72

Европа, не только Восточная, но и Западная, после войны поднималась из руин социализмом. Не «невидимой рукой рынка», а национализацией, не распылением, а концентрацией. Денационализирована была промышленность Германии и именно для того, чтобы ослабить побеждённое государство и те, кто это делал, а делали это государства победители, очень хорошо понимали, что они делают и зачем.

Что изменилось с тех пор? Изменилась только и только политическая риторика, но никак не суть, не ткань того, что мы называем жизнью государств.

Посмотрим на страны так называемой Старой Европы. Как вы думаете, что их объединяет? Что делает их похожими друг на дружку? «Как это «что»? — скажете вы мне. — Что за глупый вопрос. Будто и так не видно. Там очень хорошо живут. В пошлом материальном смысле — хорошо. Их жизнь — «устроена». Их жизнь «налажена».

И я с вами соглашусь, спорить тут трудно. Да, все эти страны живут неплохо. Но что ещё, кроме хорошей жизни, их объединяет? Что?

Нам не нужен телескоп, чтобы увидеть, и нам не нужно быть семя пядей во лбу, чтобы, увидев, понять, что все эти государства в той или иной степени являются государствами социалистическими. Они себя так не называют, социализм ими не выпячивается, о нет! наоборот, он ими прячется, он ими маскируется, но от этого он не становится несуществующим. Мы можем говорить только о степени «социалистичности», о процентном содержании социализма, мы можем говорить лишь о «формах» и «моделях», но все эти формы имеют одно и то же содержимое. Какую бы бутылку мы ни взяли, отхлебнув, мы обнаружим, что спорить можно лишь о «градусах», где сорок, где тридцать пять и где восемнадцать, но во всех бутылках будут «алкогольные напитки». В бутылках разного стекла, с наклейками разного цвета и с разными надписями на этих наклейках не будет чая и не будет молока. И чая с молоком там не будет тоже. Хотя на некоторых бутылках прямо так и написано — «Milk». «2 %». Но это для доверчивых. А стоит только хлебнуть и обнаружишь, что там не молоко, что процент гораздо выше и означают эти самые проценты вовсе не содержание жира, а что-то совсем другое.

Когда мы говорим о Западной Европе, ни о каком «диком капитализме» речи не может даже и идти. Попробуйте рассказать европейцам о «социальном дарвинизме», убедите их, что это очень хорошо. Попробуйте отнять у них «социальные завоевания», скажите им, что это очень плохо, что это очень «неэффективно». Попробуйте раздать им «приватизационные чеки». Попробуйте, попробуйте. Предложите им гордиться количеством миллиардеров, откройте им глаза на то, что национализация это кошмар кошмарный, а генерал Пиночет это просто замечательно. Попробуйте собрать все идеи, вдалбливавшиеся в головы несчастных «россиян» на протяжении последних двадцати лет, создайте на их основе что-то вроде избирательной программы и — вперёд! Галопом. Не в российские просторные «пампасы, пампасы», а — в Европу. Там же не «совок тупой», там же — цивилизация, там вас ждут не дождутся, вас там поймут с полуслова и на руках внесут в какой-нибудь Европарламент. Смешно? Да нет, не смешно. Грустно. «Грустно, братцы, грустно…»

Но социализм социализмом, но есть и кое-что ещё. Стены Старой Европы сложены из вековых валунов, они похожи на стены рыцарских замков, камень положен на камень и положен не просто так, а положен на толстый слой раствора. Что скрепляет гранит, что ещё объединяет Старую Европу? Есть ведь и ещё кое-что такое, что делает западноевропейские государства похожими друг на друга. Ничего не замечаете? Есть там некая замшелость, некий смешной и бессмысленный (как нас уверяют) рудимент. Некая трогательная туристская достопримечательность. Вы уже, конечно же, догадались, что я имею в виду. Да, правильно, у них у всех имеется король. Или королева. У них у всех имеется «трон». Каждая из этих стран является монархией.

Бельгия? Там свой, бельгийский, «тип» социализма, но само государство при этом не больше и не меньше, как «королевство». Да-да, именно — королевство. Голландия? То же самое, с королевой во главе. Норвегия? То же самое. Дания? Туда же, в ту же степь. Швеция? ШВЕЦИЯ? С вожделенной всеми «шведской моделью социализма»? Да, и Швеция тоже. Швеция тоже монархия и шведы тоже имеют царя в голове. Так же, как и Англия с её англичанами.

Все они о социализме не говорят, они его строят. Некоторые так даже и построили. Свои, национальные, социализмы. Для внутреннего употребления. И они от него отказываться не собираются. Ещё чего! Они не дураки. Они не дураки настолько, что они свои маленькие социализмы постепенно объединяют в один большой. Маленькими-маленькими шажочкоми, мелкими-мелкими. Но зато изо дня в день. Глаза всех прикованы к EU, к Европейскому Союзу, при этом никто не замечает, что ЕС это рыхлый, расширенный вариант более тесного и более закрытого европейского сообщества, называемого WEU, Западноевропейского Союза. Они существуют параллельно, одновременно, один внутри другого и другой вокруг одного, они зачастую дублируют друг друга и Западноевропейский Союз постепенно (очень-очень постепенно, там не торопятся, там люди мыслят категориями не месяцев и даже не лет) передаёт то одну функцию, то другую Союзу просто Европейскому, без приставочки «Западно». И вот это европейское тяжёлое ядро было создано сразу после войны не какой-нибудь партийной конференцией, а монархами. Старыми, искушёнными, всё-всё знающими, всё-всё понимающими европейскими «дворами». «Семьями».

Они решили объединиться. Они решили, что поодиночке им не выжить. Они решили создать союз королевств. Они решили создать Империю. Казалось бы — решили и решили, создают и создают, строят и строят. Нам-то что? Что, говорите? Вот «что» в европейской интеграции нам. Возьмём англичан и русских. И те, и другие свои Империи имели. Великие Империи. Говорить и говорить, рассказывать и рассказывать. Были эти Империи различны, но кое-что их объединяло. Объединяло то, что обычно никем во внимание не принимается. А должно бы, должно бы приниматься.

Смотрите — в английской Империи было два полюса, на одном были англичане, были шотландцы, были валлийцы. На другом полюсе были малайцы, были банту, были австралийские аборигены.

В русской Империи были русские (с тех пор, правда, их успели разделить на русских, украинцев и белорусов). Это с одной стороны. С другой — были эвенки. Были киргизы. Были кавказские горцы. Получалось неплохо, но получалось то, что получалось.

Вот что будет в Империи Европа — там будут с этой стороны французы и будут немцы. Будут фламандцы и тосканцы, будут валенсийцы и будут ломбардцы. Это один полюс. А вот и другой — место европейских самоедов и андаманцев займут поляки, словаки и греки. Средний выход будет намного, несопоставимо выше средней температуры по русской или английской палатам. Это будет Империя, которой до сих пор не было. Вы хотите в ней жить?

Подумайте.

Очень может быть так, что там будет очень хорошо. Там будет европейский монарх, справедливый и умный, и там будет европейский социализм. И очень может быть так, что русским захочется туда. Но тут возникает одно препятствие — дело не только в том, что вас о вашем желании никто не будет спрашивать, дело в другом. Русских не будет в Европе вот по какой причине — Империя кушанье не пресное, Империя с удовольствием подбирает всех, ей нужен перчик, ей необходимы какие-то специи, пряности. И в качестве паприки в европейское блюдо пойдут венгры, в качестве перца чёрного молотого — греки, или сербы, или молдаване. В конце концов они тоже православные. Но русских много. Слишком много, чересчур. Вы не сможете есть приготовленное блюдо, если сыпанёте туда пригорошню перца. Или соли, даже если соль эта — соль земная. Русским в Европе места нет. Место, которое может отвести Европа русским — это солонка.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх