33

Дальше события замелькали, как в немых фильмах начала века. Туда-сюда, туда-сюда, участники моргать не успевали, не то что головой вертеть.

Первым делом Англия 3 сентября объявила о начале блокады Германии. Блокада — оружие испытанное, не раз Англией пускавшееся в ход и пару раз и в самом деле срабатывавшее, дело только в том, что, будучи применённой в последний раз, в годы Первой Мировой, английская блокада тут же вызвала в ответ блокаду немецкую и Германия на деле продемонстрировала, что блокада — оружие обоюдоострое, так что объявление объявлением, но собиралась ли Англия на самом деле блокировать Континент или то была лишь угроза, неизвестно. Но зато известно другое — под эту угрозу Первым Лордом Адмиралтейства был назначен опальный Черчилль. Он каждодневно, надрываясь, орал в Парламенте, делая всё, чтобы получить хоть какой-то пост в Правительстве, но, поскольку ни одна партия ему не доверяла и не хотела с ним связываться, то его отправили в главные капитаны. «Покажи себя. А то болтать каждый сумеет». Дело было в том, что Черчилль, в бытность свою министром финансов, беспощадно резал военный бюджет и военные его ненавидели. Отправляя его в Адмиралтейство, правительство полагало, что на флотских (во флоте тут же раздался буквально вопль — «Churchill is back!») Черчилль если не сломается, то споткнётся точно.

Тут же, 3-го же сентября, в небе над Германией появились и первые английские самолёты, на города северной Германии было сброшено шесть миллионов листовок. Это сразу же наводит на некоторые мысли, наладить выпуск такого количества листовок на вполне определённую и конкретную тематику в один день невозможно, вполне очевидно, что листовки были отпечатаны загодя и лишь ждали своего часа. Англия заранее знала, в каком направлении повернутся события и заранее же была готова к началу пропагандистской войны. Тому, что Англия знала, что она делает, есть и ещё одно свидетельство — всё в тот же третий длинный день сентября была завершена эвакуация полутора миллионов (!) гражданских лиц из Лондона, операция, впечатляющая даже и по сегодняшним меркам. Ну, и перед тем, как нам расстаться с цифрой «три» и уйти в день четвёртый, последний штришок — 3 сентября Англия выступила с инициативой подтверждения воюющими государствами Женевского протокола в той его части, где говорится о запрещении отравляющих газов. Первыми, кто подтвердил свои подписи под протоколом, оказались воюющая Германия и «невоюющая» Япония.

Наступило 4 сентября и польское правительство заявило о планах эвакуировать Варшаву. Вот вам разница между теми, кто не только знает, что такое «война», но ещё к этой войне и готовится, и теми, кто не имеет понятия не только о «войне», но и вообще ни о чём на свете, кроме того, как бы ему покрепче насолить «москалям». Англия пока воюет лишь на словах, но зато у неё не только планы на все случаи жизни имеются, но она уже Лондон эвакуирует, а Польша на ЧЕТВЁРЫЙ ДЕНЬ войны, идущей на её территории, наконец-то чухнулась и объявила о ПЛАНАХ эвакуации. «И года не прошло.»

4 сентября — первая проба сил Англии, первый боевой вылет английской авиации. Полное фиаско.

Здесь мы остановимся немножко и порассуждаем вот о чём — сколько нам всем приходилось слышать радостных (хотя совершенно непонятно, чему тут можно радоваться) воплей на тему криворукости и косорылости воевавших во Второй Мировой русских, скопом обзываемых некими «совками». И то у них было не так, и это, и вообще, как можно даже сравнивать тупых неумех с Европейцами. Вот те — да! Вот те — воюют! Ну что ж — вот вам пример того, как воюют европейцы — 4 сентября 29 Бленхеймов и Веллингтонов вылетели на бомбёжку баз немецкого ВМФ в Вильгельмхафене и Брюнсбюттеле. Результат — завидки берут, результат из результатов, жаль, Кукрыниксов больше нет с нами — 10 из 29 бомбардировщиков не нашли цели и вернулись с бомбовым грузом назад, 1 самолёт отбомбился по Эсбергу, городу в нейтральной Дании, расположенном в 110 (!) милях от цели, 3 самолёта атаковали АНГЛИЙСКИЕ военные корабли в Северном Море, 7 самолётов были сбиты немецкой ПВО и только 8 самолётов нашли цели и бомбили их. Три бомбы попали в Шеер и было отмечено несколько попаданий в Эмден. Все полученные повреждения были незначительными, единственное более или менее серьёзное повреждение, полученное Эмденом, явилось результатом падения на него сбитого самими немцами Бленхейма. «Упс.»

Но англичане англичанами, но у нас есть ещё и поляки, те самые, что поляки поляками.

5 сентября немцы, наступавшие с территории променянной поляками на словесные обещания Словакии, взяли Краков. Польская армия, «чтобы не попасть в окружение», Краков загодя оставила. В этот же день Гитлер впервые посетил войска на польском фронте. За пять дней, прошедшие с начала войны, немецкая сторона потеряла 150 человек убитыми и 700 раненными.

5 сентября немцы, кроме Кракова, взяли ещё и Быдгощ. Там они обнаружили тела четырёхсот немцев, бывших местными уроженцами, расстрелянных отступавшими поляками. Немцы тут же задокументировали «польские зверства» и в дальнейшем использовали «Быдгощ» как оправдание нападения на Польшу.

6 сентября немцы подошли к Варшаве. Поляки привели в действие свой «план об эвакуации», перешли, так сказать, от слов к делу. Из Варшавы срочно эвакуировались не «полтора миллиона» чёрт знает кого, а польское правительство и польское же главнокомандование. Эвакуировались они в Брест-Литовск.

В этот же день — первая воздушная тревога в Лондоне. Тревога оказывается ложной, но зато не ложными оказываются предвоенные опасения по поводу состояния дел в английской армии. Поднятые по тревоге английские истребители начали обстреливать друг друга. Впервые показали себя в действии Спитфайры. Неплохой оказался самолёт. Пилоты, сидевшие в Спитфайрах, сбили два Харрикейна.

7 сентября сдалась польская группировка в районе Данцига.

7 сентября Гитлер на встрече с адмиралом Редером запретил нападать на суда нейтральных стран, особо выделив (и строго при том погрозив пальцем) США. Кроме того, по приказу Гитлера было приостановлено минирование портов на атлантическом побережье Франции. Тут сразу две любопытности. Первая — немцы, в отличие от англичан, грозящих блокадой, но на деле пока ничего не делающих, без лишних слов блокаду осуществляют на деле, показывая тем самым, что они встречных шагов в виде английской блокады не боятся. Вторая — немцы делают примирительный жест, адресованный Парижу. «Всё видим, всё понимаем, скорбим вместе с вами, но есть ещё время, подумайте, всё взвесьте, ну, а мы пока хоть и можем вас закупорить, делать этого не будем, повременим, думайте, думайте, только думайте поскорее.»

А французы и рады бы думать, до только у них мысли в голове путаются. Все планы и расчёты — насмарку. 8 сентября — шестидесятитысячная польская армия попала в окружение в районе Радома. «Да кто ж так воюет?! Поляки что, ждут, что мы вместо них воевать будем?!»

9 сентября Геринг пригрозил «акциями возмездия» в случае если англичане начнут бомбить немецкие города. Но день 9 сентября известен не только этим. Я надеюсь, что не только поляки, но и вы помните, что Польшу и Францию связывало соглашение, и не какое-нибудь, а военное. Это только Англия хитрит, а французские намерения чисты, Франция своим обязательствам верна, французское слово — крепко! 9 сентября французская армия пересекает немецкую границу и оккупирует… оккупирует… вы не поверите, что такое бывает, но было, было… Франция «оккупирует» 3 (прописью — три) квадратные мили немецкой территории. О переносе войны «в логово врага» с торжеством сообщают все французские газеты, не упоминая цифру «3», разумеется. Не сомневаюсь, что радости поляков не было предела. Ну, а немцы со своей стороны не радовались, а продолжали начатое — 9 сентября Риббентроп предлагает СССР обсудить новые границы Польши, проходящие уже не по Висле, как то было предусмотрено «пактом Риббентропа-Молотова», а по Бугу и Писсе, немцы хотят избежать раздела Варшавы, они уже (уже 9-го сентября!) уверены в победе.

11 сентября Германия официально (а чего скрывать?) объявляет о начале блокады Острова в ответ на английское заявление от 3 сентября. (Англичане наверняка пожалели о своей поспешности, их блеф Германия обратила себе на пользу. «Учимся потихоньку, учимся.»). Англия, обжёгшись, тут же отдёргивает руку — в тот же день, 11 сентября, Кабинет решает не предпринимать пока попыток бомбить Германию.

12 сентября Франция начинает формировать «Чешскую армию в изгнании.» Были у французов сенегальцы, будут теперь и чехи. «Демократия требует жертв», а вы как думали? В этот же день немцы бомбят в Польше Кременец, куда был переведен из Варшавы дипломатический корпус, демонстрируя тем самым всему миру полную беспомощность поляков. Тут же Риббентроп требует от Румынии не позволять польским официальным лицам переходить румынскую границу, грозя в противном случае открытием военных действий уже против Румынии. «Вах!» Ну и тут же, чтоб два раза рот не открывать, Германия заявляет, что начинает бомбить в Польше невоенные объекты, поскольку польские гражданские лица участвуют в военных действиях наравне с военнослужащими.

14 сентября — Варшава окружена. С начала войны прошло две недели. А как дышал поляк, как дышал, полной грудью. Давно ли Шопена играл, давно ли ноты по поводу Данцига сочинял, и куда всё девалось?

14 сентября — украинское восстание во Львове и Станиславове (нынешний Ивано-Франковск). Украинцы нападают на размещённые там польские воинские части. А ведь это — польский тыл. Плохо дело, совсем плохо.

14 сентября англичане топят в Атлантике U-39, первая подлодка, потопленная в войне. Ещё никто не знает, какой долгой она будет и какая будет вестись подводная война и сколько подлодок будет потоплено. Начало, «разрез ленточки».

15 сентября военный комендант окружённой немцами Варшавы Юлиуш Роммель отказывается даже обсуждать с немцами условия сдачи города.

15 сентября Москва с целью обезопасить свои восточные границы предлагает японцам соглашение о прекращении огня. Японцы с радостью ухватываются за это предложение. (Ещё бы! Халхин-Гол это вам не шутки шутить и не самурайское кино смотреть. Хорош Тоширо Мифуне, хорош, но против Жукова слабоват.)

17 сентября — члены польского правительства и верховного командования польской армии переходят румынскую границу. Конец. Сегодня это объясняется тем, что в этот день СССР вторгся в Польшу силами примерно 40 дивизий. Дело, однако, в том, что главная причина бегства польского правительства вовсе не в этом, причина и следствие тут переставляются местами, главная причина в том, что 15 сентября («на пятнадцатый день после объявления Польшей всеобщей мобилизации», помните?) Франция по условиям польско-французского соглашения должна была ударить по Германии «всеми наличными силами». Франция же грозила кулаком грозно, а уж на словах угрожала так, как мало кто умеет, но вот ударить — не ударила. Не сомневаюсь, что и Москва ждала того же — «ударит или не ударит?» Не ударила. Ну, что ж… На нет и суда нет. На «нет», демонстрирующее всем вашу слабость, всегда есть чужое «да», за которым стоит сила. На бездействие слабости отвечают действием силы. После 15-го не только у поляков, но у СССР выхода не оставалось. «Товарищ Сталин дал приказ.» Ну, а поляки, так что поляки… побежали крысы с тонущего польского корабля польской государственности. Выбирать нужно не только правильных друзей, но и правильных врагов. Польша не тех выбрала в друзья и не тех — во враги. А побеждённым, как известно — горе.

17 сентября немцы берут Брест-Литовск. В этот же день они берут более 40 тысяч военнопленных в районе Кутно. Но они не только в Польше так успешны, они ещё и лягаться умудряются. 17 сентября к юго-западу от Ирландии немецкой подлодкой потоплен английский крейсер Кэрейджесс, погибли 500 человек из числа экипажа. Первый английский корабль, потерянный в войне. Сколько их ещё будет…

18 сентября немецкие третья и десятая армии начинают атаку Варшавы. В этот же день Дания, Финляндия, Норвегия, Швеция и Исландия заявляют, что они продолжат «взаимовыгодную» торговлю со всеми без исключения участниками разразившейся войны. «С целью обеспечить собственное экономическое выживание.» («Деньги не пахнут». Что да, то да, кто б спорил, а я не буду.)

19 сентября из района Кутно в Варшаву прорывается польская группировка численностью в 30 000 человек. В этот же день немцы начинают бомбить Варшаву с воздуха.

20 сентября румынской Железной Гвардией убит румынский премьер Калинеску в отместку за его сочуственную политику в отношении Польши и за то, что дал возможность польскому правительству бежать в Румынию. Он, небось, думал, что угрозы Риббентропа так, пустой звук. Румын оказался неправ. Ему «строго указали».

27 сентября — Варшава сдалась. Оружие сложили более 140 000 военнослужащих. За время осады (подумать только, целых 13 дней поляки сидели «в осаде», рёхнуться можно, это какие же они там муки вытерпели!) погибло десять тысяч гражданских. Польская армия за тринадцать дней потеряла около двух тысяч человек. Вот тут, в этом «варшавском сидении», как в капле воды видна разница между «европейцем» и русским. Русский не святой и русский далеко не всегда в победителях ходит, русский тоже может сдаться, хватит шапкой об пол, да и сдастся. «Пошло оно всё, а я помирать не хочу!» Бывает и так. Но бывает и вот ещё что — если уж русский решит не сдаваться (помните как гордый польский комендант Роммель с немцами даже разговаривать не захотел?), то вот тут уж всё, раз решил русский стоять насмерть, значит стоять будет именно так — насмерть. Русский не боится оказаться смешным в чьих-то глазах, плевать, он ещё вместе с вами над собой посмеётся, но русскому легче умереть, чем оказаться смешным в собственных глазах, русская совесть не смеётся, не «юморит».

27 сентября 1939 года Гитлер заявил военному командованию, что он хочет начать наступление на западе как можно быстрее, до того, как там будет развёрнута английская армия. На этом же совещании была названа и дата начала немецкого наступления — 12 ноября. Ну и как, состоялось оно, запланированное на 12 ноября немецкое наступление? Или как? Или что? Или где?






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх