Вначале нам отказали

Мы встречались и раньше на лекциях в Дрезденском техническом университете, но в тот погожий воскресный день осенью 1958 года нас свел на товарной станции железной дороги простой случай. Один из нас, Рюдигер, студент, изучающий термодинамику, ловко выгружал картофель из вагона в бункер транспортера, а второй, Вольфганг, будущий специалист по точной механике, складывал в штабеля мешки на платформе товарного вагона.

Во время перекура мы разговорились о летних каникулах. Нам было о чем рассказать друг другу: Рюдигер путешествовал на велосипеде по Балканам, а Вольфганг вволю поездил на новом мопеде по Германии. Однако картофель не ждал; долго нам говорить не пришлось.

Вечером мы снова встретились. У Рюдигера было кое-что на уме.

— Послушай, а что если на мопеде…

Так родилась идея кругосветного путешествия на облегченном мотоцикле.

Нас, конечно, манили приключения. Кто не зачитывался описаниями путешествий, не отправлялся в своих мечтах вместе с отважными исследователями в дальние плавания или в неведомые края, не взбирался с альпинистами на неприступные вершины, не нырял со смельчаками на дно океана?

Большинство белых пятен на наших географических картах уже исчезло, но пустыни и девственные леса, дикие звери и незнакомые народы далеких стран сулят современному путешественнику много неожиданного и необычного.

Мы, разумеется, понимали, что не можем путешествовать год или полтора только ради собственного удовольствия. Но, может быть, нам удастся совершить такую поездку для испытания прочности и надежности мопеда? Ведь подобные испытания новых конструкций широко практикуются в промышленности. Тогда наши журналистские интересы были бы увязаны с потребностями экономики.

Африка с ее суровым климатом чрезвычайно подходит для такого рода путешествий. Там, в пустыне, мы находились бы в условиях жаркого сухого климата с максимальной температурой выше 50 градусов по Цельсию. В горных районах мы смогли бы испытать наши машины на высоте более 3 тысяч метров. В дождливую пору в труднопроходимых девственных лесах Центральной Африки нам пришлось бы столкнуться с почти стопроцентной влажностью воздуха.

Следовало учесть и разнообразие дорог в этой стране, удовлетворяющее практически всем наиболее строгим требованиям экспедиции для испытания автомашин. Там мы нашли бы и безупречные автострады в высокоразвитых районах, и болотистые тропы в лесах, и дороги, покрытые гравием, и занесенные песком караванные пути в степях и пустынях.

Постепенно — еще при строжайшем соблюдении тайны — наш маршрут стал отчетливо вырисовываться. Через Европу и Переднюю Азию мы отправимся в Египет. Пересечем Сахару в направлении от экватора к Средиземному морю и через Западную Европу вернемся домой.

«Мы сожалеем, что в данный момент не можем дать вам более благоприятного ответа. С почтением…» Первое предложение, которое мы сделали для претворения в жизнь нашего плана, принесло нам обескураживающий отказ.

Неделю спустя мы поехали в Зуль на завод, который выпускает мопеды марки «Симсон», и лично договорились там об испытательной поездке. Проходили месяцы. Мы готовились к осуществлению своего проекта. На нашем счету было уже несколько испытательных поездок общей протяженностью более чем 20 тысяч километров. Кроме того, мы работали в ремонтных мастерских и досконально изучили конструкцию машин и наиболее часто встречающиеся дефекты. Со всех сторон мы получали предложения оказать нам поддержку. Предприятия, поставляющие отдельные части машин, высказывали пожелания об испытании агрегатов при резкой смене климатических условий и при предельной нагрузке механизмов. Кино- и фотопромышленность пришла нам на помощь, снабдив пленкой и разнообразным инвентарем.

Труднее всего было разместить снаряжение. Грузоподъемность мопеда весьма ограничена, и нам пришлось снова и снова тщательно взвешивать и отбирать багаж.

И вот наступил момент, когда, казалось, все проблемы были решены: паспорта оформлены, мопеды готовы к старту, аккредитивы в иностранной валюте выписаны.

— Я постараюсь как можно скорее получить недостающие визы, — заверила нас сотрудница паспортного отдела и с очаровательной улыбкой одернула свой свитер. — Наведайтесь, пожалуйста, через месяц.

Мы, собственно, предполагали отправиться в путь летом…

— Еще три недели — и ваши документы будут в полном порядке.

Леса нашей родины уже пламенели в осеннем наряде.

— Теперь вам не хватает всего лишь шести виз. Самое позднее через две недели вы сможете выехать.

Суровые декабрьские ветры кружили первые снежинки.

— Недостает лишь турецкой визы.

К этому времени мы наклеили на формуляры заявлений свыше 150 фотокарточек для паспортов и, сопроводив их лучшими пожеланиями, направили соответствующим консульствам. Порой казалось, что мы вращаемся в заколдованном кругу: когда последние печати были наконец поставлены, первые визы оказались уже давно просроченными.

Между тем из всех тех стран, через которые мы собирались проехать, поступали сообщения о состоянии дорог: «Связи нет, передвигаться можно лишь на вездеходах. Из-за климатических условий дороги непроходимы восемь месяцев в году».

Наши приготовления давно были закончены. В то время как Рюдигер, сидя в Дрездене и отвечая на многочисленные запросы, в сотый раз выстукивал на машинке одну и ту же давно приевшуюся фразу: «…произошла задержка из-за технических затруднений», Вольфганг, совмещая приятное с полезным, работал на курорте официантом.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх