Тюрки и Византия

В памяти разных народов историю сберегали по-разному. Чаще всего события облекали в легенды или сказания, в поэмы или былины, а потом передавали из уст в уста.

Даже забыв что-то, народ помнил о себе главное, знал о своей прошлой жизни, потому что в памяти жила информация… А прочитать скрытую в легенде информацию — дело для сегодняшней науки вполне посильное.

Выходит, культура — это еще (кроме всего остального) и хранилище памяти народа. Без культуры нет народа, нет прошлого. Предания, сказы, поэмы сочиняли не от скуки или безделья, каждое произведение имело глубокий смысл. С каждой строчкой невидимым узелком связывалась тайна.

Тюркские легенды именно такие: затейливо выписанные слова, до мельчайших штрихов выверенные образы и обязательная тайна, вернее тайный смысл, уложенный между строк.

Каждого легендарного героя тюрки берегли, словно дорогие жемчуга. Имя, одежда, оружие… все имело смысл, все было не случайным. Сказитель помнил десятки преданий. И если рассказчик забывал имя героя или какую-то деталь повествования, то он не имел права рассказывать легенду.

Ту историю, что случилась у стен Дербента, тюрки, конечно, не забыли. Азербайджанцы, кумыки, татары и сегодня помнят о неком восточном городе, в который повадился огромный Змей Аждарха. Он захватил источник и требовал молодых девушек. Но дочь правителя защитил воин. Победил он Змея не оружием, а молитвой. Все увидели, слово, сказанное им, сильнее меча, ибо было то слово «Бог».

За века легенда претерпевала изменения. Менялись иные детали, что-то в ней рассказывали по-другому, воину даже давали новые имена — Хызр или Хызр-Йльяс, Кедер или Кедерлес, Джирджис. Однако он всегда оставался вечно юным стражем источника жизни.

В Европе эту легенду тоже знали с незапамятных времен. Там воина назвали святым Георгием (или Георгом, Джорджем, Егорием, Юрием, Иржи… десятки имен). И здесь нет ничего удивительного.

Святой Георгий, Хызр, Кедер и Джарган в жизни были одно и то же лицо. Но в силу ряда причин (религиозных, политических) его разделили. Иначе говоря, сделали разными людьми… Подобные примеры не редкость в истории народов, политики часто вмешивались в культуру, не церемонясь. Впрочем, известно и обратное, — когда опять же в угоду политике несколько человек в легендах «объединялись» в одном. Как, например, хан Акташ.

Тюркскую легенду о Джаргане в Риме не признали. Там не могли ее признать! Римские епископы испугались, ее текст обнажал сокровенную тайну Западной церкви. И в 494 году они запретили христианам даже упоминать имя Григориса (Джаргана). Тюркского святого переделали в мученика, потом в убийцу: посадили на коня, «заставили» убивать Змея, иначе говоря, прародителя тюрков. Легенду изменили до неузнаваемости! Таким стал святой Георгий (он же Джарган, он же Григорис), таким он известен ныне.

И все это делалось для того, чтобы никто не узнал о его истинном подвиге. Что от тюрков пришел в Европу образ Бога Небесного. Что они стояли у истоков христианской культуры, которая утвердилась в Европе после падения Римской империи. Что они и сокрушили Рим!

Выходит, меняли вовсе не легенду, нет, — злонамеренно искажали историю тюркского народа. И делал это отнюдь не запуганный монах-переписчик. Здесь была политика Западной церкви, которая веками велась против кипчаков! Очень коварная политика… Поэтому-то так мало правды известно о Дешт-и-Кипчаке, о его народе.

Но факты навсегда остались фактами. Они никогда не меняются, потому что их связывает логика. Именно логика (эта серьезнейшая наука о доказательствах!) и позволила восстановить иные события, узнать, что и как было на самом деле.

…А было вот что. В 311 году в Дербенте появились греки-христиане. Не с добрыми мыслями пришли они. Греки задумали неслыханное по дерзости преступление, его следы скрывают и до сих пор.

Тогда на земле бывшей Римской империи стояла великая смута: прежняя власть пала, а новой не было. Семь августов, семь претендентов дрались за престол. Люди открыто говорили о бессилии старых римских богов… Словом, огромная империя раскололась на Восточную и Западную. И царил там хаос.

Греки первыми среди европейцев вспомнили древнее правило политики: «Чей бог, того и власть». И они пошли к тюркам, чтобы хитростью выкрасть у них Бога Небесного и таким образом получить власть над Европой! Никому прежде подобное даже не приходило в голову. К тюркам приходили учиться, но не воровать.

Одним из семи августов, или императоров (а вернее, все-таки претендентов на трон пошатнувшейся Римской империи), был грек Константин. Но он, как и остальные, был «голым» императором — владел лишь титулом и не имел армии, а значит, и власти.

Средиземноморье удерживал Максенций, действительный император. В Риме стояла его армия. Казалось бы, ничто не предвещало ей беду. Как вдруг появились всадники. Над ними реяли знамена с крестом (лабарумы), которых европейцы прежде не видели. Нападение было и дерзким, и внезапным.

В 312 году около Мульвийского моста — под стенами непобедимого Рима! — войска Максенция были наголову разбиты. Он сам был убит. А Константин поспешил назвать себя победителем. Это он, заключив союз с кипчаками, их руками добился себе желаемого. Тюркские всадники выиграли битву, но приписана она грекам, у которых даже не было армии.

Расстановка сил в Европе тогда резко изменилась в пользу Константина… Пора безвластия кончилась.

Любопытно, что в тот 312 год греки пригласили к себе и тюрков-священнослужителей, которые читали собравшимся толпам молитвы во имя Бога Небесного. (Разумеется, на тюркском языке.) Читали молитвы на площадях греческих городов. Сделали это по приказу Лициния — соперника Константина в борьбе за власть на востоке империи.

Вот когда и от кого слово «Бог» впервые услышали в Европе… Вот они, немеркнущие факты истории народов.

В победе над Максенцием люди увидели волю Божью. Под знаменем с крестом отряд кипчаков легко разбил римскую армию, это приняли за знак Неба… Воистину, «чей бог, того и власть», — сказали все.

Константин был очень ловким политиком, он сразу понял, что теперь важно закрепить за собой веру в нового Бога, сделать ее и тюрков своими. И он вслед за Лицинием тоже высказался за признание нового христианства, которое зародилось тогда на Кавказе. Союз с кипчаками был очень выгоден ему…

При написании истории иные ученые по приказу политиков что-то отрицают, замалчивают или скрывают. Они будто не знают, что скрыть правду нельзя. Она, как шило из мешка, появляется неожиданно. Греки пошли по пути сокрытия правды. При Константине они приняли веру в Бога, этого не отрицает никто. Но приняли ее от тюркских священнослужителей! Вот об этом историки почему-то умалчивают. Забывая, что других учителей и носителей веры в Бога Небесного тогда не было. Только кипчаки!

На Востоке из религии тюрков вырос буддизм, на Западе — новое христианство. Тенгри открывался людям по-разному, и в этом (в Его присутствии!) был еще один след Великого переселения народов. Европейцы признавали Бога, а с Ним — и тюркскую духовную культуру. Этого же не скрыть!

Как невозможно скрыть, что Константин не признал Бога. Он оставался всю жизнь язычником, Верховным жрецом. Потому что не вера интересовала его, а власть. Он шел на все, лишь бы обмануть кипчаков. Лишь бы быть с ними рядом. Лишь бы их руками загребать жар власти.

Щедро заплатив за победу над римлянами, он не скупился на подарки и обещания. Не жалел ничего, лишь бы подольше задержать тюркских воинов у себя. Лишь бы они служили ему. И всадники остались! Греки словно опоили их… «Федератами» назвали потом этих предателей. (Слово «федерат» происходит от латинского «договор».)

Константин угождал им, как мог. Ввел, например, новый календарь: день отдыха назначил на воскресенье, как у тюрков. Людей обязал ходить в церкви, молиться новому Богу Небесному.

Заметим, до 325 года греки молились только Тенгри! И читали священные тексты и молитвы тюрков!

Факт чрезвычайный. И абсолютно забытый. А он хорошо проясняет иные темные пятна истории Европы… Даже на монетах Византии чеканили изображения Солнца — вернее, «солнечные» равносторонние кресты… «Знаки солнца». А о самом Константине говорили не иначе как о «поклоннике солнечного культа». С чего бы это?

Более того, тюркский язык надолго стал языком византийской армии, его так и называли — «солдатским». Тысячи семей степняков переехали к грекам. Им давали лучшие земли, за их переезд платили ханам Дешт-и-Кипчака золотом. Конечно, эти переезды — тоже Великое переселение народов, его продолжение. Однако не свободное! Скорее они были все-таки покупкой людей за золото.

Кипчаки, собственно, и создали Византию, знаменитую страну на востоке Европы… Через три поколения там сложилась византийская культура, плод содружества двух народов, поныне вызывающий восхищение. Но Восток там явно преобладал, считают специалисты.

Ничего удивительного. На земле Европы повторилась история Кушанского ханства, с той лишь разницей, что правителем в Византии был грек, а не тюрк. Но слияние двух культур налицо! (Как же просто греки купили себе кипчаков, как мастерски потом перехитрили их.)

…У Константина теперь не было врагов, он уверенно оседлал доверчивых кипчаков. Поэтому не жалел ничего ради дружбы с ними, ради переманивания их. Иначе о Византии никто бы никогда и не услышал.

Император в 324 году заложил Константинополь, новую столицу. И это дело он поручил тюркским мастерам. Чтобы город в пику Риму они построили по своему — восточному! — образцу. Чтобы храмы в нем возвели во имя Тенгри… Все предусмотрел хитрец.

Так родилась Византия.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх