ПОД ЭГИДОЙ РСХА

После капитуляции Германии в советской зоне оккупации был задержан офицер СС, оказавшийся причастным к спецмероприятиям германской разведки с участием агентуры из числа эмигрантов и военнопленных. Отвечая на вопросы следователя, он рассказал о политических установках гитлеровского руководства по работе с этим контингентом, а также о мерах организационного и оперативного характера, проведенных Главным управлением имперской безопасности (РСХА) на этом направлении. Суть полученных от гауптштурмфюрера сведений сводилась к следующему.

В сентябре 1943 года, когда стал очевидным провал планов молниеносной войны на Востоке, по распоряжению рейхсфюрера СС Гиммлера была проведена перестройка деятельности его ведомства для максимального ее приближения к складывавшейся обстановке. Важным ее звеном стало более активное использование агентуры из числа националов. Ее надлежало вербовать из военнопленных, прибегая и к услугам довоенной эмиграции. Было принято, в частности, решение о создании сети разведывательных школ, построенных по этническому принципу, для подготовки к заброске в тыловые районы СССР агентов с целевыми заданиями.

В целях конспирации эти учебные центры выглядели как подразделения по изучению проблем различных регионов Советского Союза и других стран (в немецкой терминологии Арбайтсгемайншафтен).

В решении политико-воспитательных задач эти подразделения опирались на помощь и участие соответствующих национальных организаций, которые курировались ведомством Розенберга и Верховным командованием вермахта. Это были: Туркестанский и Волго-Татарский комитеты, Крымский центр, Северокавказский, Азербайджанский, Грузинский и Армянский штабы. Соответственно в Восточном министерстве были образованы отделы, каждый из которых опекал одну из этих организаций.

Политические установки германского руководства, не желавшего мириться с коренным изменением хода и характера войны, не снимали с указанных подразделений задачи подготовки кадров, которые предназначались для национальных администраций в оккупированных странах. Однако акцент все же делался на подготовку агентуры, пригодной для проведения разведывательных и диверсионных операций.

Эсэсовский офицер служил в подразделении «Арбайтсгемайншафт Туркестан» (сокращенно AT). Все эти этногеографические структуры, в том числе AT, входили в сферу ответственности VI управления РСХА — разведка, шеф службы В.Шелленберг, а конкретно отдела 6-С и его восточного реферата. В этот же отдел входила и группа «Цеппелин», занимавшаяся подбором, обучением и засылкой агентуры во внутренние районы СССР по своему особому плану.

Учебно-воспитательная работа исходила из установки верховного руководства рейха о создании в Средней Азии после победы Германии обширной германской колонии Большой Туркестан. Она должна была включить в себя территории Туркменистана, Узбекистана, Казахстана и Таджикистана, а также некоторые сопредельные районы Ирана и Афганистана.

На первоначальном этапе предполагалось предоставить Большому Туркестану некую самостоятельность, поскольку достижение независимости было основным лозунгом эмигрантских организаций сепаратистского толка, а именно на них опирались и официальная гитлеровская пропаганда и германские спецслужбы. После установления полного германского господства над означенными территориями предполагалось превратить их по существу в образование колониального типа с прямым управлением из Берлина. Как считали в РСХА, таким образом была бы восстановлена историческая справедливость, и Германия после утери последней колонии в Африке приобрела бы таковую в Средней Азии. AT поручалось готовить людей для работы в этом самом Большом Туркестане.

Когда в силу неблагоприятного для немцев развития военно-политической ситуации реализация разрекламированных ими же обещаний предоставить независимость народам Кавказа и Средней Азии стала неактуальной, AT, как и другие аналогичные подразделения, переключился на проведение пропагандистской работы в национальных легионах, формировавшихся из числа военнопленных. А тех, кому обещали роли сотрудников будущего правительственного аппарата Большого Туркестана, переквалифицировали в преподавателей разведшкол.

Кроме того, этих людей постоянно привлекали к проведению бесед с личным составом нацформирований, призванных участвовать в составе вермахта в боевых действиях или карательных экспедициях против партизан как в СССР, так и в других странах: Франции, Польше, Югославии. На занятиях внушалось, что немцы и туркестанцы имеют единое историческое прошлое, а посему они — родственные народы, призванные провидением господствовать над другими. В детали этих изысканий не принято было особо вникать, а немецкие наставники говорили, что все конкретные вопросы: границы Большого Туркестана и его статус, рабочий язык органов управления, административное устройство и прочие — будут решены после победы.

В августе 1944 года из Берлина было получено секретное предписание, в котором указывалось, что при «Арбайтсгемайншафт Туркестан» создается школа пропагандистов для национальных легионов. Первую группу сформировали в составе тридцати человек, она была названа «Мулла-шуле». Такое название, по объяснению офицера, было обусловлено тем, что выпускников направляли в воинские части в роли проповедников ислама, призывать легионеров к борьбе против неверных. Эти «муллы » изучали в школе историю ислама, коран, основные постулаты национал-социализма.

Спецподразделения РСХА обслуживали и другие направления оперативной работы. «Арбайтсгемайншафт Ост-Азия?

занималось Китаем, Индией, Бирмой. Были созданы, но не успели развернуть своей деятельности «Арбайтсгемайншафт Великобритания», «Иберо-Америка» и другие.

Из показаний эсэсовца следовало, что только реферат I-3 отдела 6-С подготовил для засылки в различные районы СССР 20 разведывательно-диверсионных групп. Наибольший, по его оценке, успех эта работа имела на Кавказе, куда неоднократно воздушным путем забрасывались завербованные в лагерях военнопленных агенты. Они имели задания, связанные не только с выполнением определенных разведывательных задач, но и с организацией вооруженных формирований, призванных действовать в тылу Красной Армии. Связь с ними осуществлялась через Турцию, где реферат имел своего сотрудника, работавшего в этой стране под прикрытием.

Несколько диверсионных групп были заброшены в Казахстан (район Эмба — Гурьев), однако радиоцентру РСХА удалось установить связь только с одной из них, да и то на сравнительно непродолжительное время.

Ряд операций разрабатывался совместно с родственными подразделениями. Готовилась крупная диверсия на Урале, для чего была подобрана агентурная группа из военнопленных.

Гауптштурмфюрер назвал фамилии тех, кого готовили в его подразделении для выполнения разведывательных задач. Это подтверждало имевшуюся в Центре информацию о деятельности германской разведки во время войны. Но многие детали, бывшие, как говорится, за кадром, оказались весьма полезными с точки зрения оперативно-розыскной работы. Да и сведения об истинных целях гитлеровцев в отношении Средней Азии, безусловно, небезынтересны для понимания смысла работы германских спецслужб с эмиграцией из этого региона СССР.

Генерал Серов, в то время заместитель главноначальствующего Советской военной администрацией в Германии, счел нужным направить записку о показаниях немецкого офицера сразу двум наркомам: внутренних дел Берии и госбезопасности Меркулову. Этот архивный документ и позволил нам заглянуть еще в один из многочисленных закоулков РСХА, где готовились кадры для будущей колониальной администрации германских территорий в Средней Азии. Именно так представляли себе административно-политическое устройство этих обширных многонациональных территорий Гитлер и его приспешники. А прикрывалось это пропагандой о поддержке Германией идеи независимости среднеазиатских республик.

В 1944 году источник внешней разведки во Франции подготовил информацию о прогерманской деятельности кавказской эмиграции во время войны. Судя по тому, что текст агентурного донесения в Центре был тиражирован в нескольких экземплярах, что необычно для такого рода документов, оно было замечено. Приводим его, исключив лишь большую часть фамилий лиц, сотрудничавших с немцами.

Все кавказские этносы, а именно: грузины (православные христиане), армяне (христиане григорианской церкви), азербайджанцы (мусульмане), северокавказцы или горцы (христиане и мусульмане) — представлены в эмиграции. Начиная с 1939 года немцы стали использовать эту эмиграцию, основываясь на многолетнем сепаратизме, культивировавшемся в ее среде, но заглохшем на родине, и антикоммунистических настроениях или, скорее, антиколлективизме кавказцев, которые еще существуют в самой России.

Кавказцы, считалось, должны были помогать Германии в ее действиях как на Западе, например, против движения Сопротивления во Франции, так и против Советского Союза, имея целью вызвать повстанческое движение за независимость Кавказа. Ввиду такого тотального использования эмиграции немцы в 1941 году создали в Берлине кавказское правительство, во главе которого был поставлен Кедия, член НСДАП, служивший в СС и находившийся, таким образом, в подчинении ведомства Гиммлера.

Это правительство включало в себя представителей национальных секций: грузинской (руководитель Авалиани), северокавказской (Шамиль и Баммат), азербайджанской (Мирза). Резервировалось место для армян. В его функции входили учет эмигрантов с помощью комитетов беженцев, созданных в оккупированных странах, участие в пропагандистских мероприятиях с использованием национальных газет, издававшихся в Берлине, призыв на военную службу.

Во Франции также был создан беженский комитет, он находился по адресу 93 рю де ля Помп, возглавлял его сам Кедия. В этот комитет входили, как и в центральное правительство в Берлине, члены национальных групп, во главе каждой немцы поставили своих людей, за исключением севгрокавказской, руководитель которой был избран самими кавказцами.

Каждая группа получила от немцев задание о регистрации соотечественников и выдаче им немецких удостоверений личности и о создании штабов для вербовки добровольцев в германскую армию. Надлежало также доносить гестапо о всех выходцах с Кавказа, равно как о выявленных коммунистах и евреях.

Перепись прошла в целом нормально, лиц, не имеющих предписанных удостоверений, немцы считали советскими гражданами, подлежащими депортации в рейх. Что касается остального, то картина в общем была такой. Грузины в подавляющем большинстве оказались сторонниками немцев. Армяне с исторической родины в большинстве были настроены антинемецки, многие участвовали в движении Сопротивления. Немцы, зная о таких настроениях, прибегали к помощи турецких армян. Северокавказцы по большей части были настроены антигермански. Они не согласились иметь своим руководителем человека, назначенного немецкими властями, а избрали его сами. Азербайджанцы, довольно малочисленные во Франции, имели во главе деятеля, который точно исполнял полученные от немцев директивы.

Была проведена мобилизация эмигрантов. Грузины в массе своей на нее откликнулись. Армяне, как эмигранты, так и военнопленные, стремились уклоняться от мобилизации, призваны были лишь добровольцы, но таких оказалось мало. Что касается северокавказцев, то в основном они не пожелали идти на германскую службу. Однако во время отступления с Кавказа зимой 1942/43 г. немцы увели с собой несколько тысяч жителей, которые составили костяк легиона «Берг-Кауказиен », укомплектованного комсоставом из числа эмигрантов и пополненного военнопленными. Этот легион участвовал в боях с партизанами во Франции и Италии.

Мобилизация, которой занимался Кедия, призвана была обеспечить комсоставом четыре легиона из военнопленных: грузинский, армянский, азербайджанский и северокавказский. Эти части должны были войти в состав немецких дивизий либо действовать в качестве полицейских подразделений. Ввиду малой эффективности мобмероприятий и слабого доверия, которое они могли иметь у советских военнопленных, немцы отказались от пополнения ими фронтовых частей, направляя их преимущественно в войска СС.

Помимо этого, насколько известно, немцы привлекали кавказских эмигрантов к негласной работе в гестапо в качестве осведомителей .






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх