Украинская полиция и шуцманшафтбатальоны

Стихийный рост украинских полицейских подразделений из местного населения был обусловлен в первую очередь наличием остатков советских воинских частей и групп военнослужащих, оказавшихся в тылу Вермахта и пытавшихся начать партизанскую борьбу. Созданию полицейских воинских единиц способствовало наличие национальной украинской пропаганды и работа членов походных групп и дружин украинских националистов.

Еще летом 1941 года командование немецкой 17-й армии издало распоряжение о создании групп самообороны и полиции в украинских селах. Группам предписывалось противодействовать остаточным группам советских военнослужащих и парашютистов. При этом число полицейских не должно было превышать пропорцию 1 полицай на 100 жителей. Служащие полиции также не имели права иметь огнестрельное оружие.

На Волыни в первые дни войны в местечке Степань был организован отряд украинской милиции численностью 100 человек под командованием полковника Лиходько. Отряд был вооружен автоматами, револьверами и динамитом. В первых боях с отступающими частями РККА повстанцы убили 8 красноармейцев, а в тяжелом для отряда бою у села Деражня потеряли двух повстанцев и захватили пулемет.

В Ровно 27 июня 1941 года состоялась манифестация, основной темой которой было провозглашение Украинской Независимой Соборной Державы в Львове. На этой манифестации население имело возможность увидеть, как принял присягу сформированный курень (батальон) Украинского Войска имени Холодного Яра. Тогда же было освящено жел345 то-синее знамя куреня с владимирским трезубцем на одной стороне, на другой была надпись «Воля Украiнi, або смерть!».

Знамя было изготовлено членами ОУН Ровенской области, под ним подпольщики-националисты провели ряд боев против чекистов. На следующий день курень занял под казарму просторный дом и приступил к подготовке младших офицеров. Комендантом куреня был человек, которого все величали «друг Остап». С августа 1941 года полк получил статус «Восточного учебного батальона» и впоследствии послужил центром создания полицейских формирований действовавших на территории Украины и в Белоруссии.

В Радеховском районе была создана украинская милиция для охраны селян, кооперативов и магазинов. Отличительным знаком милиционеров были нарукавные желто-синие повязки. Прибывший в эту местность состав немецкой «ортскомендатуры» был крайне удивлен, увидев эту милицию, но поскольку в селах был порядок, ее было решено оставить.

В г. Перемышле функционировала школа подготовки личного состава украинских полицейских формирований. Обучение курсантов, разбитых на две группы продолжалось пять недель и включало в себя следующие предметы: жандармская служба, гражданское и уголовное право, уголовно-процессуальный кодекс, полицейские уставы, оружиеведение, криминалистика, уставы. Занятия вели начальник школы, бывший полковник австрийской жандармерии фольксдойче Красницкий, представитель немецкой жандармерии Мюллер и майор польской жандармерии Яновский.

Одним из центров формирования украинских подразделений была столица Украины. Создание полиции в Киеве было заслугой членов Киевской походной группы ОУН, состоящей из членов Буковинского куреня. В короткий срок походниками было сформировано довольно крупное подразделение, получившее наименование Киевский курень. Его ядром стал Буковинский курень ОУН и батальон, сформированный в Житомире из числа военнопленных (700 человек) под командованием бывшего старшины армии УНР сотника Петра Захвалинского. После слияния с личным составом походной группы курень был разделен на роты, взводы и отделения. В ноябре к куреню присоединилось еще 250 добровольцев из Галичины. К концу 1941 года курень насчитывал примерно 1500–1700 человек. Члены куреня формировали органы местного самоуправления и организовывали полицию в Киевской области, помогали в тушении пожаров и разборке завалов. Комендантом киевской полиции порядка был назначен сотник Захвалинский, а его заместителем поручик Кедюлич.

Местом расположения куреня стало здание горотдела милиции на площади Хмельницкого.

Отличительным знаком полицейских была желто-голубая нарукавная повязка, обмундирование же было трофейным, советским.

В начале февраля 1942 года киевское Гестапо произвело многочисленные аресты членов ОУН, в том числе среди участников Буковинского куреня. Многие из них были расстреляны в Бабьем Яре.

После репрессий члены Киевского куреня влились в состав 109, 115 и 116 шуцманшафтбатальонов.

В Киеве были сформированы следующие полицейские украинские батальоны: 101.111, 113.126, 129.131, 134.140, 143.146, 157.169. 101-м батальоном командовал бывший майор РККА Вячеслав Муравьев. Общая численность украинских полицейских батальонов составляла 35 тысяч человек. В 1943 году часть полицейских батальонов была включена в состав полицейских стрелковых полков (№№ 31.38) трехбатальонного состава. 109-й батальон под командованием сына известного украинского военачальника времен Гражданской войны, генерала УНР М. Омельяновича-Павленко, был создан из числа буковинцев, военнопленных и добровольцев. Батальон оперировал против партизан на территории Украины (Подолье), но после утраты немецкого доверия был переброшен в Белоруссию, где понес значительные потери. В 1944 году был выведен в Тарнополь, где 200 бойцов ушли в лес в ряды УПА.

Переход части батальона в УПА сопровождался кровавыми событиями. были убиты все украинцы. члены ОУН полковника Мельника. 115-й батальон был сформирован в начале 1942 года, когда немецкая армия стала ощущать нехватку в полицейских формированиях для охраны тыла. Тогда было принято решение о создании ряда украинских батальонов для борьбы с советскими партизанами в Полесье.

Батальон был сформирован из бывших членов Киевской походной группы (Буковинский курень). Его командиром был майор Пфаль, заместителем. гауптман Поль (оуновец Полевой). На первом этапе существования батальон был одет в литовскую униформу и словацкие каски, оружие было трофейным советским. Каждый солдат носил белую нарукавную повязку со своим порядковым номером, (комбат имел № 1). Трезубцы и желто-синие повязки с формы было приказано убрать.

Боевая деятельность батальона началась неудачно. В конце февраля 1942 года в батальон пришло известие о том, что в лесах в 100 км севернее Коростеня у села Хабина советские парашютисты убили нескольких селян за отказ вступить в их отряд. Из батальона была выслана разведка. 1-я рота под командованием сотника Остапенко и двух немецких офицеров. Вооружение группы состояло из советских трехлинеек и одного автомата у немецкого офицера. Рота попала в засаду и была полностью разбита, погибли 1 немец и 3 украинца. Из батальона были высланы на помощь 2-я и 3-я роты под командованием Пфаля. Они же нашли и похоронили убитых.

Возвратившись в Киев после столь неудачного начала, батальон занимался охраной артиллерийского парка и строевой подготовкой. В мае 1942 года в батальоне прошли очередные аресты националистов, в основном членов Буковинского куреня и галичан. После репрессий в батальоне стал явно ощущаться недостаток унтер-офицерских кадров, поэтому на эти должности немцы стали назначать бывших старшин РККА.

Вместе с ликвидацией национального украинского подполья в батальон стали прибывать бывшие военнослужащие Красной Армии и бывшие белогвардейцы-эмигранты. Командиром 3-й роты стал бывший капитан Императорской армии Некрасов. В июле 1942-го в батальон прибыло пополнение из молодежи, которую первоначально планировалось отправить на работу в Германию. Тогда же на базе одной из рот батальона было начато формирование 118-го полицейского батальона. После окончания комплектования 115-го батальона его состав насчитывал 350 человек.

В августе 1942 года оба батальона были переброшены в Барановичскую область Белоруссии. Начались боевые действия против партизан, с переменным успехом для обеих сторон. Постепенно под действием советской пропаганды бывшие красноармейцы, влившиеся ранее в состав батальона, начали переходить на сторону партизан.

Летом 1943 года батальон получил новую стандартную немецкую униформу полевой полиции, с правом ношения трезубца на пилотках. На левом рукаве мундиров носилась щитообразная нашивка, разделенная по диагонали на желтую и синюю половины, офицерский состав имел на щитке вышитый трезубец.

В октябре батальон получил желто-синее знамя с изображением трезубца и меча и освятил его в православной церкви села Деречин. Тем же летом батальон принимал участие в операции «Герман» против партизан Налибокской пущи.

В январе 1944 года тайная полевая полиция произвела аресты некоторых батальонцев в слонимском госпитале. Впоследствии выяснилось, что арест был спровоцирован доносом агента НКВД, обвинившим раненных в прослушивании московского радио.

Весной и летом 1944 года оба батальона принимали участие в крупных антипартизанских операциях «Сектор-24», «Регеншауэр» и «Фрюллингфест» совместно с русскими и белорусскими добровольческими частями.

Начавшееся отступление немецких войск вынудило 115-й батальон отступить на территорию Литвы.

Сформированный в июле 1942 года на базе одной из рот 115 батальона 118-й шуцманшафтбатальон начал боевые действия против партизан в р-не села Хабина. Первой прибыла сотня буковинцев, которая сразу же вступила в бой с превосходящими силами противника. Вскоре на помощь пришел весь батальон под командованием майора Шудри. Комбат настаивал перед немецкими командирами на одновременном наступлении всех частей, однако немцы решили, что первый идет в атаку батальон, а приданная венгерская часть будет находится в резерве. В ходе боя батальон был окружен и атакован партизанской кавалерией, в результате чего понес неоправданные потери. После боя он был переброшен в Черни349 гов, а в начале 1943 года. в Минск, где был реорганизован, доукомплектован и перевооружен. Были получены немецкие винтовки, минометы, 48-мм орудия, пулеметы «Максим» и ДП. После преобразования батальон действовал в Минском округе вместе со 115-м,102-м (командир майор Шурыга, бывший офицер армии УНР) украинскими батальонами и 101-м украинско-белорусским батальоном майора В. Муравьева, а также частями РОА, прибалтами, венграми и белорусами.

В 1943 году батальон принимал участие в операции «Герман», вел борьбу с польскими партизанами, окончившуюся заключением перемирия, продлившегося до 1944 года, когда поляки расстреляли из засады 9 батальонцев.

В июле 1944 года оба батальона прибыли на отдых под Варшаву, где получили новые мундиры и каски. Немецкое командование приняло решение о переброске батальонов в Варшаву для участия в подавлении восстания, но затем было решено включить их в состав 30-й дивизии СС в качестве 62-го и 63-го батальонов. Негативная реакция батальонцев на эти события породила дезертирство. Был разработан план о прорыве батальонов к УПА на Волынь, но командир 118-го батальона майор Смовский отговорил солдат от этой акции. В августе 1944 года батальоны были вывезены во Францию в департамент Ду, после чего были объединены в полк. Командирами батальонов были назначены майор Гинцке и капитан Либе, у которых с первых же дней сложились плохие отношения с личным составом. Еще во время отдыха в Польше украинские офицеры батальона приняли решение о переходе на сторону французских партизан. Инициаторами перехода 62-го батальона были офицеры Белик, Мелешко и Федоров, поддерживавшие связь с маки через польского украинца Н. Цвигуна, эмигрировавшего во Францию в 1937 году.

Переход сопровождался пулеметным обстрелом немецкого штаба. Вышедший из городка к партизанам батальон догнал капитан Либе и предложил вернуться. Украинцы ответили отказом, объяснив, что «немцы предали своих украинских союзников». К партизанам ушли около 500 солдат, с собой увели три 45-мм орудия, 70 подвод и 170 коней.

В движении Сопротивления батальоны были объединены во 2-й украинский курень (полк) имени Т.Г. Шевченко. 1-й курень имени И. Богуна составляли к тому времени также перешедшие украинцы (102-й украинский батальон). Украинцам было предложено сложить оружие и перебраться в Швейцарию, однако они отказались от предложения, пояснив, что хотят расквитаться с немцами.

После окончания войны 350 украинцев вступило во Французский Иностранный легион, некоторые предпочли возвращение в СССР.

На территории Западной Украины в Галиции было создано 12 батальонов «Шуцманшафта» (с 201 по 212). одиннадцать из них были украинскими, а 212-й польским. Всего же к концу 1942 года в рядах «Шумы» служило приблизительно 35 тысяч украинцев. Как правило, такие батальоны состояли из четырех пехотных рот (сотен) по 120.160 человек. Вооружение батальона (куреня) составляли советские винтовки, пулеметы и минометы.

В декабре 1942 года в Черниговской области были сформированы 2 украинских батальона «Шумы» из мобилизованных хлопцев 1925.1926 годов рождения. Командный состав был укомплектован молодыми украинскими и немецкими офицерами. После обучения батальоны были размещены в городах Глухове и Эсмани.

В начале июля 1942 года в «Днепропетровской газете» было опубликовано объявление о добровольном наборе молодежи в возрасте от 18 до 26 лет в «пограничную немецкую полицию». В то же время в станицах под г. Орджоникидзе присутствовали полицейские-«жовтоблакитники». Они были одеты в немецкую форму, на левом рукаве носили желто-синюю повязку, на пилотке. значок в виде ромба тех же цветов. В помощь этим полицейским формированиям были созданы отряды местной самообороны, вооруженные винтовкамитрехлинейками.

Еще одно украинское антипартизанское формирование под командованием Николая Медведского, созданное из бывших повстанцев полковника Бульбы-Боровца и мельниковцев, действовало на территории Луцкого, Кременецкого и Владимир-Волынского районов в 1943 году. Первоначальной целью этого отряда была охрана деревень от немецких карателей, польских и советских партизан. Для нужд отряда была созда351 на своя офицерская школа в г. Луцке, полевой госпиталь, инженерное подразделение. Все легионеры были одеты в старую польскую униформу. Вооружение было разномастным, но впоследствии на вооружении имелись минометы и панцерфаусты. Выходил в свет журнал «Украинский Легионер».

Постепенно легион подчиняло себе местное руководство ОУН Бандеры, и в результате вооруженного конфликта между двумя национальными группировками легион был разоружен. После этого прежнее (мельниковское) командование обратилось за помощью к немцам. На переговорах с местными немецкими властями подразделение получило свободу действий на Волыни. По немецким реестрам оно стало именоваться «Ukrainische Selbschutzlegion» («Украинский Легион Самообороны») или «Волынский легион» и в оперативном отношении подчинялось СД. Связные функции в легионе исполняли немецкие офицеры Луцкого СД Асмус и Равинг, командиром легиона с немецкой стороны был штандартенфюрер Бигельмайер, адьютант. гауптштурмфюрер Вайхельт.

В 1944 году легион был переименован в «31-й шуцманшафтбатальон СД» и передислоцирован на территорию Польши в Буковину и район Кракова, где немцы пытались привлечь его к участию в антипольских акциях. Руководство легиона воспротивилось этому, результатом чего стал арест всех его командиров. В конце 1944 года приказом немецкого командования легион был включен в состав 14-й дивизии СС «Галичина».

Прибыв в Словению, легионеры увидели, что дивизия, в общем и целом, является немецкой частью, и решили с помощью местных четников вернуться на Украину. Две трети легиона под командованием хорунжих «Ворона» (Р. Кивелюк) и «Коваля» ушли в лес в долине реки Мур. Надежды украинцев на словенцев не оправдались, так как четники первым делом обратились к местному крайсфюреру1 с вопросом о том, что же им делать с пришлыми. Весть о беглецах быстро дошла до дивизии, откуда за ними был выслан батальон под командованием майора В.Д. Гайке и с переводчиком Л. Макарушкой.

Беглецам было объяснено, что 14-я дивизия хотя и является дивизией СС, однако служит основанием для последующего возрождения Украинской Национальной армии. Беглецы согласились вернуться при условии, что не будут привлечены к ответственности за побег. После возвращения Роман Кивелюк был расстрелян, а легионеров распределили по ротам. Легион прекратил свое существование, а оставшиеся в живых его военнослужащие разделили судьбу солдат 1-й дивизии УНА.

«Добровольные помощники» – «Хиви», служившие в немецкой армии, также рассматривались немецким командованием в качестве кадров для формирования охранных сотен и батальонов «Шумы».

Помимо вышеупомянутых частей существовало множество самых разных формирований, созданных для борьбы с партизанским движением. С первых же дней своего существования все они находились под пристальным вниманием советской разведки. В своей «Докладной записке о деятельности украинских националистов на оккупированной территории Украины» начальник Украинского штаба партизанского движения, майор госбезопасности Т. Строкач сообщал в ЦК КПБ(У):

«Украинская полиция комплектуется из добровольцев, кулаков, осужденных при Советской власти за различные преступления, вообще людей антисоветски настроенных.

Полицейскую форму не имеют, а носят отличительную нарукавную повязку желто-голубого цвета с определенным номером, соответствующим номеру удостоверения. Вооружены винтовками русского образца.

Каждому полицейскому местный комендант выдает удостоверение, подтверждающее его службу в полиции и разрешающее в любое время суток находится на улице с винтовкой. Характерно, что удостоверение действительно лишь один месяц и должно продлеваться ежемесячно.

В сельских местностях полиция находится на содержании «общественных хозяйств» (бывшие колхозы), а в городах на бюджетах городских управ.

Для подготовки квалифицированных кадров полиции в ряде городов организованы школы полицейских.

В начале германские фашисты подбирали в полицию только молодежь. В настоящее время принимаются лица 50-летнего возраста.

Для расправы с советскими патриотами, ведущими активную борьбу с оккупантами и изменниками Родины, германское военное командование в оккупированных областях Украины формирует карательные отряды из националистических элементов, украинцев, дезертировавших из рядов Красной Армии и из военнопленных. Эти отряды вооружены русскими винтовками, обмундированы в красноармейские шинели без петлиц и имеют отличительный знак на правом рукаве в виде треугольника желто-голубого цвета. Отряды ведут борьбу с партизанами, несут патрульную службу на основных дорогах. В прифронтовых районах такие отряды используются для ведения военной разведки, вылавливания и расстрела разведчиков Красной Армии».

Боеспособность батальонов и рот напрямую зависела от обстановки на фронте и от отношения местного населения к «защитничкам», зачастую увлекавшимся пьянством и грабежами.

Случаи перехода групп полицейских на сторону партизан начались с зимы 1941.1942 гг., когда стало ясно, что Москва стоит непокоренная, а Красная Армия способна побеждать. Так, например, в Витебской области украинская полицейская группа из 12 человек при проведении антипартизанской операции в 1942 году перебила всех немецких офицеров и ушла с оружием в партизанский отряд Сергеева. Массовый переход к партизанам начался после победы под Сталинградом.

Помимо формирований на Украине было создано украинское антипартизанское охранное подразделение в Югославии из числа украинских эмигрантов. После провозглашения независимой Хорватской державы украинское эмигрантское представительство под руководством Василя Войтановского приветствовало по радио Загреба независимую Хорватию.

Развал Югославии породил хаос в Боснии, результатом чего стали грабежи и убийства эмигрантов и именно тогда в селах, где жили эмигранты-украинцы, стали создаваться украинское самоуправление и группы самообороны. Студенты-украинцы местных учебных заведений организовали студенческий батальон (курень). Объединение этих двух полувоенных формаций повлекло за собой появление на свет 1-го Украинского полка. Местные власти Хорватии и Боснии закрывали глаза на существование этой военной единицы, а итальянцы даже пожелали видеть это формирование в числе своих войск на Восточном фронте и развернуть на его базе украинскую дивизию. Хорватское правительство прилагало усилия для отправки Куреня на Восточный фронт, учитывая нежелание украинцев воевать в немецком тылу против партизан тех стран, что дали им приют. Слухи о возможной отправке Куреня на Украину всполошили всю эмиграцию.

После наплыва добровольцев Украинское представительство могло рассчитывать на 25 тысяч рекрутов.

Личный состав полка был одет в хорватскую униформу с национальными знаками различия и знаменем. В декабре 1941 года полк принял присягу на верность Украине, после чего каждому были вручены знаки отличия с изображением трезубца с мечом. Большинство его военнослужащих составили члены мельниковской ОУН. Командиром полка провозгласил себя самозванец атаман Паньков и по приказу немецкого командования полк выступил против местных партизан. Ответные меры со стороны четников и красных партизан не заставили себя ждать. Постепенно полк и украинское представительство начали разлагаться. После советского наступления они покинули Загреб, где остался один Войтановский. Вместе со своим соратником Андреем Я. он сжег библиотеку и архив украинского представительства, после вступления частей Красной Армии ушел в подполье, но вскоре был арестован СМЕРШем и помещен в тюрьму.

Вместе с ним в то же время советская разведка захватила Панькова, которого в отличие от Войтановского содержали в комфортабельном гостиничном номере, и носили еду и сигареты из ресторана, после чего освободили из-под домашнего ареста и выслали в другой район.

Василия Войтановского, местного руководителя ОУН в Хорватии, его супругу и сына, молодого поручика Владимира, доктора медицины М. Степанчишина и трех других украинских эмигрантов расстреляли в Загребе. Дальнейшая судьба Украинского полка неизвестна.

У формировавшихся в тылу Восточного фронта украинских полицейских подразделений было множество задач, планировалось также и их использование на фронте. В уже цитировавшемся нами ранее докладе Т. Строкача, говорится следующее:

«…Германское командование на территории Украины в начале текущего года приступило к формированию частей так называемой «Украинской армии», продолжающемуся по настоящее время. Формирования этих частей оккупанты проводят при активной помощи той части украинских националистов, которая полностью продалась фашистам. В различных оккупированных областях Украины сформированные части носят различные названия, как-то: Всеукраинской Освободительной Армии (ВУА), Украинской Национальной армии, Вiльнi козаки, Украiнськи козаки, Украiнськi полки и т. д.

Комплектование частей украинской армии идет за счет вербовки в них украинских националистических элементов из числа дезертиров и военнопленных, кулаков и уголовников. Повсеместно имеются факты насильственного вовлечения молодежи в Добровольческие части украинской армии, особенно среди военнопленных.

Личный состав сформированных частей проходит обучение под руководством немецких офицеров, обучаясь строевой службе и умению владеть оружием. В Полтаве и Киеве существуют специальные школы ВОА.

Сформированные части используются на фронте для борьбы с Красной Армией, в обозах немецкой армии, для борьбы с партизанами на оккупированной территории, по охране лагерей для военнопленных и железных дорог. По другим данным эти части формируются и готовятся для посылки на фронт против Англии.

Форма одежды этих частей различна. Большинство из них одеваются в серые красногвардейские шинели, некоторые части носят серые шинели со стоячими воротничками, на петлицах знак черепахи и немецкие погоны желтого цвета.

Отдельные части носят синие жупаны, многие части одеты в форму немецких солдат……В марте 1942 года на территории Винницкой области германским командованием был создан отряд. Вiльне Козацтво. для борьбы с партизанами, в состав отряда были набраны дезертиры и военнопленные. Когда отряд был вооружен немцами и обмундирован, все эти вiльнi козаки бежали в леса, начали партизанить, совершая налеты на немецкие войска. Из рассказов крестьян с. Белополье, Сыроватки Сумской области известно, что в Украинскую Национальную армию. идут только сынки кулаков и прочий антисоветский элемент, а также бывшие военнопленные, бежавшие или отпущенные из лагерей, скитавшиеся голодные и вшивые, доведенные до отчаяния».

В Курской области в 1942 году было распространено объявление немецких властей об условиях службы в «Украинской добровольческой армии». Семье каждого добровольца обещалось единовременное пособие в размере 500 рублей, 5 пудов муки, освобождение от внесения установленного налога посевным материалом, а также лучший земельный надел.

Украинские полицейские формирования существовали под присмотром немецких спецслужб или их создание было напрямую санкционировано ими. Так, военные отряды «Вольного Казачества» были созданы для пополнения рядов украинских разведчиков-диверсантов. В Берлине в октябре 1944 года была создана разведывательно-диверсионная школа, именовавшаяся «Школой Вильного Козатцтва». Возглавлял ее полковник Терещенко.

Школа вела обучение агентов-пропагандистов, разведчиков, диверсантов и радистов для действий в составе подразделений УПА в советском тылу и для внедрения в советские партизанские отряды. Слушатели вербовались из среды украинских националистов и остарбайтеров на заводе «Кабельверке», производстве фирмы «АЕГ», химическом заводе и пр.

В школе одновременно обучалось до 250 человек, треть из которых были женщины. Слушатели были разбиты на группы по 20.30 человек в зависимости от специализации. радисты, разведчики и т. д. Мужская половина слушателей были одеты в военную форму, женщины. в гражданское платье.

Преподавательский состав носил немецкую униформу со знаками различия УВВ и трезубцем на головном уборе.

Выпускники школы забрасывались в районы действий ОУН.УПА, где должны были создавать диверсионно-повстанческие отряды и совершать теракты.

В марте – апреле 1945 года школа передислоцировалась на две недели в Чехословакию, затем в Австрию, где была расформирована. Курсанты санитарной группы были захвачены советскими войсками в районе Берлина.

Еще одно специализированное «учебное заведение» функционировало в местечке Травники близ г. Люблина на территории бывшего сахарозавода. Здесь был создан рабочий лагерь для евреев, а при нем учебный лагерь охранников, набор которых велся из числа восточных добровольцев. Данный орган именовался «Учебный лагерь СС «Травники» (Ubungslager SS Travniki). Помимо украинцев здесь обучались ремеслу охранника русские, белорусские, прибалтийские и «туркестанские» добровольцы. Лагерь состоял из двух батальонов и унтер-офицерской школы. За все время существования через него прошло до 5 тысяч человек. Кроме добровольцев в лагере служили физически здоровые военнопленные из сборных лагерей (шталагов). Все прибывавшие на обучение в Травники подписывались под следующим обязательством: «Мы, военные заключенные, вступаем добровольно в германские отряды СС для защиты интересов Великой Германии». Курс подготовки охранника длился примерно полгода и включал в себя изучение методики конвоирования и охраны заключенных, физподготовку, стрельбу. В 1942.1943 гг. «травники» стали использоваться на охране лагерей смерти Собибор, Хелмно, Майданек, Бельзец, Треблинка и концентрационных лагерей. Освенцим, Штуттхоф.

В апреле 1943 года «травники» участвовали в подавлении восстания в Варшавском гетто.

Конец войны большинство военнослужащих украинских полицейских батальонов встретило в рядах национальных дивизий СС. 14-й дивизии «Галичина», 30-й русской, дивизиях КОНРа. Многим посчастливилось остаться на Западе, кое-кто пытался скрыться от наказания в СССР. Таким оказался бывший сержант РККА, командир полицейского батальона «Генерального округа Харьков» Александр Посевин. Свою службу у немцев он начал в лагерной полиции, затем был зачислен в состав формировавшегося харьковского батальона, на должность командира роты. В августе 1942 года батальон был сформирован из числа военнопленных и местных пособников. Командирами рот были бывшие военнослужащие РККА Высоцкий и Матяш. Полицейские проводили облавы на рынках города, конвоировали арестованных и приводили в исполнение приговоры. Сам Посевин не брезговал лезть в яму с расстрелянными и производить контрольные выстрелы в своих жертв. Основным местом работы Посевина был городской парк Сокольники. место массовых расстрелов. Всего в парке было убито 400 тысяч человек.

В 1946 году Посевин «оборотился» в одном из колхозов Дрогобычской области в виде демобилизованного сержанта Советской армии вместе с женой и сыном. Работал хорошо и в 1951 году был принят в партию, стал депутатом сельского Совета. Дальше. тихое ветеранство, встречи с местными школьниками, получение медалей и подарков. Зарвавшись, Посевин потребовал вручения ордена Отечественной войны. Это его и погубило. военкомат начал тщательно проверять документы ветерана. При этом никаких документов и записей за 1942.1943 гг. на сержанта Посевина в архивах обнаружено не было. На вопросы Посевин отвечал, что-де был грех, был на оккупированной территории, служил рядовым в полиции. Последовало исключение из партии. Исключенным заинтересовалось Запорожское управление КГБ.

После окончания следствия Посевин был приговорен к высшей мере наказания, которую его сослуживцы-каратели получили еще в 1943 году.







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх