можно и не продолжать, потому что от количества детенышей диагноз все равно не изменится: кошка беременна. Мариша поворачивает головку и одаривает меня одним из своих загадочных взглядов.

Может, она и имеет в виду что-то другое, но я перевожу этот взгляд как последнее предупреждение. Оценив ее любезность, я не настаиваю на большем.

– Ну, дружок, она скоро будет мамой, – важно изрекаю я.

– Не может быть, – растерянно говорит хозяин, но, видя мою уверенную улыбку, добавляет: – Как же это? Ведь она разогнала всех женихов, а кое-кого до крови расцарапала.

– Кто-то ей все-таки понравился.

За посетителями уже захлопнулась дверь, а я еще продолжала улыбаться, стараясь не думать о возможности патологических родов. При сварливом и непредсказуемом характере Маришки роды могут стать серьезной проблемой.

Спустя неделю я случайно встретилась с хозяином Мариши на улице.

– А у нас прибавление – трое! – гордо доложил он, – два мальчика и девочка.

– Прекрасная новость! – от души порадовалась я… И мы тоже целы и без кожных повреждений.

Оставалось надеяться, что, будучи внешне похожими на мамашу, очаровательные детки не скопируют ее характер.







 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх