Генерал Смысловский и его тайная армия

Помимо уже упоминавшихся нами выше восточных частей и подразделений немецкой армии существовали части и подразделения специального назначения, сформированные из числа русских эмигрантов. Первыми ласточками были диверсанты и разведчики, которых немецкое командование забрасывало на территорию СССР начиная с 15 июня 1941 года. Одетые в форму РККА, милиции и железнодорожников и снабженные соответствующими документами, группы имели своим заданием совершение диверсий с началом военных действий. Начальник штаба группы армий «Б» генерал-лейтенант Г. Грейфенберг возлагал большие надежды на использование диверсионных подразделений в первые дни нападения. Особое место в этих планах отводилось 800-му учебному полку особого назначения «Бранденбург», в составе которого действовали белоэмигранты, уроженцы Прибалтики, Украины и Закавказья. В первые часы войны работа диверсантов дала себя знать: в Бресте и Кобрине были выведены из строя электростанция и водопровод, прервалась проволочная связь штаба округа с войсками.

С продвижением немецкой армии вглубь СССР органы немецкой военной разведки и контрразведки пытались оперативно решать возникающие проблемы, основной из которых было наличие в немецких тылах больших групп советских военнослужащих-окруженцев и оставленных со специальными заданиями чекистских групп, партизанских отрядов и подполья.

В июне 1941 года в структуре Абвера был создан штаб «Валли» для непосредственного руководства разведывательной деятельностью на советско-германском фронте. В 1942 году для борьбы с партизанами и создания повстанческого движения в советском тылу был создан «Специальный штаб. Россия.» (Зондерштаб «Р»). Во главе этой структуры встал Борис Алексеевич Смысловский. белоэмигрант и бывший офицер Русской Императорской армии.

Деятельность этого человека до сих пор окружена плотной завесой молчания. Ранее имя Смысловского мимоходом упоминалось лишь в нескольких документальных произведениях о работе советской разведки в годы войны. Личность руководителя «Зондерштаба» и его деятельность заслуживают более подробного рассказа.

Борис Алексеевич Смысловский появился на свет в конце XIX века в семье кадрового офицера. Как и его отец, он избрал для себя военную карьеру и после окончания кадетского корпуса и Михайловского артиллерийского училища поступил на службу в гвардейскую артиллерию. С 1915 года поручик Смысловский находится на фронте. Боевой путь молодого и храброго офицера был отмечен многими орденами Империи. В 1917 году Смысловский поступил в Академию Генерального Штаба, однако, начавшаяся смута перечеркнула честолюбивые планы гвардейца. Окончание гражданской войны застало его на территории Польши, где штабс-капитан Смысловский занимал должность начальника разведывательного отделения штаба 3-й Русской армии, формировавшейся генералами Глазенапом и Бабошко. После окончания военных действий Смысловский уходит со службы, женится на польской подданной и, приняв польское гражданство, проживает в Варшаве.

В 1928 году он переезжает в Германию, где поступает на высшие курсы Академии Генштаба Рейхсвера (Truppenamt).

В своей статье «Эпопея генерала Смысловского» С. Дробязко предполагает, что уже в середине 20-х годов Смысловский был связан с немецкой разведкой и даже работал на нее против Польши.

Помимо обучения в Труппенамте, Смысловский принимает деятельное участие в работе польского отдела Русского Общевоинского Союза (РОВС) под руководством генерала Трусова, где занимает должность начальника штаба Варшавского отдела. Весной 1941 года Смысловский вместе с генералом Трусовым встречались с генерал-майором А.А. фон Лампе, возглавлявшим Объединение Русских Воинских Союзов в Рейхе. На встрече обсуждался вопрос о путях возможного сотрудничества с немцами в случае начала боевых действий против Советского Союза.

Следует отметить, что 21 мая 1941 года, вскоре после этой встречи, фон Лампе составил обращение к фельдмаршалу Браухичу, в котором предоставлял в его распоряжение кадры своего Объединения в будущей войне против «Советов».

В письме к Браухичу Лампе писал:

«Русские военные эмигранты с первого дня героической борьбы Германии за свое существование с глубоким вниманием присматриваются к событиям, связанным с этой борьбой, и, не считая себя вправе сказать свое слово, всеми силами стараются заменить ушедших в армию на фронт бойцов на их должностях в далеком тылу, чтобы, хотя бы в не7 Проклятые солдаты 193 большой степени, принять участие в борьбе Германии против Англии, векового врага национальной России.

Для нас нет никаких сомнений в том, что последний период борьбы выразится в военном столкновении Германии с Союзом Советских Социалистических Республик. Это неизбежно уже в силу того, что коммунистическая власть, стоящая сейчас во главе нашей Родины, никогда не сдержит ни своих договоров, ни своих обещаний, уже по самой своей коммунистической сущности…

И потому теперь, когда наступает новый, быть может, самый решительный час, самая решительная стадия борьбы, в которой мы уже не можем удовольствоваться скромной ролью в тылу, а должны принять то или иное активное участие, я считаю своим долгом заявить Вашему Превосходительству, что я ставлю себя и возглавляемое мною Объединение Русских Воинских Союзов в распоряжение германского военного Командования, прося Вас, господин генерал-фельдмаршал, дать возможность принять участие в борьбе тем из его чинов, которые выразят свое желание это сделать и физически окажутся пригодными».

Предложение генерала осталось без ответа. 5 июля Лампе повторил свое обращение, и оно было передано Гитлеру. 10 июля генералу сообщили, что его обращение обсуждалось Главным командованием германских вооруженных сил. В середине августа Лампе получил ответ, где сообщалось, что «…В настоящее время чины Объединения не могут быть применены в германской армии».

Впоследствии Лампе издал приказ по Объединению, в котором довел до сведения его членов, что каждый вправе действовать самостоятельно, не теряя с ним связи. Начал самостоятельно действовать и Смысловский, являвшийся к тому времени официальным сотрудником Абвернебенштелле (АНСТ) «Варшава». Позднее он был принят на службу в качестве К-зондерфюрера (капитана), переводчиком отдела 1Ц штаба группы армий «Север». В это же время Смысловский взял для себя псевдоним «фон Регенау». Русский офицер постепенно получает признание у своего немецкого руководства и вынашивает идею создания русского разведывательного подразделения для сбора информации о противнике.

Такое формирование было им создано при штабе группы армий «Север» в июле 1941 года и получило наименование «1-й русский зарубежный учебный батальон» (Lehrbatallion fur Feind-Abwehr und Nachrichtendienst). По времени создания батальон Смысловского можно смело назвать первым русским добровольческим формированием на Восточном фронте. Батальон находился под опекой штаба «Валли».

«Валли» был создан как центр ведения антисоветской подрывной деятельности на Восточном фронте, имея в своем подчинении 21 абверкоманду и не менее 70 абвергрупп, в составе каждой из которых находилось немало сотрудников-эмигрантов или уроженцев СССР. Радиочасть «Валли» постоянно следила за эфиром в поисках сигналов от своих агентов и диверсантов по ту сторону фронта. Особый отдел занимался перехватом и дешифровкой сообщений советских партизанских радиостанций. Деятельность штаба обеспечивали десятки мастерских, лабораторий и типографий. Непосредственно антипартизанскими акциями занимался III-й отдел «Валли» под руководством полковника Гейнца Шмальшлегера.

Русский батальон Смысловского создавался как база для развертывания других русских разведывательных подразделений частей и задачу свою выполнил. в течение 1941.1942 гг. на его базе были развернуты 12 русских батальонов (фактически. разведшкол), объединенные в т. н. «Северную группу».

Костяк батальонов «Северной группы» составил 1001-й русский гренадерский разведывательный полк, инспектором которого являлся сам Смысловский. Кадры подбирались из числа эмигрантов, но затем в него стали принимать и бывших военнопленных. Национальный состав полка был представлен военнослужащими всех национальностей СССР.

Крупнейшим поставщиком кадров для воинства Смысловского являлась Варшавская разведшкола Абвера, бывшая в то время своеобразной «академией» по подготовке русскоязычной агентуры и радистов для работы в советском тылу. Сами курсы школы располагались в местечке Сулеювек (Сувалки) в бывшем имении маршала Пилсудского. Набор курсантов производился после тщательной проверки военнопленных офицеров РККА, имевших достаточное высшее или среднее специальное образование. В школе преподавали бывший ге195 нерал-майор РККА Рихтер (под псевдонимом «Рудаев») и Б.Б. Салихов («Османов»), руководил школой майор Мосс («Марвиц»). Преподаватели и инструктора школы были в основном из числа немцев и белоэмигрантов, иногда из пленных командиров РККА. Весь личный состав постоянно находился под негласным наблюдением контрразведки. В связи с наступлением Красной Армии школа была передислоцирована в г. Вайгельсдорф в 60 км западнее Бреславля, где была преобразована в «Русскую школу». Возглавлял ее полковник И.И. Мусин. бывший генерал-майор Рихтер-Рудаев. В 1945 году школа была расформирована, а ее учащиеся переведены в «Зеленую армию», речь о которой пойдет далее.

Еще одна разведшкола «Бальга» (или «Русская Колонна») располагавшаяся в одноименном местечке на границе Эстонии и Латвии готовила кадры для Смысловского. Первые наборы курсантов в школу производились из числа молодых добровольцев-эмигрантов. Созданием школы занимался капитан-лейтенант Шеллер и руководитель «Абверкоманды-101» (радиопозывной «Марс») подполковник Гемприх («Петергоф»).

Против этого центра подготовки агентуры и диверсантов советской контрразведкой была разработана и проведена операция по «изъятию» майора Бориса. преподавателя тактики и топографии.

В марте 1942 года при штабе «Валли» был сформирован «Зондерштаб Р» («Р». Россия). специальное отделение для ведения борьбы с партизанским движением, а также разведывательной и контррразведывательной деятельности.

Спецштаб находился в непосредственном подчинении начальника «Валли-1» майора Бауна. Дислоцировался в Варшаве по ул. Хмельная, д.7, позднее по ул. Н. Свят, д.5 под вывеской «Восточная строительная фирма «Гильген». Полевая почта № 06100 В. Начальником «Зондерштаба» был назначен Б-зондерфюрер (майор) Смысловский.

В 1943 году Смысловский-Регенау получает чин подполковника, через некоторое время. полковника. Быстрый рост званий был обусловлен успехами в организации работы.

Заместителем начальника «Зондерштаба Р» был бывший полковник Генштаба РККА М.М. Шаповалов («Раевский»), впоследствии командир 3-й дивизии РОА.

В первый период своего существования «Зондерштаб Р» имел три оперативных и административно-хозяйственный отделы. 1-й отдел вел разведывательную работу против партизанских отрядов, руководил работой межобластных и районных резидентур, получал от них агентурные материалы и после соответствующей обработки направлял в штаб «Валли». Руководил отделом полковник Шаповалов. 2-й отдел. контрразведка (по личному составу). Отдел ведал проверкой, приемом и увольнением личного состава подразделений штаба, проводил среди его сотрудников агентурную работу. Начальник отдела. старший лейтенант Бондаревский, он же Бондаровский В.М. 3-й отдел. Проводил пропаганду в целях разложения партизанских отрядов. Начальник отдела. А.Э. Вюрглер. 4-й отдел. административно-хозяйственный. Занимался снабжением сотрудников штаба и резидентур продовольствием и вещевым довольствием. Начальник отдела. некто Плотников.

Структура органа неоднократно менялась. Так, в июле 1943 года был ликвидирован отдел пропаганды, а наименование «3-й отдел» было присвоено административно-хозяйственному отделу. В это же время при контрразведывательном отделе был сформирован осведомительный сектор во главе с бывшим начальником отдела пропаганды Вюрглером.

Всю практическую деятельность «Зондерштаб Р» проводил через межобластные резидентуры, имевшие наименование «разведывательно-резидентские области». Вся оккупированная советская территория делилась до июля 1943 года на пять, а позднее на четыре таких области.

Разведывательно-резидентская область А. Штаб дислоцировался в г. Симферополе по Крестьянской ул. д.1, и ее деятельность охватывала всю территорию Крыма. В Симферополе, Севастополе, Феодосии были районные резидентуры.

Начальник. Бобриков Г.Г., майор РОА, затем зам. начальника Вайгельсдорфской разведшколы.

Разведывательно-резидентская область Б. Штаб. в Киеве, затем. в Умани. Охватывала собой среднюю и южную часть Украины. Резидентуры располагались в Киеве (Дар197 ницкий район), Днепропетровске, Черкассах, Полтаве, Виннице, Кировограде, Белой Церкви, Умани, Николаеве, Пирятине, Фастове и Иванкове. Начальник бывший полковник армии УНР Ребарчук (Рыбачук) Н.М., ранее сотрудник Абвергруппы 205.

Разведывательно-резидентская область Ц. Штаб дислоцировался в Чернигове. Действовал в северных районах Украины и юге Белоруссии. Резидентуры располагались в Бобруйске, Гомеле, Полоцке, Новозыбкове, Клинцах, Лоеве, Калинковичах, Чернигове, Стародубе, Прилуках, Ковеле, Козельце, Овруче, Слуцке и местечке Куликовка. В сентябре-октябре 1943 года резидентуры в Бобруйске, Полоцке и Слуцке были переданы в состав разведывательно-резидентской области Ц1. Главный резидент. Отрожко, он же Арский, он же Павленко Н.Н. псевдоним «Мартынов». ст. лейтенант, до 1942 г. сотрудник Абверкоманды 103.

Разведывательно-резидентская область Ц1. Действовала на территории Белоруссии. Областной аппарат вначале находился в Могилеве, а с 15 октября 1943 года. в Минске. Резидентуры были в Орше, Себеже, Могилеве и с осени 1943 года. в Слуцке, Бобруйске, Жлобине, Полоцке. Главный резидент до октября 1943 года. Хоментовский А.Ф.

Разведывательно-резидентская область Д. Действовала на территории Прибалтики и в северных областях России. Областной аппарат находился в Пскове, затем в г. Выру (Эстония). Резидентуры. в Нарве, Луге, Порхове, Гдове, Опочке, Острове и Себеже. Главный резидент. подполковник РОА Ливотов (он же Леготов А.Н.).

Связь руководства разведывательно-резидентской области с резидентурами проходила через курьеров, которые два раза в месяц доставляли отчетные материалы. Агентурная сеть состояла из штатных агентов, находившихся на полном ее содержании, разъездных агентов-разведчиков и информаторов по населенным пунктам. Агенты и разведчики состояли на связи у резидентов, а информаторы. у штатных агентов.

Областные и районные резидентуры создавались, главным образом, в местах наибольшей активности партизанских отрядов и действовали под прикрытием хозяйственных организаций. дорожных и строительных отделов, заготконтор и пр.

Через сеть информаторов и разведчиков из местных жителей резидентуры вели работу по выявлению дислокации партизанских отрядов, их руководящего состава, численности, партийной прослойки, наличия работников НКВД.

НКГБ, средств связи с центром, района действий, баз снабжения и вооружения. С целью разложения и склонения партизан к переходу на сторону немцев резидентуры внедряли агентов в состав партизанских отрядов.

Командующий войсками оперативного тылового района группы армий «Юг» генерал фон Роквес писал:

«Большинство сотрудников. Зондерштаба Р… россияне и украинцы. В основном это эмигранты и бывшие офицеры царской армии. Речь идет про специально выбранных и проверенных лиц, подготовленных. Зондерштабом Р. для выполнения заданий. вербовки на местах надежных агентов для дальнейшего использования их в разведке партизанских районов, а если получится, то и в самих отрядах. Разведданные высылаются в. Зондерштаб Р., а также в разведотделы охранных дивизий и полевых комендатур… Информация о деятельности агентуры. Зондерштаба Р. передается войсковой контрразведке, тайной полевой полиции, службе безопасности, чтобы агенты могли действовать спокойно».

О результативности работы агентуры свидетельствует донесение в штаб «Валли», захваченное советскими партизанами у убитого немецкого офицера на шоссе Новоград-Волынский. Ровно: «Генерал-майор Наумов. командир объединенных банд, что действуют преимущественно в Киевской области.

Намеревается пробиться в южную степную часть Украины…

Имеет мощный авторитет и славу смелого импровизатора бандитских методов борьбы. Преимущественно уничтожает мелкие гарнизоны и нападает на штабы. Редко когда не добивается большого успеха… Оружием и боеприпасами его обеспечивают из Москвы, оттуда же приходят инструкции. Крайне опасен умением создавать угрозу штабам, военнослужащим и чиновникам… Ему 30.32 года, среднего роста, блондин.

Чисто выбрит. Всегда в мундире с золотыми генеральскими погонами, при орденах и Звезде Героя».

Особенно активно действовала под прикрытием военностроительной конторы межобластная резидентура в Черни199 гове, возглавляемая бывшим полковником армии УНР Петром Дьяченко, и находившаяся там же областная резидентура во главе с бывшим белым офицером Подоляком (он же Навроцкий Алексей). Резидентура Дьяченко проводила контрразведывательную работу против партизанских соединений Ковпака и Федорова.

Помимо засылки агентуры к партизанам люди Смысловского занимались созданием собственных партизанских отрядов, примером чему может служить отряд Роздымахи, оперировавший в Брянской области после ее освобождения. В Рипкинском районе Черниговщины аналогичный отряд был создан летом 1943 года стараниями Дьяченко, результатом чего стала ликвидация советского партизанского отряда и убийство его руководителей.

В белорусском городке Осиповичи действовал под видом рабочего сотрудник «Зондерштаба» (Бобруйская резидентура) Виктор Курцын. На счету у Курцына к тому времени были разоблаченные подпольные организации г. Чернигова и Щорса. Результатом его деятельности в Осиповичах стала ликвидация городского подполья в сентябре 1943 года. Уцелевшие подпольщики были вынуждены уйти в лес, свернув свою деятельность в городе.

Агентура подбиралась и вербовалась из бывших членов партии и комсомола, советских активистов, неустойчивых партизан, лиц ранее репрессированных, женщин, имевших связи с руководящим составом партизанских отрядов. Вербовка производилась под угрозой ареста или отправления на работу в Германию, либо с учетом тяжелого материального положения вербуемого.

Для выявления партизан и их связей использовались также старосты, полицейские, лесники, а также родственники и близкие агенты резидентов. В контрразведывательной работе резидентуры широко применяли маршрутные поездки агентов в районы действий партизанских отрядов под видом переписи скота, учета беспризорных детей, торговли штучными товарами. Эта агентура добывала сведения путем разработки лиц, связанных с партизанами.

Зондерштаб также проводил работу по выявлению советских разведчиков-парашютистов. Помимо разведработы и контрразведки велась антисоветская пропаганда на оккупированной территории. Сотрудники отдела пропаганды распространяли агитационную литературу, организовывали собрания и беседы, вербовали военнопленных в ряды РОА.

Штаб работал в тесном контакте с СД и ГФП, отделами 1Ц воинских частей, фельд – и ортскомендатур, куда передавал материалы для реализации.

Для подготовки квалифицированных агентов при «Зондерштабе Р» в Варшаве действовали специальные курсы «внутренней разведки». Занятия с курсантами проводились в помещении общежития сотрудников штаба на Хмельной улице, д.7. Преподавателем курсов был бывший полковник РККА Старунин И.А. (он же Зудков или Зуев). Курсантам читали лекции о способах установления дислокации партизанских отрядов, их численности и вооружении, о методах подбора, заброски и внедрения агентуры. Проводились практические занятия по составлению донесений, разработке легенд и заданий. Агенты также изучали топографию, слушали лекции о политическом строе Германии, ее истории.

Представитель «Зондерштаба» в Киевской области бывший офицер Императорской и Белой армий А. Моисеев оставил воспоминания, в которых сообщает о засоренности киевского отдела штаба советской агентурой и об интригах, из-за которых ему пришлось перейти в РОА. Судя по воспоминаниям А. Моисеева, состав сотрудников «Зондерштаба» был разношерстным. в одном из украинских филиалов служил бывший жандарм Домбровский, советские офицеры-перебежчики и казаки, члены НТС.

Председатель Польского отдела НТС А.Э. Вюрглер в 1942. 1943 гг. возглавлял 3-й отдел «Зондерштаба Р» и был убит при загадочных обстоятельствах. В начале войны многие солидаристы с помощью «Зондерштаба» получали надежные документы, немецкую униформу и действовали на оккупированной территории СССР, отстраивая свои первичные организации и пытаясь создать «Третью силу» в среде партизанских отрядов. Б. Прянишников пишет, что цели НТС и Смысловского не совпадали и Вюрглер и другие солидаристы пытались направить партизан как против немцев, так и против Советской власти. О тайной деятельности НТС у себя под боком Смысловский узнал от собственной агентуры и принял меры. Вюрглер был обвинен в заговоре, а Байдалаков и того хуже. в связях с польским подпольем и английской разведкой. 23 декабря 1943 года в Варшаве среди белого дня А.Э. Вюрглер был убит двумя выстрелами в затылок.

Тайна этого убийства не раскрыта до сих пор.

После войны, в журнале «Суворовец» Смысловский напишет: «…В последнее время НТС начал против нас вести ожесточенную травлю, приписывая нам действия, нами никогда не совершенные. Он старается нас выставить как группу профессиональных разведчиков. Мы не отрицаем… и вот благодаря тому, что мы действительно разведчики, я предлагаю господам из НТС быть осторожными. Ведь мы. старые знакомые. Мы встречались не раз с г-ном Байдалаковым в Берлине. Около 200 членов партии НТС служили в Зондердивизии. Р. под моей командой. Об их деятельности мы информированы лучше, чем кто-либо другой».

Прохладные отношения сложились у Смысловского с генералом Власовым. Две встречи в конце 1942-го и в апреле 1943 года результатов не дали. В конце 1944 года Власов предложил Смысловскому должность начальника штаба Вооруженных Сил КОНР, однако тот отказался. До последних дней войны Смысловский считал власовскую идеологию социалистической и не мог согласиться с призывами к борьбе с Великобританией и США. В отличие от Власова, Смысловский подчеркивал, что целью борьбы может быть только победа над СССР, а до борьбы Германии против «западных плутократий» ему никакого дела нет. Впоследствии эта «дальновидная позиция» сыграла свою роль при установлении им контактов с представителями западных спецслужб.

По данным «Архива РОА», на своем посту начальника «Зондерштаба Р» Смысловский развернул весьма прибыльную коммерческую деятельность. Играя на официальном и «черном» курсах немецкой марки, Смысловский скупал в больших количествах валюту и драгоценности у евреев, его состояние оценивалось в миллионную сумму. Помимо него коммерцией также занимались Шаповалов, Вюрглер и другие руководящие лица.

К началу 1943 года была произведена реорганизация русских разведывательных подразделений Смысловского, которые объединились в «Дивизию особого назначения «Россия». В состав дивизии вошли учебные батальоны и личный состав Варшавской «Русской объединенной разведшколы». Формирование влилось в Вермахт и позднее стало известно как «Дивизия «Россия». Начальником штаба соединения стал М.М. Шаповалов.

В начале ноября 1943 года резидентуры на местах были реорганизованы. 1-й оперативный отдел штаба был расширен и преобразован в оперативно-разведывательное управление в составе трех отделов. русского, украинского (начальник полковник Петр Евлеевич Крыжановский, затем возглавлял переправочный пункт Вайгельсдорфской разведшколы) и белорусского (начальник Рискевич, бывший капитан югославской армии). На отделы была возложена задача по проведению зафронтовой разведки советского тыла.

Отделы состояли из двух основных отделений: внешней и антипартизанской разведки, кроме них были введены должности специальных офицеров-вербовщиков агентуры.

Разведывательно-резидентские области были подчинены отделам по национальному признаку. Штат каждой разведывательно-резидентской области после реорганизации состоял из главного резидента-начальника области, трех помощников и нескольких курьеров для связи с районными резидентами. В областной аппарат также входили вербовщик агентуры и несколько штатных агентов. В подчинении каждой разведывательно-резидентской области было от 8 до 20 районных резидентур.

Осенью 1943 года резидентам было предложено срочно выявить из их агентуры специалистов. радистов и связистов, а также других подходящих лиц, которых можно было бы направить в школу разведчиков-радистов.

Для обучения радистов были организованы курсы в м. Миттенгайде, близ города Алленштайна в Восточной Пруссии. На курсах обучалось около 30 агентов. Начальником курсов был лейтенант Гресс, преподавателем разведдела. немец Лейдер.

Еще одна спецшкола размещалась в м. Обераммергау (Бавария). Здесь готовили радистов для отрядов УПА. Школой руководил полковник П. Дьяченко. По неподтвержденной информации здесь же скрывался от немецких репрессий руководитель Варшавского восстания Бур-Коморовский.

Для активизации зафронтовой разведки начальники резидентских областей с рабочим аппаратом были передислоцированы ближе к фронту и должны были постоянно находиться при штабах тылов немецких армейских групп. Их помощники по внешней разведке были прикомандированы к разведывательным абверкомандам, дислоцировавшимся на территории резидентской области. К штабам армий были прикомандированы по 3 офицера разведки и связи из разведывательно-резидентских областей, которые должны были осуществлять заброску агентуры и руководство ею.

Особое внимание уделялось созданию разведывательных резидентур на освобождаемой советскими войсками территории. Осенью 1943 года главным и районным резидентам были направлены несколько директив по этому вопросу, в одной из которых предлагалось: «…В случае оставления пункта по причине отвода германских войск, резидентуре вменяется в обязанность оставлять на месте прежней дислокации своих агентов для разведывательной работы в тылу противника».

Оставляемые на оседание подбирались из пожилых людей и инвалидов, не подлежавших мобилизации в армию или на трудовые работы. Эти агенты должны были собирать данные о численности и технической оснащенности воинских частей Красной Армии, политическом настроении военнослужащих и местного населения.

Конкретные задания агенты получали из отделов 1Ц немецких воинских частей, действовавших на близлежащем участке фронта. Резидент «Зондерштаба Р» представлял намеченных для оставления агентов работникам отдела 1Ц для получения задания и паролей. Кроме того, резидент оставлял агентам пароль для связи с резидентурой. При отступлении вермахта резидент должен был передвигаться вместе с комендатурой, которая ранее дислоцировалась в районе его действий, и возобновлять работу в новых местах ее дислокации.

Для связи с агентами, оставленными на советской территории, резидент создавал явочные пункты. Полученные от агентуры разведматериалы начальник явочного пункта передавал своему резиденту, а тот должен был срочно доставить их в «Зондерштаб Р».

Агент, перейдя линию фронта на сторону немецких войск, должен был явиться в отдел 1Ц, которому был передан. Если этого отдела на участке перехода не было, агент передавал добытые сведения в отдел 1Ц ближайшей воинской части.

Если позволяла обстановка, агент должен был явиться на обусловленный явочный пункт.

В 1943 году численность зафронтовой агентуры возросла более чем в 40 раз. Только на южном крыле советско-германского фронта территориальные контрразведывательные органы СССР выявили свыше 700 разведчиков-зондерштабистов. Успехи были и у другой стороны. Так, в 1943 году ведомство Гелена издало секретный сборник «Ведомости партизанской войны», в котором весьма подробно и с явным знанием предмета излагались сведения об организационно-структурном строении советского партизанского движения, его тактике, вооружении и пропаганде. Кроме этого, геленовской разведке удалось выявить практически всех руководителей движения и места подготовки личного состава.

В 1943 году разведывательные структуры Смысловского устанавливают контакт с различными антисоветскими формированиями в тылах Красной Армии, включая Армию Крайову (АК), волынских повстанцев полковника Т. Боровца (Бульбы), остаточные группы власовцев и каминцев. Контакт был использован для последующего использования личного состава этих формирований в разведке и проведении диверсий. В состав этих тайных армий засылались подготовленные в учебных батальонах военные кадры, офицеры связи и специалисты.

В конце 1943 года Смысловский отказался подписать Смоленское воззвание Русского Комитета. Вскоре он был обвинен немцами в поддержке АК, НТС и УПА. Также в вину ему был поставлен отказ выдать Гестапо посетившего штаб полковника Бульбу-Боровца. Смысловский был арестован, дивизия расформирована. При этом немцы лишились потока разведывательной информации. В конце 1943 года комендант 585-го армейского тылового района сообщал в штаб 4-й танковой армии про ослабление агентурной работы в результате реорганизации «Зондерштаба Р»: «Большую роль в разведывательной работе против банд играют теперь группы тайной полевой полиции, команды абвера и разведывательные команды СД».

Пытаясь наверстать упущенное, в 1944 году в Белоруссии полицией безопасности и СД на базе резидентур «Зондерштаба Р» был создан и непродолжительное время действовал контрразведывательный орган. штаб «Ингвар». Штаб дислоцировался в Минске под прикрытием немецкой строительной фирмы «Эрбауэр» («Восстановитель»). Во главе «Ингвара» стоял бывший резидент «Зондерштаба Р» в Минске, член НТС, Игорь Юнг, впоследствии сотрудник «Предприятия «Цеппелин».

«Ингвар» состоял из пяти отделов: 1-й. разведывательный (аналог 1-го отдела «Зондерштаба Р»). В отделе работали эмигранты из НТС Родзевич, Мичанов, Евреинов. 2-й. контрразведывательный. Занимался в основном сбором сведений о настроениях населения и деятельности националистических партий. В отделе работали сотрудники Соколовский, Денисенко, Вишенко и Богатырев. 3-й отдел. хозяйственный. В него входил так называемый торговый отдел, который изыскивал денежные средства для органа. Начальником отдела был Зеленский, сотрудники. Изместьев, Кондырев. 4-й отдел. функции не установлены. Возглавлял бывший начальник отделения внешней разведки русского отдела «Зондерштаба Р» Цуканов. 5-й отдел. кадровый. Руководитель. Залесский.

В Барановичах, Минске, Борисове действовали районные резидентуры «Ингвара».

Летом 1944 года, во время разгрома немцев под Минском, значительная часть сотрудников «Ингвара» ушла в бригаду Каминского.

Тем временем Смысловский полгода находился под следствием, которое вел генерал-фельдмаршал В. Кейтель. После его окончания руководитель «Зондерштаба-Р» был полностью реабилитирован и награжден орденом Германского Орла. Исправляя свою ошибку, отдел Генштаба «Иностранные армии Востока» во главе с Р. Геленом предложил Смысловскому вновь возглавить зафронтовую работу. Тот поставил перед немецким руководством условия, при выполнении которых согласился занять пост командира дивизии:

1. Расширение русских военно-разведывательных формирований.

2. Санкция на их существование от политического руководства Германии.

3. Предоставление всех прав и средств для организации антисоветского партизанского движения на территории Советского Союза.

4. Деятельность ограничивается только Восточным фронтом и ведется только против СССР.

Верховное командование приняло эти условия и сформировало штаб особого назначения при ОКХ, передав Смысловскому 12 учебных батальонов.

Выбывший в распоряжение штаба «Валли» основной руководящий состав «Зондерштаба Р» из русских белоэмигрантов в августе 1944 года находился в районе города Вайгельсдорф (Верхняя Силезия). Там Смысловский возглавил «Русскую объединенную разведшколу». В ней обучались агенты, отчисленные из бывшей Варшавской и других школ немецкой разведки (в основном из школ «прибалтийской группы». из м. Летсе, Стренчи и пр.) В это же время люди Смысловского вели разведывательную работу против частей Красной Армии на территории Польши. В подчинении органа было несколько переправочных пунктов (мельдекопфов).

В январе – феврале 1945 года штаб Смысловского вместе с «Русской объединенной разведшколой» выбыл в район г. Эшенбаха (Бавария), где объединился с контрразведывательной школой РОА, прибывшей из г. Хиршберга. В конце марта 1945 года бывший руководитель контрразведывательной школы РОА полковник Тарасов («Соболев») по заданию Смысловского завербовал в лагерях военнопленных в районе города Циттау (Саксония) около 200 агентов. Все они прошли двухнедельный курс обучения в школе. 2 февраля 1945 года в местечке Бад-Эльстер Смысловский получил приказ о переименовании «1-й русской национальной дивизии» в «Зеленую армию особого назначения» (Die Gruene Armee Z. b. V.). Тогда же ее главком сменил псевдоним на «Артур Хольмстон». После переговоров с ОКХ его части стали именоваться «1-я Русская национальная армия» (1-я РНА). Это военное объединение получило статус союзника Вермахта, сохраняло нейтралитет по отношению к армиям США и Великобритании и имело право на использование трехцветного русского флага. По информации советской разведки, немцы не разрешили Хольмстону-Смысловскому направить свою «зеленую армию» в тыл советских войск.

В это время Хольмстон-Смысловский получил звание генерал-майора. Начальником штаба армии был назначен белоэмигрант, георгиевский кавалер, полковник С.Н. Ряснянский.

Предполагалось, что в состав армии войдут Русский Корпус (до 6 тыс. бойцов) и 3-я дивизия РОА генерал-майора М.М. Шаповалова (10 тыс. невооруженных бойцов). После переговоров Смысловского с генералом фон Лампе, последний предоставил в распоряжение РНА 2500 членов РОВСа и бывших офицеров Генерального штаба. На руководящие должности были поставлены в основном эмигранты. Штаб армии возглавил офицер Императорской и Белой армий подполковник Евгений Месснер, помимо него туда вошли майор Клементьев (бывший савинковец, член «Национального Союза Защиты Родины и Свободы») и подполковник Истомин. Контрразведку возглавил майор Каширин, отдел снабжения. подполковник Кондырев, штаб-квартиру. подполковник Колюбакин. 1-й полк РНА возглавил полковник Тарасов-Соболев, 2-й. полковник Бобриков. Общее количество личного состава армии насчитывало 6 тысяч человек.

В первых числах апреля 1945 года части РНА, находившиеся на марше, подверглись ожесточенной воздушной бомбардировке и не смогли прибыть в район сбора. В результате этого многие подразделения РНА погибли под ударами союзников или попали в плен. 18 апреля на военном совете РНА Смысловский отдал приказ о выступлении в сторону Швейцарии с местом сбора г. Мемминген. Ожидалось, что туда же прибудет Русский Корпус. Однако десятидневное ожидание не дало результата и 26 апреля остатки РНА двинулись в направлении на Фельдкирх.

Под Кемптеном части РНА встретили 3-ю дивизию РОА под командованием М.М. Шаповалова, но тот не посмел отдать приказ о соединении и направил свою неукомплектованную дивизию в сторону Праги. Впоследствии генерал-майор Шаповалов был захвачен чешскими партизанами и расстрелян.

В районе г. Фельдкирх к колонне 1-й РНА присоединились гражданские беженцы, среди которых находились титулованные особы: эрцгерцог Альбрехт, великий князь Владимир Кириллович со свитскими, председатель варшавского Русского Комитета С.Л. Войцеховский, бывшие члены правительства Виши. маршал Петэн и премьер-министр Лаваль. В ночь со 2 на 3 мая 1945 года в снежную бурю части РНА, договорившись с немецкими пограничниками, перешли границу Лихтенштейна в местности Хинтершелленберг.

Для отвлечения швейцарских пограничников на одном из участков границы была устроена ложная демонстрация прорыва со стрельбой. Хитрость удалась, и основная колонна вошла на территорию Лихтенштейна.

Начались переговоры с представителями властей княжества, в ходе которых было достигнуто соглашение о предоставлении РНА политического убежища. Великому князю Владимиру Кирилловичу и комитету Войцеховского в этом было отказано, и они возвратились в Австрию, откуда Владимир Кириллович на самолете перелетел в Испанию. Из-за угроз французов перейти границу княжества им были выданы Лаваль и Петэн.

Таким образом, остатки 1-й РНА, насчитывавшие теперь всего 494 человека, укрылись на территории Лихтенштейна и разместились в лагере близ местечка Руггель и в городе Вадуц на частных квартирах. Оружие было складировано в столице княжества Вадуце, а затем брошено в Боденское озеро. Первое время с личным составом лагеря Руггель проводились занятия по военным и разведывательным дисциплинам. В беседах Хольмстон-Смысловский заявлял, что в скором времени придется снова вести борьбу против СССР на стороне Великобритании и США.

Несмотря на давление победителей, князь Лихтенштейнский Франц-Иосиф II не позволил выдать интернированных русских. Срочно созданный в княжестве Красный Крест под патронажем княгини Лихтенштейнской взял на себя заботу о них.

Нервозность в накаленную обстановку внесло известие о готовящемся нападении французских партизан, действовавших под прикрытием 1-й французской армии. Похитители хотели выкрасть Смысловского и других офицеров. Налет не состоялся, так как французское командование запретило акцию.

Советская репатриационная комиссия, прибывшая в Лихтенштейн в августе 1945 года, потребовала выдать военнослужащих РНА и, прежде всего, их командиров как «военных преступников». Парламент княжества отказал в этом, потребовав от советской стороны предоставления доказательств их преступлений. Несмотря на твердую позицию Лихтенштейна, Смысловский был вынужден допустить членов советской репатриационной комиссии к личному составу РНА. После собеседования 200 человек выразили желание вернуться в СССР.

По информации советских органов Госбезопасности, в Руггельском лагере некоторые чины 1-й РНА были перевербованы офицерами американской разведки и в числе репатриантов засланы в Советский Союз. Перед выездом в СССР агенты получали задания вести разведывательную работу, создавать диверсионные группы и активизироваться в случае начала новой войны.

В период пребывания Смысловского в Вадуце его посетил глава американской разведслужбы в Европе Аллен Фостер Даллес и другие специалисты. Хольмстон стал для них бесценным источником информации о положении в СССР. все это время он поддерживал связь со своей агентурой в Стране Советов. Некоторое время спустя он передал всю свою агентуру своему бывшему непосредственному начальнику. генералу Рейнгарду Гелену, руководившему немецкой разведслужбой в американской оккупационной зоне Германии. Фактически можно предположить, что Смысловский выторговал у Запада жизнь и безопасное существование чинам своей армии в обмен на возможности своей разведывательной сети.

В течение двух лет жители крошечной сельскохозяйственной страны, где вся полиция насчитывала 11 человек, содержали немалую беженскую колонию русских, выделяя из своего кармана 30 тысяч французских франков в месяц. Русские платили за гостеприимство работой на виноградниках, полях и фермах. В сентябре 1947 года русские получили визы и вместе со своим бывшим командиром отплыли в Аргентину.

Все транспортные расходы также оплатило княжество.

В эмиграции Смысловским было создано «Российское Военно-Национальное Освободительное Движение имени Генералиссимуса А.В. Суворова» (Суворовский Союз), объединившее в своих рядах бывших военнослужащих 1-й РНА, в котором сам он получил титул командора. Союз имел свой печатный орган. газету (с середины 50-х годов журнал) «Суворовец».

В 1957 году нью-йоркское «Всеславянское издательство» выпустило в свет книгу Б.А. Хольмстона-Смысловского «Война и политика. Партизанское движение». В 1966 году Смысловский с супругой поселились с согласия лихтенштейнских властей в Вадуце, где бывший генерал и скончался 5 сентября 1988 года на 91-м году жизни.

Русские в «Предприятии. Цеппелин.»

В марте 1942 года Главным Управлением Имперской Безопасности (РСХА) для дестабилизации советского тыла был создан разведывательно-диверсионный орган «Предприятие Цеппелин». Эту задачу пытались решить заброской подготовленной агентуры в тыловые районы СССР, имеющие важное оборонное и экономическое значение, а также в национальные республики, края и области для сбора информации о политическом положении в стране, проведения антисоветской и националистической пропаганды, организации повстанческого движения, осуществления терактов над высшим партийным, советским и военным составом.

В своей работе «Цеппелин» руководствовался «Планом действий по политическому разложению Советского Союза»:

«Необходимо стремиться к тактике возможно большего разнообразия. Должны быть созданы специальные отряды для действия, а именно:. разведывательные группы. для сбора и передачи сведений из СССР;. пропагандистские группы. для распространения социальной, национальной и религиозной пропаганды;. повстанческие группы. для организации и проведения восстаний;. диверсионные группы. для проведения политических диверсий и террора…».

Во время наступления немецких войск летом 1942 года на Северном Кавказе «Цеппелином» были десантированы на территориях Армении, Грузии, Азербайджана и республик Северного Кавказа агенты, подготовленные Евпаторийской разведывательно-диверсионной школой. Им вменялось создание повстанческих отрядов, распространение паники в тыловых районах и ведение разведки и диверсий. 2 октября 1942 года в Антроповском районе Ярославской области была задержана группа агентов-парашютистов в составе:

Перевалов. бывший лейтенант Красной Армии, Латышев. бывший сержант и Головачев. бывший красноармеец. При них было обнаружено: радиостанция, один ящик с взрывчаткой, три гектографа, запас чистой бумаги для изготовления листовок, 177 600 рублей, запасные штатские костюмы, фиктивные документы и чистые бланки. Группа имела задания: создать группы из антисоветских элементов, при их помощи организовать диверсии на железнодорожном транспорте и иных объектах, теракты в отношении советского и партийного актива, организовать печатание и распространение листовок от имени «Боевого Союза Русских Националистов» (БСРН), собирать и передавать по радио военно-разведывательные сведения. Все трое прошли обучение в разведывательно-диверсионной школе «Цеппелина» в м. Яблонь (Польша). 2 октября 1942 года аналогичная группа была задержана в Тамбовской области. При группе были рация, ящик с взрывчаткой, 9 револьверов, гектограф, 200 листовок БСРН, 135 850 рублей, фиктивные документы и пр.

В середине лета 1943 года в Грузию были заброшены питомцы Аушвицкого лагеря «Цеппелина» с заданием активизировать национальное меньшевистское подполье и вербовать антисоветски настроенных граждан для подготовки восстания.

После начала советского наступления на Восточном фронте «Цеппелин» активизировал мероприятия по организации сбора разведывательной информации и подготовке диверсионных актов.

«Предприятие. Цеппелин.» с момента его создания и до окончания войны вело свою работу в тесном контакте с органами Абвера, ОКВ и Восточным министерством. «Цеппелин» был подчинен 6-му управлению РСХА и в качестве реферата 6Ц входил в отдел 6Ц, отвечавшего за проведение разведывательных мероприятий в СССР и странах Ближнего Востока.

Первоначальным руководителем органа был штандартенфюрер СС Курек, после него штандартенфюрер СС Редер. В конце 1942 года «Цеппелин» объединился с рефератом 6Ц и его возглавил оберштурмбанфюрер СС доктор Хайнц Грейфе. В январе 1943 года, после гибели Грейфе в автокатастрофе, «Цеппелин» возглавил штандартенфюрер СС доктор Хенгельгаупт, в начале 1945 года. оберштурмбанфюрер СС Рапп.

Руководящий штаб состоял из аппарата начальника органа и трех отделов, разделенных на подотделы: отдел Ц1 отвечал за комплектование и оперативное руководство низовыми органами и снабжение агентуры техническими средствами и снаряжением, имел 5 подотделов; отдел Ц2 отвечал за обучение агентуры, имел в своем составе 4 подотдела: подотдел Ц2А. подбор и обучение русской агентуры, Ц2Б. то же, из казаков, Ц2Ц. то же из уроженцев Кавказа и Закавказья, Ц2Д. то же из уроженцев Средней Азии.

Отдел Ц3 обрабатывал материалы о деятельности особых лагерей «Цеппелина», фронтовых команд и агентуры, переброшенной в советский тыл.

В начале 1945 года штаб «Цеппелина» вместе с 6-м управлением РСХА был эвакуирован в южные районы Германии.

Большинство руководителей «Цеппелина» после окончания военных действий оказалось в западной оккупационной зоне.

Фронтовые органы «Цеппелина действовали на всем протяжении Восточного фронта при айнзатцгруппах полиции безопасности и СД.

На северном участке фронта действовала особая команда «Цеппелина» при оперативной группе «А», сформированная в апреле 1942 года. Штаб команды дислоцировался в Гатчине (Ленинградская область). Команду возглавлял русский белоэмигрант Аркадий Николаевич Кочубей, а затем унтерштурмфюрер СС Грейфе, уроженец Москвы. Вербовщиком агентуры и переводчиком команды был оберштурмфюрер СС Делле Павел Петрович по кличке «Ланге». «Длинный».

Именно этим органом была подготовлена к заброске в советский тыл пара диверсантов. Шилова и Таврин, заданием которых была ликвидация Верховного главнокомандующего.

В зону ответственности команды входили северные районы БССР, Калининской области РСФСР и другие районы Северной России вплоть до Финляндии. Главное внимание в работе особой команды уделялось основной цели германских войск на данном участке фронта. Ленинграду. Группа вела в небольших масштабах подготовку агентуры. В апреле 1943 года вся подготовленная командой агентура была направлена в особый приемно-распределительный лагерь в м. Замберг (Нижняя Силезия). В июне 1943 года команда была расформирована, на ее базе создана «Ауссенкоманда. I» с прежними функциями.

Особая команда «Цеппелина» при оперативной группе «Б» была сформирована в марте 1942 года в Смоленске. В обязанности подразделения входило:. установление связи со всеми военными институтами центрального участка Восточного фронта;. привлечение всех подразделений айнзатцгрупп к сотрудничеству с «Цеппелином» в свете поставленных командованием задач;. добывание различных разведсведений, документов, одежды и обмундирования.

Команда имела возможности по подготовке и переброске агентуры в ближние тылы советских войск, производила опрос военнопленных и отбор из их числа лиц, полезных для «Цеппелина», создавала приемные лагеря для первичного содержания, отбора и проверки военнопленных. Организовывала переправочные пункты для агентуры, подготовленной командой к заброске в тыл советских войск и для агентуры, прибывавшей из разведшкол «Цеппелина». Для подготовки агентуры использовались лица, окончившие школы в местечке Яблонь близ Люблина.

Центральный переправочный пункт команды и приемный лагерь находились в совхозе Высокое в 12 км от Смоленска.

К апрелю 1942 года в лагере находились 25 человек, большая часть агентуры выбыла для специального обучения в особые лагеря «Цеппелина», оставшиеся проходили подготовку на месте. Из лагеря подготовленная агентура вывозилась на Смоленский аэродром и самолетами забрасывалась под Москву и в другие районы РСФСР.

Весной 1943 года особая команда расформирована, часть личного состава передана главной команде «Цеппелина»

«Россия – Север».

Особая команда «Цеппелина» при оперативной группе «Ц» с мая 1942 года размещалась в Киеве, в декабре 1942 года в Харькове.

Особая команда «Цеппелина» при оперативной группе «Д» была сформирована и направлена на Восточный фронт весной 1942 года. С апреля 1942 года размещалась в Симферополе, придана оперативной группе «Д» полиции безопасности и СД. Характер деятельности аналогичен упоминавшимся выше подразделениям, но, в отличие от них, команда в больших масштабах готовила агентуру в разведывательно-диверсионной школе «Цеппелина» «Главный лагерь. Крым.» (Гауптлагерь «Крым»). Основным источником для вербовки агентуры служили лагеря для военнопленных в Симферополе и всего Крыма в целом. Отобранная агентура переводилась из лагеря в команду, и короткое время содержалась в ней, затем направлялась в сборный лагерь в м. Бухенвальд, иногда в г. Аушвиц, где располагался предварительный лагерь «Цеппелина». Некоторых завербованных из лагеря для военнопленных направляли сразу в Евпаторию для обучения в спецшколе. В городах Георгиевске, Пятигорске и других команда направляла небольшие группы из 1–3 эсэсовцев и агентов для отбора потенциальной агентуры.

При вербовке агентуры особое внимание при отборе уделялось военнопленным. уроженцам Северного Кавказа и Закавказья.

В период немецкого летнего наступления 1942 года командой была произведена массовая заброска агентуры на территорию Северного Кавказа и Закавказья. В январе 1943 года личный состав команды и вся агентура (150 агентов, прибывших из особого лагеря Аушвитц) пешим порядком двинулась из Ставрополя по маршруту Армавир. Краснодар.

Часть агентов по пути разбежалась. По маршруту следования команды на Запад, команда останавливалась в Таганроге и близ Мелитополя.

В мае 1943 года особая команда была расформирована, 50 человек влились в главную команду «Цеппелина» «Россия-Юг».

Главная команда «Цеппелина» «Россия-Центр» («Руссланд Митте») была создана в начале 1943 года в г. Волау (Верхняя Силезия). Официальное наименование органа. «СС Гаупткоманда. Руссланд-Митте. Унтернемен. Цеппелин.». С августа 1943 именовалась «Руссланд-Норд» («Россия-Север»). Начальником до августа 1943 года был штурмбанфюрер СС Шиндовский, затем штандартенфюрер СС Краус.

Зона действия. от северной Украины до побережья Белого моря, включая территории Белоруссии и Прибалтики.

Штаб главной команды осуществлял общее руководство и координацию деятельности, состоял из следующих отделов:

Отдел «А» занимался подготовкой, комплектованием и переброской разведывательно-диверсионных групп. В его подчинении находились предварительный лагерь, истребительная команда, разведывательно-диверсионная школа. ваффеншулле (ее с 1944 года возглавлял бывший переводчик команды Подлесский Игорь Николаевич («Хорват»), в м. Печки, радиостанция (создана в мае 1944 года) и пропагандистская группа.

Отдел «Б» ведал хозяйственным обеспечением команды.

Отдел «Ц» осуществлял сбор информации о военно-политическом и экономическом состоянии СССР, ведал подбором агентов для команды.

Отдел 6Ф занимался изготовлением фиктивных документов для забрасываемой агентуры. Включал в себя также фотолабораторию и небольшую типографию.

Ауссенкоманды вели сбор военно-политической информации, документов и полезного имущества. Штаб такой команды состоял из офицера СС, 1.2 унтер-офицеров, переводчика и 4.6 агентов главной команды.

После сформирования главная команда прибыла на территорию Белоруссии, где до апреля 1943 года располагалась в м. Лужки Плисского района Полоцкой области, а затем переехала в г. Глубокое той же области вместе с ваффеншулле, перебравшейся из м. Яблонь.

В мае 1943 года главная команда переехала под Псков.

Штаб и службы располагались в дер. Стремутки и Крышево, затем, по мере постройки бараков на берегу р. Великой, переселились в город. В Стремутках осталась «Ударная бригада РОА». В м. Пронежицке был создан предварительный лагерь, в м. Печки разместилась ваффеншулле, в д. Холахальня лагерь для подготовленной и ожидавшей переброски агентуры. Переброска агентуры в советский тыл производилась самолетами с Псковского аэродрома.

Руководством главной команды «Руссланд-Норд» был разработан план по заброске воздушным путем на территорию Вологодской области типографии для печатания подпольной антисоветской газеты. Ее редактором и издателем был некто «Филистинский». шеф «Русского Гестапо» Новгорода, редактор рижской русской газеты «Новое Слово», выходившей во время оккупации. Уроженец Москвы, он был репрессирован Советской властью и некоторое время провел в лагерях.

Типографию предполагалось разместить в одной из глухих деревень Вологодчины, в районе действия ранее выброшенной радиофицированной разведгруппы «Цеппелина» под руководством Семенова Гордея. Однако проект не был осуществлен в связи с нехваткой самолетов.

Командой были подготовлены к заброске в глубокий советский тыл для ведения диверсионной деятельности 4 специальные группы численностью свыше 100 человек каждая. Их выброску планировалось провести в районах рек Волги и Камы для одновременного подрыва мостов и прерывания железнодорожного сообщения между европейской частью СССР и Уралом. 1-ю группу возглавлял бывший летчик Гражданского Воздушного флота СССР Георгий Кравец. В 1933 году он перелетел на самолете в Латвию и с начала войны использовался немецкой разведкой. Его группа готовилась к заброске с задачей совершения крупных диверсионных актов на промышленных объектах г. Молотова. 2-ю группу (свыше 100 человек) возглавлял некий «Кин», из казаков, добровольно перешел на сторону немцев и зарекомендовал себя в карательных акциях против партизан и подполья. Группа предназначалась для заброски в районы Волги и Камы 3-ю группу (свыше 100 человек) возглавлял член НТС Рутченко (Рудченко) Николай Николаевич. По информации А.И. Солженицына до войны Рутченко преподавал историю в одном из ленинградских вузов, во время войны под Ленин217 градом добровольно перешел на сторону немцев и возглавил антипартизанский отряд. 4-ю группу (более 200 человек) возглавлял бывший капитан РККА Мартыновский. После пленения он активно сотрудничал с немецкими разведорганами и участвовал в антипартизанских операциях. Его группа готовилась к высадке в районе Астрахани. Впоследствии часть личного состава группы вошла в структуру разведывательно-диверсионного органа «Ваффен СС Ягдвербанд».

Руководство всеми перечисленными группами после их приземления должен был осуществлять бывший полковник РККА Леман.

В марте 1944 главная команда передислоцировалась из Пскова в м. Ассари в 30 км от Риги, а в конце того же года начала эвакуацию в Германию. В Клайпеде она попала под налет советской авиации, при котором погибли радиостанция, имущество и часть личного состава. Остатки команды прибыли в курортное местечко Кальбинг на косе Фришенерунг (Восточная Пруссия). В ноябре 1944 года команда прибыла в г. Попель (Чехословакия). Весной 1945 года в г. Штольпе из личного состава команды и других органов «Цеппелина» была сформирована главная команда «Вайксель» (Висла). Команда действовала до окончания войны, засылая агентов-диверсантов и оставляя на оседание террористические группы в Северной Германии.

Главная команда «Цеппелина» «Россия-Юг» формировалась в Восточной Пруссии (г. Бреславль) и в Крыму (г. Симферополь и Симеиз) в марте-апреле 1943 года. Официальное наименование «СС гаупткоманда. Руссланд-Зюд.». Зона ответственности. от Северной Украины до побережья Черного моря.

Команда занималась вербовкой, подготовкой и переброской разведывательно-диверсионной агентуры, организацией повстанческого движения на Северном Кавказе, Закавказье и Средней Азии, проводила сбор информации о военно-политическом и экономическом положении в СССР.

Структура органа была аналогична «Руссланд-Митте». Отличие состояло в методике отбора агентуры. особое внимание уделялось вербовке уроженцев Средней Азии, Кавказа и Закавказья. Команда также располагала своей школой, состоящей из двух отделений: кавказского и туркестанского. Ваффеншулле была организована на базе разведывательно-диверсионных школ в Евпатории и в м. Освитц (Верхняя Силезия).

Команда имела в своем распоряжении две «туземные» роты СС. кавказскую и туркестанскую, созданные на базе личного состава ликвидированных предварительных лагерей в Аушвице и Воломине (Польша). В апреле 1943 года роты находились в г. Осипенко. Впоследствии кавказская рота размещалась в д. Новоспасовке, туркестанская в г. Ногайске, затем в с. Новониколаевка Таганрогского района. Оба подразделения вели борьбу с партизанами и советскими разведчиками на побережье Азовского моря и находились в подчинении командования 111-й пехотной дивизии. Наиболее отличившиеся военнослужащие рот, проявившие себя перед немцами, переводились в ваффеншулле и после подготовки перебрасывались в советский тыл. Заброска агентуры производилась самолетами с аэродромов гг. Осипенко и Мариуполя. Десантники забрасывались в районы Кавказа, Закавказья, Средней Азии и низовья Волги.

Роты СС отступали вместе с немецкими частями по маршруту Херсон. Николаев. Первомайск, участвуя в арьергардных боях с передовыми частями Красной Армии. В конце 1943 года остатки рот прибыли в м. Замберг и были распределены по соответствующим отделениям.

Осенью 1943 года команда и ее службы выбыли из Осипенко в Германию.

В сентябре 1944 года ваффеншулле вышла из подчинения главной команды, ее личный состав прибыл в приемно-распределительный лагерь в Замберге, где был распределен между имевшимися там кавказскими и туркестанскими отрядами.

Летом 1944 года главная команда «Руссланд-Зюд» разделилась на две самостоятельные группы:

1. Главная ауссенкоманда «Россия. Север»;

2. Главная ауссенкоманда «Украина. Юг».

Обе ауссенкоманды не имели возможностей по подготовке агентуры и получали ее из Зандбергского и других особых лагерей «Цеппелина». Агентура вербовалась в тот период главным образом из местного населения. поляков, укра219 инцев, югославов и из белоэмигрантской среды. Обе команды поддерживали связь с формированиями ОУН. В апреле 1945 года на территории Югославии обе ауссенкоманды вновь объединились.

Агентура «Цеппелина» предназначалась также для ведения провокационно-разложенческой деятельности среди населения неоккупированных районов СССР. На стадии подготовки сами агенты подвергались усиленной обработке немецких пропагандистов. Вербовка агентуры производилась из числа специально отобранных в лагерях для советских военнопленных лиц, попавших под репрессивную машину советского режима, а также среди уголовного элемента.

Отобранные из лагерей лица переводились в специально созданные «Цеппелином» лагеря для последующей углубленной проверки и обучения. По прибытии в лагерь каждый завербованный именовался «активистом». До мая 1943 года в особых лагерях проводилась тройная фильтрация каждого такого активиста. После их прибытия в специальные сборные пункты лагеря активисты, непригодные для разведывательно-диверсионной деятельности и не внушавшие доверия немецким шефам, после проверки возвращались в лагеря для военнопленных либо выбывали на работу в Германию.

Оставшиеся активисты переводились в особые предварительные лагеря (форлагеря), где их регистрировали, выдавали обмундирование (чаще всего униформу солдат чехословацкой армии) и документы. Последние представляли собой «Удостоверения личности активиста». После таких процедур активисты принимали присягу на верность Германии.

В форлагерях активисты были разбиты на группы по национальному признаку: русские, кавказцы и уроженцы Средней Азии. Группы размещались в отдельных бараках. Велась усиленная обработка неофитов в антисоветском духе. Активистам устраивались экскурсии в города Германии и на образцовые «кулацкие» хозяйства. Все время продолжалась проверка агентов на преданность. Специальные дисциплины в лагере не преподавались, только радисты начинали обучаться радиоделу.

Непригодные для дальнейшего использования на фронтах тайной войны активисты отсеивались и их переводили в воинские формирования «Цеппелина», поручали вести агитацию среди «остарбайтеров» и на оккупированной советской территории.

После тщательной фильтрации положительно зарекомендовавшие себя агенты направлялись в разведывательно-диверсионные школы «Цеппелина». гауптлагеря. В них агенты получали квалификацию разведчиков, радистов, диверсантов, пропагандистов либо овладевали сразу двумя такими специальностями. В гауптлагерях на первом месте стояла специальная подготовка, пропагандистское воздействие при этом отступало на второй план.

В целях конспирации агенты жили и обучались раздельно.

По окончании подготовки формировались агентурные группы, их участники легендировались и направлялись на переправочные пункты «Цеппелина», где им уточняли детали предстоящей переброски и задания.

С 1943 года порядок тройной фильтрации был отменен, а процесс обучения претерпел изменения. Главные команды «Цеппелина» сами занимались подготовкой агентуры из числа лиц, отобранных ауссенкомандами военнопленных. Последние сразу направлялись в форлагеря главных команд на 2.3 недельный карантин, где подвергались промыванию мозгов, проверке и занимались военной подготовкой. Из форлагеря рекруты направлялись в подразделения СС при главных командах, где в течение месяца принимали активное участие в карательных акциях. Проверка кандидатов также не прерывалась ни на минуту. После карательных подразделений агенты направлялись в ваффеншулле, подчиненные главным командам и организованные на базе гауптлагерей. Кадры диверсантов и боевиков-террористов комплектовались отчаянными и проверенными «на деле» (то есть повязанными с немцами кровью) головорезами. При комплектовании группы напарников для последующей заброски в тыл в нее включался старший. радист, который постоянно вел наблюдение за остальными членами своей группы. Наиболее перспективные агенты с высшим и средним образованием направлялись в Германию, где еще раз проверялись и фильтровались в специально созданных для этого проверочно-фильтрационных лагерях, созданных в начале 1943 года. К 1944 году эта систе221 ма также видоизменилась, и «Цеппелин» совместно с другими подразделениями РСХА стал готовить агентуру не только на конкретный отрезок времени, но и на будущее.

Осенью 1943 года особые лагеря при главной команде «Цеппелина» на южном направлении были передислоцированы в район г. Бреславля и уже оттуда направили подготовленную агентуру главному штабу «Цеппелина».

Осенью 1944 года главная команда «Цеппелина» на северном участке Восточного фронта также передислоцировалась в Германию. Подготовка агентов была перенесена в г. Егер (Богемия), а также в города Мариенбад, Пепель и др. Здесь были сосредоточены все особые лагеря, залегендированные в качестве «лагерей подготовки военных кадров РОА». На новом месте в ускоренном темпе готовились небольшие диверсионно-террористические группы. Аналогичные группы из уроженцев Прибалтики были подготовлены «Цеппелином» на северном участке фронта и переброшены в советский тыл.

Летом 1943 года в лагере в м. Освитц была подготовлена большая группа агентов-диверсантов под кодовым наименованием «Ульм». Группа предназначалась для заброски на Урал и в северные районы СССР для проведения диверсий на объектах оборонной промышленности, транспортных магистралях и организации диверсионно-повстанческих групп.

Часть «Северной» группы проекта (6 человек) была заброшена на территорию СССР 18 февраля 1944 года. По неизвестной причине агентов сбросили на парашютах над территорией Коми-Пермяцкого автономного округа (предполагалась заброска под Челябинск). Агенты были разбросаны над лесом и не смогли собраться вместе. Один парашютист повис на дереве и замерз, двое диверсантов из-за голода и обморожений покончили с собой, еще один член группы получил сильное обморожение ног, гангрену и его пришлось застрелить. Труп замерзшего парашютиста сняли с дерева и захоронили, остальных из-за сильного голода. съели. В результате обморожения и потери ориентиров группа задание не выполнила. Через четыре месяца три агента сдались местным органам Госбезопасности.

Помимо массовой подготовки агентуры «Цеппелин» готовил агентов-одиночек для выполнения особых заданий. В курс обучения включались подрывное дело, методы агентурной и разведывательной работы, формы связи, методика вербовки и использования профашистской агитации, создания диверсионных групп, практическая стрельба из личного оружия и метание гранат. Слушателей знакомили с топографией и учили пользоваться компасом и картой. При обучении подрывному делу агентов учили предотвращению уничтожения заминированного объекта, знакомили с действием мины, закамуфлированной под противогаз. Коробка такого противогаза содержала взрывчатку и автоматический взрыватель. Такую мину преподаватели рекомендовали оставлять в помещении, где проходят собрания и митинги.

За две недели до окончания обучения агентов разбивали на группы, члены которых хорошо знали друг друга. В составе группы обычно насчитывалось 2.3 или 4.6 агентов.

Готовая к действиям группа именовалась «активной». Каждой такой ячейке придавался радист с приемопередающей станцией. Перед самой заброской агенты получали советскую военную униформу, документы, деньги, взрывчатку, оружие и гранаты. Фиктивные документы изготавливались по желанию самого агента на его настоящее или вымышленное имя и фамилию. Обычно агенты получали солдатские книжки или офицерские удостоверения, свидетельство о болезни, проездные документы, а также чистые бланки с проставленными на них оттисками печатей.

Активные группы, заброшенные в советский тыл, получали задание поддерживать связь между собой посредством специально выделенных связных. Связные также были обязаны поддерживать связь между группой и отдельно заброшенным от нее радистом. При заброске от некоторых агентов немцы отбирали списки родных и родственников, проживающих на неоккупированной территории. Агентам поручалось агитировать и вербовать своих родственников. Особое внимание уделялось конспирации агентуры. Руководящие работники гауптлагерей беседовали с каждым агентом отдельно, после чего их инструктировали по сути предстоящего задания. Для возвращения через линию фронта агентам давали пароль «1Ц СД». Всем немецким подразделениям было дано указание немедленно доставлять лиц с таким или аналогичным паролями в СД, откуда немедленно он доставлялся в ближайшую команду «Цеппелина». Агентура из Евпаторийского лагеря (кавказцы) при выходе из советской зоны называли присвоенный им номер и букву «К» (Кавказ), например: «К-67».

Руководящий состав лагерей «Цеппелина» состоял исключительно из немцев. кадровых сотрудников СД, белоэмигрантов и перебежчиков.

Весной 1945 года для сохранения своей агентуры «Цеппелин» направил их в формирующиеся части РОА и другие «восточные» части вермахта.

Особый сборный лагерь в м. Бухенвальд был создан в марте 1942 года на территории одноименного концентрационного лагеря у г. Веймар (Тюрингия). Начальный этап подготовки агентуры в лагере включал в себя двухмесячный медицинский и политический карантин, сортировку и агентурную проверку всего личного состава.

В данном лагере агентура освобождалась от тяжелых физических работ и посвящала свое время изучению военного дела и занятиям спортом. Для курсантов проводились доклады на различные темы и сообщения о международном положении.

Лагерь представлял собой несколько бараков, обнесенных колючей проволокой и отделенных от остальной территории концентрационного лагеря. Все курсанты лагеря были сведены в 5 рот, командиры назначались из числа обучавшихся.

Вся агентура была разделена по национальному признаку, и группы различались по цифрам и буквам: 1А и 1Б. радисты, русские, 4А и 4Б. уроженцы Кавказа, 5А и 5Б. уроженцы Средней Азии, 7А. русские агенты, 7Б. смешанная.

В группы с литерой А зачислялись агенты, намеченные к работе в контрразведке или диверсионной деятельности. В группы Б входили лица, предназначавшиеся для службы в национальных формированиях и карательных отрядах. Зачисление агентов в группы происходило вне зависимости от того, в каком взводе был агент. В 7-ю группу зачислялись агенты, не внушавшие доверия и, как следствие, не нужные «Цеппелину». Впоследствии эти лица возвращались в лагеря для военнопленных или шли работать в промышленность Германии. Оставшиеся активисты из групп А раздельно переводились с учетом национальности в фильтрационные лагеря.

Агенты из группы В направлялись в особые лагеря на формирование «туземных» воинских подразделений и частей.

В руководстве лагеря находились сотрудники «Цеппелина» и офицеры СС, всю практическую работу вел штаб лагеря, состоявший из бывших советских офицеров.

В декабре 1942 года, после реорганизации «Цеппелина» лагерь был объединен с приемно-распределительным лагерем в м. Зандберг.

Особый предварительный лагерь в м. Заксенхаузен создан для русских активистов на территории одноименного концентрационного лагеря. Основная задача лагеря. фильтрация русской агентуры, предназначавшейся в дальнейшем для работы в советском тылу.

В этот форлагерь попадали советские военнопленные из Бухенвальдского сборного лагеря и напрямую из общих лагерей военнопленных. Режим в форлагере был аналогичен режиму сборных лагерей. Все обучавшиеся были разделены на взводы и роты и отдельно обучались радисты и политические агитаторы. В 1-й роте проходили обучение и фильтрацию будущие разведчики и диверсанты, во 2-й. агенты-радисты. В связи с недостатком радиооборудования радисты проходили обучение в Заксенхаузене, куда направлялись из предварительного лагеря. Они занимались ежедневно по 4 часа, изучая международный радиокод, тренировались передавать на ключе буквенный и цифровой тексты. В политической группе агентам преподавались политическая и строевая подготовка по 4 часа в день, остальное время в обеих группах было отведено на экскурсии и политическую подготовку.

После окончания фильтрации всех русских переводили в зондерлагерь в м. Яблонь (Польша). Непригодные для дальнейшего использования агенты направлялись в воинские формирования. «Дружины», которые формировались в зондерлагерях в Парчеве и Гайдове (Польша).

С марта по август 1942 года в зондерлагере Освитц существовал филиал предварительного лагеря в Заксенхаузене для подготовки официальных работников «Цеппелина» из числа коллаборационистов.

В августе 1942 года территория лагеря была освобождена для размещения в нем гауптлагеря для подготовки агентов, уроженцев Средней Азии. Филиал передислоцировался в г. Волау, где разместился в казармах бывшей школы унтерофицерского состава. В октябре того же года в казармы прибыл весь личный состав зондерлагеря из Заксенхаузена. В конце 1942 года весь орган перебрался в Бреславль, где расположился в помещении бывшего ресторана.

В марте 1943 года предварительный лагерь в Бреслау был закрыт, а его личный состав переведен в м. Зандберг для пополнения создаваемого там приемно-распределительного лагеря. Часть личного состава выбыла в распоряжение главной команды «Цеппелина» «Руссланд-Митте», для создания при ней предварительного лагеря.

Большинство персонала лагеря составляли русские. официальные сотрудники «Цеппелина» и коллаборационисты из «Боевого Союза Русских Националистов». Начальником лагеря был уже упомянутый выше А.Н. Кочубей. Инструкторами политической пропаганды лагеря. члены БСРН Б.Г. Алелеков, В.Д. Каубрак и Пронин (он же Орлов, он же Яковлев Алексей Иванович). Занятия по разведывательному делу вели Д.А. Куриленко и Н.Р. Поплавский.

Разведывательно-диверсионная школа в местечке Яблонь была создана на территории Польши для обучения русской агентуры в марте 1942 года близ Люблина и разместилась в бывшем замке графа Замойского. Официально орган именовался «Гауптлагерь Яблонь» или «Особая часть СС». В школе велась подготовка агентов-диверсантов, радистов и разведчиков. Кадры поступали из особых предварительных лагерей для русских и зондеркоманд «Цеппелина». Одновременно в школе находилось до 200 активистов.

Слушатели изучали ведение разведки в советском тылу, подрывное дело, радиодело, диверсанты изучали специальное оружие. Срок обучения в школе составлял от 3 до 6 месяцев.

По окончании курса формировались группы по 3.5 человек и радиста с аппаратурой. Агентура забрасывалась главным образом в районы Москвы, Ленинграда, Северного Урала с заданиями по совершению диверсионных актов на железных дорогах и оборонных предприятиях, совершению терактов над представителями советского высшего командования. Диверсантам также рекомендовали осуществлять массовое отравление населения, используя это в качестве способа возбуждения недовольства к советской власти. Для этого диверсанты снабжались сильнодействующими ядами и взрывчатыми веществами. Разведчикам поручались сбор сведений о формирующихся воинских частях, железнодорожных перевозках и распространение антисоветских листовок, для чего некоторые группы снабжались портативными шапирографами и бумагой. Агентуре, забрасываемой в северные районы СССР, рекомендовали устанавливать связь с местными репрессированными, переселенцами и создавать из них повстанческие отряды.

Перед заброской агентура снабжалась различными документами, комплектами чистых бланков и крупными денежными суммами. Экипировка обычно производилась в форму советских военнослужащих, с соответствующим вооружением и комплектами запасной гражданской одежды. До 1943 года переброска осуществлялась самолетами с Псковского и Смоленского аэродромов.

В августе 1942 года школа передислоцировалась в м. Парчев (Польша). В связи с планами «Цеппелина» по сосредоточению всех русских лагерей близ Бреславля, школа переехала в г. Волау (Восточная Пруссия). В декабре 1942 года переехала на городскую окраину, где содержались вывезенные немцами с оккупированной территории советские дети, потерявшие родителей. Этот детский лагерь именовался «Лагерь беспризорных». В марте 1943 года школа перешла в подчинение главной команде «Руссланд-Митте», переехала в м. Глубокое и получила официальное название «Ваффеншулле». В мае 1943 года вместе с главной командой школа приехала в Псков, до января-февраля 1944 года дислоцировалась в м. Печки в 4 км от Изборска. Подготовка агентуры проходила в деревне Холохальня близ м. Печки. Школа пополнялась активистами, отфильтрованными в лагере в Промежице и участвовавшими в карательных операциях.

После начавшегося наступления советских войск школа переехала в г. Ассари (Латвия), где развернула подготовку дивер227 сантов и террористов из числа местных жителей. Эти агенты забрасывались в советский тыл или их оставляли на оседание.

В августе 1944 года школа находилась на станции Мена в 4 км от Риги, в сентябре того же года переместилась в Германию, где вместе с главной командой «Цеппелина» разместилась в курортном местечке Кальберг. В ноябре 1944 года личный состав школы переехал в г. Попель (Чехословакия), где собрались все диверсионные школы и курсы «Цеппелина».

После этого часть личного состава была направлена в части РОА или фронтовые органы «Цеппелина».

Разведывательно-диверсионная школа в Евпатории и Осипенко была создана весной 1942 года для обучения агентов, выходцев из Кавказа и Закавказья. Именовалась школа «Гауптлагерь. Крым.» и размещалась на территории бывшего детского санатория НКВД.

Школа готовила разведчиков-диверсантов и организаторов повстанческого движения, для последующей заброски на территорию Северного Кавказа и Закавказья. Слушателями школы были агенты грузины, армяне, азербайджанцы, лезгины, чеченцы, представители других народностей Северного Кавказа и незначительное число русских уроженцев тех мест. Агенты поступали в школу из особого предварительного лагеря в Аушвице, некоторые прибывали из крымских лагерей для военнопленных.

В школе агенты числились под своими собственными именами и фамилиями, общались друг с другом. Подписку о сотрудничестве с немецкими спецслужбами у слушателей не отбирали, режим в школе был мягче, нежели в иных аналогичных органах «Цеппелина». В свободное от обучения время слушатели могли с разрешения начальника покидать школу, уходить в город и ночевать там. В целях конспирации агентам запрещали рассказывать о том, где и чему они учатся. Им рекомендовали выдавать себя за чехов или словаков, чему способствовала униформа чешской армии. Осенью 1942 года всех слушателей переодели в советскую форму без знаков различия. Весь состав слушателей был разбит на пять учебных групп, занятия в которых велись раздельно.

До октября 1943 года все агенты, окончившие школу, перебрасывались в районы Кавказа только самолетами, так как своего переправочного пункта орган не имел. Переброска осуществлялась с аэродрома в м. Саки близ Евпатории. С этого же аэродрома шла заброска агентов других немецких разведорганов. Всего из Саки было заброшено более 100 агентов, закончивших Евпаторийскую школу. Почти все они были нейтрализованы советскими органами безопасности.

В конце сентября 1942 года школа была временно расформирована, личный состав выехал в Аушвитц. Подготовленная агентура была направлена в Таганрог, затем в Ставрополь, в распоряжение особой команды «Цеппелина» при оперативной группе Д полиции безопасности и СД.

В марте 1943 года в г. Осипенко (Крым) на базе преподавательского состава и агентов Евпаторийской школы была развернута кавказская «Ваффеншулле» при главной команде «Руссланд-Зюд». Осенью 1943 года кавказское и туркестанское отделения школы были переброшены в Зандбергский лагерь. Агентов готовили в филиале этого лагеря в м. Крунзрух. В сентябре 1944 года весь личный состав был перемещен в г. Попель (Чехословакия).

Весной 1943 года на базе личного состава Бухенвальдского и еще нескольких предварительных особых лагерей «Цеппелина» был создан приемно-распределительный лагерь в м. Зандберг в 1,5 км от станции Брайтенмаркт (Верхняя Силезия). Официальное наименование органа «СС зондерлагерь «Зандберг» или «Военный лагерь РОА». Основная задача органа. проверка и фильтрация всех активистов, завербованных во фронтовых лагерях военнопленных, но по разным причинам не используемым на местах. С 1944 года лагерь начал готовить квалифицированную агентуру, и по мере нужды в ней направлять ее в главные команды «Цеппелина».

В конспиративных целях обучение агентов происходило в близлежащих населенных пунктах и филиалах лагеря в м. Крунзрух, Брюккенорд и Тейхвальд.

Постоянно в лагере находилось до тысячи активистов, сведенных в подразделения по национальному признаку. Первую роту составляли русские, вторую. украинцы, третью. донские казаки, затем шли уроженцы Кавказа и Средней Азии. Рота радистов была смешанного состава. В хозяйственной роте служили в основном русские и украинцы.

С осени 1943 года из лагеря в главные команды «Цеппелина» было направлено незначительное число агентов. В июне 1944 года было сформировано и направлено во Францию, Италию и Югославию несколько групп для ведения антипартизанских операций. В Зандбергском лагере был создан русский полк СС «Варяг» под командованием полковника фон Семенова, также принимавший участие в боевых действиях против балканских партизан.

В конце 1944 года часть лагеря выбыла в г. Попель (Чехословакия), где весной 1945 года была расформирована, а ее личный состав направлен в РОА и национальные формирования.

Филиал лагеря в м. Крунзрух занимался подготовкой агентов, уроженцев Кавказа и Закавказья. В конце 1944 года филиал выбыл в Попель, а оттуда в м. Подхорна близ Мариенбада. Начальником филиала был оберштурмфюрер СС Киттинг.

Русский и украинский филиалы дислоцировались в м. Тейхвальд в 10 км от г. Люблин (Люблинец). Здесь проходили обучение агенты, направляемые затем в Краков, в распоряжение главной ауссенкоманды «Цеппелина» «Северная Украина» под руководством оберштурмфюрера СС Дрекслера. В конце января 1945 года филиал переехал в г. Герлиц, где расположился в замке Гросс-Бельзен. Впоследствии филиал последовательно размещался в городах Попель, Мариенбад и Карлсбад.

Специальный женский филиал лагеря находился осенью 1944 года в с. Гересфельд близ Замберга, затем переехал в с. СентИоганн (Австрия), весной 1945 года в замок Меттерних близ г. Эгер. Филиал действовал под «крышей» школы медсестер.

Руководили филиалом немка Криш, затем Мурашко.

Каждый из филиалов одновременно готовил от 40 до 100 человек. Система курса была аналогична подготовке агентуры в других разведывательно-диверсионных школах «Цеппелина».

Штрафной лагерь «Цеппелина» в г. Крейцбург был создан в 1942 году в Верхней Силезии и зашифрован как филиал общего лагеря для военнопленных Шталаг-318 в м. Ламсдорф.

В лагере содержались агенты и официальные сотрудники «Цеппелина», допустившие непозволительные проступки или не пользующиеся доверием после возвращения из советского тыла. Штрафники также составляли отделения лагеря (по 100 человек) на заводах боеприпасов в городах Крейцбург и Квенцгут. Всего в лагере одновременно находилось до 400 человек. Все они были разделены на следующие категории: штрафники, особые штрафники, реабилитированные, штатные работники, особый взвод.

Все они различались по одежде, так, первая категория носила на одежде нашивку желтого цвета с литерами «SU». Вторая категория носила аналогичную нашивку с буквами «SUS».

Реабилитированные носили синие френчи с литерами «SU».

Штатные сотрудники и особый взвод носили одежду без букв.

В категорию штрафников зачислялись все поступающие в лагерь. Особый взвод состоял из реабилитированных агентов, из них же готовилась контрразведывательная агентура, надсмотрщики и полицейские. Эту категорию агентов переодевали в гражданскую одежду и направляли на предприятия, где трудились рабочие-остовцы.

В январе 1944 года особый взвод был реорганизован и стал именоваться «Зондеркоманда-108» или «108-й рабочий батальон». Всего в нем состояло 150 человек, разделенных на 4 отделения: 1-е и 2-е готовили полицейских и надсмотрщиков, 4-е. контрразведывательную агентуру, 3-е. агентов для возвращения в органы «Цеппелина».

В конце 1944 года зондеркоманду переформировали в учебное подразделение. «Шулюнгскоманду». В ее структуре было создано 5-е отделение радистов, а весь личный состав пополнен до 250 человек. С ними стали проводить занятия по топографии, разведке, диверсии, подрывному делу. Всем членам команды объявили, что после подготовительного курса они будут направлены в советский тыл с разведывательно-диверсионными заданиями.

Штрафной лагерь и особая команда находились в Крейцбурге до января 1945 года, затем передислоцировались в окрестности г. Лигнице. Вскоре лагерь выбыл в Дрезден, и его дальнейшая судьба не установлена.

Учебная команда в начале 1945 года несколько дней находилась в бараке военнопленных в лагере м. Лансгут, после чего переехала в замок принца Генриха Бауде в 17 км от г. Хиршберг. С марта 1945 года команда выбыла в гостиницу «Лесной Замок», где ее настигли передовые советские части. Часть личного состава команды попала в плен, другие разбежалась.

В мае 1943 года «Цеппелином» была создана из советских военнопленных особая команда по сбору и обработке разведданных о народном хозяйстве СССР. Особый лагерь «Л».

Первоначально ее руководителем стал сотрудник «Цеппелина» доктор технических наук Гимпель, затем Аугсбург и с 1944 года. уроженец Москвы Клингефер Владимир Иванович, ранее служивший в полиции безопасности и СД в Минске.

Сначала группа Гимпеля располагалась на территории Замбергского лагеря, затем в начале августа 1943 года переехала в Бреславль и разместилась на территории постоянного лагеря СС «Вальдлагерь-20». С сентября 1944 года до апреля 1945 года группа находилась на ст. Блямау, в бывшем лагере РАД.

Официально команда Гимпеля именовалась «Особый лагерь L» и была замаскирована под институт русских инженеров. Фактически это был центр сбора и обработки информации об экономике СССР. Сбор сведений производился разными методами. допросами военнопленных, их привлечением к составлению карточного каталога по отдельным отраслям экономики СССР, использованием технической литературы из захваченных советских библиотек.

В лагере находилось несколько немецких руководителей, остальные 200 человек. бывшие военнопленные. Лагерь был разделен на группы по основным направлениям деятельности.

Группа «Т» (Техника). состояла из ряда секторов, охватывающих важнейшие отрасли советской экономики. Каждый сектор вел картотеку промышленных объектов. Группа обрабатывала все экономические данные. В состав ее входили свыше 20 сотрудников, преимущественно инженеры.

Чертежное бюро группы готовило карты и схемы советских промышленных районов и отдельных объектов.

Группа «П» («Пресс»). вела сбор опубликованных технических сведений из прессы, имела радиостанцию для прослушивания советских передач. Группа состояла из 6 официальных сотрудников и научно-технической библиотеки, фонд которой исчислялся десятками тысяч единиц хранения. Библиотека хранилась отдельно от лагеря в м. Освитц и конспиративно именовалась «Институт Швеллерштранс». В конце 1944 года библиотека была переведена в г. Цвиккау, где впоследствии была захвачена американскими войсками.

Группа опроса состояла из нескольких бригад по 3.4 человека в каждой, всего 16 официальных сотрудников. При необходимости к опросам привлекались сотрудники других групп. Задачи группы. опрос советских военнопленных в общих лагерях по общим вопросам об экономике СССР, подбор квалифицированных специалистов для собственных нужд лагеря, отбор кадров для разведывательной и диверсионной деятельности против СССР, подготовка квалифицированной агентуры по опросу военнопленных в других органах «Цеппелина». Для последней категории агентов летом 1944 года были созданы отдельные курсы в монастыре Брюккенорд (Верхняя Силезия) в 10 км от г. Розенберг. В январе 1945 г. курсы переехали на ст. Блямау (Австрия), где вновь присоединились к Л-лагерю. На курсах одновременно обучалось до 40 человек, было произведено 3 выпуска агентуры.

Помимо курсов лагерь имел хозяйственную, рабочую и охранную команды (40 военнопленных).

Для работы в органе отбирали пленных с техническим образованием. После проверки квалификации их направляли в разведывательно-диверсионные школы «Цеппелина», оставляли в лагере или отправляли на работу в немецкую промышленность. Не внушавшие доверия лица с низкой квалификацией направлялись обратно в концлагеря.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх