• Конфигурация укрепленной линии кремля XIII–XIV и XVI вв
  • Поперечный профиль укрепленной линии кремля
  • Глава 3. Система обороны Нижегородского кремля

    Конфигурация укрепленной линии кремля XIII–XIV и XVI вв

    Сооружения средневекового оборонительного зодчества за время своего существования претерпели значительные искажения первоначального вида. Поэтому чтобы получить исчерпывающую характеристику памятника, уточнить время его постройки, определить разновременные строительные периоды, выявить оборонительную систему крепости и решить целый ряд исторических, историко-архитектурных и практически реставрационно-строительных задач, необходима строгая система и последовательность в проведении исследований.

    Изучить эту проблему лучше по отдельным вопросам: конфигурация линии обороны, ее поперечный профиль, внутренняя планировка и устройство башен, защита крепостных ворот, особенности конструкций из естественных и искусственных каменных материалов, причины и характер их деформаций, деревянные конструкции и возможности восстановления их полностью утраченных частей.

    Прежде всего представляет интерес общий план укреплений, поскольку конфигурация их отражает время постройки и уровень военно-оборонительной техники. Контур укреплений, даже после их уничтожения, часто сохраняется в плане города, подобно московскому Садовому кольцу — полосе бульваров, разбитых на месте стен «Земляного города».

    Этот вопрос встал одним из первых и при реставрации Нижегородского кремля, тем более что в 1950-е годы считали, что существующие сейчас стены покоятся на остатках белокаменного великокняжеского кремля XIV века. Поэтому прежде всего необходимо было изучить план кремля времени основания Нижнего Новгорода и сравнить его с другими русскими городами XIII–XIV веков.

    История Северо-Восточной Руси знает целый ряд новых городов, построенных за короткий промежуток времени — XII — начало XIII века. При их укреплении стремились использовать для обороны все выгоды естественного расположения, но всюду, где была возможность, крепости получали форму более или менее правильного круга или овала. Так, почти правильную окружность представляют собой валы Юрьева-Польского; округлую, несколько грушевидную форму имели укрепления Переславля-Залесского, Дмитрова, а также Зубцова, впервые упомянутого в летописи 1216 года, но, как и остальные, построенного не позже XII века. Список этот может быть значительно расширен, так как аналогичные планы имели города Клещин, Мстиславль, Микулин, Торопец, Перемышль и другие.

    Разновидностью планов подобного вида являются полукруглые и полуовальные формы, получавшиеся при расположении города на прямых участках речного берега. Таковы были укрепления Кидекши близ Суздаля. Так же и в Городце на Волге валы дугообразной формы упирались своими концами в бровку берега, образуя концентрические полуовалы, повторявшие форму центрального ядра. При этом, как было обычно в подобных случаях, в местах примыкания использовались отвершки оврагов, что еще более приближало план крепости к округлой форме.

    Сравнивая планы русских городов, основанных в XII веке, аналогичных по расположению Нижнему Новгороду, можно было предполагать, что и Нижегородский кремль начала XIII века имел округлую форму, которая естественно отвечала очертаниям вершины холма. Границами кремля должны были служить также крутые склоны оврага речки Почайны, существенно усиливавшие его оборону.

    Далее летописи говорят о заложенных в 1360-е годы каменных стенах кремля. Поэтому интересно сравнить планы русских каменных крепостей XIV века, которые строились в этот период в Северо-Западной Руси, Форма их в первую очередь зависела от топографии местности, но также имела в большинстве случаев округлый контур.

    Таковы планы каменных крепостей Северо-Западной Руси XIV века: Новгорода (где стены усиливались в 1302, 1331, 1335 гг.), Изборска (1330), Порхова (1387) и Острова (XIV в.). В Северо-Восточной Руси каменные стены были лишь в Москве и Нижнем Новгороде. Московский кремль и в XIV веке благодаря специфическим особенностям расположения между Москвой-рекой и Неглинной должен был иметь треугольную форму.

    В XII–XIII веках башни в русских крепостях строились или для защиты ворот, или как высокие наблюдательные пункты, и новым в XIV столетии явилось строительство крепостных башен, усиливающих оборону с «приступной» напольной стороны крепости, наименее защищенной естественными препятствиями. В первое время это существенно не нарушало прежнюю форму укреплений.

    Укрепления Нижегородского кремля XIV века по своей конфигурации не могли существенно отличаться от города Юрия Всеволодовича. План кремля XIII–XIV веков может быть реконструирован по общему для обоих периодов принципу оборонительного сооружения, концами дуги упирающегося в бровку берегового склона. Крутые косогоры оврага речки Почайны определяли контур крепостных стен, внутрь которых нужно было включить оба каменных собора XIII века.

    Старинные планы Нижнего Новгорода, хотя и относятся к XVIII–XIX векам, более позднему времени, но помогают понять топографию кремлевского холма, причем данные одного плана могут быть дополнены другой съемкой. Реконструируемая таким образом древняя топография кремлевского холма дает основание нанести на план контуры кремля XIV века.

    План Нижегородского кремля XIV века реконструируется исходя из предположения, что размеры его были меньше территории, ограниченной существующими сейчас стенами XVI века, так как линия древних стен определялась с юго-востока двумя продолговатыми углублениями явно искусственного происхождения, показанными на плане XVIII века, которые можно считать остатками древнего рва. Хотя с северной стороны никаких остатков старых стен пока не найдено, наиболее вероятно, что они проходили по верхней бровке откоса, не спускаясь вниз по его склону, так как нет оснований предполагать, что строители кремля XIV века пренебрегли возможностью защитить стену 30-метровым откосом, тем более что Нижний посад обороняла своя внешняя линия укреплений.

    Стены начала XVI века строились снаружи древних, и, таким образом, оборона города ни на один день не была ослаблена, что для того тревожного времени было очень существенным обстоятельством.

    Интересно свидетельство Нижегородского летописца (с. 30), сообщившего, что в 1513 году «августа в 1 день нижний нов град погорел и дубовая стена и все дворы сгорели». Очевидно, сгорела старая городская кремлевская стена, еще не разобранная, поскольку постройка каменных стен или была только что закончена, или еще продолжалась.


    План Нижегородского кремля XIII–XIV вв. Реконструкция С. Л. Агафонова, 1960 г. Внизу слева нанесены остатки вала, обнаруженные при археологических исследованиях В. Черникова, 1963 г.: 1-Спасский собор XIII–XIV вв.; 2-место Спасского собора XVII в.; 3-Архангельский собор XIII–XIV вв.; 4-Дмитровская башня XIV в.; 5-церковь Николы на бичеве, 1371 г.; 6-торг; 7-р. Почайна. Пунктиром показан контур кремля XVI в.


    Начиная с первой половины XV века русские крепости строятся по регулярному плану, часто в форме, приближающейся к прямоугольнику. Таковы укрепления Гдова (1431), Яма (заново перестраиваемого в 1448 г.). Прямоугольный план имели крепости Ивангорода (1492–1507) и Тулы (1507–1514). Однако при приспособлении Новгородского кремля к новым условиям обороны его старая округлая конфигурация была сохранена. При работах конца XV века этот контур остался неизменным, добавлены новые башни, а стены разбиты на более мелкие прясла, допускавшие в какой-то степени их фланкирование. В летописи прямо отмечается этот особый характер реконструкции Новгородского кремля: «…в лето (1484)… начаше здати в великом Новгороде град камен детинец по старой основе». При большой величине крепости она получала полигональный план, подобный Московскому или Коломенскому кремлям.

    Характерный контур стен Нижегородского кремля, разделённый на прямые прясла, мог возникнуть не ранее второй половины XV века, что и соответствует известному из летописи периоду строительства 1500–1512 годов. Стены кремля XIV века не могли быть включены на более или менее значительном протяжении в состав позднейших укреплений, так как они не могли соответствовать им ни по плану, ни по конструкции. Конфигурация стен Нижегородского кремля вполне отвечает требованиям фланкирования укрепленной линии — принцип, остававшийся главным с XV по XIX век.

    Остается теперь определить длину прясел стен крепости, т. е. отдельных прямых участков стены между соседними башнями. Еще Витрувий, автор древнеримского трактата об архитектуре, советовал располагать башни друг от друга на расстоянии полета стрелы. По арабскому руководству военного дела XVI века оптимальное расстояние до цели при стрельбе из лука равняется 67,5 м, а прицельная дальность — 162,2 м1. Современные исследователи считают, что в этот период наиболее выгодная дистанция прицельного огня из ручного огнестрельного оружья была равна 80 м2, а удаление одной башни от другой колеблется и должно колебаться от 70 до 130 м.

    Однако в действительности причина выбора места постановки крепостных башен в большинстве случаев остается неразгаданной, и далеко не всегда размещение их объяснялось требованиями фланкирования. Можно думать, что забота о красоте города, учет связи с природными условиями, с рельефом, соотношением высоты стен и башен с длинами прясел играли важную роль и подчас решали вопрос строительства и расположения башен.

    Общая длина 13 первоначальных прясел Нижегородского кремля равна 1802 м, что при равномерном распределении башен должно было бы давать среднюю длину прясла 138,6 м. К этой величине ближе всего подходит прясло Дмитровская — Кладовая, равное 137,5 м, а также четыре других длиной от 130 до 135,5 м. Три из них расположены последовательно друг за другом. Вторая группа, близкая между собой по длине, имеет размеры 160, 172 и 174. Одно прясло равно 115,5 м и одно — 40 м. Не наблюдается никакой зависимости их длины от рельефа и нет системы в чередовании прясел разной длины. Так, наиболее протяженные прясла Тайницкая — Коромыслова (200 м) и Пороховая — Георгиевская (190 м) находятся в совершенно противоположных условиях расположения: первое — над крутым откосом, второе — на горизонтальной площадке.


    Организация огня на пряслах Нижегородского кремля от Коромысловой до Пороховой башни


    Все башни Нижегородского кремля разделяются по объему и форме плана на два типа: квадратные и круглые. Квадратные являлись опорными — были более вместительными и имели ворота.

    Почти по всему периметру кремля они чередовались с глухими круглыми башнями, меньшими по объему. Только западная сторона кремля, обращенная к крутым склонам Почаинского оврага, была прикрыта одними круглыми башнями. Поэтому из 13 башен квадратных было 5, а круглых 8.

    Оборона кремля делилась на два участка — верхний и нижний. В каждом из них имелся свой главный узел сопротивления — башня, снабженная дополнительными укреплениями. Наверху это была Дмитровская, внизу — Ивановская. Башни, как правило, ставятся на точках перелома направления стен, но от Дмитровской прясла расходятся прямыми линиями, на 380 м в сторону Георгиевской ина 290 м — до Никольской. Каждая из этих стен для сокращения линии обороны была разбита на два прясла с круглой башней в середине.

    Единый замысел, объединяющий всю систему оборонительных сооружений кремля, виден в размещении Часовой башни. Расположение ее исключительно удачно отвечает задаче служить наблюдательным пунктом, в котором нуждалась каждая средневековая крепость.

    Башня глубоко вдается внутрь кремля, откуда хорошо просматривалась вся его территория.

    Композиционно она господствует над всей линией стен, спускающихся к Волге, и можно предположить, что уже с момента постройки башня предназначалась под командный пункт обороны кремля.

    Поперечный профиль укрепленной линии кремля

    Для определения времени постройки оборонительного сооружения, кроме общей конфигурации, не меньшее значение имеет поперечный профиль укрепленной линии. Редко удается определить его без специального исследования, так как валы и глубокие рвы, непременные части средневековых укреплений, почти нигде в первоначальном виде не сохранились.

    Уже в конце XVIII века во многих городах оборонительные стены были уничтожены, а рвы засыпаны. Так, кругом Нижегородского кремля в 1834–1838 годах на месте рвов были разбиты бульвары.

    Линия обороны средневекового укрепления включала целую систему препятствий для осаждающих и укрытий для защитников крепости. Основой ее служили рвы и стены, которые в каждом историческом периоде имели свои характерные профили.

    В раннем средневековье главной задачей обороняющихся было не дать противнику вплотную приблизить к стенам камнеметы и осадные машины. Успешная оборона в сильной степени зависела от высоты стен и глубины заполненных водой рвов.

    К началу XVI века — времени, когда строился в Нижнем Новгороде каменный кремль, развитие огнестрельной артиллерии сделало большие успехи. Тогда считали, что для успешной обороны достаточно устроить сухой ров, свободную полосу земли, это позволяло держать под обстрелом подступы к стене. Их теперь строили возможно более низкими, но так, чтобы противник не мог при штурме пользоваться лестницами обычного типа. Стены начинались от дна рва, углубление которого защищало подошву стены от разрушения артиллерийскими снарядами. С той же целью стену нередко примыкали к земляному массиву.

    С течением времени еще более понижалась высота башен и стен, которые заменялись валами, еще долгое время сохранявшими каменную облицовку, усложнялась профилировка рвов, устраивались укрытые ходы и дополнительные укрепления перед ними. Но эти изменения были связаны уже с внедрением бастионной фортификации и являются следующей ступенью в развитии оборонного дела.

    В Нижегородском кремле основной элемент профиля — сами каменные стены — сохранились на полную высоту повсюду, кроме прясел северного склона волжского берега, где местами не осталось даже фундаментов. На всех других участках стен положение первоначальной отметки земли определялось по самому нижнему слою строительных остатков — каменного и кирпичного щебня и раствора, который оставался от первого этапа строительства и лежал непосредственно на материке. Определить древний уровень грунта внутри кремля оказалось проще, так как ему соответствовал верх забутовки арочных ниш, ряды которых поддерживают боевой ход стены по всему периметру кремля. Внутренняя отметка земли была почти повсюду выше наружной на 2–3 м, и до этого уровня стена представляла собой сплошной массив толщиной 4,5–5 м. Средняя высота стен от земли до площадки боевого хода на пряслах с небольшим продольным уклоном (от 0 до 5 %) составляла 9—10,5 м независимо от того, где находилась стена — на ровной поверхности или у бровки крутого склона.

    Существующее сейчас различие по высоте между стенами, выходящими к Зеленскому съезду и Почаинскому оврагу, и стенами на площади Минина и Пожарского произошло в XIX веке в результате планировочных работ, засыпки рвов и устройства бульваров снаружи кремля.

    Наружная сторона стены выложена наклонной плоскостью от подушки фундамента до белокаменного полувала, проходящего на 1–2,5 м ниже площадки боевого хода; выше полувала стена идет вертикально. Внутренняя сторона стены сложена по отвесу, и, таким образом, основание ее оказывается шире площадки боевого хода на 70–80 см.

    Выше уровня земли в массиве стены как бы вынуты ниши шириной 4,6–5,7 м и глубиной 1,8–2 м. Они перекрыты полуциркульными арками правильной формы, и верх кирпичной кладки сводов почти совпадает с уровнем боевого хода. Ниши разделены друг от друга пилонами шириной 2–2,5 м. Толщина собственно стены в ее средней и верхней зонах колеблется от 180 до 220 см.

    С наружной стороны боевого хода поднимается бруствер на высоту девяти рядов кирпичной кладки, или 88–90 см, толщиной в два большемерных кирпича. Бруствер и парапет на обращенной к кремлю стороне стены сужали боевой ход в среднем до 2,5 м. На бруствере возвышались зубцы той же толщины, шириной от 185 до 210 см, а местами и до 230 см. Высота их достигала 230 см, а со стороны боевого хода на ряд ниже. Таким образом, общая высота зубцов равнялась 310 см, что вполне предохраняло стоявших за ними бойцов, они могли передвигаться по стене и действовать бердышами и другим ручным оружием при попытке врагов проникнуть на стену через большие боевые окна, как тогда называли промежутки между зубцами.

    В зубцах были сделаны узкие бойницы шириной всего 11–14 см — малые боевые окна для стрельбы из ручных пищалей или луков и самострелов, тогда еще применявшихся. Треугольные ниши малых боевых окон были устроены в каждом пятом зубце, т. е. на расстоянии примерно 12 м друг от друга. Угол боковых граней ниши— 55–60 градусов — обеспечивал взаимодействие двух соседних стрелков, начиная с удаления в 12 м от стены. Каждый участок земли на расстоянии от 24 до 36 м от стены простреливался из трех бойниц. Под большими и малыми боевыми окнами всегда устраивалась горизонтальная площадка для удобного размещения воинов, поэтому первая и последняя ступени лестниц на боевом ходе стены всегда точно соответствуют краю зубца.

    Когда во время ремонта 1785–1790 годов по всем кремлевским стенам разобрали верхушки зубцов, малые боевые окна, находившиеся внизу, были заполнены кладкой, и благодаря этому их форма, число и размеры легко могли быть восстановлены при реставрации. Большого труда стоило найти первоначальные зубцы полной высоты на стенах, а сохранившиеся зубцы на башнях почти всюду потеряли верхние ряды кладки. Несколько древних зубцов остались в неизменном виде на уступах стен на пряслах Георгиевская — Борисоглебская и Ивановская — Часовая. Наиболее хорошо сохранившиеся и перевязанные с кладкой башенных стен полузубец у Георгиевской башни, и особенно зубец к югу от Тайницкой башни, были взяты за образец при восстановлении всех остальных стен Нижегородского кремля.

    Все сохранившиеся зубцы имеют одинаковую высоту от подоконника до выступа венчающей головки, которая украшена кирпичным орнаментом в виде «ласточкина хвоста», выступающим из плоскости прямоугольных зубцов. Это как бы символическое изображение двурогих зубцов, обычных в итальянском крепостном строительстве и прочно вошедших в русскую архитектуру после постройки Московского кремля. Однако Нижегородский кремль с самого начала своего существования имел деревянную кровлю, и «работающая на силуэт» форма зубцов оказывалась совершенно излишней, поэтому их сложили прямоугольными.

    На боковых гранях зубцов имеются специальные гнезда и пазы для задвигания коротких бревен, которые держали особые щиты — заборола, закрывающие большие боевые окна. Заборола мешали противнику следить за передвижением и количеством бойцов на том или ином участке стены, прикрывали их от случайного обстрела, а также защищали саму стену; ее боевой ход от дождя и снега. Пазы для крепления щитов делались только на одном уровне (на высоте 13—15-го ряда от подоконника боевого окна), что обеспечивало амортизацию при ударе камнеметных ядер.

    В старинных документах высота зубцов указана только в сметной росписи Семена Задорина 1651 года, где он предлагает поврежденные зубцы на прясле у Борисоглебской башни сложить вновь так, чтобы у них была «вышина с моста 2 сажени». По-видимому, С. Задорин измерял их простой прямой саженью (152,8х2 = 305,6 см), и это почти совпадает с натурой.

    В настоящее время зубцы на разных участках кремля различаются на 10 см по своей высоте благодаря тому, что их оголовок имеет в одних зубцах восемь, а в других девять рядов кирпичной кладки. Однако при обычной ширине зубца вычертить кривую «ласточкина хвоста» простым циркулем можно только при девяти рядах кирпичей. На меньшей высоте оголовка контур кривой получается вялый, как бы приплюснутый.

    Но в Нижегородском кремле все кривые, и в плане, и в вертикальных плоскостях — в арках и сводах, строятся исключительно как части окружности. Это и соответствует стилю и практике русской архитектуры конца XV–XVI века. Усложненные трехцентровые кривые получили распространение в русской архитектуре позднее, и, очевидно, поэтому в кремлевских стенах после ремонтов XVII–XVIII веков зубцы стали ниже.

    Фронт стен защищался огнем из пищалей, сосредоточенных на боевом ходу. В нижней и средней зонах стены бойниц не было. Только посередине четырех прясел, между Никольской и Георгиевской башнями, на уровне среднего боя имеется по одной печуре с боевым окном, подобной по устройству таким же печурам в башнях. Кроме этих четырех прясел, бойница была лишь в стене около юго-восточного угла Ивановской башни.

    В Писцовой книге 1622 года (с. 11) сказано: «А около каменного города, на Верхнем посаде, от Егорьевской башни и до угольные до Коромыслове башни ров выкопан, в глубину в сажень, а поперег сажени с четыре, инде менши, а инде больше».

    Действительно, благодаря тому, что стены расположены на значительном протяжении над крутыми откосами, ров можно было выкопать лишь там, где и указано в описи, или внизу — перед Ивановской башней. Основная часть рва проходила перед стеной по рельефу, который на глаз оценивается как почти плоский. Но это впечатление обманчиво из-за большой длины участка. Основания стен крайних башен лежат выше центральной Дмитровской башни: в Георгиевской — на 11 м, Коромысловой — на 6 м. Глубокая выемка ответвления Зеленского съезда существует только с 30-х годов прошлого века, а прежде это место, как и остальная территория, было относительно ровным.


    Поперечный профиль укрепленной линии Нижегородского кремля. Реконструкция С. Л, Агафонова


    На плане 1769 года с наружной стороны стены между Коромысловой и Георгиевской башнями показана линия откоса с уклоном к кремлю. Очевидно, это наружная граница рва — контрэскарп. Вероятно, к этому времени ров расплылся и потерял свои правильные очертания. Между Никольской и Дмитровской башнями он сохранился лучше, и здесь можно измерить среднюю ширину, равную примерно 30 м. При планировке и благоустройстве центральной площади и бульваров в 30-х годах прошлого столетия от Кладовой до Георгиевской башни основание стены было закрыто слоем грунта толщиной 2,5–5,5 м, в настоящее время заасфальтированного или занятого газонами. Заложить шурф, длина которого была бы достаточна для исследования профиля рва, оказалось возможным только между Никольской и Кладовой башнями. Здесь в 1953 году и были отрыты два шурфа. В 8 м от Никольской башни фундамент стены основан на желтом лессовидном суглинке (массивы его занимают значительную часть территории г. Горького) и заглублен в материк на 155 см. Выше 90-сантиметровой подушки, сложенной из необработанного бутового камня, начинается наклонная плоскость стены. Первые три ряда ее сложены. из блоков известкового туфа, а выше начинается кирпичная облицовка. Размеры кирпича — 29—30х13,5х7,5 см — показывают по аналогии с другими нижегородскими постройками, что облицовка была выполнена при ремонте в конце XVII или в XVIII веке. Верхняя граница материка проходила по горизонтальной линии, но, к сожалению, длина шурфа составляла всего 4 м.

    Шурф, заложенный в центре прясла, удалось отрыть на 23,5 м от стены до бровки откоса Зеленского съезда. Стена здесь имеет ту же конструкцию, как на соседнем участке, и фундамент заглублен в материк на 2,5 м. В разрезе шурфа видны три слоя раствора и кирпичного щебня, оставшихся от разновременных ремонтов. Хорошо просматривались границы первого широкого котлована, с которого начиналось строительство кремля. Дно второго, более узкого котлована соответствует низу кирпичной облицовки. Очевидно, он был вырыт при крупном ремонте, когда большие плоскости поврежденной каменной кладки заменялись кирпичом, который оказался ниже материка.

    Таким образом, было установлено, что дно рва у стены между Никольской и Кладовой башнями находилось выше ее подножья и даже фундамента и не имело никаких других углублений, по крайней мере на расстоянии до 23,5 м от кремлевской стены. Вероятно, его ширина равнялась 25–30 м, что было характерно для крепостных рвов XV–XVI веков. Глубину рва можно определить в 2,5–4 м, поскольку такова толща насыпного грунта, закрывшего нижнюю часть кремлевской стены после устройства около нее бульвара. Примерно такая же разница между современными отметками земли около Никольской башни (где сохранился древний горизонт ее) и противоположной бровки Зеленского съезда.

    Можно думать, что показания Писцовой книги относятся к местному заглублению рва, подобному кюветам во рвах более позднего времени, которое могло быть устроено в дне рва на участке около Дмитровской башни. Этот участок рва мог быть наполнен водой, стекавшей сюда с окружающей территории.

    Конфигурация плана Нижегородского кремля и поперечный профиль укрепленной линии его стен вполне соответствуют требованиям, предъявлявшимся к крепостным сооружениям конца XV и первой половины XVI века. Оборона его была целиком основана на использовании фланкирующего огня, сосредоточенного в круглых и квадратных башнях, которые в противоположность крепостям XIV века равномерно распределены по периметру и далеко выдвинуты за линию стен.

    'Агафонов С. Л. Новые исследования укреплений Нижегородского кремля. — Архитектурное наследство. Вып. 12. М., 1960.

    2 Кюи Ц. Краткий исторический очерк долговременной фортификации. СПб., 1897, с. 29; Яковлев В. Эволюция долговременной фортификации. М., 1931.






     

    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх