§ 11. Имущества делимые и неделимые по русскому закону


Законодательству нашему известно еще понятие о различии вещей делимых и неделимых; 393 статья Зак. Гр. не совсем точно относит свойство это к одним недвижимым, хотя в числе нераздельных имуществ поименовывает и движимое (394, п. 4).

В этом случае закон разумеет исключительно реальное свойство; т. е. стремится определить, какие вещи не подлежат механическому делению на участки между соучастниками во владении. Здесь возможно владение общее, но только с идеальным, умственным, а не с материальным делением частей.

Неделимость юридическую должно отличать от неделимости экономической и физической: эти свойства не всегда совпадают.

Есть вещи по природе своей удободелимые и неудободелимые. Последние, по разделению на части, теряют вовсе индивидуальное свое значение и либо получают инородную ценность, либо вовсе лишаются ценности; например, живое существо, картина, монета, книга. Первые, состоя из совокупности однородных единиц, свободно подлежат делению, нисколько не изменяясь, а только раздробляясь в ценности (количества, quantitates). Различие это имеет и экономическое и юридическое значение, но наше законодательство не приняло его в свои категории вещей.
Точно так же не выражено в нашем законе категорически разделение вещей на потребляемые и непотребляемые. Но следует упомянуть об одном свойстве, которое принимается в расчет нашим законом относительно некоторых предметов, исчисляемых и оцениваемых весом и мерой. Таково свойство жидкостей и ископаемых уменьшаться в объеме и терять свои составные части от действия времени и атмосферы. Сюда относится понятие об усушке, утечке и угаре, имеющих важное законное значение, особенно по договорам частных людей с казною и хозяйственным казенным операциям (см., напр.: Устав Горный, изд. 1893 г., ст.943, 945, 951).
Наше законодательство обращает внимание на некоторые вещи, преимущественно недвижимые, которые имеют свойство юридической неделимости. Недвижимые вещи всего удобнее могут быть разделяемы на участки по физической своей природе, и закон имеет в виду те случаи, в коих подобное разделение на материальные участки юридически не допускается.
К имуществам неделимым по закону принадлежат:
А. В недвижимых:
1) Фабрики, заводы вообще (З. Гр. 394; Уст. промышл. изд.
1893 г., ст.82) и в особенности посессионные, т. е. те, к коим приписаны были деревни и крестьяне. Они отдаются в аренду, продаются, отчуждаются, передаются по наследству и отдаются на выкуп, не иначе, как в целости, а никак не по участкам (Гражд. 394 п. 1, 549, 1324, 1325). Если есть к такому имуществу несколько наследников, то один только может получить оное в натуре, удовлетворив других по соразмерности деньгами, причем право выбора устанавливается особым правилом.
2) Лавка (394, п. 1, 1324) следует тому же порядку.
Все дворы хотя и объявлены в 1762 году нераздельными имуществами, но в 1827 году это запрещение снято, и дозволено разделять места и дворы в городах для продажи по участкам. Мера таких участков определена для Царского Села, Петергофа и Гатчины (Гр. Зак. прим. к 394, Строит. 307, 308).
Дома *(33) нигде прямо не объявлены нераздельными имуществами, но в действительности деление их на участки возможно ли? В законе упоминается об участках лишь в раздробительно владеемых по эксдивизиям домах, но при сем постановлено, что участки сии могут быть продаваемы только владельцам других частей домов и в полном оных составе, без дальнейшего дробления (Гр. 1389, прим. и приведен. в цитатах узаконения). Отсюда следует, что, по общему правилу, вне указанного случая, фактическое деление домов на участки признается нашим законодательством невозможным. В этом смысле имеются и судебные решения; так, в 1862 г. Сольвычегодская ратуша не приняла ко вводу во владение раздельный акт братьев Рогожиных, в коем из одного дома одному из сонаследников предполагалось назначить 2 торговых лавки в нижнем этаже и несколько комнат в верхнем, а остальное удержать за другим наследником. Общ. Собр. 4, 5 и Меж. Д-тов утвердило это мнение ратуши, признав, что дом не может быть разделен на особые части, так чтобы каждая часть состояла в отдельном владении. Это несогласно и с 393 ст. З. Гр. Если допустить распределение дома между несколькими владельцами по комнатам, то право собственности каждого будет неполное, так как владелец без согласия других не вправе будет предпринимать постройки и починки в стенах, физически уже не подлежащих разделу. Кроме того, распределение дома между несколькими владельцами имело бы последствием затруднения и споры при самом платеже податей, отправлении повинностей (реш. о. с. 5 февраля 1865 г.).
Следует ли признавать двор в городе с построенным на нем домом и отдельными строениями за нераздельное имущество? Сенат, соглашаясь, что прямого ответа на этот вопрос в законах не содержится, заключил, однако, что двор, пока он не разделен, д. б. признан имуществом юридически неделимым, так как самый раздел зависит от воли владельцев не безусловно, а лишь с разрешения полиции и мест, наблюдающих за исполнением строительного устава (Кас. реш. 1869 г. N 1330). В данном случае надлежало определить: правильно ли при публичной продаже дома, составлявшего в то время нераздельное целое, применено правило (1324 ст. I ч. X т. и 2056 ст. Зак. Суд. Гражд. изд. 1857 г.; соответств. ст.214 Полож. о Взыск. Гражд., т. XVI, ч. 2), постановленное в закон для нераздельных или нераздробляемых имуществ? Справедлив данный на это положительный ответ, ибо фактически в ту пору дом был нераздельным имуществом. Тем не менее сам Сенат признает, что раздел двора на участки по закону возможен; следовательно, едва ли верно будет присвоить двору свойство имения, юридически неделимого. Вообще неделимость двора и лавки нельзя разуметь в безусловном значении, вопреки существующему бесспорно факту отдельного исключительного владения. На практике допускается отдельное владение, напр., частями лавки — полулавкой, четвертью лавки и т. под. Нет основания отрицать такое владение, когда оно действительно отграничено не идеально только долей участия, но и материально. Полулавка, напр., хотя бы составляла, по названию своему, половину лавки в первоначальном ее объеме, быв отграничена во владении, получает действительное значение лавки (см. Кас. реш. 1870 г. N 719). Точно так же нередки случаи такого рода, что одному лицу принадлежит лавка, а другому — подвал под лавкою (срав. Касс. реш. 1869 г. N 10).
В 1870 г. Сенат рассуждал, что признание полулавки отдельным торговым помещением не заключает в себе толкования о делимости лавки и не нарушает закона (Кас. реш. 1870 г. N 935; 1871 г. N 820).
3) Принадлежащие в собственность, на основании правил 20 февр. 1803 г. (П. С. Зак. N 20620), бывшим государственным крестьянам земельные участки, содержащие не более 8 десятин. Это значит, что владельцы сих участков, бывшие государственные крестьяне, хотя имеют право продавать, закладывать и передавать по наследству свои участки, но при этом не должны раздроблять их менее 8 десятин. Это установлено в видах обеспечения крестьянского хозяйства, ибо владение таких крестьян землями есть не общественное, а личное по участкам (Гр. 394, п. 2).
4) Аренды (Гр. 394, п. 3, VIII, ч. 1, изд. 1893 г., Уст. казенн. имений, прилож. к прим. 3 к ст.2). Некоторые имения казенные в губерниях западных и прибалтийских жалованы были разным лицам в виде награды в арендное содержание или временное пользование. Это пользование ограничивалось сроком или временем жизни одного или нескольких лиц. Для передачи сих имений установлены были в 1824 году особые правила, по силе коих имение сего рода должно состоять во владении одного из наследников, хотя доходы принадлежат всем; равно и по завещанию можно предоставлять их лишь одному из наследников, а не многим. С 1837 года пожалование таких имений натурою прекращено, а вместо того жалуется арендный доход или деньги, обыкновенно на известный срок, на несколько лет. Некоторые получатели такого дохода, желая получить его зараз, продавали свое право капиталистам; но в 1881 году последовало запрещение переуступать третьим лицам право на арендный доход. Т. VIII, ч. I, изд. 1893 г., Уст. казенн. имен., прил. к ст.2 (прим. 3), ст.19.
5) Имения, жалуемые частным лицам на праве майоратов в западн. губерниях (Гр. З. 394, п. 5, 495, 1214). Они поступают по наследству всегда к одному лицу без раздробления, в старшем колене.
6) Участки, отведенные по Высочайшему повелению малоимущим дворянам, коим предоставлено было поселяться на казенных землях в некоторых губерниях (Гр. 394, п. 6, 516, 1191).
7) Крестьянские поземельные участки, выкупленные в собственность, с пособием от правительства, крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости. До погашения всей выкупной ссуды правительству такой участок не может быть раздробляем при наследстве или продаже; впрочем, при особенной обширности участка раздел разрешается по усмотрению губернского присутствия (Полож. о выкупе ст.167).
О мерах к обеспечению выкупных платежей при разделе, выделе и отчуждении из надела бывших государственных крестьян и колонистов см. Полн. Собр. Зак. N 48946, и особ. прил. к IX т., XV, ст.19 и прим. к ст.18, по прод. 1890 г.
Семейные участки царан Бесс. губ. — не м.б. раздробляемы далее 1/4 части высшего размера надела (Особ. Прил. к IX т., XVII, ст.37).
См. еще Особ. Прил. к IX т., XX, Полож. о крест. Закавк., ст.84, о нераздельности подымных участков; там же, ст.2, прим. 2, прил., ст.43 — о том же предмете.
Помещичьи земли, состоящие в пользовании крестьян по уставной грамоте, до разрешения обязательных отношений между помещиком и крестьянами, считаются нераздельным имуществом и не подлежат раздроблению.
Мн. Гос. Сов. 19 февр. 1861 г. об отчуждении помещичьих земель гл. 1 ст.6.
В западных и малороссийских губерниях семейные и подворные участки крестьян-собственников не подлежат раздроблению свыше положенной меры. Полож. Малорос. 96; Полож. Киев. 88; Полож. Вил. 85.
8) Наследственные семейные участки у государственных крестьян (Уст. сельск. благоустр. 104, 107, 113, 115). Они переходят в нераздельном составе к старшему из законных наследников.
9) Участки, отводимые от казны в пользование колонистам. Они переходят в нераздельном составе к младшему сыну (Уст. Колон. 170).
10) Заповедное наследственное имение, когда объявляется таковым по Высочайшему повелению, при пожаловании или по просьбе владельца, желающего установить майорат в своем имении. Такое имение в полном составе своем переходит нераздельно к одному только лицу старшей линии в порядке, установленном учредителем или специальным законом для подобных имений (З. Гр. 395, 468, 1192).
По особому законодательному акту и на особом положении объявлено нераздельным общее имение помещиков Комнинов-Варваци (См. Полн. Собр. Зак. 1866 г. N 43560).
11) Не могут быть раздробляемы при переходе по наследству и при разделе, свыше положенного размера, имения, заложенные в кредитных установлениях и обществах (см. подлежащие уставы).
12) При разделе имения, с коим соединено право патронатства в Ев. лютеранской церкви, право сие предоставляется с общего согласия одному из участников, следовательно, оно нераздельно. Уст. Ин. Исп. 662.
13) Железные дороги, со всеми их принадлежностями (Гр. 394, п. 7).
Раздел ленных и поиезуитских имений совершается не иначе, как с разрешения Министерства землед. и госуд. имуществ и на особых условиях. Невзирая на раздел, право казны обеспечивается целым имением (Уст. Каз. им. изд. 1893 г., прил. к 1 ст.(прим. 1), ст.12, 14).
Нераздельность срочных поземельных участков, отводимых чиновникам казачьих войск, отменена, за переходом срочного владения в потомственное (Уст. казач. сел. по прод. 1863 г. прил. к 53 ст.§ 4. Полн. Собр. Зак. 1871 г. N 49777).
Б. в движимых:
Золотые прииски на землях казенных и кабинетских (Гр. 394 п. 4, 403. Уст. Горн., изд. 1893 г., 429, 4306).
Капиталы, внесенные в госуд. долговую книгу, не м. б. делимы на участки менее 30 руб. Уст. Кред. изд. 1893 г., разд. II, ст.9.





 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх