Глава 2 Возрождение еврейства в арабской Испании (950-1215 гг.)

6. Кордовский халифат. Хасдай.

Основанное арабами в Испании государство (711 г.) расширилось и достигло процветания в Х веке. Оно занимало весь центр и юг Пиренейского полуострова, с большими городами: Кордова, Севилья, Толедо, Гренада. Небольшие христианские королевства уцелели только на севере, в Кастилии и Арагонии. Евреи жили среди дружественных им арабов, под покровительством царей, или "халифов", столицей которых была Кордова.

Наибольшего процветания достиг Кордовский халифат при халифах Абдуррахмане III и Альхакеме П (912-976 гг.). Абдуррахман занял видное место среди христианских и магометанских государей своего временион прославился как покровитель наук, поэзии и искусства. Торговля и промышленность процветали тогда в арабской Испании, в ее богатых многолюдных городах. В городе Кордове было около полумиллиона жителей магометанского, иудейского и христианского исповедания, свыше ста тысяч домов, множество мечетей и дворцов. В этом мирном, образованном обществе больше всего ценились не военные доблести, а достоинства ума. Ученый и поэт уважались в высших кругах более, чем блестящий воин. Сам халиф Альхакем был поэтом и любителем наук; он тратил много денег на приобретение редких и дорогих сочинений; в его библиотеке было собрано около четырехсот тысяч свитков рукописей. Кордовская академия была тогда самой знаменитой в Европе. Ученые и писатели из арабов и евреев часто назначались на высокие государственные должности.

Одним из влиятельных государственных людей того времени был еврей Хасдай ибн-Шапрут (915-970 гг.). Сын знатного кордовского жителя, Хасдай получил хорошее образование, занимался языковедением и медициной, владел в совершенстве языками: еврейским, арабским и латинским. Вместе с тем он отличался практическим умом и умением управлять. Абдуррахман III обратил внимание на эти редкие способности Хасдая и назначил его своим советником, или министром, по иностранным делам. Все переговоры между кордовским халифом и иноземными государями или послами шля через Хасдая. Занимая высокое положение при дворе, еврейский сановник в то же время неустанно работал в пользу своих соплеменников. Он сделался начальником еврейских общин в Испании, чем-то вроде вавилонского экзиларха. Под его покровительством испанские евреи пользовались совершенным спокойствием и благосостоянием.

Когда в Кордову являлись послы из Византии и других государств Европы и Азии, Хасдай усердно расспрашивал их о положении евреев в их землях. Однажды послы из Персии ему сообщили ему, что где-то в далеких краях есть самостоятельное еврейское царство – Хазария, с царем-иудеем во главе, по имени Иосиф. Хасдай сначала не повермл радостному известию; он захотел узнать правду: действительно ли есть на земле место, где часть рассеянного, безземельного народа имеет свое собственное государство. После долгих исканий пути в неведомую Хазарию Хасдай отправил туда через Византию и Русь посла с письмом к хазарскому царю Иосифу, прося его написать всю правду о таинственном еврейском царстве. "Если бы я знал, – писал Хасдай, – что есть у нашего народа свое царство на земле, я оставил бы свое высокое положение, бросил бы свою семью и шел бы по горам и долинам, по суше и по морю, пока не пришел бы в то место, где живет господин мой, царь иудейский. Я увидел бы, как живет спокойно остаток Израиля, и тогда я излил бы свою душу в благодарностях Богу, который не отнял своего милосердия от бедного народа своего. Ибо уже долгое время ожидает избавления наш народ, скитаясь из страны в страну. Лишенные чести, униженные в изгнании, мы ничего не можем отвечать говорящим нам: у каждого народа есть царство, а у вас нет на земле и следа царства". Спустя некоторое время Хасдай получил ответное письмо хазарского царя, или хагана, Иосифа (ок. 960 г.). Из этого письма он узнал, что Хазарское царство по происхождению не еврейское и что только правители и значительная часть народа исповедуют иудейскую веру. Царь Иосиф заканчивал свое письмо словами: "Наши взоры обращены к Богу, к мудрецам Израиля в академиях Иерусалима и Вавилонии… Да ускорит Бог обещанное освобождение Израиля, да соберет свой рассеянный народ еще при нашей жизни!". Через десять лет после получения послания царя Иосифа пришла печальная весть о падении Хазарского царства (5). Не суждено было Хасдаю переселиться в еврейское царство, а напротив: потомкам хазарских царей пришлось искать убежище в Испании.

Будучи сам ученым, Хасдай особенно покровительствовал представителям еврейской науки. При нем была основана в Кордове высшая талмудическая школа.

Предание рассказывает об этом следующее. Один из четырех талмудистов, посланных тогда из Вавилонии для собирания денег в пользу сурской академии и попавших в плен к арабским морякам (ч. II, 72), был выкуплен из плена евреями Кордовы (955 г.). Имя этого ученого было Моисей бен-Ханох. Вавилонский талмудист, поселившийся в Кордове, сначала не обнаруживал своей учености; только случайно узнали об этом. Однажды он, в одежде бедного странника, явился в кордовскую синагогу. Местный раввин и судья, рабби Натан, читал талмудическую лекцию и объяснял слушателям один трудный законодательный вопрос. Моисей, скромно приютившийся у дверей, заметил, что раввин в одном месте запутался в своих объяснениях; он не мог удержаться и сделал Натану некоторые возражения. Присутствующие с изумлением слушали глубокомысленные замечания бедного странника и предложили ему еще целый ряд спорных вопросов, которые тот разрешил тут же с большим знанием дела. Тогда рабби Натан, выйдя из школы, сказал своим слушателям: "Я не гожусь быть вашим раввином: это звание подобает тому бедно одетому страннику. Он – мой учитель, а я отныне его ученик. Изберите его раввином и судьею кордовской общины". Избранный кордовским раввином, Моисей занялся распространением талмудической науки среди испанских евреев. Он учредил в Кордове высшую школу, для которой привозились драгоценные списки Талмуда из Вавилонии. Эта школа вскоре приобрела такую славу, что туда устремилась масса любознательных юношей из городов Испании и соседней Африки. Все признали духовную власть рабби Моисея и подчинялись его законодательным решениям, как в прежнее время – решениям вавилонских гаонов.

Моисей носил титул не гаона, а раввина (от слова рабби, учитель), и этот титул утвердился среди европейских евреев.

Покровительством Хасдая пользовались также еврейские языковеды и грамматики. При нем жили в Кордове известные грамматики Менахем и Донаш. Оба занимались исследованием правил еврейского языка, но расходились в своих мнениях по этому предмету. Менахем написал первый словарь древнееврейского языка, под именем "Махберет", а Донаш написал разбор этой книги, где резко осмеял мнения своего противника и его объяснения библейских слов. Начался сильный спор между сторонниками двух ученых; Хасдай перешел на сторону Донаша и лишил бедного Менахема своей поддержки. – Из учеников Менахема особенно прославился грамматик Иегуда ибн-Хаюдж, впервые установивший правило, что корни библейских слов состоят обыкновенно из трех букв.


7. Время Самуила Нагада (Гренада).

После халифов Абдуррахмана и Альхакема Кордовский халифат стал клониться к упадку. Соседние христиане с одной стороны и африканские арабы (мавры) с другой – делали набеги на кордовские владения и опустошали страну. В 1013 году Кордова была опустошена полчищами африканских арабов, а вскоре Кордовский халифат распался. Арабская Испания разделилась на несколько мелких царств, называвшихся по имени своих главных городов: Гренада, Севилья, Сарагосса. Многие евреи, бежавшие из Кордовы в смутное время, поселились в Гренаде. Здесь появился еврейский сановник, который стал для своих соплеменников тем, чем был для них Хасдай иба-Шапрут в Кордовском халифате. То был Самуил Гавеви, получивший титул "нагид" (сановник, начальник).

Уроженец Кордовы, Самуил получил в юности широкое образование, духовное и светское. Он основательно знал еврейский и арабский языки, писал на обоих языках изящным слогом и обладал красивым почерком, что тогда особенно ценилось. После разгрома Кордовы, Самуил поселился в городе Малаге, принадлежавшем царю Гренады; небольшая лавка для продажи пряностей доставляла ему скудные средства к существованию. Лавочка находилась в соседстве с домом, где жила семья гренадского визиря (первого министра), Аларифа. Одна из служанок визиря упросила Самуила писать для нее письма к ее господину, в Гренаду. Эти письма, отличавшиеся изящным арабским слогом и красивым почерком, заинтересовали Аларифа. Приехав однажды в Малагу, он лично познакомился с Самуилом и был удивлен нашедши в скромном лавочнике человека с обширными знаниями и ясным умом. "Твое место, – сказал он Самуилу, – не в лавке, а рядом со мной; отныне ты будешь моим советником". Визирь взял с собой Самуила в Гренаду и назначил его своим секретарем. Спустя несколько лет Алариф заболел.

Перед смертью он указал гренадскому царю Габусу на Самуила, как на человека, могущего быть очень полезным в деле государственного управления. Царь Габус, высоко ценивший ученых людей, приблизил к себе Самуила и поручил ему заведование важнейшими государственными делами (1027 г.). В течение 28 лет занимал Самуил высокий пост визиря Гренадского царства. Своим мудрым управлением он поднял благосостояние страны, водворил в ней порядок и нередко отвлекал ее от опасных военных предприятий. У еврейского сановника было немало врагов среди знатных арабов, которым было досадно, что еврей занимает такое важное место при дворе. Но Самуил своим кротким обращением и добродушием успокаивал даже своих врагов.

Добросовестно исполняя обязанности государственного деятеля, Самуил в то же время ревностно служил интересам родного племени. Царь Габус назначил его нагидом, то есть начальником над всеми евреями Гренадского царства. В этом звании Самуил много содействовал улучшению гражданского положения своих соплеменников. Его покровительством пользовались не только евреи Испании, но и еврейские общины Северной Африки, Вавилонии и Святой Земли. Как ученый талмудист, Самуил был и духовным руководителем гренадских евреев. Среди своих трудов по государственному управлению он находил время и для того, чтобы читать лекции Талмуда любознательным слушателям и разъяснять вопросы еврейского законодательства. Он содержал на свой счет бедных ученых и держал при себе писцов для изготовления списков Талмуда, которые раздавались бесплатно учащимся. Самуил написал сочинение под заглавием "Введение в Талмуд" ("Мево га-Талмуд"), где объяснено происхождение "устного учения" и указаны способы толкования Библии талмудистами. Это "Введение" до сих пор перепечатывается в изданиях Вавилонского Талмуда. Кроме того, Самуил написал в стихах книгу религиозных гимнов в подражание Псалмам ("Бен-Тегилим"), книгу изречений по образцу Притчей Соломоновых ("Бен-Мишле") и собрание философских размышлений по образцу Экклезиаста ("Бен-Когедет").

Самуил Нагид умер в 1055 году. Сын его, Иосиф, заместил отца в должности визиря Гренады и еврейского нагида. Иосиф служил при царе Бадисе, сыне Габуса, и оказывал государству важные услуги. Но против него восстала арабская знать, завидовавшая величию еврея. Во время одной войны враги Иосифа распустили ложные слухи, будто он призвал неприятеля в страну и хотел передать гренадский престол другому царю. Однажды возбужденная такими слухами арабская чернь бросилась во дворец визиря. Иосиф спрятался в одном из задних покоев дворца и вымазал себе лицо углем, чтобы буяны его не узнали; но его нашли, убили и повесили его труп у ворот Гренады (1066 г.). Затем толпа напала на соплеменников визиря, перебила и разорила несколько сот еврейских семейств; прочие евреи спаслись бегством. Между спасенными были жена и сын погибшего визиря; драгоценное книгохранилище Иосифа было частью уничтожено, частью расхищено. Этот страшный погром отразился на судьбе евреев всего Гренадского царства; они были вынуждены покинуть страну, где в течение полувека пользовались спокойствием и благосостоянием, и переселиться в другие арабские владения Испании.

В то время участились войны между арабами южной Испании и христианами севера. Разгорелась борьба между христианской Кастилией и арабской Севильей.

Севильцы призвали к себе на помощь из Африки воинственных мавров из племени альморавидов. У Солака произошла кровопролитная битва между христианами и маврами – и христианское войско потерпело поражение (1086 г.). Евреи храбро сражались и в магометанских, и в христианских рядах (много евреев жило в Кастилии). Вследствие этого, день солакской битвы не мог быть назначен ни в пятницу, ни в субботу, ни в воскресенье, так как первый из этих дней был днем покоя для мусульман, второй – для евреев, а последний – для христиан.

Победители – альморавиды на полвека утвердили свою власть в южной Испании.


8. Соломон Габироль.

Расцвет литературы. В XI и XII вв. в Испании появилось такое множество еврейских ученых и поэтов, что эта эпоха, по справедливости, названа "золотым веком еврейской литературы". Во время Самуила Нагида жил знаменитый еврейский поэт, Соломон ибн-Габироль (1020-1058 гг.).

Соломон родился в Малаге, рано осиротел и был обречен на скитальческую и бедственную жизнь. После скитаний по разным городам, он поселился в Гренаде, где пользовался покровительством Самуила Нагида. Габироль писал на еврейском языке звучные, полные глубокого чувства стихи, которые приводили в восторг современников и потомков. Особенно волнуют душу его религиозные гимны, доныне читаемые в синагогах. В них воспеваются и горе рассеянного еврейского народа, и глубокая тоска верующей души, стремящейся к Богу. Образцом народных гимнов могут служить следующие стихи:

"Бедная пленница в земле чужой стала рабыней, рабыней Египта (чужого народа). С того дня, как Ты, Боже, ее покинул, она ждет Тебя. Всему есть конец, но нет конца моему несчастию; годы чередуются – и нет исцеления моей ране. Истерзанные, придавленные, несущие иго, ограбленные, ощипанные, втоптанные в землю, – доколе, Боже, будем мы сетовать на обиды, на многолетнюю неволю? Исмаил (мусульмане) подобен льву, а Исав (христианский мир) – коршуну: едва один нас оставляет, другой за нас принимается".

Личное религиозное чувство нашло свое высшее выражение в длинном гимне Габироля, известном под именем "Царский венец" ("Кетер-малхут"). Этот величественный гимн, вошедший в состав йом-кипурского богослужения, содержит в себе ряд философских мыслей о высших догматах веры, о свойствах Божества и Его дивных творениях, о Его мудром мироуправлении и о сокровеннейших силах души человеческой. Об этих вопросах религии и философии Габироль написал еще особое сочинение в прозе: "Источник жизни". В своих философских писаниях Габироль приближается к воззрениям греческого философа Платона и еврейского – Филона Александрийского. "Источник жизни", переведенный с арабского на латинский язык, был очень распространен в средние века среди христианских богословов, которым автор был известен под именем Авицеброна. Габироль умер, имея только 38 лет от роду. О его смерти распространилось в народе следующее сказочное предание. Один араб, завидовавший мудрости и поэтическому дару Габироля, тайно убил его и закопал труп в своем саду, под смоковницей. Дерево стало давать с тех пор необыкновенно красивые и вкусные плоды, слух о которых дошел до царя.

Последний призвал к себе араба и спросил его, каким способом удалось ему вырастить такие великолепные плоды. Когда араб, смутившись, запутался в ответе, царь велел подвергнуть его пытке. Араб сознался в своем преступлении, и царь велел его повесить на том же дереве.

Произведениям Габироля подражали следующие поколения стихотворцев. Одним из лучших поэтических преемников Габироля был Моисей ибн-Эзра (1070-1138 гг.), член знатной семьи Ибн-Эзра в Гренаде. Поэтическое чувство пробудилось в нем под влиянием несчастной любви. В юности он горячо полюбил дочь своего брата и хотел на ней жениться, но брат воспротивился этому браку. Тогда огорченный Моисей покинул родной город и удалился в Кастилию. Отрекшись от личного счастья, он искал забвения в поэзии и философии. Он пел о горестях и разочарованиях жизни, об измене друзей, о людской злобе и лжи; но иногда поэт как будто ободрялся и грезил о тихой жизни на лоне природы, о красоте, об увлечениях юности. Таково именно содержание его лирического сборника "Таршиш".

Позже Ибн-Эзра стал писать преимущественно религиозные гимны, подобно Габиролю. Он сочинил около двухсот покаянных молитв ("селихот"), из которых многие читаются в синагогах. Кроме стихотворений, написанных по-еврейски, Ибн-Эзра составил еще на арабском языке книги по риторике, философии и морали; но в этих книгах он только подражал арабским образцам.

Из мыслителей той эпохи особенную известность приобрел Бахия ибн-Пакуда, раввин, или "судья", с Сарагоссе. Бахия написал превосходное сочинение о нравственных обязанностях ("Ховот га-левавот", т. с. "Обязанности сердец").

Автор делит все законы иудейства на два разряда; внешние обряды, или "обязанности тела", и нравственные правила, или "обязанности сердца", причем он последние ставит выше первых. Книга Бахии имела целью развить в еврее глубокое нравственное сознание. Переведенная с арабского языка на древнееврейский, эта книга всегда составляла любимое чтение мыслящих людей; в последние столетия ее усердно читал и простой народ, в переводе на немецко-еврейский разговорный язык.

Между талмудистами "золотого века" первое место занимал Исаак Альфаси (до 1103 г.). Он был родом из Феца (по-арабски Фас, откуда и имя "Альфаси") в Северной Африке и переселился в Испанию одновременно с завоеванием ее альморавидами. Еще на родине он прославился как великий знаток Талмуда.

Поэтому в Испании к нему стали собираться отовсюду ученики, желавшие усовершенствоваться в европейском законоучении. Город Луцена, где Альфаси занял место раввина, сделался центром раввинской учености, каким прежде была Кордова. Чтобы облегчить изучение Талмуда, Альфаси написал свое знаменитое сочинение "Галахот" ("Начала законоведения"). В Вавилонском Талмуде, состоящем из многих книг, перемешаны между собой законодательные и нравоучительные части: "галаха и агада". Альфаси извлек из этого громадного сборника его законодательную часть, отбросив из нее лишние рассуждения, и составил таким образом сокращенный или малый Талмуд. Книга Альфаси значительно облегчила изучение Талмуда и дала толчок к упорядочению еврейского законодательства.


9. Иегуда Галеви.

Еврейская поэзия в Испании достигла полного своего расцвета в произведениях Иегуды Галеви (1086-1142 гг.). Уроженец христианской Кастилии, Иегуда в юности переселился на юг, в арабскую Испанию, и здесь получил высшее образование в школах лучших талмудистов и философов. Он изучил также медицину и позже, возвратившись в Кастилию, добывал себе пропитание врачебной практикой. Но большую часть своей жизни он посвятил поэзии, философии и богословию. Как поэт, Иегуда Галеви стоит неизмеримо выше своих предшественников, даже Габироля. В юные годы он в плавных, музыкальных стихах воспевал природу, любовь, красоту жизни; он часто тратил свой поэтический дар и на житейские мелочи: сочинял хвалебные оды к друзьям и покровителям, загадки, шутки и т. п. Но с годами муза Галеви делается серьезнее и грустнее.

Поэт вдохновляется трагическими судьбами еврейской нации. Величие и падение этой нации, ее надежды и разочарования, ее вековая скорбь и тоска – все это нашло свой отклик в трагических стихах Иегуды Галеви. Вопль многострадального парода слышится в тех произведениях, где поэт вопрошает Бога, когда же будет конец рассеянию еврейства:

"На орлиных крыльях нес Ты голубицу (еврейскую нацию), приютил ее некогда на своем лоне, скрывал ее в тихих покоях; отчею же Ты теперь ев покинул, чтобы она скиталась по лесам, где со всех сторон расставлены ей сети? Чужие искушают ее другими богами, а она втайне плачею. об Избраннике своей юности… Отчего же так далек ош нее Друг небесный и так гнетет ее враг?".

Самыми сильными из национальных стихотворений Галеви являются те, где поэт изливает свою страстную тоску по древней родине Израиля, по Святой Земле и разрушенному Циону:

"О, чудный край, радость мира, град великого Царя! К тебе стремится душа моя из крайнего Запада) Жгучая жалость наполняет меня, когда вспомню о древнем величии твоем, ныне исчезнувшем, и отвоем храме, ныне опустошенном. О, кто понес бы меня на орлиных крыльях – и я напоил бы землю слезами своими и обнимал и целовал бы камни твои, и вкус твоих глыб был бы для меня слаще меда!

Мое сердце на Востоке, а я на крайнем Западе, как же могу я чувствовать вкус в том, что я ем? Как исполню я свой обет, пока Цион находится в оковах Эдома (крестоносцев), а я изнываю под игом Аравии? Не прельстили бы меня все блага Испании, если бы только я мог своими глазами узреть прах разрушенного храма".

Эта тоска по Циону не была только поэтическим порывом: она охватила все существо Иегуды Галеви, для которого заветным желанием стало – увидеть дорогую страну предков. Желание поэта осуществилось к концу его жизни: после смерти жены, он покинул свой тихий приют в Испании, разлучился с родными, с учениками и друзьями, и предпринял далекое морское путешествие в Святую Землю. После продолжительного плавания на корабле по Средиземному морю Иегуда Галеви прибыл в Египет, где сблизился с местными знатными и учеными евреями. Из Египта он направился в Палестину, в которой тогда хозяйничали крестоносцы, отнявшие страну у магометан (1140 г.). Что сталось с поэтом в Святой Земле – об этом история молчит; неизвестно даже,.достиг ли он Иерусалима, конечной цели своих пламенныъ стремлений. Повидимому, он умер вскоре по прибытии в Палестину.

Темное народное сказание гласит, что Иегуда Галеви, дойдя до ворот Иерусалима и увидев развалины святого города, упал на землю и заплакал; в слезах он пропел свою знаменитую элегию, начинающуюся словами: "Цион, ведь ты спросишь о судьбе твоих пленников". В это время проезжал мимо какой-то арабский всадник, который, увидев распростертого на земле и молящегося еврея, наехал на него и растоптал его копытами своего коня. Элегия, о которой говорится в этой легенде, есть одна из лучших песен о Ционе ("циониды"), написанных Иегудой Галеви и доныне читаемых в синагогах ежегодно, в пост 9-го Ава. Вот некоторые отрывки из нее:

"Цион, ведь ты спросишь о судьбе твоих пленников, приветствующих тебя и составляющих остатки твоей (рассеянной) паствы. С запада и востока, севера и юга шлют тебе привет далекий и близкий. Привет тебе и от узника (твоей) любви, проливающего свои слезы, как росу хермонскую, и жаждущего излить их на твоих горах!.. О, как хотелось мне излить свою душу в том месте, где дух Божий осенял твоих избранников! Ты, обитель царей, славный трон Божества! Зачем теперь воссели рабы на престолы твоих владык?.. Могу ли я есть и пить, когда вижу, как псы волочат тела твоих львов? Как могу я наслаждаться светом солнечным, когда вижу, как вороны клюют трупы твоих орлов!.. Не доносятся ли к тебе стоны пленников, рвущихся к тебе из своих темниц? Могут ли соперничать с тобою Шинеар и Патрас (Вавилон и Египет), и разве их суеверие может сравниться с твоею вещею мудростью? Разве найдется что-либо, подобное твоим помазанникам и пророкам, левитам и певцам?".

Иегуда Галеви был не только великим поэтом, но и глубоким мыслителем. Об этом свидетельствует его философская книга "Козара", написанная автором поарабски и позже переведенная на еврейский язык. Основания еврейского вероучения изложены здесь в виде беседы между хазарским царем, желающим принять иудейство, и одним ученым евреем. По мнению Иегуды Галеви, в религии откровение важнее, чем разум, ибо откровение исходит от Бога, а человеческий разум способен ошибаться. Синайское откровение, как основа еврейской религии, есть неоспоримый факт, очевидцами которого были десятки тысяч израильтян. Бог открылся прежде всего израильтянам, потому что они раньше других народов проявили способность к богопознанию. От них истина должна была распространиться на весь род человеческий, подобно тому как кровь от сердца разливается по всему телу и дает ему жизнь. На еврея возложено так много религиозных обязанностей именно для того, чтобы направлять все его шаги в жизни к духовным целям и приучать его делать все во имя божественного закона.

Иудаизм стремится к усовершенствованию всех лучших сил, заложенных в душе. Его отличие от эллинизма в том, что он ставит истину и добро выше красоты. "Не увлекай ся, – говорил Галеви, – греческой мудростью, ибо в ней есть только цвет, а нет плода".


10. Авраам ибн-Эзра

Авраам ибн-Эзра, современник и друг Иегуды Галеви, родился в Толедо, в 1089 г. Одаренный от природы блестящими способностями, он усвоил себе искусства и науки своего времени; не мог он научиться только искусству – жить и работать спокойно. В жизни ему не везло; во всех своих предприятиях он терпел неудачи. "Если бы я торговал саванами для мертвецов, – жалуется он, – то вероятно, за всю мою жизнь, не умер бы ни один человек; и если бы я продавал свечи, то солнце не заходило бы до дня моей смерти". Авраам ибн-Эзра долго путешествовал по разным странам Европы, Азии и Африки, пользуясь в местах своих остановок покровительством богатых еврейских меценатов. В Риме он начал писать свой знаменитый Комментарий к Библии. Это был первый комментарий, где Священное Писание объяснялось по своему грамматическому и историческому смыслу, без произвольных толкований. До тех пор библейские выражения толковались и законоведами, и философами, и моралистами, причем каждый старался вносить в эти выражения посторонние мысли, нужные для его целей.

Ибн-Эзра захотел восстановить истинный смысл древней Библии и очистить понимание ее от ошибочных позднейших толкований. Многое он сделал в этом направлении; но часто он не осмеливался ясно высказывать свои мнения, боясь обвинения в вольнодумстве; в таких случаях он намеренно излагал свои мысли в темной форме, в виде недомолвок и намеков, которые могут отгадать только очень проницательные люди. И все-таки Авраам Ибн-Эзра в позднейшее время прослыл вольнодумцем, и комментарий его употреблялся только в кругу свободомысмлящих людей.

Кроме этого важнейшего своего труда Авраам Ибн-Эзра написал множество сочинений по грамматике, астрономии, математике, философии. Он усердно писал также стихотворения как светского, так и религиозного содержания. Он отлично владел стихотворной формой, но по глубине поэтического чувства его стихи стоят ниже произведений Иегуды Галеви. Преданние рассказывает, как познакомились оба поэта. Иегуда Галеви знал стихи Ибн-Эзры, но с автором их еще не был знаком.

Однажды в доме Галеви остановился бедйый странник, который не назвал своего имени. В то время Галеви работал над одним большим стихотворением, в форме акростиха (где строфы начинаются с букв алфавита в последовательном порядке).

Дойдя до буквы Р, поэт остановился: искусство ему изменило, и он никак не мог подыскать соответствующую строфу. Оставив с досадой недоконченную рукопись на столе, он пошел спать. На другое утро он встал и, к великому своему изумлению, заметил, что затруднявшая его строфа уже дописана в оставленной рукописи, и изложена прекрасно. "Это мог только сделать или ангел, или Авраам ибн-Эзра", – воскликнул изумленный поэт. Тогда бедный странник открыл свое имя: то был Ибн-Эзра. После долгих странствий, престарелый Авраам ибн-Эзра возвращался на родину, в Испанию; но он умер на границе родной земли, в 1167 году.

Последним поэтом "золотого века" был Иегуда Аль-харизи (жил около 1165-1225 гг.). Уроженец Испании, он провел много лет жизни вне родины, преимущественно в городах Южной Франции (Марсель, Люнель и др.); он долго путешествовал по Востоку, посетил Египет, Палестину и Сирию. Альхаризи известен своей книгой "Тахкемони". В пятидесяти отделах этой книги, где рифмованная проза чередуется со стихами, поэт увлекательно и живо рассказывает о своих странствиях и приключениях в разных странах, вплетая в свой рассказ то поэтические вымыслы, то остроумные характеристики разных типов людей, то беседы о литературе. Между прочим, Альхаризи дает меткие характеристики предшествовавших ему великих поэтов – Габироля, Иегуды Галеви, Ибн-Эзры и других. Собственное его творчество знаменует собой начало упадка еврейской поэзии в Испании: он более стихотворец, чем поэт. Он сам причисляет себя к подражателям, собирающим крохи со стола славных предшественников.

Всем была богата тогдашняя еврейская литература; недоставало в ней только исторических летописей и описаний еврейской жизни в разных странах. Эти недостатки были только в слабой степени пополнены трудами двух писателей:

Авраама ибн-Дауда и Вениамина Тудельского. Ибн-Дауд из Толедо (автор религиознофилософского трактата "Возвышенная вера", "Эмунарама") написал небольшую "Книгу предания" ("Сефер га-каббала"), где перечислены главные события еврейской истории. В этой книге особенное значение имеют сведения, сообщаемые автором, по истории испанских евреев (до 1180 г.). Вениамин из Туделы путешествовал 13 лет (1160-1173 гг.) по известным тогда трем частям света. Свои путевые впечатления он изложил в книге "Масаот Вениамин". Здесь еврейский путешественник рассказывает о посещенных им странах, о тамошних еврейских общинах, о занятиях и нравах туземцев вообще, о местных преданиях, постройках, памятниках и т. п. Он сообщает не только о том, что сам видел, но также о том, что слышал от других. Подобно всем средневековым путешественникам, он часто не отличает баснословных рассказов от достоверных фактов. Но тем не менее многие его известия очень ценны как для истории тогдашних евреев, так и для всеобщей географии.


11. Альмогады. Испания в Восток.

В середине XII века евреев в арабской Испании постигло большое бедствие. В соседней Северной Африке появилась враждебная иноверцам магометанская секта альмогадов. Основатель ее, называвший себя магди, или пророком, проповедовал, что нужно распространить религию Магомета во всем мире с помощью оружия. Альмогады сначала утвердились в царству Марокко, где жило много евреев, и стали угрожать им смертью, если они не примут ислама. Евреи пришли в отчаяние. Многие переселились в Египет и Испанию; оставшиеся обращались притворно в ислам. Таким же насилиям подвергались евреи и христиане в прочих африканских городах, завоеванных альмогадами. Везде синагоги и церкви разрушались и несчастных иноверцев насильно тащили в мечети. Евреи, вынужденные притворно принять ислам, соблюдали тайно обряды иудейства.

Вскоре полчища альмогадов вторгнулись в Испанию. Они заняли Кордову и разрушили ее великолепные синагоги (1148 г.). Затем они завоевали Гренаду и Севилью и утвердили свое владычество в Южной Испании, вытеснив оттуда альморавидов. Здесь африканские фанатики поступали с евреями так же, как и на своей родине. Цветущие еврейские общины Андалузии были разорены, еврейские школы и академии Севильи, Луцены и других городов закрылись. Многие евреи принуждены были принять для вида магометанскую веру; другие бежали, в христианские государства Испании или в Египет.

В то время среди евреев западной Азии поднялось освободительное движение.

Центр движения находился в городе Багдаде, где жил экзиларх – начальник еврейских общин Сирии, Месопотамии и Персии. В гористых областях Персии жили вольные евреи, отличавшиеся воинственным духом. Среди этих вольных горцев появился человек, которого народ принял за своего мессию (1160 г.). То был Давид Альрой из персидского города Амадии, получивший в багдадских школах еврейское и арабское образование. Видя постепенное распадение Багдадского халифата, Давид вздумал сделаться независимым князем своего племени. Он обратился с воззванием ко всем евреям Азии, возвещая, что он послан Богом освободить своих братьев от магометанского ига и повести в Иерусалим. На его призыв сбежались в Амадию вооруженные евреи, которые из предосторожности прятали свое оружие под верхней одеждой. Предание рассказывает, что узнав о восстании евреев, персидский султан призвал к себе Давида Альроя. Последний явился во дворец без свиты и неустрашимо назвал себя царем иудейским. Его схватили и заключили в темницу. Но Давид посредством чародейства бежал из заключения и снова появился в Амадии. Народ верил, что Давид способен творить чудеса, как подобает посланнику Божию. Мнимый мессия, однако, скоро пал жертвой заговора: его убил во сне тесть его, по требованию персидских властей.

Но и после смерти Альроя осталась еще в Багдаде группа приверженцев его, веривших в скорое чудо избавления. Этим легковерием толпы воспользовались два обманщика для корыстных целей. Они показали багдадским евреям присланное будто бы мессией письмо, в котором говорилось, что освобождение близко и что оно совершится следующим чудесным образом: в известный час, около полуночи, евреи должны облечься в зеленые одежды, взобраться на крыши своих домов и там ждать; тогда поднимется сильный ветер и перенесет их всех прямо в Иерусалим.

Одураченные приверженцы мессии передали обманщикам все свое имущество для разделения между бедными и в установленный час взобрались на крыши. Только просидев с женами и детьми на крышах в течение целой ночи и не дождавшись чудесного передета, евреи поняли свое заблуждение. Обманщики же, забрав их имущество, скрылись. Багдадцы шутливо прозвали тот знаменательный год "годом перелета".

Завоевания альморавидов и затем альмогадов в Испании сблизили эту страну с родиной завоевателей – Северной Африкой. Теснимые альмогадами, многие испанские еврей переселялись в более спокойные области Африки, в особенности в Египет, в котором тогда воцарился великий султан Саладин, завоеватель Сирии и Палестины (1171 г.). Правоверный магометанин, Саладин, однако, с полной терпимостью относился к евреям. Он дозволил им жить в Иерусалиме, откуда христиане их раньше изгоняли. В самом Египте евреи жили благоустроенными общинами, на началах самоуправления. Во главе всех общин стоял еврейский сановник, носивший титул нагида (то же, что экзиларх). Он назначал раввинов и канторов для общин и синагог, разбирал гражданские и уголовные дела евреев и имел право приговаривать виновных не только к денежным штрафам, но и к телесному наказанию и заточениию в тюрьме. Главные еврейскме общины находились в столичном городе – Каире и в Александрии. В Египте жило также много караимов, имевших свои отдельные общины и синагоги. При дворе Саладина состоял врачом величайший еврейский философ и законоучитель Маймонид.


12. Жизнь Маймонида.

Моисей бен-Маймон, прозванный Маймонидом (Рамбам), родился в 1135 году в Испании, в городе Кордове, где его отец занимал место духовного судьи ("даян") еврейской общины. Моисей получил свое образование в ту славную пору, когда в Испании евреи и арабы выдвинули из своей среды множество великих ученых, философов и поэтов. С ранних лет он ревностно изучал Талмуд, философию, естественные науки и очень много читал поеврейски и по-арабски. Едва минуло Моисею 13 лет, как Кордова была завоевана альмогадами, и еврейским жителям поставили на выбор: выселиться или принять ислам. Семья Маймонида должна была покинуть родной город и вести скитальческую жизнь, полную лишений. Во время этих скитаний по разным городам Испании юный Моисей не переставал трудиться над своим умственным развитием. Он занимался под руководством арабских ученых, с которыми знакомился в разных местах, и между прочим хорошо изучил медицину. Но вместе с тем страдания, перенесенные юношей из-за веры, толкали его ум в область еврейской религии и законоведения; он хотел внести в эту область свет знания и порядок. Уже на 23-м году жизни он начал писать обширный комментарий к Мишне, основе Талмуда.

В это время Моисей переехал с отцом и прочими членами семьи в Северную Африку и поселился в Феце. Здесь все еще свирепствовали фанатики-альмогады, принуждавшие евреев исповедовать ислам. Членам семьи Маймона тоже приходилось некоторое время притворяться магометанами и соблюдать свою веру тайно. Но магометане вскоре узнали об этом, и семье Маймона пришлось бежать в Палестину (1165 г.). После шестидневного плавания по Средиземному морю, поднялась сильная буря, и корабль едва не потерпел крушение. Много тревог пережила несчастная семья, много слез было пролито в горячих молитвах к Богу о спасении. Наконец, после месячного плавания, корабль вошел в гавань города Акко. Здесь путешественники прожили несколько месяцев и затем отправились в Иерусалим, чтобы помолиться на том месте, где некогда стоял храм. Оттуда они поехали в Хеврон, и здесь Моисей целый день молился в пещере, где, по преданию, находятся гробницы еврейских патриархов. Затем странствующая семья переехала в Египет и поселилась в Старом Каире (Фостат).

В Каире Моисей Маймонид занимался врачебной практикой, дававшей ему средства к жизни, но в то же время продолжал писать свои сочинения по религии и философии. Вскоре он прославился среди арабов и евреев как искусный врач и глубокомысленный ученый. Просвещенный султан Саладин назначил Маймонида своим придворным врачом. Кроме того, Маймонид получил звание нагида, т. е. старшины или патриарха всех египетских евреев. Он сделался духовным руководителем своих соплеменников не только в Египте, но и во всех странах Востока, откуда к нему часто обращались с запросами по делам религиозным и общественным. После смерти Саладина (1193 г.) Маймонид исполнял обязанности придворного врача при его преемнике. О своем образе жизни в то время Маймонид писал следующее в послании к одному ученому: "Султан живет в Новом Каире, а я в Фостате (старом городе).

Ежедневно по утрам обязан я являться ко двору. Если заболеет султан или кто-либо из жен и детей его, я остаюсь там почти целый день. Но и в те дни, когда все благополучно, я могу возвращаться в Фостат только после полудня. Там я уже застаю в прихожей своего дома массу людей – магометан и евреев, важных особ и простолюдинов, судей и чиновников, дожидающихся моего возвращения. Я слезаю с осла, умываюсь и выхожу к мим, извиняясь и прося их подождать, пока я что-нибудь поем. Затем выхожу к больным, чтобы лечить их, и прописываю рецепты. Так уходят и приходят ко мне люди до вечера. Вечером я чувствую крайнюю усталость и все-таки веду ученую беседу, иногда до двух часов ночи.

Только по субботам имею я возможность беседовать с членами общины и давать им наставления на всю неделю".

Маймонид умер в 1204 году, 69 лет от роду. В Каире его оплакивали не только евреи, но и магометане, а в Иерусалиме еврейская община установила пост и молитву по случаю этой тяжелой утраты. Прах Маймонида был перевезен в Святую Землю и похоронен в Тивериаде. Единственный сын Маймонида, Авраам, был его преемником в должностях придворного врача и нагида египетских евреев.


13. Сочинения Маймоннда.

Слава Маймонида особенно возросла после его смерти, когда распространились его сочинения. О нем говорили: "От Моисея (библейского) до Моисея (Маймонида) не было подобного Моисею (Маймониду)". И действительно, после древних творцов Пятикнижия и Мишны никто так много не сделал для развития иудаизма, как Моисей Маймонид. Уже в первом своем сочинении, обширной комментарии к Мишне, названном по-арабски "Светоч" (позже переведен на еврейский язык), Маймонид пролил свет на все содержание "устного учения". Если Гемара часто запутывала и затемняла смысл Мишны, то "Светоч" Маймонида упрощал и уяснял его. Но Маймонид не ограничился этим. Многотомный Талмуд заключал в себе такую огромную и беспорядочную массу законов, нравоучений и научных званий что на изучение его человек должен был тратить всю свою жизнь; выводить же из этой массы точные правила и законы для руководства было очень трудно, ввиду многочисленных противоречий во мнениях различных творцов Мишны и Гемары. И вот Маймонид решил составить полный свод еврейских законов и поучений на основании Библии и Талмуда. "Я хотел бы, – говорит он в предисловии к этому труду, – чтобы настоящее сочинение служило полным сводом устного учения со всеми постановлениями, обычаями и законами, накопившимися ом времени нашего учителя Моисея до составления Гемары. Я назвал эту книгу Мишне-Тора ("Второй закон") в том предположении, что всякий человек, усвоив сначала писаное учение (Библию), будет в состоянии немедленно приступить к изучению настоящего свода, по которому он ознакомится с содержанием устного учения (Талмуда), так что ему не придемся читать между этими книгами ничего другого".

Свод "Мишне-Тора", или как он иначе называется "Яд гахазака" ("Сильная рука"), написан прекрасным еврейским языком и состоит из 14 книг. Первая называется "Книгой познания" ("Сефер га'мада"); в ней изложены главные основания (догматы) еврейской веры. Маймонид в другом своем сочинении установил 13 таких основ или догматов: 1) Бог – творец и правитель мира; 2) Он, безусловно, един; 3) Бог не имеет телесных свойств и никакого подобия человека; Он – существо, постигаемое не чувствами, а разумом; 4) Бог вечен и не зависит от времени; 5) еврей обязан почитать только этого Бога; 6) все слова библейских пророков истинны; 7) наш вероучитель Моисей есть первый и самый великий пророк; 8) наше вероучение дано Беге" [Через Моисея; 9) это вероучение никогда не будет замшено другим; 10) Бог знает все дела и помыслы людей; 11) Он воздает добром исполняющим Его заповеди и наказывает нарушителей их; 12) когда-нибудь придет избавитель еврейства, Мошиах (Мессия), которого следует ожидать ежедневно; 13) по воле Божией совершится когда-нибудь воскресение мертвых.

В "Книге познания" все эти основы еврейского вероучения подробно объяснены; там же изложены те нравственные обязанности, которые из них вытекают для каждой отдельной личности. В остальных отделах "Мишне-Торы" изложены, в строгом порядке, все законы, обряды и обычаи еврейской религии, а также законы семейные, государственные и общественные, выработанные в эпохи Библии и Талмуда. Благодаря своду законов Маймонида, талмудическое законодательство окончательно утвердилось среди евреев. "Мишне-Тора" сделалась необходимым руководством для всякого раввина, судьи и главы общины. Однако на первых порах нашлись и противники, осуждавшие великое предприятие Маймонида.

Автора упрекали и в намерении сократить изучение Талмуда в школах, и в свободомыслии, и, наконец, в произвольном решении вопросов, считавшихся в Талмуде спорными. Эти упреки и нападки исходили из лагеря приверженцев старины.

Составив свод религиозных законов иудаизма, Маймонид не считал еще свою задачу оконченной. Две великие истины служили Маймониду путеводными звездами в его жизни: истина, возвещенная человечеству божественным Откровением, и та истина, которую открывает мыслящему человеку его собственный Разум. Как верующий, он преклонялся перед учением Моисея и пророков; как мыслящий человек, он признавал учения греческого философа Аристотеля и других мыслителей, исправляя и дополняя эти учения в духе своих убеждений. Заветной мыслью Маймонида всегда было – примирить истины Откровения с истинами Разума.

Эту великую задачу он осуществил в своем труде, написанном по-арабски под заглавием "Путеводитель блуждающих" ("Море Невухим" в еврейском переводе). В этой книге проводится та основная мысль, что чистая религия и чистый разум во всем согласны между собой. Оба признают существование единого Бога, как причины или начала всякого бытия, и оба стремятся довести человека до высшего совершенства. Если же истина веры и истина разума так согласны между собой относительно первопричины и конечной цели бытия, то они должны совпадать и в тех промежуточных пунктах, которые лежат между этими двумя крайними точками.

Далее идет применение этих основных начал к догматам иудаизма. – "Путеводитель" Маймонида распадается на три части. Первая посвящена богопознанию, вторая – учению о сотворении мира и о пророчестве, третья – нравственному учению.

Маймонид блестяще завершил ту задачу, которую за два с половиной столетия до него поставил себе Саадия Гаон. Его труд является венцом и еврейского законоучения, и средневековой еврейской философии. "Путеводитель блуждающих" приобрел небывалую славу: эту книгу изучали и евреи, и арабы, и христиане (в латинском переводе). – Кроме указанных крупных сочинений, Маймонид написал еще целый ряд хниг по богословию, логике, морали и медицине.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх