Глава 6 Спорынья

Что такое спорынья по идее должны знать даже школьники. Во всяком случае их этому в некоторых школах учат:

«Учитель дополняет текст учебника рассказом о спорынье, иллюстрируя картиной:

— Если увидите в ржаном колосе черные «рожки», знайте — это и есть спорынья. В старину при виде этих рожек крестьяне в страхе крестились. Им казалось, что из колосьев лезут рогатые черти. А черт, как известно, не к добру. «Бесовские проделки» могли кончиться плохо: стоило рожкам даже в ничтожном количестве попасть в муку, как хлеб становился ядовитым».



Но восприятие спорыньи как яда сформировалось не так давно по историческим меркам. До того спорынья обычно считалась признаком хорошего урожая, символом изобилия и «матерью ржи». Во многих языках мы видим эту старую семантику — немецкое «mutterkorn», «roggenmutter», голландское «moederkoren», датское «moderkorn» и т. д. В России рожь также не мыслилась без спорыньи, спорынья обозначала «счастье» и считалась «матерью ржи», «житной маткой», что было отражением традиционного образа спорыньи, олицетворявшего собой удачу в работе. У карелов, например, ведуны рассматривались, как средоточие «спорины», «спорыньи», «обилия», то есть магической силы, обеспечивающей прирост, увеличение урожая. У древних славян существовал культ животворящей силы плодородия и даже было божество Спорыш. Позже понятия смешались. В языках Урало-Поволжья спорынья также именовалась буквально «мать ржи». Зачастую «мать ржи» представлялась непосредственно богом, как в марийской мифологии. Спорынья и рожь стали практически неразделимы. Поэтому профессор Эрнст Фаррингтон, описывая в конце XIX века отравление спорыньей, Claviceps purpurea или Secale cornurum (рожь рогатая) по латыни, иногда называет ее просто Secale (рожь):

Мы находим, что Secale производит судороги; судороги эти особого рода и составляют выдающийся симптом эрготизма — состояния хронического отравления, произведенного спорыньей. Эрготизм вовсе не редок на континенте Европы, в особенности в некоторых провинциях Германии, где землевладельцы сеют столько же ржи, сколько мы, американцы, пшеницы. Так как рожь составляет главный хлеб, то отравление спорыньей часты. В последние годы, благодаря большей заботливости, число случаев эрготизма уменьшилось. Теперь позвольте нам возвратиться от этого маленького отступления и описать характер этих судорог. Тело то окоченевши, то эта окоченелость сменяется расслаблением; в особенности это замечается в пальцах. Руки зажаты в кулаки, или же пальцы широко растопырены. Мышцы лица судорожно подергиваются. Эти мышечные подергивания начинаются на лице и переходят на все тело … пальцы имеют синевато-черный цвет. как будто кровь в них «остановилась». Кожа сморщена и суха. Спустя немного времени, наступает отмирание всего члена или части его.

Сейчас химики уже выделили из спорыньи целую серию алкалоидов (эрготамин, эргометрин, эргобазингистамин, ацетилхолин и пр). Медики выяснили, что некоторые из них действительно обладают кровоостанавливающим действием и незаменимы при тяжелых внутренних кровотечениях. Алкалоиды спорыньи устойчивы к нагреванию и сохраняют свою токсичность при выпечке хлеба. Можно выделить три действия спорыньи на человека и других животных:

1.

Еще в Древнем Риме препараты, содержащие алкалоиды спорыньи и вызывающие длительное и сильное сокращение мускулатуры матки, применялись для производства абортов. Широко применяются препараты спорыньи в акушерско-гинекологической практике и сегодня как кровоостанавливающие и родовспомогательные средства (например, эрготамин — при маточных кровотечениях, атонии матки, неполном аборте, мигрени).

С расширением Римской империи из-за появления необходимости в солдатах и рабах для завоевания новых земель женщины и врачи, производившие аборт стали строго наказываться. Позже в христианской Европе аборты были строго запрещены. Считалось, что убийство плода лишает его «благодати будущего крещения», и, следовательно, является тяжелым грехом. Основываясь на мнении одного из христианских богословов, Василия Великого (известного любителя младенцев), писавшего: «Умышленно погубившая зачатый во утробе плод подлежит осуждению как за убийство», аборты стали приравнивать к убийству родственника, что предполагало смертную казнь, замененную в последующем на каторжные работы и тюремное заключение. Наказывались не только врачи, но и женщины, сделавшие аборт. Немногие помнят, что смертная казнь за аборт была введена в 1649 г. и в России. Отменена она была только столетие спустя. До революции за произведение аборта врачу грозило тюремное заключение, а женщину отправляли в так называемый «исправительный дом». Это, конечно, не останавливало рост числа производимых абортов и приводило только к возрастанию материнской смертности. Для абортов по прежнему использовались препараты спорыньи, а хирургическая техника искусственного аборта (путем введения в полость матки инструментов) появилась только примерно с 1750 г. Аборт, кстати, в переводе с латыни — выкидыш (которому спорынья и способствует). Поскольку в Европе и без всяких врачей и искусственных абортов народ постоянно поглощал с ржаным хлебом спорынью в количествах много больших безопасных норм, то выносить в тех условиях ребенка представляется большой удачей. Вероятно, этот фактор также способствовал отмеченному Ле Гоффом отсутствию роста населения Европы за тысячу лет. Вот описание доктора Шаретта начала XX века:

Принятая в чистом виде через рот, вместо симптомов подобных эрготизму, она оказывает хорошо известное действие на матку беременных женщин — раздражает мышечные волокна этого органа, вызывает изгнание плода и иногда (у животных) маточное кровотечение и воспаление матки.

Характеристика:

Менструации. — Неправильные, обильные и слишком продолжительные, кровь черная, жидкая с незначительными сгустками, с отвратительным запахом, с давящими болями в животе.

Цитаты врача может, кстати, объяснить почему женщин во время месячных никогда не пускали в церковь. Да и сейчас не пускают дальше входа — христиане очень любят Традиции. На такой вопрос отвечает священник на официальном сайте православие. ру:

— Можно ли посещать женщине церковь, когда у нее месячные?

Отвечает иеромонах Амвросий (Ермаков):

— На практике в такие периоды женщины могут приходить в храм, но стоят у входа и не прикасаются к святыням.

Только теперь священники уже не помнят причин запрета и обычно объясняют традицию законами Ветхого Завета, который ими же объявлен отмененным*. Вот пояснения протоиерея из воскресной проповеди:

Даже сегодня, хотя Господь и отменил Ветхий Завет, тем не менее считается, что когда у женщины месячные, она оскверняется. Будучи оскверненной, она не может войти в Церковь и прикоснуться к святыне, например, не может причащаться. Это мнение является благочестивым обычаем.

Раньше по Библии женщина, страдающая кровотечением, могла подойти сзади к Христу и прикоснуться «к краю одежды Его», и «с того часа стала здорова» (Мат. 9:20–22). Христос не брезговал, а теперь в храм нельзя? Что же случилось? Некоторые отдельные христианские патриархи все-таки о причинах запрета входа женщинам в храм смутно догадываются:

Вероятно, что на такое отношение повлияла и возможность случайным истечением крови осквернить храм, который потребовалось бы освящать. А возможно и из-за запаха, который издает материя очищения при разложении.

Во времена Христа эпидемий эрготизма еще не было. Спорыньи было мало, так как не было ржи. Спорынья, даже если она действительно использовалась в «элевсинских мистериях», была, видимо, ячменной (или, скорее, пшеничной), да и никаких данных о ее присутствии в Иудее нет. И месячные были не такие, как во время массового эрготизма. И не только месячных это касается, как пишет проф. Фаррингтон:

Затем мы можем применять спорынью при задержании последа, когда это происходит не вследствие сокращения матки в форме песочных часов, а после выкидыша, в особенности бывающего в первые месяцы беременности. Выделения, соответствующие послеродовым очищениям (lochia), зловонны.

Но если доза принятой спорыньи большая, то дело выкидышем не ограничивается. Известные нам народные названия болезней «Антонов огонь», «злая корча» — это все явления передозировки спорыньи.

2.

Хотя в народной медицине она использовалась при родах (для ускорения родовых схваток) и абортах (по той же причине), спорынья больше известна как возбудитель болезни, возникшей вместе с развитием сельского хозяйства и получившей название «огонь святого Антония». Это был страшный бич рода человеческого.

Описаны два клинических вида подобного отравления: гангренозный и конвульсивный.

Гангренозное отравление начинается с покалывания в пальцах, затем рвоты и поноса, а через несколько дней сопровождается гангреной пальцев на руках и ногах. Все конечности полностью поражаются сухой гангреной, после чего следует их разложение.

Конвульсивная форма начинается точно так же, но сопровождается мучительными спазмами мышц конечностей, кульминирующими в эпилептических конвульсиях. Многие пациенты бредят.

Спорынья чрезвычайно ядовита. Споры этого грибка, попадая на злаковые растения, развиваются в склероций, который и носит название спорыньи, или маточных рожков. У человека, съевшего пораженную спорыньей рожь, в случае «сухой гангрены» начинали чернеть и отпадать пальцы ног и рук, конечности пораженных людей, казалось, превращались в уголь, как если бы они были сожжены огнем, а затем наступала ужасная смерть. Либо же содержащиеся в спорынье вещества вызывали судороги, конвульсии и прочие «пляски Святого Витта».

Физиологическое действие.

…развивается группа симптомов, известных под названием «эрготизма». Они наблюдаются в «судорожной» и «гангренозной» форме. В первой — судороги бывают скорее тонические, чем клонические, и сопровождаются в большей или меньшей степени параличом и потерей чувствительности.

Гангрена бывает сухой и чаще всего поражает нижние, а не верхние конечности: она распространяется снизу вверх. Ненасытный голод в этих случаях почти постоянный симптом.

Последнее замечание доктора Шаретта: «ненасытный голод в этих случаях почти постоянный симптом» тоже характерно, ибо может дать ключ к пониманию дополнительного фактора, способствующему описанному выше людоедству в средневековой Европе. Учитывая антагонизм алкалоидов спорыньи к серотонину, можно рассматривать этот момент в совокупности с теорией Эрнандеса, Гедрини, Гиманко и Ла Гуардия, докторов института физиологии в Палермо, о связи каннибализма с пониженным уровнем серотонина. Но об этом позже.

3.

Но если спорынья в хлебе есть, а «смертельно критическое количество» алкалоида не набрано, то в этой нише в силу вступает третье действие спорыньи — галлюциногенное. В этом аспекте лизергиновая кислота, присутствующая в спорынье, обладает тем же действием, подобным синтезированному из нее диэтиламиду, только эффект слабее в десять (Капорэл, 1976) или в 10–20 раз (Хофманн, 1980). Это действие уже описано здесь, а также подробно изложено в сотнях книг об ЛСД. Поэтому приведу лишь одну цитату «отца ЛСД» Хофманна:

Проявляя предельную осторожность, я начал планировать серию экспериментов с самым малым количеством, которое могло произвести какой-либо эффект, имея в виду активность алкалоидов спорыньи, известную в то время: а именно, 0.25 мг (мг = миллиграмм = одна тысячная грамма) диэтиламида лизергиновой кислоты в форме тартрата. Ниже цитируется запись из моего лабораторного журнала от 19 апреля 1943 года. Окружающий меня мир теперь еще более ужасающе преобразился. Все в комнате вращалось, и знакомые вещи и предметы мебели приобрели гротескную угрожающую форму. Все они были в непрерывном движении, как бы одержимые внутренним беспокойством. Женщина возле двери, которую я с трудом узнал, принесла мне молока — на протяжении вечера я выпил два литра. Это больше не была фрау Р., а скорее злая, коварная ведьма в раскрашенной маске. Еще хуже, чем эти демонические трансформации внешнего мира, была перемена того, как я воспринимал себя самого, свою внутреннюю сущность. Любое усилие моей воли, любая попытка положить конец дезинтеграции внешнего мира и растворению моего «Я», казались тщетными. Какой-то демон вселился в меня, завладел моим телом, разумом и душой. Я вскочил и закричал, пытаясь освободиться от него, но затем опустился и беспомощно лег на диван. Вещество, с которым я хотел экспериментировать, покорило меня. Это был демон, который презрительно торжествовал над моей волей. Я был охвачен ужасающим страхом сойти с ума. Я оказался в другом мире, в другом месте, в другом времени. Казалось, что мое тело осталось без чувств, безжизненное и чуждое. Умирал ли я? Было ли это переходом? Временами мне казалось, что я нахожусь вне тела, и тогда я ясно осознавал, как сторонний наблюдатель, всю полноту трагедии моего положения. Я даже не попрощался со своей семьей (моя жена, с тремя нашими детьми отправилась в тот день навестить ее родителей в Люцерне). Могли бы они понять, что я не экспериментировал безрассудно, безответственно, но с величайшей осторожностью, и что подобный результат ни коим образом не мог быть предвиден? Мой страх и отчаяние усилились, не только оттого, что молодая семья должна была потерять своего отца, но потому что я боялся оставить свою работу, свои химические исследования, которые столько для меня значили, неоконченными на половине плодотворного, многообещающего пути. Возникла и другая мысль, идея, полная горькой иронии: если я должен был преждевременно покинуть этот мир, то это произойдет из-за диэтиламида лизергиновой кислоты, которому я же сам и дал рождение в этом мире.

Характерно, что видения явно спровоцированы влиянием воспитания в христианском социуме: вместо доброй соседки — ведьма, вселение демона… Вот именно такие образы аналогичных «bad trips» и всплывали в одурманенных мозгах средневековых крестьян. Неудивительно также, что некоторые «ведьмы», приняв соответствующую дозу галлюциногена, искренне верили, что общались с дьяволом.

В средневековой Европе о связи заболевания «огнем святого Антония» и спорыньи не догадывались очень долго. Все списывалось на действия дьявола или бесов. Лекарство Церковью прописывалось только одно — мощи святого Антония. Как легко догадаться, они не помогали. Точнее помогали только одноименному ордену — богатеть за счет умирающих.

Длительное время природа эрготизма оставалась загадкой. Хотя спорынья была впервые описана А. Лоницери в 1582 г., предположение о том, что эта болезнь возникает при употреблении в пищу продуктов из муки, изготовленной из зараженного спорыньей зерна, были опубликованы через 200 лет. В средние века частота загрязнения ржи спорыньей достигала 25 % и более. Грибковое происхождение спорыньи установил в 1764 г. Munchhausen. Подробное исследование эрготизма и его этиологии было проведено А. Тесье в 1777 г. во время эпидемии эрготизма в Солоне; были подтверждены симптомы токсикоза в экспериментах на животных.

Надо отметить, что в результаты упомянутого исследования Тесье (или Тессье, Alexandre Henri Tessier) поначалу никто не поверил и окончательное признание связи спорыньи с эрготизмом придет позднее. А смертельные эпидемии эрготизма, сопровождавшиеся галлюцинациями, прошли через всю историю Европы. Их фактически можно рассматривать, как одну большую пандемию, то затихающую, то разгорающуюся с новой силой.

В 994 году н. э. случай отравления спорыньей через пораженное зерно погубил во Франции около 40 000 человек. Подобный же случай в 1129 году явился причиной гибели примерно 1200 человек. Недавно историк Мэри Килбурн Матосян приводила аргументированные доводы, что Великий страх 1789 года крестьянское восстание, наиболее серьезное во Французской революции, вспыхнуло из-за пораженного спорыньей ржаного хлеба, составлявшего основу пищи сельских жителей того периода. Предполагается также, что пораженная спорыньей мука была одним из факторов упадка Римской империи, а также Салемского сожжения ведьм.

Вообще-то массовые психические эпидемии в Европе никогда и не прекращались. Хофманн относит «огонь святого Антония» только к гангренозной форме эрготизма, что, собственно, совершенно верно, но судорожную форму он не идентифицирует, хотя она также осталась в анналах истории как «пляски святого Витта» и психозы «конвульсионерок». И именно при этой форме максимально проявляются галлюцинации.

Спорынья впервые появилась на сцене истории в начале Средневековья, как причина вспышек массовых отравлений, поражавших тысячи людей. Болезнь, чья связь со спорыньей была долгое время неизвестна, проявлялась в двух характерных формах: гангренозной (ergotismus gangraenosus) и судорожной (ergotismus convulsivus). Народные названия эрготизма (от французского ergot — спорынья) — такие как «mal des ardents», «ignis sacer», «священный огонь» или «огонь Св. Антония», относятся к гангренозной форме заболевания. Святым-покровителем жертв эрготизма считался Св. Антоний, поэтому лечением этих пациентов занимался в основном Орден Св. Антония. До недавнего времени, похожие на эпидемии вспышки отравлений спорыньей регистрировались в большинстве европейских стран и некоторых районах России. С развитием сельского хозяйства и с приходом в семнадцатом веке понимания, что содержащий спорынью хлеб и являлся их причиной, частота и масштабы эпидемий эрготизма значительно уменьшились. Последняя крупная эпидемия случилась в некоторых районах юга России в 1926-27 годах.

О более поздних эпидемиях эрготизма «отец ЛСД» Хофманн не упоминает, оберегая своего давно запрещенного к моменту издания книги «трудного ребенка», но они тем не менее были, есть они и сейчас, хотя в последние десятилетия затрагивают только животных.

При содержании склероциев в зерне более 2 % по массе возможно развитие заболеваний эрготизмом.

Вплоть до XIX века эпидемии эрготизма среди населения Западной Европы и России были частыми и сопровождались высокой смертностью. Особо опустошительными были вспышки заболевания, известного в то время под названием «огонь св. Антония», еще в X–XII вв. После разработки методов предупреждения заражения злаковых культур спорыньей, это заболевание практически исчезло. Но в определенных экстремальных условиях возможны локальные его вспышки, как это случилось во Франции, Индии.

Академик В. Тутельян, говоря о случае во Франции, имеет в виду последний в Европе нашумевший случай массового эрготизма, произошедший в августе 1951 года в деревне Понт-Сен-Эспри на юге Франции. В этом небольшом провинциальном городке был испечен хлеб из муки, зараженной спорыньей. Хлеб из булочной, где производилась выпечка из этой муки купили более трехсот человек. Животные, которым скормили остатки хлеба, умерли первыми — из-за большей чувствительности. Люди же, кроме физического недомогания, испытывали галлюцинации. У них упали давление и температура, пульс замедлился, зрачки расширились, цвета стали кислотными. Им казалось, что на них набрасываются жуткие чудища, а с неба сыпятся огненные шары. Жители срывали с себя одежду и носились по улицам нагишом. Один бывший летчик, вскочив на подоконник раскрытого окна пятого этажа, громко закричал: «Я самолет!», спрыгнул вниз на траву и сломал ноги. После чего бросился бежать, не чувствуя боли. Другой три недели подряд пересчитывал крышки кастрюль у себя на кухне. Третий считал окна в доме. В конце концов, деревню окружили жандармы, на бесноватых надели смирительные рубашки и запихнули в дурдом. Более чем странное поведение больных сразу привлекло внимание врачей. Спустя две недели в результате лабораторных исследований в хлебе были обнаружены алкалоиды спорыньи. Власти, пытающиеся защитить монопольную частно-государственную корпорацию, поставляющую зерно, пытались признать анализы недействительными и год спустя выдвинули версию отравления ртутью, с которой практически никто из медиков не согласился. Сейчас о ртутной версии никто уже не вспоминает. Джон Фуллер описал случившееся в Понт-Сен-Эспри в книге «День Огня Святого Антония» («the day of st. anthony's fire»).

Здесь надо заметить, что галлюциногенное действие спорыньи долго не осознавалось. Это не странно, ибо даже ее физическое воздействие окончательно перестало вызывать сомнения лишь к началу XIX века. И только на рубеже XX века, когда выходит множество работ, статей и диссертаций о спорынье — преимущественно в России (поскольку к тому моменту проблема для России гораздо актуальней, эпидемий в ней происходит еще много, а в Европе их уже практически нет — там давно перешли на пшеничный хлеб) — тогда в этих работах и появляются первые наблюдения не только о физических последствиях действия спорыньи, но и о расстройстве психики. Первым в России на этот аспект отравления обратил внимание, очевидно, ученик В.М. Бехтерева и будущий главврач больницы св. Николая Чудотворца для душевнобольных в Санкт-Петербурге H. H. Реформатский, написавший диссертацию «Душевное расстройство при отравлении спорыньей», представляющую собой «подробное и весьма тщательное исследование эпидемии „злой корчи“, появившейся в 1889 году в Вятской губернии и обнявшей восемь уездов». Реформатский обнаружил, что более трети пациентов страдают нервным расстройствам и видениями дьявола, грабителей, огня и неопознанных чудовищ. Другой ученик Бехтерева, С.Д. Колотницкий обращает внимание на поведение отравленных спорыньей животных и пишет диссертацию «Хроническое отравленіе спорыньей и наблюдаемыя при немъ изменевія въ центральной нервной системе у животныхъ» (Колотинскiй, Спб, 1902).

Несколько десятилетий спустя никаких сомнений в галлюциногенном действии спорыньи уже не будет. Вот что писал об отравлении спорыньей В. А. Гиляровский — основатель и первый научный руководитель Института психиатрии Академии Медицинских Наук в 1935 году:

Всегда имеют место явления общего поражения нервной системы с оглушением, подавленностью настроения, ослаблением памяти и общим затруднением интеллектуального функционирования, большей частью с ясным сознанием каких-то болезненных изменений. Помимо этого наблюдается затемнение сознания, галлюцинации, преимущественно зрительные, бредовые идеи и общее возбуждение.

Отметьте — все это написано до открытия Хофманном ЛСД. Единственное, что психиатры не знали на тот момент — это концепцию «установки» и «обстановки», которая будет разработана во время широкого использования ЛСД и подтверждена комиссией, возглавляемой психиатром и экспертом по реабилитации наркоманов Питером А. Х. Бааном в 1972 году. Комиссия подтвердит, что «эффекты психоактивных наркотиков являются результатом трех факторов — наркотика, установки и обстановки». А именно эта концепция наиболее существенна для понимания процессов, происходивших на протяжении всей европейской истории, и влияния на эти процессы источника «установок» — христианства и католической (в основном) демонологии.

В Х-ХIХ вв. вспышки эрготизма систематически повторялись в Западной и Центральной Европе. В России это заболевание впервые упоминается в Троицкой летописи в 1408 г. Последняя крупная вспышка эрготизма наблюдалась в 1816 г. в Бургундии. В 1929 г. эпидемия эрготизма была зарегистрирована в Ирландии. Небольшие вспышки отмечались в Европе в годы второй мировой войны. В связи с установлением контроля качества зерна и муки на мельницах (допустимо не более 0,05-0,1 % примесей спорыньи в ржаной муке) случаи эрготизма стали редкостью. Поэтому в свое время даже бытовало мнение, что эрготизм является болезнью прошлого. Однако в 1951 г. в поселке Понт-Сен-Эспри в Франции снова вспыхнула эпидемия этой страшной болезни. Сначала думали, что это неизвестная вирусная инфекция или отравление ртутью. По опубликованным в 1965 г. данным в поселке болели 300 жителей, а 5 из них умерли. Даже в 1965 г. последствия токсикоза удалось ликвидировать не у всех пациентов. Сегодня явления эрготизма наблюдаются в основном при передозировке препаратов спорыньи, длительном их применении и при повышенной чувствительности к ним пациентов.

Еще недавно подобные вспышки эрготизма (в гангренозной форме) наблюдались в слаборазвитых странах:

Совместно с директором ЦНИИ эпидемиологии РАМН В.И. Покровским мы наблюдали локальные вспышки эрготизма в одном из регионов Центральной Африки в марте—мае 1978 года. Обращали на себя внимание чрезвычайные условия, способствовавшие развитию заболевания — трехлетняя засуха, неурожай, голод. При осмотре скудных запасов зерна (главным образом ячменя) в нескольких населенных пунктах района стихийного бедствия была обнаружена типичная картина тотального поражения зерна склероциями спорыньи. В очагах мы выявили около 150 больных с гангренозной формой эрготизма. Наблюдали несколько случаев спонтанной ампутации конечностей.

В статье академика Тутельяна есть фотографии безногих африканских детишек — те самые «случаи спонтанной ампутации конечностей». Слабонервным перед сном не рекомендуется.



* Отмена Христом Закона Ветхого Завета — отдельная тема, но с тем, что он отменен, согласен почти любой христианин. Православные священники рекомендуют пастве Ветхий Завет вовсе не читать. Попробуйте, например, спросить христианина почему он не обрезается или «произносит имя Господа в суе», не приносит ветхозаветные жертвы животных и уж тем более не исполняет заповедь «Помни день субботний» — услышите в ответ: «Закон отменен! Мы больше не живем под Законом, мы живем в Новом Завете, под Благодатью!» и подтвердит свою правоту десятком цитат из Библии вроде: «истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас» (Кол. 2:14) или «Говоря 'новый', показал ветхость первого; а ветшающее и стареющее близко к уничтожению» (Евр. 8:13). И формально будет прав. Для него Ветхий Завет — «Это лишь воспоминания о реально бывшем, и урок нам, живущим в Новом Завете. Живущим не под Законом, а под Благодатью» (отец Максим (Петренко).


Но только не спрашивайте его, почему это он якобы живет по Десяти Заповедям, если они по его же словам отменены — вы можете вызвать у него коллапс мозга.

Теологи же утверждают необходимость исполнения Закона Моисеева очередными невразумительными софизмами вроде: «Попытка спастись соблюдением закона (а это не то же, что просто соблюдение закона) попросту ставит человека ВНЕ завета, но отменить сам завет это не способно».






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх