«Ездок погоняет, ездок доскакал…»

Солнце стоит низко над горизонтом. Но прежде чем появиться в представительстве ГДР, мы должны привести себя в приличный вид. С лихорадочной быстротой исправляем поломку. Наконец-то мы на окраине Конакри.

— Дай мне, пожалуйста, ключ для свечей.

У нас укоренился обычай: тот, кому понадобилось чистить свечи в дороге, должен держать инструмент в кармане брюк, пока не наступит очередь следующего.

Но сейчас мы не понимаем, в чем дело. Интервал соответствует норме, электроды идеально чистые. Снимаем крышку динамо. Но и зажигание как будто в порядке. Медленно, но неумолимо движется минутная стрелка. Мы стоим под фонарем, а вокруг нас — дюжина спорящих гвинейцев.

— На сегодня хватит. Возьмем на буксир.

Наш въезд в столицу мы представляли себе несколько иначе. Утешаемся тем, что в темноте дедероновый [57] канат между мопедами почти не заметен.

Останавливаемся перед первым же ярко освещенным зданием. То, что это бар, конечно, чистая случайность. Рюдигер вынимает список с адресами и телефонами и находит нужный номер.

— Бон суар. Представительство Германской Демократической Республики. Добрый вечер.

— Да, мы весь день ждем вас. Сейчас за вами приедут.

Через несколько минут мы уже следуем за машиной. Долгие рукопожатия, сердечные приветствия.

— Ну, как поездка?

— Вы помните «Лесного царя»: «Ездок погоняет, ездок доскакал…»?

Комната для нас уже забронирована. Сначала нас доставляют в лучший отель города. Номер с искусственным климатом, ванной и великолепным видом на гавань стоит всего 50 марок в сутки — сущая «мелочь». Но сегодня впервые нам это безразлично. Распорядок на все последующие дни уже выработан: посещение ремонтной мастерской «Симсона», прием у президента спортивного автомотоклуба Гвинеи, выступления и интервью прессе плюс срочный ремонт. Только здесь мы можем основательно проверить мопеды. Ведь мы проехали по Африке свыше 20 тысяч километров.

Каким-то образом становится известно, что сегодня у Рюдигера день рождения. В честь этого за веселым столом опустошается ящик радебергского экспортного пива, которое нашло себе хороший сбыт здесь, в Гвинее.

Дни отдыха пролетают быстро. Квартира у нас прекрасная. Через несколько дней мы из соображений экономии оставили отель и перебрались на окраину города, в большую виллу, непосредственно на Атлантическом побережье. Пляж в этом месте выглядит очень грязным: море выбрасывает на берег много мусора, и прежний хозяин виллы устроил в своем саду плавательный бассейн. В прошлом вилла предназначалась для французской знати, ныне она передана для летнего отдыха сотрудникам представительства Германской Демократической Республики в Гвинее.

Наши мысли переносятся домой. Сейчас там весна, и, в то время как мы тут обливаемся потом под пальмами, на родине еще топят печи. Пора и нам возвращаться в родные края. Пятнадцать месяцев в пути — это довольно много.

Вилла называется «Ле грийон», механики и члены экономической делегации зовут ее «Die Grille» — «Цикада». Когда около полудня мы выходим на залитую светом веранду, у нас создается впечатление, что мы в гостинице. Вдоль стен веранды сидят товарищи из немецкого радио — они строят в Конакри государственную радиостанцию. Напротив них механики, которые создают типографию — первое крупное предприятие в Гвинее. (В начале октября 1961 года она была торжественно введена в эксплуатацию.)

Оба представителя служб МЦ и «Симсон» целиком поглощены деловым разговором. Весьма вероятно, что они делятся друг с другом запасом французских слов. Оба они руководят гвинейскими рабочими без помощи переводчика, а знания языка у них явно не хватает.

Официанты вносят тяжелые подносы с разнообразными блюдами, и разговоры мгновенно затихают. Сначала подаются овощные салаты. Помидоры, редиску и зеленую паприку мы встречаем с восторгом. Обед завершают мясные блюда с картошкой и рыбные консервы. На десерт — фрукты. Но самое главное лакомство на обеде — красное вино. Французы — любители красного вина. Цветные плакаты в парижском метро призывают: «Живите умеренно, пейте не больше одного литра красного вина в день». За годы французского господства этот напиток стал популярен и здесь. При такой жаре вино подают со льдом, вразрез со всеми гастрономическими правилами. Пол-литра — это минимум, который выпивает каждый из нас за обедом.

В Гвинее мы повсюду видим промышленные товары из нашей республики. На улицах — грузовики из Вердау, мотоциклы из Цшопау и мопеды «Симсон». В магазинах и на рынке предлагают ткани с надписью «сделано в ГДР». Вредителей на полях уничтожают препаратами наших химических заводов. В продовольственных магазинах торгуют нашим пивом. Дружественные отношения между обоими государствами выходят за рамки простого товарообмена. Эксперты-плановики наших министерств работают здесь советниками правительства.

В воскресенье перед троицей во всех уголках города можно было слышать родную немецкую речь: в порту Конакри бросил якорь корабль «Дружба народов», доставивший сюда более 800 отпускников — граждан Германской Демократической Республики. Пароход был зафрахтован для этой цели Объединением свободных немецких профсоюзов.


Примечания:



5

Сохранена орфография источника.



57

Дедерон — торговое название синтетического волокна из поликапроамида (другие виды — капрон, нейлон-6, перлон, амилан и стилон). (Прим. выполнившего OCR.)






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх