Письмо ХС (О философии и ремеслах)

Луцилия приветствует Сенека!

От Бога - философия и жизнь.

Одевший философии доспехи

Понять стремится: Как он должен жить?

Как ночи мрак пронзает солнце утром,

Так мир от философии ясней.

Пусть от рожденья не дана нам мудрость,

От Бога - всем дана способность к ней.

Представь, что все бы мудрыми родились

К чему стремиться в суматохе дней?

Не ценна обязательная милость,

Трудом приобретенная ценней.

В ней труд один: отыскивая сущность

Во всех людских, Божественных делах,

Идти к добру сквозь тернии, и пуще:

Не устрашиться вида грозных плах.

И учит: Бога чтить - в нем все начала.

Нас учит: человечное любить.

Содружество людей бы не кончалось,

Но алчность "помогла" о нем забыть.

Ты вспомни: были первые из смертных,

Живя во всем с природою в ладу,

И Лучшие там правили посмертно,

Прогнав от соплеменников беду.

Ведь подчиненье лучшему, мой милый

В природе и животных, и людей.

Ведущий стадом бык - не самый хилый…

И людям нужен Царь, а не злодей.

Там выбирали по душевным свойствам

И в счастьи проживали племена:

Ведь, для царя, о ближних беспокойство

работой было в эти времена.

Лишь мудрый мог по праву сесть на троне

В тот век, который звали золотым…

И дело было вовсе не в короне,

А - в голове, без алчной пустоты.

Там слабых от сильнейших защищали,

Учили: что полезно, а что нет.

Не тиранию люди ощущали,

А - добродетели волшебный свет.

Потом порок проснулся в человеке,

И мудрые придумали закон.

Семь мудрецов прославились в том веке,

Афины основал мудрец Солон.

Залевк из Локры, и Ликург из Спарты,

Катанский (что в Сицилии) Харонд…

Сумели, без дебатов разных партий,

Установить и право, и закон.

Пусть говорят: "Философ, на потребу,

Науки и ремесла изобрел…"

Ты от меня согласия не требуй:

"Ворона гложет кость, но, не орел."

"Философ научил жилища строить?"

Знак алчности в жилищах для меня.

Так, алчность сокрушила крепость Трои

(Через Елену, а потом… коня).

Тогда на свет явился архитектор,

Чтоб роскошь гордый строила полог

По вычурным немыслимым проектам,

Включая золоченый потолок.

А раньше от дождя спасали ветки,

Уложенные правильно на скат.

И не боялись, что их сдует ветром…

Теперь под белым мрамором дрожат.

Не мудрецы изделья из железа

Изобрели и начали ковать:

Что хитрости, наверное, полезно,

То мудростью не стоит называть.

"Что раньше появилось: Молот? Клещи?"

Вопрос, не интересный для меня…

Для мудрого не требуются вещи.

Зачем ему себя обременять?

Кого сочтешь мудрее ты сегодня?

Придумавших диковинный фонтан,

И над столом изменчивые своды?

(Здесь фокус - поворотная плита).

Иль тех, кто показать другим способен,

Что не нужны ни повар, ни солдат?

Что мир для жизни создан и удобен,

И каждый встречный дорог нам, как брат.

Необходимость тьмы забот не знает,

А наслажденье - множество трудов.

И шкуры лис от ветра нас спасают,

А также, от январских холодов.

А летний зной прогнать гораздо проще:

От древности в горах полно пещер.

Простой навес хорош, никто не ропщет,

Кругом найдешь достаточно вещей.

Животные легко живут в природе,

Без знания ремесел и наук…

А человек настолько сумасброден,

Что сам создал хлопот несметный круг.

Пресытившись имевшимся, доступным,

Мы алчем, повышаем цену трат.

И с матерью-природою преступно

Обходимся, пытаясь обобрать.

Страсть к роскоши оставила природу,

Влечет изобретательность порок.

Нам хочется все больше, год от года,

Давно забыт естественный порог.

Ремесел суматоха завертелась:

Куют, кроят, сшивают, вяжут, ткут…

И, для чего?- Все на потребу телу,

Что, не рабом - хозяином зовут.

Вот Посидоний: Мудрецам - дал Боже:

Искусство ткать полотна, спрявши нить.

Прозрачность тканей нынче не поможет

Ни тело, ни стыдливость защитить…

Потом он переходит к землепашцам,

Описывая пахоту земли,

Посев и обработку…В годы наши

Тьму нового здесь выдумать смогли.

На мельницу, и тесто в печь положим

(Все как в природе - челюсти, слюна…)

Не спорю, что процессы очень схожи,

Но, в чем здесь мудрость? Мудрость не видна.

Он к мудрецам относит все и сразу:

Одежду, хлеб и быстрый бег судов…

Конечно, это все придумал разум,

Но, нет в нем блага праведных следов.

Придуманное жалкими рабами,

Что заняты подобным и теперь:

Взять стенограммы, что облегчат память,

Зеркал прозрачность в окна или дверь…

А мудрость - не работает руками,

Вся суть ее - наставница души.

Не для нее отделывают камень,

Она лишь шепчет: Думай, не спеши…

Не мудрых труд - оружие и войны,

Развратность танцев, музыка и пир…

Ее ученье - сделать жизнь достойной,

В согласии и пользе строить мир.

Нам душу от тщеславья избавляя,

Ей стойкое величье придает,

Обуздывая спесь, дух окрыляет,

Поддерживает разума полет.

Нам объясняет праведный путь Бога,

Подземных сил, и гениев, и лар,

Огромный храм… Кто видел хоть немного,

Тот понимает: это высший дар.

Перед духовным взором - мир великий

откроется, стремись к нему сейчас:

Лишь там увидишь подлинные лики,

Которые не видит слабый глаз.

Потом она восходит к тем началам,

Что составляют сущность всех вещей:

И разума извечность изучает,

И силу, что могучей наших тщет.

Затем - к душе, к телесным, бестелесным…

К двусмысленному, в жизни и словах

(Ведь истина и ложь слились так тесно

В поступках, и в речах, и в головах).

Кто изобрел уменье делать своды?

Считается: их автор - Демокрит…

И до него построены ворота

С округлым верхом, тот же самый вид.

Пусть камни превращал он в изумруды,

Он это изобрел… не как мудрец,

Взгляни вокруг себя: умельцев груды,

Но, в ком ты видишь мудрости венец?

Мудрец узрел божественность в природе,

Он показал, что в жизни есть закон

Всеобщий, обязательный (не вроде…),

Скрывавшийся под красками икон:

Познать богов, и им повиноваться,

А мненьям и желаньям - цену знать.

Счастливым быть - за счастье не цепляться,

И властным быть - собою управлять.

Иные - отрывают мир от Бога…

От родины оторван гражданин…

И наслажденья им - не вид порока…

Но, путь у добродетели один:

Он - в честности, не купленной дарами

Людей, судьбы - все это жалкий тлен.

Награда в том, что, если честность с нами,

Награды не заманивают в плен.

Покуда жадность нас не разобщила,

Союз расторгнув ради грабежа,

Не зная мудрость, делала община

Что должно делать мудрости мужам!

И было ль поколение счастливей?

Всего хватало, много ль унесешь…

Но, тут вмешалась жадность прихотливо:

Кто много хочет, тот теряет все.

Пусть жадность бродит, стаптывая ноги,

Чтоб расширять неправедный удел.

Что б ни присвоить, овладеешь многим,

Но, прежде… Всей Вселенной ты владел…

Сама земля была тогда богаче:

Ее в тот век не трогали совсем.

Скупой не прятал, видя - бедный плачет,

Любили не себя, а каждый - всех.

Не для людей там делали оружье,

А, против хищных, алчущих зверей.

В убежище простом спасались в стужу,

И были - нас спокойней и добрей.

Под штучными не спали потолками

Светила им сияли в вышине.

Им заменял подушку плоский камень,

Спалось - как не приснится вам и мне.

Никто из них природой не обижен,

И был в природе праведный покой.

Среди лугов - покровы грубых хижин,

Построенных неловкою рукой.

Они еще не стали мудрецами.

Наследники величия богов

Сильнее и способней, чем мы с вами…

Но, корень добродетели - в другом.

Не знали серебра и самоцветов,

И не было из золота парчи…

Я эту жизнь назвал бы "вечным летом",

Теперь к нему утеряны ключи.

Природа - мать, они - благие дети…

В неведеньи: Что зло? И, что порок?

Обученным дается добродетель,

С рожденья - лишь задатки.

Будь здоров.

- ------------------






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх