ЧЕРНАЯ ПОВЯЗКА

Наверно, для тех, в ком еще жива совесть, разумная сила души, – и придумана черная повязка масонов. Ею пытаются закрыть не только физическое, но и духовное зрение. Полностью лишить возможности различать духов.

Повязка надевается на глаза при посвящении. Знак таков: доселе неофит был «духовным слепцом»… Когда это касается человека, выросшего в православной вере и вдруг пришедшего к тому, что полнота истины состоит в чем-то другом, символ получается особенно страшным. Из «мрака неведения», когда, наконец, повязку срывают, несчастный попадает под прямые лучи ослепительной люциферианской пентаграммы.


Действо в Авдотьино

Московские «братья» Новикова считали масонство внутренней церковью, а его высший круг – розенкейцерство – чем-то вроде монашеской общины. В документы, присланные из-за рубежа, они вносили «благочестивые» дополнения. Ритуал посвящения предписывал чтение Евангелия и выполнения символических актов, напоминающих церковное богослужение.

Однако эти «православные» элементы отдавали диавольской пародией.

В Великий Четверток в имение Новикова Авдотьино съезжались кареты. Здесь были лишь «высшие посвященные». Облаченные в белые мантии, испещренные золотыми розами, они входили в храм.

Предстояла инициация – в первосвященники невидимого капитула. Главный надзиратель переломлял хлеб, брал чашу и передавал их посвящаемому: «Сие есть пища и питие нашего священного ордена, мир да будет с тобой!»…

Затем елеем помазывали чело и руки «брата»: «Помазую тебя елеем премудрости и святости во имя Отца и Сына, и Святаго Духа, аминь».

Горящим углем, взятым из кадильницы, делали троекратный крест над языком посвящаемого: «Мы касаемся языка твоего огнем Святаго Духа и прилагаем к оному печать скромности во имя Отца, Сына и Святаго Духа». [21]

«Существует предание, что Новиков оставлял у себя, в селе Авдотьине, Святые Дары для совершения причастия самолично». [22]

Таинство причастия, елеосвящение, в Православной церкви происходит через тех, кто имеет преемственность рукоположения во священничество от Апостолов. А здесь? Какой дух являлся здесь?

Всякое подражание святому – излюбленные момент диавола. И на такие элементы ритуала злой дух являлся тут же. На этом основана «черная месса». Но в Адотьино вершилось нечто более страшное, чем у откровенных сатанистов. Все происходило в лучах такого псевдоблаголепия, которое сопутствовать будет и воцарению антихриста. Кругом стояли такие милые, такие добрые от рождения господа, такие просвещенные философы, которые, несомненно окажутся поначалу и в свите машиаха. И этим тоже прельстят многих. Интеллигенция вообще – прелестна. И в этом – ее главная, поистине апокалиптическая миссия. Тяжелая миссия, весом с мельничный жернов…

Да, ничего «противного совести» Николай Иванович в этих действиях не усматривал. Его немецкий начальник Вельнер объяснил: «ни в какой церкви уже нет таинства, оно отнято у церкви высшей магической властью и силой». Глядя на современное ему священство, Новиков поверил.

Считая себя «духовидцами», несчастные масоны не понимали, что Церковь, какие бы очевидные недостатки и пороки она ни несла, состоит не только из видимой, но и из незримой части. Той части, где святые и молитвенники. Поселившиеся в ложах извилистое иудейство и плоский протестантизм плотной заслоняли черной повязкой заслоняли бытие не только сонма святых, Богородицы, но и Самого Господа.

«Путь реформизма свят, когда он касается только человеческого в Церкви… – но тот же путь, когда он мнит, что ему дано излечить Церковь от всех ее недугов, есть путь гибели и отпадения от Церкви, потому что коренной недуг Церкви есть первоначальный грех, коренной недуг всего человечества и всей природы от Адама, и излечить этот недуг может лишь врачество Сына Божия, и самое существование Церкви… есть уже организованное врачество этого недуга. Вся история западного реформизма и русского сектантства – в этой подмене Божественного врачевания Церкви только человеческим. Реформизм начинается со справедливого требования более просвещенного духовенства, с устранения несомненных недостатков в церковной организации и ложных церковных обычаев и установлений, какими были, например, индульгенции в Западной церкви, переходит к критике догмата и кончается отрицанием всякой Церкви». [18]

Меж тем в Авдотьино шла братская трапеза. Знаменитый Херасков сочинил к такому случаю гимн: «Коль славен наш Господь в Сионе». Причастившиеся «братья» подпевали нестройными голосами. Звучал и забытый ныне куплет:

Ты нас трапезой насыщаешь

И зиждешь нам в Сионе град,

Ты смертных, Боже, посещаешь

И плотию своей питаешь…

«Первосвященников невидимого капитула» могло быть лишь семь на всей земле. Поняв, что на западе наивысших градусов не добиться, Новиков и его окружение, назначили себя «высшими иерофантами» сами. Планы были грандиозны.

Позже, при обыске, у Коловиона изымут множество рукописей. Прочтя их, даже опытный следователь кн. А. Прозоровский содрогнется. И напишет, что у розенкрейцеров «по заведении новой церкви было намерение подчинить оной и все государственные правительства и соединить все народы и законы вообще…» Нет, это не было плодом больной фантазии. В феврале 1783 года в письме «брату» А.А. Ржевскому Новиков писал со значением: «Провинциального великого мастера место еще вакантно»… Да, Орден оставлял пустым свое главное кресло. И тот, кто его должен был занять, мог многое. Очень многое.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх