Глава 11 Обзор главнейших событий XIX века

61. Французская революция.

В конце XVIII века совершился переворот, изменивший политический строй жизни некоторых европейских народов. Великая французская революция 1789 года возвестила начало "равенства, братства и свободы" людей всех сословий и вероисповеданий. Последствием этого было признание равноправия евреев, которые в XVIII веке вновь появились во Франции

[После своего изгнания в 1394 г., евреи в течение трех столетий не показывались во Франции. Там селились марраны или тайные евреи из Испании, под видом "новохристиан". Только в конце XVII века во французское подданство вступило много евреев, из присоединенных Людовиком XIV немецких провинций Эльзаса и Лотарингии. В XVIII веке число евреев во Франции увеличилось; многие из них жили даже в Париже; но гражданское положение их было так же унизительно, как в Германии.].

Величайшие деятели революции (Мирабо и другие) требовали во французском Национальном собрании, чтобы евреям были предоставлены все гражданские права наравне с христианами (1789 г.). О том же ходатайствовали уполномоченные от еврейских общин Парижа и других городов. Против равноправия евреев высказывались в Национальном собрании только депутаты от католического духовенства к населения Эльзаса. После горячих прений во многих заседаниях решено было предоставить евреях во Франции все гражданские права (28 сентября 1791 г.), – и король Людовик XVI утвердил это решение Национального собрания.

Это был первый в Европе пример эмансипации евреев, т. е. освобождения их от векового бесправия.

Но не сразу примирились христиане с равноправием евреев. В Эльзасе, где еврейское население было многочисленно, вражда к нему еще не прекратилась.

Французский император Наполеон I, захвативший власть после революции, колебался в своем отношении к евреям. В 1806 г. он созвал в Париже собрание еврейских депутатов из Франции, Италии и Голландии; в собрании председательствовал богатый сефард Авраам Фуртадо из Бордо. Депутатам было предложено 12 вопросов относительно совместимости еврейских религиозных законов с французскими гражданскими законами. Ответ собрания гласил, что евреи, живущие во Франции, считают ее своим отечеством и ее законы для них так же священны, как законы иудейства. Наполеон остался очень доволен этим ответом и вскоре учредил в Париже Синедрион из 71 члена, под главенством старейших раввинов, для выработки подробного плана устройства еврейских общин во Франции. По плану Синедриона, было признано необходимым учредить в Париже главную раввинскую консисторию, а в провинциях – второстепенные консистории; эти консистории должны заведовать делами еврейских общин и главным образом заботиться об исполнении евреями своих гражданских обязанностей. Это общинное устройство было введено и сохранилось во Франции до последнего времени.

Победоносные наполеоновские войны проложили еврейской эмансипации путь и в другие страны Европы. В Италии, с утверждением там французского владычества, было провозглашено равноправие евреев. В Голландии были упразднены последние правовые ограничения, тяготевшие над еврейскими общинами.


62. Успехи просвещения на Западе.

В Германии, где впервые зародилось новое еврейское просвещение, гражданское положение евреев улучшилось только на короткое время. Равноправность их была признана в некоторых германских землях, вошедших в состав созданного Наполеоном Рейнского союза. В Пруссии, униженной победами Наполеона, была также сделана попытка в этом роде. Указом 1812 года король Фридрих Вильгельм III признал необходимым предоставить гражданские права прусским евреям. Но эта милостиво дарованная эмансипация была отменена, как только Германия стряхнула с себя иго Наполеона I. Составился Священный союз главных государей Европы (1815 г.), с целью противодействовать влиянию освободительных (либеральных) идей и восстановить старый политический строй.

Это противодействие (Реакция), длившееся более 30 лет, было особенно сильно в Германии и Австрии. Начавшееся здесь улучшение гражданского быта евреев остановилось. Немецкие правительства стали вновь ограничивать их права, а в некоторых местах немецкая чернь пыталась даже возобновить средневековые нападения на бесправную нацию. В Вюрцбурге, Бамберге и других городах произошли уличные погромы против евреев (1819-1820 гг.).

Германские евреи тогда особенно сильно почувствовали всю тяжесть своего гражданского бесправия. Они уже успели приобщиться к немецкому просвещению и еще недавно принимали участие в освободительных войнах Германии против Наполеона. Они считали себя хорошими гражданами своего германского отечества – и вдруг с ними снова начали обращаться как с чужими. Однако не все так сильно чувствовали горечь этой обиды. Многие образованные евреи зашли уже так далеко в деле слияния с немцами, что совершенно забыли о своей нации. В Берлине и других городах многие еврейские семейства принимали крещение. Даже дочери Моисея Мендельсона (Доротея и Генриетта) при няли христианство. В великосветских салонах Берлина сходились образованные христиане и евреи, и эти сходки приводили иногда к бракам между христианами и еврейками, для чего последние отрекались от своей веры. Величайшие писатели тогдашней Германии, Берне (ум. в 1837 г.) и Гейне (ум. в 1856 г.), отреклись в молодости от еврейской религии; но они потом искупили свое отступничество тем, что сделались горячими защитниками своего народа. Гениальный публицист и борец за свободу, Берне обличал все недостатки немцев и в том числе их дикие предубеждения против евреев. Гейне, лучший после Гете немецкий поэт, воспевал иногда и еврейское горе в своих дивных стихах, написал повесть из средневековой жизни евреев ("Бахарахский раввин"), а в последние годы жизни писал свои вдохновенные строки о величии Библии.

Были и еврейские деятели, которые всецело посвящали свои силы своему народу. Габриель Риссер, издавший (в 1830-х годах) журнал "Еврей" на немецком языке, выступал горячим поборником эмансипации евреев, будил чувство самоуважения в своих соплеменниках и обличал перебежчиков из их среды.

"Бесчестен сын, – восклицал он, – стыдящийся своего отца; бесчестно поколение, стыдящееся своего прошлого!". Другие писатели разрабатывали еврейскую науку и историю. Наиболее деятельным из них был Леопольд Цунц, которого называют отцом новой еврейской историографии (расцвет его деятельности: 1825-1855 гг.).

Школьный товарищ Цунца, М. Иост, излагал историю евреев от древнейших времен до своей эпохи в целом ряде общественных трудов, написанных, как и сочинения Цунца, на немецком языке. Изучение истории раскрыло перед образованными людьми картину развития иудаизма. Свободомыслящие писатели стали развивать идею, что для современного еврея необязательны все многочисленные религиозные обряды и законы, установленные талмудистами и раввинами былых времен. Они утверждали, что это тяжелое бремя законов даже опасно, ибо современный образованный еврей, не будучи в силах исполнить их, отбрасывает вместе с ними основные библейские заповеди и потом доходит до полного отречения от веры. Проповедники этих идей требовали реформ в еврейской религии. Во главе реформистов стоял (с 1840-х годов) талантливый историк иудаизма, бреславский раввин Авраам Гейгер. Но среди реформистов не было единства. Одни обращали внимание только на внешние преобразования, на красивую обстановку синагоги и богослужения; другие начинали с отрицания важных основ веры, вместо того, чтобы изменять только второстепенные обряды. Против реформистов выступила партия правоверных, или ортодоксов. Во главе ее стоял университетский товарищ Гейгера, раввин Самсон-Рафаил Гирш, поставивший себе девизом: "не религию приладить к жизни, а жизнь – к религии". Между двумя противными партиями возгорелась ожесточенная борьба.

Значительный подъем умственной жизни замечался также – хотя в меньшей степени, чем в Германии – среди евреев Франции, Италии и Австрии. Во Франции, в первой половине XIX века, главными двигателями еврейского знания были:

Сальвадор, автор крупных сочинений о Моисеевом законодательстве, истории господства римлян в Иудее и возникновении христианства, и ориенталист Мунк, проливший свет на еврейско-арабскую философию средних веков. В Италии выдвинулся крупный мыслитель Самуил-Давид Луццато (1800-1865 гг.), преподаватель раввинской семинарии в Падуе. Луоццато, автор многочисленных научно-исторических сочинений, развивал ту идею, что иудаизм заключает в себе самую возвышенную философию в самую совершенную систему нравственных идеалов.

Впоследствии он дошел до убеждения в фальшивости новой европейской культуры и видел в чистом миросозерцании иудейства оплот против возрастающей порчи нравов. Соломон Иегуда Рапопорт в Праге исследовал, подобно Цунцу, многие моменты истории еврейской литературы. При всем своем благочестии, Рапопорт подвергался сильным гонениям со стороны хасидов и раввинов, которые считали преступным всякое употребление научных приемов при исследовании древней письменности. Против этих "темных людей" писали свои остроумные сатиры галициане: Иосиф Перль ("Мегале темирин") и Исаак Эртер ("Гадофе").


63. Русские евреи при Александре I в Николае I.

Господствовавшие на Западе в начале XIX века освободительные стремления проникли на короткое время и в Россию, где после присоединения Польши жила наибольшая масса евреев. Внук Екатерины Великой, император Александр I (1801-1825 гг.) учредил особый комитет для обсуждения вопроса об улучшении быта евреев в России, а в 1804 году утвердил выработанное этим комитетом "Положение об устройстве евреев".

Меры просвещения стоят в этом "Положении" на первом плане: евреям открывается доступ в русские учебные заведения и поощряется распространение между ними русского языка. По занятиям евреи разделяются на четыре класса; иа земледельцев, фабрикантов к ремесленников, купцов, мещан. Земледельцам предоставляются значительные податные льготы; занятия же шинкарством и сельскими арендами преследуются, и для этой цели евреям даже запрещается проживать в деревнях. Для привлечения евреев к земледелию правительство отвело пустопорожние степи в Новороссийском крае и предложило желающим селиться там на льготных условиях. На призыв правительства откликнулись несколько сот еврейских семейств из Северо-Западного края и основали первые земледельческие колонии на юге (1808 г.). Но этот первый опыт был неудачен: непривычность евреев к земледелию, с одной стороны, и трудность заселения дикого степного края, с другой – привели вскоре к упадку южных колоний, которые лишь в позднейшее время возродились к новой жизни. Заботы правительства об улучшении быта евреев в духе права и справедливости тоже скоро ослабели. Война с Наполеоном (1812 г.) и вступление России в европейский Священный союз (1815 г.) отвлекли внимание Александра I в другую сторону. Во второй половине его царствования прежние преобразовательные начинания относительно евреев уступили место иным мерам. Делались бесплодные попытки распространить среди евреев христианство посредством учреждения в 1817 году "Общества израильских христиан"; выселение евреев из деревень в города производилось во многих местах с крайней строгостью, между тем как намеченные "Положением" 1804 года меры к поднятию уровня образования и хозяйственного быта евреев оставались без применения.

В царствование Николая I (1825-1855 гг.) положение евреев значительно ухудшилось. В то время утвердился в правящих кругах средневековый взгляд, что еврейский вопрос может быть решен только путем слияния евреев в религии и образе жизни с коренным русским населением. К достижению этой цели было направлено тогдашнее суровое законодательство. В 1827 г. был издан закон, обязавший евреев к личному отбыванию вониской повинности, по суровому рекрутскому уставу. Продолжительная военная служба (около 25 лет) на далеких окраинах государства отрывала еврея от его семьи и общины и приучала к иной, чуждой ему жизни. В солдаты часто вербовались малолетние еврейские дети, которых отправляли в дальние губернии и там обучали в особых батальонах для малолетних "кантонистов". Вследствие давления военного начальства, большинство кантонистов-евреев принимало православие и больше не возвращалось в родные семьи. Наряду с этим издавались строгие законы, ограничивавшие права евреев по избранию местожительства, рода торговли и промыслов. Вне бывших польских областей, составлявших "черту оседлости евреев", им не разрешалось постоянное жительство. Только в последнее десятилетие царствования Николая I правительство убедилось, что одними принудительными способами невозможно решить еврейский вопрос и что необходимо принять меры к поднятию уровня образования евреев. По мысли министра народного просвещения Уварова, были устроены в 1840-х годах начальные еврейские училища с общеобразовательным курсом, а также два раввинских училища (в Вильне и Житомире) для подготовки образованных раввинов и учителей. Но еврейская масса, напуганная прежними мерами правительства, отнеслась недоверчиво к этому новому мероприятию; она видела в "школьной повинности" опасность для своей религии и народности.

Исключительное гражданское положение русских евреев поддерживало их внутреннюю замкнутость. Раввинизм и хасидизм стремились закупорить еврейскую среду от всякого доступа новых идей. Эти два противника, спорившие за власть над массой, вступали в тесный союз всякий раз, когда им грозила опасность от общего врага – просвещения. А новые умственные веяния уже проникали из центров Запада в темное царство восточного еврейства. Исаак-Бер Левинзон из Кременца (1786-1860 гг.) явился глашатаем просвещения среди русских евреев. В своих книгах, писанных на еврейском языке, он проповедовал, что в хедерном воспитании необходимо отдавать предпочтение изучению Библии и древнееврейского языка перед изучением Талмуда, что религия отнюдь не возбраняет изучения иностранных языков и общеобразовательных наук (книга "Теуда беисраиль", 1828 г.). Левинзон писал еще научные исследования по истории развития библейского и талмудического иудаизма ("Бет Иегуда", "Зерубавель"), опровергал в особой книге ("Эфес дамим") нелепую басню об употреблении евреями христианской крови и вообще работал для улучшения быта своих несчастных соплеменников. Но лишь немногие из тогдашних русских евреев ценили деятельность Левинзона; вся же масса окружающих его хасидов считала его отступником от религии. Так же недружелюбно смотрели ревнители раввинизма на возникший тогда в Вильне кружок "просвещенных" ("маскилим"). Главной целью этого кружка было восстановление чистой библейской речи в новой литературе. Один из членов виленского кружка, Мордохай-Арон Гинцбург (ум. в 1846 г.), много сделал для выработки еврейского прозаического стиля в своих книгах, содержащих расска-. зы, описания путешествий, исторические очерки и автобиографию ("Дебир", "Абиззер" и др.).

Виленский поэт Авраам-Бер Лебенсон ("Адам") возродил тогда еврейскую стихотворную речь в своих "Песнях священного языка" ("Шире сефат кодеш", 1842 г.). Сын его, Михель Лебенеон, безвременно умерший на 24-м году жизни (1852 г.), превосходил еще отца по глубине поэтического чувства. Его "Песни Циона" и "Арфа Циона" ("Шире бат-Цион", "Кинор бат-Цион") принадлежат к лучшим произведениям еврейской поэзии.


64. Западные евреи во второй половине XIX века.

В 1848 году в политической жизни западноевропейских народов совершился большой переворот. В Германии Австрии и Италии произошли революции, приведшие к ограничению власти правителей и усилению участия народов в государственном управлении ("конституционный порядок"). Следствием общего освободительного движения было и провозглашение гражданского равноправия евреев, представители которых принимали деятельное участие в этом движении. Во франкфуртском учредительном парламенте, выработавшем новый порядок управления для Германии, занимал место вице-президента Габриель Риссер, давнишний поборник еврейской эмансипации. В парламенте было принято решение, что гражданские права должны быть одинаковы для немецких подданных всех вероисповеданий. Подобное решение было провозглашено и в прусском Национальном собрании, заседавшем в Берлине.

Равноправие евреев было узаконено во всей Германии. Противники нового порядка, взявшие верх в начале 1850-х годов, пытались сократить это равноправие, но встретили отпор со стороны либеральной части общества, в котором евреи играли уже влиятельную роль. Усиление Пруссии после войны с Австрией (1866 г.) и объединение Германии после франко-прусской войны (1870 г.) содействовали упрочению германской конституции и связанной с ней еврейской равноправности.

Крупные еврейские таланты выдвинулись яа всех поприщах политической, общественной и литературной деятельности.

Таким же путем шло освобождение евреев в Австрии. В этой разноплеменной стране, где постоянно кипела борьба национальностей, труднее было евреям упрочить свое гражданское положение. Объявленная в 1848 г. свободная конституция подверглась изменениям а сокращениям. Но, наконец, конституция 1867 года признала гражданское равноправие евреев в Австро-Венгрии.

Во Франции, родине равноправия, положение евреев еще более упрочилось после Февральской революции (1848 г.). Еврей Адольф Кремье занимал здесь пост министра юстиции дважды: в 1848 и 1870 гг. Это был горячий защитник своего народа. В 1860 г. он основал в Париже общество под названием "Всемирный еврейский союз" (Alliance israelite universelle), поставившее себе две цели: защищать интересы евреев во всех местах их рассеяния и распространять среди них европейское просвещение. В действительности обе эти цели осуществлялись "Союзом" только в странах магометанского Востока: в Турции, Алжире, Марокко и Тунисе. В Англии евреи получили в 1858 г. политические права, сверх тех гражданских прав, которыми они раньше пользовались. Они стали посылать в английский парламент своих депутатов. Не раз евреи избирались на почетнейший пост лорд-мэра Лондона. Герой новейшей английской истории, бывший долгое время первым министром, Биконсфилд-Дизраэли (ум. в 1881 г.), был еврейского происхождения и до самой смерти сохранил живейшую симпатию к своим единоплеменникам. Немало работал для блага своего народа великий англо-еврейский филантроп Моисей Монтефиоре, особенно заботившийся об улучшении быта евреев в Палестине.

В третьей четверти XIX века равноправие евреев было признано во всех странах Западной Европы, где установилось правление конституционное: в Италии (после 1848 г.), в Швеции и Дании, а позже в Сербии и Болгарии (1878 г.).

Только Румыния упорно не допускает эмансипации, объявив почти всех своих евреев иностранцами, не могущими пользоваться всеми гражданскими правами.

Разработка еврейской истории и науки, начатая Цунцем и Иостом, продолжалась и во второй половине столетия, особенно в Германии. Лучшим историографом еврейства явился Грец, автор обширной "Истории евреев от древнейших времен до настоящего", в 11 томах (1854-1876 гг.). Отдельные части еврейской истории разрабатывались многими учеными.

Наряду со многими благодетельными последствиями, гражданская эмансипация породила в жизни западных евреев и ненормальные явления. Естественное и необходимое сближение между евреями и христианами, на почве общих гражданских интересов, переходило часто в полное слияние первых с последними. Это новое направление получило название ассимиляции (уподобление соседям). Называя себя в Германии "немцами Моисеева закона", во Франции – "французами Моисеева закона" и т. д., сторонники ассимиляции полагали, что с еврейством их связывает только одна нить – религия; а так как под влиянием новых идей религиозное чувство ослабевало в евреях, то часто порывалась и эта нить.

Молодое поколение все более отдалялось от еврейства и его народных интересов, растворяясь среди окружающих народов. Это постепенное отпадение приняло бы еще большие размеры, если бы вдруг в отношении европейского общества к евреям не произошло резкое ухудшение, заставившее одуматься тех, которые стояли на пути к ассимиляции.

В последней четверти XIX века в Европе началось новое движение против евреев, названное антисемитизмом (против семитов), но представляющее в сущности только попытку воскресить старую средневековую юдофобию в новой форме. Быстрые успехи евреев на всех поприщах общественной и промышленной деятельности, явившиеся результатом их эмансипации, породили зависть и беспокойство в тех классах христианского общества, которые еще не освободились от идеи социального неравенства. Стали раздаваться голоса, что еврей, или семит, уже по племенным своим особенностям не мажет уживаться с арийцем-христианином; что он слитком даровит и стремится все захватить в свои руки, везде первенствовать; что он уже достиг преобладания в промышленности и финансах, в политике, суде, печати и науке, вытесняя будто бы христианина из всех этих областей. Антисемиты требовали, чтобы у евреев отняли дарованное им законом гражданское равноправие; иные требовали даже для евреев таких ограничений и стеснений, которые бы разорили их и заставили бы выселиться в другие страны. Антисемитизм впервые появился в Германии, при императоре Вильгельме I и его знаменитом канцлере Бисмарке. Одним из творцов антисемитической партик был придворный проповедник в Берлине, священник Штеккер (1880 г.). В 1880-х годах эта партия достигла значительного влияния: она имела своих представителей в германском парламенте, издавала свои газеты, рассылала всюду агентов для возбуждения населения против евреев. С 1890-х годов рост антисемитизма в Германии остановился, но зато это опасное движение усилилось в Австрии и даже во Франции, первой стране, провозгласившей равноправие евреев. В Австрии, раздираемой борьбой национальностей – немцев, чехов, поляков и др., – евреи имели врагов среди всех борющихся наций. Во Франции антисемиты начали с травли евреев в печати (Дрюмон), но потом перешли к борьбе с ними в парламенте и в общественной жизни. В 1894 г. они выступили против одного богатого еврея, капитана Дрейфуса, служившего в военном министерстве, с ложным обвинением в том, будто он совершил государственную измену, передав тайные военные планы французского правительства враждебному государству. Несмотря на очевидную ложность обвинения, Дрейфуса осудили и сослали на дикий островок ("Чертов остров"), близ Южной Америки. Только спустя пять лет, после додгой борьбы партий-аа и против осужденного, обнаружилась роковая судебная ошибка, и несчастного Дрейфуса вернули из ссылки. Лучшие представители христианского общества во всех странах осуждают позорную деятельность антисемитов и борются против нее; но они не в силах совершенно остановить это движение, коренящееся в сословно-классовых стремлениях и предрассудках народных масс.

Антисемитизм заставил евреев на Западе призадуматься. Еврейское общество, значительная часть которого прежде увлекалась идеями ассимиляции и слияния, начало сознавать необходимость единения своих членов для защиты своих народных интересов от напора враждебных сил.


65. Евреи в Россbb во второй воловине XIX века.

Со вступлением на престал императора Александра II (1855 г.), для евреев в России открылась светлая пора надежд и упований. Этот царь-освободитель, положивший конец крепостному нраву и стремившийся к реформам во всех отраслях государственного управления, облегчил немного и тяжелую участь евреев. Не вступая на путь коренных преобразований, правительство нашло необходимым постепенно отменять наиболее тяжелые правовые ограничения, установленные для евреев в предыдущее царствование. Была прекращена вербовка еврейских военных кантонистов (1856 г.); евреям-купцам первой гильдии, лицам с высшим образованием и ремесленникам, предоставлено было право повсеместного жительства в России (1859-1865 гг.). Общее образование евреев поощрялось; но на специально-еврейское первоначальное обучение обращалось мало внимания. В 1873 году были упразднены оба раввинские училища и все "казенные" еврейские школы, учрежденные при Уварове; их заменили учительские институты и начальные школы нового образца; но последние открывались лишь в немногих городах "черты оседлости". Старое хедерное и иешиботское воспитание все еще господствовало в массе народа, между тем как во многих кругах усиливалось стремление молодежи в общерусские учебные заведения. Резкие переходы от хедера к гимназии и от раввинской науки к университетской стали обычными явлениями. Усилилась борьба "отцов" и "детей", т. е. старого и молодого поколений, из которых первое совершенно отгораживалось от русской среды, а второе устремилось к слиянию с ней. Подобно своим западным братьям, многие образованные русские евреи ассимилировались с окружающим населением и отрекались от интересов своего народа.

Между двумя крайними слоями – отсталой правоверной массой и оторвавшейся от своего народа частью общества – стояли истинно просвещенные люди, считавшие своим долгом работать для подъема общественного и духовного уровня еврейской жизни. Эту работу исполняли просветители, или "маскилим", оживившие литературу на древнееврейском языке. Авраам Мапу из Ковны (ум. в 1866 г.) восхищал публику своими историческими романами из библейской эпохи ("Агават Цион",

"Ашмат Шомрон") и из современного русско-еврейского быта ("Аит цавуа"), написанными блестящим языком пророков. Поэт Лев Гордон (ум. в 1893 г.) довел еврейский стих до совершенства в своих поэмах, лирических и обличительных стихотворениях; в стихах и прозе Гордон резко обличал нетерпимость и косность раввинов и цадиков. Перец Смоленский (ум. в 1885 г.), издававший в Вене журнал "Гашахар" ("Заря") для русских евреев, ратовал в своих романах и статьях за просвещение евреев в национальном духе. "Гамагид", "Гамелиц" и "Гаркамель" положили начало газетной литературе на древнееврейском языке (1855-1860 гг.).

– В начале 60-х годов возникла еврейская литература на русском языке.

Периодические издания ("Рассвет", "Сион" и "День" в Одессе, новый "Рассвет",

"Восход" и др. в Петербурге) поставили себе задачу – бороться за гражданскую свободу евреев. Осип Рабинович, Леванда и Богров изображали в своих рассказах на русском языке современную жизнь евреев, с ее темными и светлыми сторонами.

Тот же Рабинович и безвременно умерший (1875 г.) публицист Оршанский горячо защищали в своих статьях идею равноправия евреев в России и отражали направленные против них обвинения. Можно было ожидать, что дело, за которое боролись все эти представители русского еврейства, близко к осуществлению; но печальные события, совпавшие с моментом возникновения антисемитизма в Западной Европе, показали, что такие ожидания были преждевременны.

В 1881 и 1882 годах во многих городах южной России происходили нападения христианского населения на евреев. Нападения эти, или "погромы", выражались в разрушении еврейских домов, расхищении имущества, а местами – в избиении людей. Особенно ужасны были погромы в тех областях, где в XVIII веке свирепствовали гайдамаки (Елизаветград, Киев, Балта и другие местности бывшей Украины). Благодаря мерам правительства, погромы с половины 1882 года утихли, повторяясь потом только случайно в разных местах "черты оседлости евреев". Но с этого времени резко ухудшилось правовое положение русских евреев. В царствование Александра III (1881-1894 гг.) были изданы распоряжения: о запрещении евреям вновь селиться в селах и деревнях ("временные правила" 3 мая 1882 г.), о допущении еврейских детей в гимназии и университеты в самом ограниченном количестве (1887 г.), о выселении евреев-ремесленников и мелких купцов из Москвы (1891 г.), о недопущении евреев в состав гласных городских дум по выборам (1892 г.) и т. п. Ухудшение экономического положения евреев вызвало среди них усиленную эмиграцию из России. Главная масса переселенцев направлялась в Америку, а меньшая часть – в Палестину. В Северную Америку переселилось за два последних десятилетия XIX века около миллиона евреев, устроившихся в Соединенных Штатах и Канаде. В Южной Америке образовались еврейские земледельческие колонии (в Аргентине), поддерживаемые на средства известного миллионера-филантропа барона Гирша. В Палестине возникли еврейские земледельческие колонии (в Иудее и Галилее), благодаря щедрым пожертвованиям парижского барона Эдмонда Ротшильда и поддержке еврейского "Палестинского общества" в Одессе.

В связи с событиями последних десятилетии XIX в. произошел подъем национального чувства среди русских евреев. Это выразилось прежде всего в том, что значительная часть новой еврейской интеллигенции отвергла вредную идею ассимиляции и сблизилась со своим народом. Многие уверовали даже в возможность постепенного образования еврейского государства в Палестине. Эту идею проповедовала в 1880-х годах партия "палестинцев" ("ховеве-цион"), а в 90-х годах она приняла более определенную форму в России и Западной Европе под названием "сионизма". С 1897 г. многочисленная партия сионистов, вождем которой был д-р Герцль из Вены, устраивала периодические "конгрессы" (съезды) в Базеле и других местах. Партия рассчитывала, посредством своего "Колониального фонда" и "Национального фонда", развить земледелие и промышленность в Палестине, усилить приток еврейских переселенцев в эту страну и, наконец, создать там большой центр еврейства на основах широкого самоуправления.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх