Глава 4 Века бесправия и мученичества до изгнания евреев из Франции (1215-1394 гг.)

19. Папа Иннокентий III.

Крестовые походы необыкновенно усилили духовную и светскую власть римских пап. Вся Западная Европа сделалась как бы одним государством, где безгранично властвовал глава католической церкви, живший в Риме и рассылавший свои приказы королям и народам. Могущество пап достигло наивысшей степени при Иннокентии III, в начале XIII века. Этот суровый и самовластный первосвященник, жестоко подавлявший малейшее проявление свободы мысли, видел опасность для церкви в том, что евреи живут среди христиан и заражают их своим неверием. Так как истребить всех евреев было невозможно, то папа стремился к тому, чтобы, по крайней мере, превратить их в бесправную касту. Евреи – писал он в своих пастырских посланиях к королям и князьям – обречены на вечное рабство за то, что их предки распяли Христа; они должны, как братоубийца Каин, постоянно скитаться по земле и бедствовать; христианские правители отнюдь не должны покровительствовать им, а, напротив, обязаны порабощать их и держать особо от христиан, в качестве едва терпимого и бесправного низшего сословия, дабы выступала разница между верными сынами церкви и отверженными сынами синагоги.

Вражда Иннокентия III к евреям имела тесную связь с происходившим в то время в Южной Франции "альбигойским движением". Под влиянием распространившейся в Провансе еврейско-арабской образованности, местные христиане начали читать и свободно толковать Библию и убедились, что учение римско-католической церкви резко расходится с первоначальным учением Евангелия. Возникла секта альбигойцев, которая исповедовала веру чистого христианства и враждебно относилась к римской церкви. Узнав об этом, папа Иннокентий III воздвиг страшные гонения на альбигойцев и открыл крестовый поход против них. Крестоносцы ворвались в Прованс, перебили там десятки тысяч "еретиков" и опустошили страну. Пострадали и евреи, которых считали виновниками ереси. При взятии города Безьера фанатическими ордами монаха Арнольда в числе убитых оказалось около двухсот евреев (1209 г.). "Бейте всех, – говорил Арнольд крестоносцам, – а там уже на небе Бог отличит виновных от невинных!" В Южной Франции была учреждена инквизиция, или тайное церковное судилище, для розыска и истребления свободомыслящих христиан и евреев. В это время образовался также монашеский орден доминиканцев, поставивший себе целью охранять церковь от всяких проявлений вольного духа. Доминиканцы сделались злейшими врагами евреев, постоянно преследовали и унижали их.

Римский папа и его армия монахов стремились к тому, чтобы уничтожить всякое общение между евреями и христианами. В 1215 г. Иннокентий III созвал церковный собор для принятия мер против еретиков и иноверцев во всех странах.

Между прочим, собор выработал ряд унизительных законов для евреев.

Христианским правителям предписывалось: не допускать евреев к общественным должностям; не дозволять им показываться на улицах в дни Страстной недели, накануне католической Пасхи; следить, чтобы крещеные евреи не соблюдали обрядов своей прежней веры; обязывать евреев, купивших дома у христиан, платить налог в пользу церкви. Но самой жестокой мерой в этом соборном уставе было установление "еврейского знака". Ссылаясь на то, что в некоторых странах евреи не отличаются от христиан покроем своей одежды и поэтому легко смешиваются с ними, собор постановил чтобы евреи обоего пола носили особую одежду, или особый знак на ней из яркой цветной материи. Позже было разъяснено, что этот знак должен состоять из круглого куска желтой ткани, прикрепляемого к шляпе или верхнему платью. Этот знак должен был служить позорным клеймом для всякого еврея. Встречая такого еврея, всякий христианин мог безнаказанно оскорблять его, издеваться над ним; да и сам еврей, нося позорный знак, должен был чувствовать себя униженным и беззащитным. Однако не все светские правители настаивали на исполнении этого позорного церковного закона, и не все евреи подчинялись ему. Гордые испанские евреи, жившие в христианских землях, отказались от ношения установленного знака, а в других странах богатые люди откупались от этого деньгами.


20. Преследование Талмуда и диспуты.

Самыми ярыми приверженцами римской церкви были в то время французские короли. Набожный король Людовик Святой был слепым орудием в руках духовенства и притеснял евреев, с целью обратить их в христианскую веру. Не довольствуясь гонениями на евреев, король и духовенство воздвигли гонения на иудейскую религию. Один крещеный еврей, Николай Донин, с презрением отвергнутый своими бывшими единоверцами, донес папе Григорию IX, что в Талмуде содержится много вредных мнений и обидных выражений против христианства. Папа поручил епископам познакомиться с содержанием книг Талмуда и, если донос Донина оправдается, публично сжечь эти книги. Розыск начался в столице Франции, Париже. Отобраны были у некоторых парижских евреев экземпляры Талмуда, а раввинов призвали для объяснений. Вскоре был назначен в Париже публичный диспут (спор) между доносчиком Николаем Донином и четырьмя раввинами, во главе которых стоял почтенный парижский раввин Иехиель. Диспут состоялся в июне 1240 г., в присутствии высших чинов двора, духовенства и дворянства. Рабби Иехиель горячо возражал на обвинения Донина, доказывая, что в Талмуде нет никаких богохульных мнений вообще и -оскорбительных для христианства выражений в частности. Но напрасны были старания раввинов. Участь Талмуда была предрешена. Из всех областей Франции свозились в Париж отобранные у евреев экземпляры многотомного Талмуда. Двадцать четыре воза, нагруженных этими книгами, были публично сожжены на костре на одной из площадей Парижа (1242 г.). Весть о сожжении священных книг глубоко опечалила евреев всех стран Была сочинена и читалась в синагогах "песнь плача" о сожжении Торы, начинающая словами ("Schaali serufa"): "Спроси, спаленная огнем (Тора), что сталось с теми, кто рыдает о страшном жребии твоем".

Уничтожение талмудических книг нанесло удар еврейской науке во Франции.

Число раввинских школ стало уменьшаться, а деятельность тоссафистов вскоре прекратилась.

Столкновения между еврейским духовенством и христианским происходили тогда и в королевстве Арагонии, в христианской части Испании. Арагонский король Яков I был ревностным католиком и мечтал о крещении евреев и арабов.

Доминиканцы преподавали в своих школах языки еврейский и арабский, для того чтобы монахи могли успешно распространять христианство среди этих двух народов. В числе таких монахов-миссионеров был крещеный еврей, Павел Христиани. Павел путешествовал по Южной Франции и Испании и проповедовал своим бывшим единоверцам об истинности католической веры, причем подтверждал свои слова ссылками на разные места Библии и даже Талмуда. Им-то воспользовались для своих целей доминиканцы. Они решили устроить публичный диспут между Павлом Христиани и одним из крупнейших раввинов, рассчитывая, что если победа останется на стороне доминиканца, то евреи принуждены будут принять христианство. Король Яков одобрил это решение и пригласил к участию в диспуте со стороны евреев знаменитого раввина Рамбана из Героны.

Моисей бен-Нахман, называемый также Нахманидом и Рамбаном (1195-1270 гг.), был одним из выдающихся еврейских мыслителей XIII века. Глубокий знаток Талмуда и раввинской письменности, он вместе с тем обладал большим светским образованием, изучил медицину и знал хорошо арабский и испанский языки. Тем не менее он не был таким свободомыслящим философом, как его предшественник Маймонид, и придерживался того мнения, что разум должен подчиняться вере. В своем замечательном комментарии к Библии Рамбан показал себя сторонником зарождавшейся тогда "каббалы", или тайной науки о Боге и небесном царстве.

Этого-то раввина, которого евреи считали святым, пригласил арагонский король для состязания с доминиканцами. Рамбан принял приглашение, хотя и неохотно, и к назначенному сроку явился в Барселону, где должен был состояться диспут (1263 г.).

Умный раввин прежде всего поставил условием, чтобы ему позволили на диспуте говорить откровенно; получив на это согласие короля, он смело и с достоинством приступил к прениям. Диспут проходил в королевском дворце, в присутствии короля, придворных особ, сановников церкви, рыцарей и лиц других сословий. Прения продолжались четыре дня. Они вращались вокруг следующих вопросов: 1) явился ли мессия или еще должен явиться? 2) есть ли мессия Бог или человек? 3) чья вера правая? Павел Христиани доказывал истинность христианских верований ссылками на разные места Библии и на какие-то намеки в Талмуде. Рамбан доказывал, что мессия еще не пришел, ибо по предсказанию пророков мессия явится вестником мира на земле и его пришествие должно положить конец всяким войнам, а между тем и теперь еще повсюду царит насилие и льется кровь в непрестанных войнах между народами. Рамбан так смело и решительно отражал доводы своего противника, что барселонские евреи стали опасаться, как бы он этим не раздражил доминиканцев и не навлек гонений на всю еврейскую общину. Однако диспут был благополучно доведен до конца – и Рамбан вышел из него победителем. Король заметил по этому поводу, что он "никогда еще не слышал такой умной защиты неправого дела". Раздраженные доминиканцы пожаловались римскому папе, что Рамбан осрамил своими словами католическую церковь, и принудили этого раввина покинуть Испанию. Семидесятилетний старец отправился в Палестину, куда его давно уже влекло. Он прибыл туда в 1267 г. и с горестью увидел развалины святого града Иерусалима, разоренного многолетней борьбой христиан с магометанами. Палестина тогда находилась под владычеством египетского султана, и в ней жили разбросанно маленькие еврейские общины.

Рамбан старался объединить местных евреев, побуждал их строить молитвенные дома и открывать школы; ему удалось собрать вокруг себя небольшой кружок учеников. Но недолго прожил он в Святой Земле. Около 1270 г. он умер и был похоронен в городе Хейфе.


21. Испания и Фраиция.

Борьба религии с наукой. В XIII веке христианские короли Кастилии и Арагонии одержали ряд побед над испанскими арабами и вытеснили их из большей части страны. В руках арабов осталось только небольшое царство на южной окраине Испании, с столичным городом Гренадой. Таким образом, в Испании, как и в других странах Европы, упрочилась власть католического духовенства, ненавидевшего евреев. Духовенство стремилось установить здесь те же унизительные законы, какие были установлены для евреев во Франции.

Церковные законы запрещали евреям занимать государственные должности, строить новые синагоги, держать у себя христианскую прислугу, разделять трапезу и купаться в бане с христианами. Вменялось в обязанности евреям и еврейкам под страхом большой пени носить особый знак на своем головном уборе. Но все эти церковные постановления редко соблюдались: испанские евреи были тогда слишком образованны и сильны, чтобы подчиняться таким позорным законам; правители же государства всегда нуждались в услугах образованных евреев и не обращали внимания на требования церковной власти. Испанские короли имели при себе министров и советников из евреев. Так, при дворе кастильского короля Альфонса Мудрого (1252-1282 гг.) занимал должность государственного казначея (министра финансов) еврей Меир де Малеа, а по смерти Меира эта должность перешла к его сыну. Лейб-медиком короля тоже был еврей. Будучи любителем астрономии и астрологии, король приглашал к своему двору математиков и звездочетов разных наций. Первенствующее положение между ними занимал толедский еврей, великий астроном "Йбн-Сид, который составил по поручению короля знаменитые астрономические таблицы, названные "Альфонсовыми". Эти таблицы служили пособием для ученых вплоть до астрономических открытий нового времени.

Еврейская община в столице Кастилии, Толедо, была тогда самой богатой и образованной во всей Испании.

Духовная жизнь евреев в христианской Испании была так же разнообразна, как и при арабском господстве. Деятельность ученых и писателей выражалась в двух главных направлениях: одни разрабатывали Библию и Талмуд и углублялись в изучение сложного законодательства иудаизма; другие занимались светскими науками, религиозной философией и поэзией. Маймонид был тогда царем в области философии. Его сочинения ревностно изучались и вызывали много подражаний.

Свободомыслие Маймонида пленяло еврейскую молодежь. Стремясь сочетать веру с наукой, последователи этого философа часто доходили до очень смелых выводов.

Одни толковали Библию в научном духе и утверждали, что чудеса, о которых там рассказывается, происходили естественным путем. Другие учили, что все законы и обряды иудаизма имеют только целью пробуждать в душе религиозно-нравственные чувства и вести к добрым поступкам; следовательно, если человек уже обладает возвышенной религиозностью и доброй нравственностью, то для него эти законы и обряды не обязательны. Распространение свободомыслия в молодом поколении сильно встревожило правоверных раввинов, и они решили вступить в борьбу с наукой и философией.

Борьба эта началась в Южной Франции вскоре после смерти Маймонида. Здесь некоторые раввины, под предводительством Соломона из Монпелье, объявили отступниками от веры всех, изучающих философию и особенно сочинения Маймонида (1232 г.). Этот поступок возмутил сторонников свободной мысли. Возгорелся ожесточенный спор. Противники писали друг против друга едкие послания, которые распространялись во всех общинах. Тогда ревнители из Монпелье прибегли к еще более недостойному поступку. Они явились к монахам-доминиканцам, преследовавшим "альбигойцев" в Провансе, и сказали им: "Знайте, что и в нашем народе есть много еретиков и безбожников, соблазняющихся учением Маймонида, автора нечестивых философских книг. Если вы искореняете ваших еретиков, то искореняйте и наших и сожгите вредные книги". Доминиканцы обрадовались этому и тотчас постановили, с согласия высшего духовенства, сжечь книги Маймонида. В Монпелье был произведен обыск в домах евреев, и найденные там экземпляры "Путеводителя" и "Книги познания" были публично сожжены (1233 г.). Такой же суд над опальными книгами совершился и в Париже, где, как рассказывают, костер для истребления этих книг был зажжен свечой, принесенной с алтаря одной католической церкви. Этот неслыханный союз кучки раввинов с монахами-изуверами вызвал негодование во всех лучших представителях еврейского духовенства.

Многие раввины сами ужаснулись, видя, до чего может довести внутренняя религиозная борьба. Гонения на философию прекратились, и борьба партий утихла до начала XIV века.

В начале XIV века в Испании прославились два раввина: Рашбо и Рош. Рашбо (его полное имя: Шеломо бен-Адерет), раввин в Барселоне и автор многих талмудических исследований, считался в Испании и Франции высшим авторитетом по вопросам еврейского законодательства. Его сподвижник Рош (полное имя: Ашер бен-Иехиель) жил сначала в Германии, где получил образование в школе тоссафистов. Переселившись в Испанию, он занял место раввина и начальника талмудической школы в городе Толедо. В эту школу стекались ученики из всех стран Европы. В раввинской письменности Рош увековечил свое имя курсом талмудического права ("Писке га-Рош"), служащим пособием при изучении Талмуда.

Как уроженец Германии и ученик тоссафистов, Рот пренебрегал светскими науками и даже считал их опасными для веры. Заметив, что в Испании светские науки и философия очень распространены среди евреев, он примкнул к партии противников просвещения, к которой принадлежал и Рашбо. В то время эта партия снова вступила в борьбу с партией свободомыслящих. Раввины Южной Франции и Испании писали в своих окружных посланиях, что еврейская молодежь, занимающаяся наукой и философией в ущерб Талмуду, отрекается от некоторых догматов веры. На основании таких донесений, Рашбо, с одобрения Роша и других раввинов, объявил в барселонской синагоге следующее решение: всем евреям до 25-летнего возраста запрещается читать книги по естественным наукам и философии; толкователи Библии в философском духе признаны еретиками, отлученными от синагоги в этом мире и обреченными на муки ада в жизни загробной, а сочинения их подлежат сожжению; дозволяется только изучение медицины как ремесла. Это решение оглашалось всенародно во многих городах (1305 г.). Хотя известные ученые из партии свободомыслящих громко протестовали против решения раввинов, однако победа осталась за последними. Число светских ученых, философов и поэтов в Испании все уменьшалось, между тем как число талмудистов возрастало.

Одним из последних крупных философов того времени был врач Леви бен-Гершон, известный под сокращенным именем Ралбаг (также Герсонид). Он жил в Авиньоне, в Южной Франции (ум. в 1345 г.). В своей книге "Войны Божий" ("Милхамот Адонай") он ставит философию так же высоко, как откровение, и старается утвердить в религии естественное начало вместо сверхъестественного.

Ревнители веры шутливо говорили, что автор "Войн Божиих" воюет не за Бога, а против Бога. Они не любили этого сочинения, но признали полезной другую книгу Ралбага – нравоучительный комментарий к Библии ("Тоалиот").

Главным представителем талмудической науки после Рота был его сын Яков бен-Атер (ум. в 1340 г.). Он составил новый свод законов под заглавием "Турим", куда вошли все законы, обряды и обычаи иудейства. В отличие от Маймонида, автор "Турим" не касается основ еврейской веры и нравственности, а все внимание обращает на внешние обряды и практические законы. Этот свод законов, состоящий из 4-х томов, вытеснил постепенно кодекс Маймонида и до позднейшего времени служил руководством для раввинов и ученых всех стран.


22. Каббала и "Зогар".

По мере того как ослабевал дух свободного научного исследования, среди евреев все более распространялось своеобразное тайное учение (хахма нистара), которое вело свое происхождение от темных преданий старины и называлось поэтому каббалой (предание). Последователи Маймонида объясняли религию в духе разума и науки; последователи же каббалы вносили в религию представления, выработанные чувством и воображением. Как известно, в Библии мало говорится о сущности Божества, о.жизни ангелов и духов, о загробном существовании людей: каббала же говорит об этом очень много и говорит так, как будто это ей все известно по достоверным преданиям или откровениям свыше. "Тайное учение" зародилось еще в эпоху Талмуда и появилось в Вавилонии во время гаонов; но широкое развитие оно получило в Испании и Франции после смерти Маймонида. Уже Рамбан в своем комментарии проявлял склонность к толкованию библейских стихов на основании "божественных тайн", дошедших путем устных преданий. Вскоре после его смерти в Палестине, среди испанских евреев стали распространяться списки с одной священной книги под именем "Зогар" ("Сияние"). Молва рассказывала чудеса о происхождении этой книги. Говорили, будто Рамбан перед смертью нашел в Палестине древнюю рукопись, которую сочинял за тысячу лет перед тем законоучитель Мишны Симон бен-Иохаи во время своего пребывания в пещере (ч. II, 50). Найденная рукопись была переслана в Европу, и здесь с нее изготовлялись списки, распространявшиеся в народе. Первым изготовителем этих списков был испанский каббалист Моисей де Леон (умер в 1305 г.). Противники каббалы утверждали, что Моисей де Леон сам составил книгу "Зогар" и ложно выдавал ее за древнюю рукопись, для того чтобы обратить на нее внимание.

"Зогар" написан на старом арамейском языке, близком к талмудическому, и представляет собой ряд изречений Симона бен-Иохаи и других древних законоучителей. Эти изречения приноровлены к тексту Пятикнижия и расположены в порядке его отделов. Симон бен-Иохаи выступает в "Зогаре" в сверхъестественном образе святого мужа, получающего откровения от ангелов и вещающего в кругу избранных о великих тайнах неба, земли и человеческой души. Основная мысль "Зогара" заключается в том, что в библейских рассказах и заповедях скрыты глубокие тайны. В чем же была бы святость Торы – рассуждает Симон бен-Иохаи – если бы Бог хотел рассказать в ней такие простые вещи, как, например, история Агари и Исава, Якова и Лавана? Ведь такие рассказы может сочинить всякий смертный. Нет, библейские рассказы – это только внешний покров для божественных тайн, доступных разуму избранных. Симон снял этот покров.

Незадолго до своей смерти собрал он своих учеников и открыл им тайну существа Божия. "Святой Старец (Бог), – вещал он, – есть самое сокровенное существо, далекое от видимого мира и вместе с тем связанное с ним, ибо все на Нем держится и Он во всем содержится. Он имеет и не имеет образа; имеет настолько, насколько Он все поддерживаете не имеет настолько, насколько Он непостижим.

Когда Он образовался. Он вынес девять светочей, сияющих Его блеском и расходящихся во все стороны. Он – един с ними; это – ступени, по коим показывается Святой Старец, это – Его образы. Его глава – высшая мудрость, Его власы – различные пути премудрости. Его чело – милосердие" и т. д. Такие загадочные речи наполняют значительную часть "Зогара". Но рядом с ними встречаются яркие поэтические описания. Описываются тайны неба и ада, добрых и злых духов. Злые духи часто проникают в душу человека и будят в ней греховные помыслы. Каждое нарушение религиозного закона передает человека во власть демонов, нечистых сил; соблюдение же закона передает человека в связь с миром чистых ангелов. В "Зогаре" иногда говорится, в очень загадочных выражениях, и о "временах мессии", которые наступят тогда, когда шестидесятый или шестьдесят шестой год переступит порог шестого тысячелетия от сотворения мира (5060-5066, или 1300-1306 гг. хр. эры). Тогда произойдет страшная войны между Эдомом и Исмаилом (христианским и магометанским миром), а третья сила одолеет обоих. На основании этих и других предсказаний "Зогара" многие ожидали пришествия мессии в разные сроки, но обманывались в своих ожиданиях. Тем не менее "Зогар" сделался священной книгой каббалистов, как бы Библией "тайного учения", и в позднейшее время имел сильное влияние на развитие религиозных сект в еврействе.


23. Изгнание евреев из Англии.

Во время крестовых походов евреев в Англии преследовала христианская чернь, возбужденная призывом к борьбе за веру. После крестовых походов евреи много терпели от королей, феодальных князей и католического духовенства. Короли и князья считали евреев своими крепостными, а все нажитое ими путем торговли – своей собственностью. Король Иоанн Безземельный (преемник Ричарда Львиное Сердце) постоянно нуждался, в деньгах и вымогал их у евреев посредством угроз и насилий. В 1210 г. с них взыскивалась по раскладке огромная сумма; у одного богача в Бристоле потребовали десять тысяч серебряных марок, но так как тот не мог или не хотел дать столько денег, то король приказал выдергивать ему один зуб за другим, пока он не отсчитает требуемой суммы. После церковного собора 1215 г. за евреев принялось и английское духовенство, послушное папе Иннокентию III. Оно следило за тем, чтобы строго исполнялись все унизительные соборные постановления о "неверных", и даже прибавило к ним еще новые. Отличительный знак на верхней одежде еврея должен был состоять из шерстяной цветной ленты на груди, длиной в четыре пальца и шириной в два. Запрещалось строить новые синагоги; евреи должны были платить особый налог в пользу церквей. При таком бесправном положении внутренний строй еврейских общин в Англии не мог окрепнуть, и умственная жизнь остановилась. Множество ученых и раввинов, не находя почвы для своей деятельности в Англии, выселялось в другие страды Европы или в Палестину.

При следующих королях евреев угнетали так, что они не раз просили дозволения выселиться из Англии; но их не выпускали, ибо видели в них источник дохода. Один английский-писатель заметил, что евреев в Англии подвергали тогда всем притеснениям, какие некогда претерпели предки их в Египте, с той разницей, что вместо кирпичей от них требовали слитков золота. При короле Эдуарде I духовенство употребляло все старания, чтобы обратить евреев в христианство. Король разрешил доминиканским монахам проповедовать евреям христианское учение и обязал последних слушать эти проповеди внимательно, не противоречить и не смеяться (1282 г.). Современный христианский богослов, знаменитый Дунс Скот, советовал королю отнимать у еврейских родителей малолетних детей и воспитывать их в католической вере. В то же время лондонский архиепископ приказал закрыть все синагоги в своей епархии.

При таких обстоятельствах дальнейшее пребывание евреев в Англии стало невозможным – и королю осталось только выпустить их из страны, о чем многие давно просили. В июле 1290 г. Эдуард, не спросив парламента, издал указ о выселении всех евреев из Англии. Изгнанникам дан был срок до 1 ноября, чтобы продать свое имущество и окончить свои дела: смертная казнь грозила тому, кто останется на английской почве позже этого срока. Но евреи, измученные преследованиями, не заставили себя долго ждать. Еще до наступления срока (октябрь 1290 г.) 16500 английских евреев сели на корабли и навсегда покинули свою жестокую родину. Большинство изгнанников направилось во Францию, но они попали туда в такое время, когда и сами французские евреи подвергались ужасным гонениям. Они допили чашу горя до дна, претерпевая все бедствия, выпавшие на долю их французских соплеменников в течение следующего столетия.


24. Изгнание евреев из Франции.

В XIV веке евреев нигде так жестоко не мучили, как во Франции и Германии. Французские короли преследовали евреев, одни – из желания присвоить себе их деньги, подобно Филиппу-Августу, другие – из религиозной нетерпимости, подобно Людовику Святому. Король Филипп Красивый – человек низкий и алчный, разоривший свою страну, – довел до совершенства систему выжимания денег из своих подданных. Он не только облагал евреев огромными податями, но часто путем угроз и арестов прямо отнимал у зажиточных людей значительную часть их состояния. Но и эти непрестанные взыскания не удовлетворяли ненасытного короля. Подобно жадному хозяину в известной басне, он решил зарезать курицу, несущую золотые яйца: он решил изгнать евреев из Франции и сразу завладеть их имуществом. В 1306 г. Филипп приказал объявить всем евреям, чтобы они в месячный срок выселились из государства, оставив там свое имущество. Изгнанникам дозволялось брать с собой только самую необходимую одежду и съестные припасы на дорогу. По истечении объявленного срока около ста тысяч евреев выселились из различных городов Франции. Все движимое и недвижимое имущество их досталось королю и было распродано христианам. Велико было горе ограбленных и выселенных евреев. Большинство их переселилось в независимые провинции Южной Франции и в пограничные испанские владения; изгнанники держались ближе к французской границе, надеясь, что им, в конце концов, дозволят возвратиться на родину. Они не ошиблись в расчете. Спустя девять лет после изгнания евреев умер Филипп IV – и на престол вступил его сын Людовик X. Новый король дозволил евреям возвратиться во Францию, ибо – как сказано в его указе – "этого требовал общий голос народа". Изгнанники массами устремились на родину (1315 г.). Но не на радость вернулись они туда.

В 1320 г. во Франции стали собираться новые отряды крестоносцев, из крестьян и пастухов. Какой-то юный пастух рассказывал, будто к нему с неба слетел волшебный голубь и велел собрать рать крестоносцев и идти войной на нехристиан. Простой народ поверил этой басне. В новую армию крестоносцев пошли тысячи крестьян из Южной Франции. Эта армия шла из города в город, со знаменами в руках, увеличиваясь в пути разным сбродом, имевшим в виду один только грабеж. Как и при прежних крестовых походах, разнузданная толпа прежде всего набросилась на евреев. В Вердене, Тулузе, Бордо и других городах евреи были перебиты этими кровожадными шайками. Верденскую крепость, где заперлось около 500 евреев, крестоносцы взяли приступом; евреи, видя невозможность спасения, добровольно перерезали друг друга. Начальники городов и королевских войск часто защищали евреев, но нелегко было усмирять крестоносцев, на которых народ смотрел как на святых подвижников. Только когда народные волнения стали угрожать властям и высшим сословиям, приняты были, по повелению короля, энергичные меры. Армия крестоносцев была рассеяна. Мелкие отряды ее еще бесчинствовали в городах соседней Испании. Всего во Франции и Северной Испании пострадали от "пастушьего похода" ("гезерат гароим") около 120 еврейских общин.

Положение евреев во Франции становилось все более шатким. Нуждаясь в деньгах для ведения войн, короли разрешили евреям жить в стране только временно, на определенные сроки, под условием уплаты больших податей за право жительства. К почетным промыслам евреев не допускали; поэтому многим приходилось заниматься ссудой денег. Эти ростовщики, внося в казну непосильные налоги, в свою очередь притесняли своих христианских должников, взимая с ним большие проценты. Народ негодовал на ростовщиков и мстил за них всем евреям.

Таким образом, французские правители одновременно грабили евреев и делали их ненавистными народу. Духовенство со своей стороны возбуждало народ против евреев, как "врагов церкви". Положение становилось невыносимым, и евреям оставалось только постепенно эмигрировать из несчастной страны. Уже начался этот исход из нового Египта, когда король Карл VI издал указ об изгнании евреев из Франции навсегда (1394 г.). "Король, – говорится в этом указе, – внял жалобам на проступки евреев против святой веры и на злоупотребления данными им правами, и поэтому решил впредь безусловно запретить им жительство во всех областях Франции, как северных, так и южных". До 3 ноября им дан был срок покончить свои дела, взыскать долги и распродать имущество. В конце 1394 г. многие тысячи еврейских семейств покинули страну, где алчность правителей, фанатизм духовенства и грубое суеверие массы довели их до позорного рабства.

Некоторые владельцы городов и поместий хотели оставить у себя евреев, но были принуждены исполнять королевский указ. Евреи остались только в немногих областях Южной Франции. Изгнанники переселились в Германию, Италию и Испанию.

После этого в Северной Франции уже не было еврейских общин в течение почти трех столетий, до конца XVII века.


25. Германия – гетто и ложные обвинения.

В то время, как из Англии и Франции евреев изгоняли, в Германии их угнетали и унижали, но не выселяли из страны. Печально сложилась жизнь немецких евреев после крестовых походов.

Сотни еврейских общин находились в городах Германии, Австрии, Богемии и Швейцарии, но жили они отдельно от христианского общества, как отверженные. В большинстве города" евреям для жительства отводились особые кварталы или улицы ("гетто"); туда вели ворота, которые на ночь запирались. Эти закрытые кварталы служили часто убежищем для обитателей во время нападений христианской черни; но зато, когда враг врывался туда, он сразу уничтожал целые общины. Тесно и душно было в этих кварталах, где в каждом доме ютились десятки семейств.

Ношение позорного "еврейского знака" – в виде желтого кружка на одежде или безобразной остроконечной шляпы с рогами – считалось обязательным; еврей, выходивший на улицу без этого знака, платил штраф. Большинство германских евреев было крайне бедно. Обыкновенным занятием бедняков была мелкая торговля, в особенности торговля старым платьем, а состоятельные занимались ссудой денег на проценты. К более почетным промыслам евреев не допускали, или допускали очень редко. Христианские ремесленные цехи не принимали их в свою среду, а купеческие союзы не давали им заниматься крупной промышленностью. Императоры и правители отдельных областей обращались с евреями, как с крепостными или рабами, разоряли их тяжелыми налогами и поборами. Эти налоги взимались за оказываемое евреям "покровительство", которое, однако, не всегда предохраняло обитателей гетто от погромов.

Особенно часто страдали евреи в Германии от ложных обвинений, порожденных средневековым суеверием. Из Франции проникло сюда нелепое поверье, будто евреи ежегодно, перед Пасхой, тайно похищают христианских младенцев и убивают их (17). Еще утверждала суеверная молва, будто евреи берут церковный хлеб (причастие, гостия), служащий символом тела Христова, режут и колют его, пока из него не выходит кровь. Если где-нибудь пропадал христианский младенец или случайно находили его труп, то разъяренная толпа бросалась на еврейский квартал, убивая и грабя там ни в чем не повинных людей. Не было почти города в Германии, где бы не повторялись подобные нападения. Однажды близ города Фульды найдены были убитыми пять христианских мальчиков, дети местного мельника (1235 г.). Суеверная масса тотчас решила, что убили их два еврея, которые будто бы выцедили кровь из убиенных и хранят ее для своих пасхальных обрядов. Толпа крестоносцев и мещан набросилась на еврейских жителей Фульды и убила тринадцать мужчин и женщин. Евреи пожаловались императору Фридриху II, и тот назначил следственную комиссию из ученых христиан, которые должны были разрешить вопрос: действительно ли евреи повинны, как гласит народное поверие, в употреблении христианской крови для своих пасхальных обрядов. В случае утвердительного ответа император грозил истребить всех евреев в своем государстве. Ответ комиссии гласил, что нельзя в точности установить верность взводимого на евреев обвинения. Император, однако, наложил большую денежную пеню на фульдских евреев, несмотря на то, что подозрение против них не подтвердилось. Возмущенные гнусным обвинением, евреи обратились с жалобами к тогдашнему римское папе Иннокентию IV. Этот папа, который был справедливее своих предшественников, разослал епископам в 1247 году буллу (папский указ), где упомянутое обвинение было объявлено низкой и злобной клеветой. Вот содержание этой буллы:

"Мы слышали слезные жалобы евреев на то, что против них изобретают безбожные обвинения, изыскивая повод, чтобы грабить их и отнимать их имущество. В то время как Св. Писание велит, "не убий!", против евреев поднимают ложное обвинение, будто они едят в праздник Пасхи сердце убитого младенца. Полагают, что это им повелевает закон, который, напротив, строго запрещает подобные деяния. Как только находят где-либо труп неизвестно кем убитого человека, убийство по злобе приписывается евреям. Все это служит предлогом, чтобы яростно преследовать их. Без суда и следствия, не добившись ни улик против обвиняемых, ни собственного их сознания, у них безбожно и неправосудно отнимают имущество, морят их голодом, подвергают Заточению и другим пыткам и осуждают на позорную смерть. Участь евреев под властью таких князей и правителей становится, таким образом, еще более ужасной, чем участь их предков в Египте под властью фараонов. Из-за этих преследований они вынуждены покидать те места, где предки их жилы с древнейших времен. Не желая, чтобы евреев несправедливо мучили, мы приказываем вам, чтобы вы обращались с ними дружелюбно и доброжелательно. Если вы услышите о каких-нибудь несправедливых нападках на евреев, препятствуйте этому и не допускайте на будущее время, чтобы их подобным образом притесняли".

Но не помогла евреям и папская булла. Из года в год, в пасхальные дни повторялись нападения на евреев в городах Германии. Иногда такие погромы охватывали сразу целые области. В большинстве случаев ложные обвинения служили только внешним поводом для гонений на евреев. Внутренние же причины гонений заключались в зависти христианских торговцев и ремесленников к своим еврейским конкурентам, в желании выжить евреев из того или другого города и занять их место.


26. "Черная смерть".

Оскудение. Гонения на евреев в Германии достигли крайних пределов в XIV веке. "С тех пор, как евреи живут на свете, – говорит один старинный немецкий писатель, – они еще не переживали более жестокого столетия, чем четырнадцатое. Можно удивляться, как после такой бойни остался еще в Германии хоть один еврей". В 1348 году в Европе свирепствовала страшная чума, известная под именем "черной смерти". Сотни тысяч людей умирали от этой загадочной болезни. Вымирали целые города и области. Люди обезумели от страха; дикое суеверие овладело темной массой и вело ее на преступления; всякая узда законности исчезла. В это время пущен был чудовищный слух, будто зараза вызвана евреями, которые нарочно отравили воду в колодцах и реках, чтобы погубить христиан. Обвинение поддерживалось, между прочим, тем обстоятельством, что евреи, вследствие свойственного им трезвого образа жизни и особенной заботливости в уходе за больными, умирали от чумы в меньшем количестве, чем христиане. И вот началась народная расправа с мнимыми отравителями. Избиение евреев началось в Южной Франции и Драгонии, но страшные размеры оно приняло в Германии. В прирейнских областях, в Эльзасе, Австрии, Швейцарии, Богемии, где "черная смерть" косила жителей, евреев убивали тысячами.

Их сжигали на кострах, пытали, вешали, местами изгоняли или заставляли принимать крещение. Напрасно папа Климент VI обратился к католикам с буллой, в которой доказывал нелепость взведенного на евреев обвинения, напоминая, что сами евреи умирают от заразы, и что "черная смерть" свирепствует и там, где их вовсе нет. На слова папы не обратили внимания, страсти разгорелись – и нельзя было унять их. В Страсбурге и Кельне бургомистры и члены городское совета заступились за неповинных евреев; они убеждали народ, что чума послана Богом, а не людьми; но горожане прогнали этих заступников. Страсбургских евреев поволокли на кладбище, заперли в большой деревянный сарай и сожгли. Спаслись лишь немногие, которые с отчаяния согласились принять крещение (1349 г.).

Подобная же участь постигла и кельнских евреев, после неудавшейся попытки их защищаться с оружием в руках. Прирейнские города, свидетели ужасов крестовых походов, снова огласились воплями еврейских жертв. В Вормсе городской совет решил сжечь евреев, но последние, не дожидаясь смерти от рук палачей, сами подожгли свои дома и погибли в пламени. То же сделали и евреи Франкфурта и других городов. В Майнце часть евреев оказала вооруженное сопротивление своим мучителям и убила около двухсот человек; когда же дальнейшая борьба стала невозможна, майнцские евреи сами сожгли себя в своих домах. Из немецких земель евреи массами убегали в соседнюю Польшу, где их соплеменники жили спокойнее, под защитой королей и богатой шляхты.

Страдания, унижения и бедность омрачили жизнь немецких евреев и ослабили их умственную деятельность. Область умственной жизни была так же тесна, как улица еврейского квартала. Даже раввинская наука измельчала. Ученые талмудисты разрабатывали и объясняли прежнюю письменность, но не создавали ничего нового.

О свободе мысли не могло быть и речи.

Религиозные обряды соблюдались с величайшей строгостью как в домашней жизни, так и в синагоге. Семья и синагога – вот два места, где гонимый, унижаемый еврей отдыхал душой, где он чувствовал себя человеком с возвышенными духовными стремлениями. Семейная жизнь немецкого еврея была образцом нравственной чистоты, самоотверженной любви, воздержания и трезвости. Община составляла как бы одну большую семью, объединенную одинаковыми стремлениями и привычками. Жизнь общины сосредоточивалась в синагоге, где во дворе, обыкновенно, находилась и обитель раввина. Здесь обдумывались и обсуждались общинные дела; здесь иногда, в моменты народных нападений, члены общины решались добровольно умирать, чтобы не сдаться врагу: синагога поджигалась – и целая толпа мучеников испускала дух, при восторженных криках: "Слушай, Израиль, Бог – един!". Память о таких мучениках свято чтилась потомством; имена их, с титулом "святой" ("гакадош") при каждом, заносились в памятные книги синагог и поминались в трогательных молитвах за тех, "которые отдали свою жизнь за святость имени Божия".

В XV веке гонения на евреев в Германии ослабели. Только время от времени католическое духовенство возбуждало против них толпу. Около 1450 года по стране разъезжал монах Капистран, прозванный "бичом иудеев", и возбуждал народ против евреев; под влиянием этих проповедей народ в нескольких местах разгромил еврейские кварталы. Из различных городов евреи изгонялись.

Литература германских евреев в XIII-XV вв. состоит почти исключительно из талмудических исследований. Из талмудистов этой эпохи особенно прославились: рабби Меир из Ротенбурга (XIII в.), р. Израиль Песерлейн в Австрии и р.

Израиль Вруна в Регенсбурге (XV в.). Пражский раввин Липман Мильгаузен написал популярную книгу "Ницахон" ("Победа" в 1410 г.), которая должна была служить руководством для еврейских ученых при религиозных спорах с христианскими духовными лицами.


27. Италия.

В Западной Европе средних веков Италия была единственной страной, где евреи не подвергались массовым гонениям: посреди густого мрака средневекового варварства, в этой стране впервые блеснул луч "возрождения" (XIII-XIV вв.), обновления духовной и общественной жизни. Римские папы не были пророками в своем собственном отечестве. Иннокентий III и его преемники, успешно насаждавшие религиозную нетерпимость во всех странах Европы, не сумели привить этот тлетворный дух в самой Италии, распадавшейся на независимые области и вольные торговые города. Евреи жили в папской области, в вольных городах Ломбардии и на юге – в Неаполе и Сицилии. Церковные законы применялись к ним не строго даже в Риме. Евреи здесь издавна жили в особом квартале, но в своем быту не были резко обособлены от христиан. По закону, они признавались "римскими гражданами" особого разряда, подведомственными папской курии. Во главе общины стояли выборные уполномоченные ("парносы"), ответственные перед напоив правильном взносе податей, имевшие право созывать собрания, творить суд и расправу, налагать за проступки штрафы или херем (отлучение от синагоги).

Экономическое положение евреев в Италии было несравненно лучше, чем в других странах. Здесь они не были прикреплены к мелкой торговле и ссуде денег, а могли заниматься промышленностью и ремесленным производством в больших размерах. В Южной Италии и Сицилии евреи занимались даже сельским хозяйством и шелководством. В таких всемирных торговых портах, как Венеция и Генуя, еврейские купцы не могли соперничать с крупкым христианским купечеством, но все-таки и они принимали некоторое участие в международной морской торговле, шедшей через эти порты. Внутри страны, при отсутствии удобных и безопасных путей сообщения, евреи оказывали существенную услугу сельскому хозяйству и торговле, перевозя хлеб и другие продукты с места на место, исполняя роль посредников между производителем и потребителем. Богачи занимались и ссудой денег под проценты, но в этой области они были только слабыми учениками итальянских ростовщиков, знаменитых "ломбардцев". Современники свидетельствуют, что ростовщики-христиане гораздо хуже обращались со своими клиентами-единоверцами, чем евреи – с христианскими должниками. В 1430 г. банкиры-евреи были приглашены властями города Флоренции на жительство, с тем чтобы они понизили размер процентов по ссудам до 20%, вместо взимавшихся христианами 33%. Благодаря этому в Италии не было тех племенных столкновений на почве ростовщичества, которые в других странах приводили к печальным последствиям.

Среди евреев Италии было много знаменитых врачей, получавших свое образование в высших медицинских школах Падуи, Салерно и других мест, иногда под руководством еврейских же профессоров. Завидуя успеху своих еврейских товарищей, врачи-христиане старались опорочить их в глазах общества, обвиняя их в умышленной "порче" пациентов-христиан. Католическое духовенство требовало соблюдения церковного закона, запрещавшего христианам лечиться у евреев. И тем не менее, еврейские врачи были популярны в стране, и к ним обращались не только миряне, но и католические священники, а иногда и сами римские папы.

Папа Бонифаций IX имел при себе лейб-медиками евреев Мануэлло и его сына Анжело. Эти два врача получили от папы и римского магистрата грамоту, освобождавшую их с потомством от податей за безвозмездное лечение бедных (1399 г.). Еврей-врач Фолиньо, профессор падуанского университета, пал жертвой "черной смерти", заразившись при ухаживании за опасными больными (1348 г.).

При дворах королей и герцогов лейб-медики из евреев встречались довольно часто.

Сравнительно благоприятное общественное положение итальянских евреев, в связи с начавшимся тогда в Италии "возрождением наук и искусств", породило среди них разнообразие умственного творчества. Подобно своим испанским соплеменникам, итальянские евреи выдвинули из своей среды свободных мыслителей, разделявших философские взгляды Маймонида (переводчик арабских философов Яков Анатоли и врач Гилель Верона в XIII в.), и даровитых поэтов. Из поэтов особенно прославился Иммануил Римский (ум. в 1330 г.), современник и друг знаменитого Данте. В отличие от большинства еврейских поэтов, Иммануил писал не религиозные гимны, а светские песни, где воспевались любовь, веселье и счастье, или осмеивались глупость и невежество. Еврейские стихи Иммануила отличаются необыкновенной красотой и звучностью. Он написал также поэму "Ад и Рай" ("Га-тофег ве га-эден"), где обличал недостатки своих современников Среди обитателей ада поэт помещает талмудистов, презирающих светские науки, врачей-шарлатанов и бездарно писателей; в раю он отводит место даже добродетельным не-евреям, признающим единобожие. Позднейшие раввины объявили Иммануила вольнодумцем и запоетили читать его книги.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх