Глава 20

В двух милях от Таппан-Джанкшена узкая тропа исчезла в обширном котловане, на дне которого находились два строения. С запада на восток здесь тянулась стальная колея.

В Джанкшене имелся хорошо оборудованный загон для скота, бак с водой для паровозов, под одной крышей располагались салун, почта и универсальный магазин, а на другой стороне железной дороги находился телеграф. К нему примыкал зал ожидания с двумя окнами, одной скамейкой и пузатой печкой в углу. Лошадей не было видно, как и следовало, они отдыхали в стойлах. Крытый товарный вагон и несколько вагонов для перевозки скота дожидались отправки на запасном пути.

Утомленный долгой дорогой, Шевлин пытался сквозь тонкую пелену дождя разглядеть открывшуюся картину. До захода солнца оставалось около часа, но в такую ненастную погоду стемнеет гораздо раньше.

Рядом с ним ехал осунувшийся и бледный Бэбкок. От изнеможения и потери крови он еле держался в седле и не надеялся живым добраться до Рафтера. И сам он, и Майк Шевлин это понимали. Лишь благодаря железной воле и закаленному телу Бэбкок все еще держался. Ему требовался покой и уход, и то, и другое дожидалось его внизу, но только после еще одного сражения.

— Это также и мое дело, Майк, — заявил он, — я поеду с тобой.

— Бэб, как думаешь, что сделает Бен Стоув, если ты приедешь туда… один?

Бэбкок попытался собраться с мыслями. Голова гудела, и размышления требовали от него напряженных усилий.

— Черт его знает. Вероятно, спросит меня, что случилось, а потом либо пристрелит, либо оставит в живых.

— Поезжай туда, Бэб. Ответь ему на все вопросы. Готов спорить, его заинтересует то, что ты скажешь, и я не думаю, что он застрелит тебя. Бен Стоув не убивает без всяких оснований. Ты теперь выбыл из игры — для него это очевидно. Тэг Мюррэй обработает твою рану не хуже любого доктора. Так что отправляйся.

Бэбкок колебался. Он обернулся в сторону каравана.

— А как насчет них? Погонщиков нанял Бен.

Шевлин посмотрел на него загадочно, потом порылся в кармане и вынул сигару. Это была не начатая сигара, Майк с видимым удовольствием раскурил ее.

— Видишь ли, Бэб, — объяснил он, — насколько я понимаю, одному из этих парней или сразу нескольким полагается замочить меня, пока мы будем пересекать равнину. Если только Бен не приберег удовольствие для себя. Я сказал, что Стоув убивает, только когда у него есть для этого веские основания, но тут можно сделать два исключения: Рэй Холлистер и я. Он с удовольствием убил бы нас обоих.

— Когда-то вы дружили.

— Стоув и Джентри дружили. А также Джентри и я одно время вместе работали. Но Стоув никогда не любил меня, а я Стоува.

— Майк… гляди-ка! — крикнул подъехавший к ним Билли Даниэльс. — Вон там всадник… Да это женщина!

Эл, один из тех рудокопов с киркой, которого Шевлин повстречал тогда в шахте, тоже присоединился к ним.

— А вон Рыжий на своей пегой кобыле. Куда это он с бабой?

— Черт! — сплюнул Билли. — Да ведь это та самая девчонка, Теннисон. Только она одна садится в седло боком!

Бэбкок посмотрел на Шевлина.

— Ну что, приехали, — произнес он. — Все равно бросишься вперед с боевым кличем?

— Поезжай, Бэб, — продолжал настаивать Майк. — Расскажи ему все, что он захочет узнать, а обо мне не беспокойся.

Бэбкок все еще колебался.

— Майк, конечно, я не в форме, но черт с ним, ты же скотовод! Я поеду с тобой или буду прикрывать тебе спину, как ты сочтешь нужным.

Шевлин положил руку на плечо Бэбкока.

— Поезжай, Бэб, — повторил он.

Пришпорив коня, тот поскакал по равнине.

— Что с ним такое? — спросил Билли Даниэльс. — Что случилось-то?

Майк не спеша развернул лошадь, и все они оказались перед ним на фоне каравана с золотом. Он обвел их любопытным, чуть насмешливым взглядом.

— Просто он решил, что кто-то из вас собирается выстрелить мне в спину. Думает, что вас на это подговорил Бен Стоув. Если так, то незачем терять время.

Его винчестер покоился в чехле, плащ расстегнут, обе руки на виду.

Их было пятеро, они стояли перед ним, развернувшись веером, как колода карт, все тузы и валеты, ни одной шестерки. Крепкие парни, прокладывающие свой нелегкий жизненный путь по суровым диким местам.

Повернувшись к ним лицом, он ждал. «Одно выяснение отношений со всеми разом, — сказал он себе. — На пути к Таппан-Джанкшену у меня будет возможность смотреть только вперед».

Билли Даниэльс положил руки на луку седла.

— Насколько я понимаю, ты сражался с нами и каждому спас жизнь, спустившись тогда по склону. А мог бы и поберечься.

— Он прав! — согласился Эл. — Хоть Бен и платит нам зарплату, но тут другое дело.

— Тебе нужна помощь? — спросил Билли.

— Помощь не нужна… Дайте мне одному поговорить со Стоувом. На станцию мы приедем вместе, а остальное я сам буду решать с Беном и с теми, кто при нем.

— Это справедливо, — заметил Эл. — Я слыхал, что управляющий неплохо владеет револьвером. Хотелось бы посмотреть, чего стоит человек, на которого я работаю.

— Спасибо, ребята. Тогда продолжаем вести караван. Только держитесь подальше от меня и Бена. Если увидите, что женщина попала в беду, протяните ей руку. Помните — она женщина. — Он указал на мулов. — Все это по праву принадлежит ей. В дорогу?

Развернув вороного, он умышленно подставил им спину и легким галопом направился к погружающейся во тьму равнине.

— Вы поняли? — спросил Аркансойер, сплюнув. — Вот это человек!

Шевлин скакал и скакал вперед, остановившись только для того, чтобы снять плащ и привязать его к седлу. Между облаками появились просветы, через которые на землю смотрели звезды. Майк расстегнул чехол, в котором лежал винчестер, и тихонько запел:

Когда я пройду по улицам Ларедо.

Когда я однажды вернусь в Ларедо…

Местный магазин размещался в длинном помещении с низким потолком. Треть прилавка занимала стойка бара. На полках громоздились консервы, стопками лежали джинсы, плащи, рубашки, чуть ниже стояли сапоги. В воздухе витал запах кожи, мануфактуры, крепкого кофе и еще более крепкого плиточного табака. За прилавком сидели Тэг Мюррэй и телеграфист, каждый занятый своим делом.

Рыжий, все еще бледный от нахлобучки, полученной за то, что привез Лайну Теннисон в Таппан, держал в руке стакан с пивом, уставившись на мокрые следы, оставленные на стойке.

Лайна стояла подчеркнуто прямо, с улыбкой глядя на Бена.

— Я не шучу, мистер Стоув, если вы собираетесь увезти мое золото, вам придется приготовиться к неприятностям. Вы будете вынуждены перерезать телеграфные провода и даже вступить в перестрелку. Этот ваш пес, — указала она на Рыжего, — не заметил, что доктор Клэгг, Билли Таунсенд и некоторые другие, включая Вилсона Хойта, уже седлали лошадей, когда мы покидали конюшню.

— Мэм, — резко оборвал ее Стоув, — сядьте и заткнитесь.

— Послушай-ка, Бен… — запротестовал было Тэг.

— И ты заткнись тоже. Рыжий, возьми-ка их на прицел своего дробовика. Если что-то затеют, разряди в них оба ствола, потом заряди дробовик и стреляй снова.

— Неужели вы действительно верите, — опять начала Лайна, — что сможете вывезти золото с Территории? note 3 Мистер Стоув, это будет не так-то просто.

Бен уже перестал злиться. Конечно, Рыжий свалял дурака, привезя сюда Лайну Теннисон, но сам Рыжий ему пригодится, а девчонка — не более чем досадное недоразумение.

— Ладно, Рыжий, я погорячился. Нам тут только и не хватало истеричной женщины.

— Да, босс. Я не подумал.

Дождь прекратился, и до Бена вдруг дошло, что звуки, которые он только что слышал, не что иное как шлепанье копыт по мокрой земле. Теперь он твердо знал, что во дворе остановилась чья-то лошадь.

Став вполоборота к двери, он насторожился: кто-то тяжело плюхнулся в грязь, потом послышались неровные шаги. Дверь отворилась, и вошел бледный, ослабевший Бэбкок. Его рана снова открылась, рубашка задубела от спекшейся крови.

— Тэг, — произнес он, — мои дела плохи, действительно плохи.

Не обращая внимания на дробовик, Тэг Мюррэй торопливо выскочил из-за прилавка, подхватил Бэбкока и усадил на стул. Лайна Теннисон без лишних слов направилась к печке и налила в оловянный таз горячей воды. Тэг уже резал рубашку ножницами.

— Что произошло? — спросил Стоув.

Бэбкок никак не отреагировал, тогда Бен зашел за стойку, наполнил стакан виски и вручил раненому.

Двумя большими глотками тот осушил стакан.

— Первый раз ты угостил меня, Бен. Спасибо. — Он поднял глаза на Стоува. — Когда твой караван так и не появился, Винклер догадался, в чем дело, и мы перебрались через горы. Все как раз сидели в засаде, когда твой чертов Шевлин напал на нас сзади. Понятия не имею, как он туда забрался и ударил так внезапно, что никто даже не успел разобрать, что случилось. Первым же выстрелом он привлек внимание охранников каравана, которые бросились на нас вверх по склону. Шевлин убил Рэя Холлистера. Винклер, Сэнд и Хэллорэн тоже погибли.

— А мои люди?

— Трое убиты, у двоих царапины.

— Что Шевлин?

— Везет сюда груз. Меня послал вперед, чтобы Тэг мной занялся.

Стоув смотрел на рану с отвращением. Ему, привыкшему проливать кровь, вид крови тем не менее не нравился. Рука Бэбкока представляла собой печальное зрелище. Пуля угодила в локоть, когда рука была согнута и поднята вверх. Она размозжила кости, разорвала бицепс и застряла в дельтовидной мышце плеча.

— Лучше послать за доктором Клэггом, Бэб, — предложил Мюррэй. — Это же сплошное месиво. Не думаю, что кто-то сможет залечить тебе локоть.

— Сделай, что сможешь.

Бэбкок уже видел свое будущее глазами однорукого ковбоя. Хотя он встречал нескольких таких коллег. Кое-кто из них был довольно ловок. Если другой смог, то и он сможет.

— Что бы ни произошло, — предупредил Бен, — не вмешивайтесь. Я бы не хотел, чтобы мне пришлось кого-нибудь застрелить, на законных основаниях защищая золото. А этот человек, — указал Стоув на Бэбкока, — отъявленный бандит. Он пытался ограбить транспорт с прииска, которым я управляю. Прошу запомнить.

— Вы уволены, — объявила Лайна, — вас никто не уполномочивал производить эту транспортировку.

Стоув саркастически улыбнулся ей в ответ.

— А вы, мэм, известны мне лишь как гостья доктора Клэгга. И насколько я знаю, у вас нет никаких полномочий, у вас нет даже повода, чтобы быть здесь, кроме того, что Рыжий вообразил, будто я хочу с вами поговорить. Так вот, он ошибся. На законных основаниях, — продолжал он с расстановкой, — я выполняю перевозку небольшого количества золота с прииска. У меня есть на это все полномочия. Если кто-то вмешается, я приму законные меры.

Лайна беспомощно оглянулась вокруг. Телеграфист в ответ лишь пожал плечами. Тэг Мюррэй был занят Бэбкоком, а Рыжий самодовольно ухмылялся.

Конечно, все, что сказал Стоув, правда. Даже если бы в этих краях правил закон, ей не удалось бы остановить перевозку… по крайней мере, одними своими словами.

До прибытия поезда оставалось меньше часа.

Именно это больше всего волновало Стоува. То и дело он бросал беспокойный взгляд на часы: вот-вот вдали появится огонек локомотива, а золота все еще нет.

Наблюдая за происходящим, Лайна пыталась трезво во всем разобраться. Майк Шевлин оказался в центре событий. Ключевая фигура.

Он работал на нее, но Бен Стоув предложил ему более выгодную сделку. Что касается их личных отношений, то имеет ли какое-нибудь значение их короткое объяснение той ночью в гостинице? Или она все только вообразила?

С первой встречи ее потянуло к Шевлину. Причем привлекала не столько его бесспорно интересная внешность, сколько присущая ему спокойная уверенность, сила. Когда все прочие дрогнули, он твердо остался стоять на своем. Нет, такой человек не может от нас отступиться. И все-таки ехидный вопрос нет-нет портит настроение: правда ли он таков, каким кажется ей, или же она принимает желаемое за действительное?

Рыжий стоял, вальяжно облокотившись о стойку, с дробовиком в руках и дымящейся сигарой в углу рта.

Бен Стоув несколько раз подходил к окну и выглядывал на улицу, но ничего не мог разглядеть. Его напряжение нарастало, он уже плохо контролировал свои эмоции, и игра страстей отражалась на его искаженном злобой лице. Лайну охватил страх за Шевлина. Бен выглядел зловеще. Этот крупный, сильный, грозный и неукротимый человек, казалось, обладал какой-то запредельной мощью.

И все же он рисковал теперь, рисковал своей жизнью и плодами многолетнего труда. С самого начала он видел в Майке своего врага и не был уверен, что тот сможет перевезти золото через перевал. Но Шевлин все-таки справился и находился где-то рядом, поскольку Бэбкок шел вместе с ним. Но почему его до сих пор нет? Мертвую тишину комнаты нарушало лишь мерное тиканье часов, да приглушенный шорох иногда доносился из угла, в котором Тэг Мюррэй обрабатывал рану Бэба.

Неожиданно Мюррэй встал и повернулся к ним.

— Бен, нам придется послать за доктором Клэггом, иначе он лишится руки.

— Да черт с ним! — в сердцах воскликнул Стоув, потом оглянулся на Бэбкока. В конце концов, все уладится задолго до того, как сюда сможет добраться Клэгг. — Хорошо, — согласился он, пожимая плечами.

И сразу же в комнате воцарилось молчание, потому что у каждого в голове возник один и тот же вопрос: кто поедет?

Лайна с веселой улыбкой обратилась к Стоуву:

— Я уверена, что Рыжий хотел бы поехать. Не правда ли, Рыжий?

Стоув резко отвернулся от окна.

— Черта с два! Он мне здесь нужен. — Но подумав, сменил гнев на милость. — Ты можешь ехать, Тэг, или ждите, пока придут мои люди, и я пошлю одного из них. В конце концов, у меня пять человек с Шевлином.

— Ты уверен? — спросил Бэбкок.

— Что это значит?

Бэбкок поднял голову и посмотрел на Стоува.

— Это значит, что твои люди вместе с Шевлином перебрались через горы и, когда они попали в беду, Майк вытащил их из нее. Майк был вместе с ними… не ты. Не стоит думать, что они все еще твои люди.

— Я нанял их и плачу им зарплату.

— Если ты так думаешь, значит, изменился гораздо сильнее, чем я полагал. Нельзя таким образом купить людей. Да, они орудуют своими револьверами за деньги, но в бой идут за человеком. И сейчас ты для них лишь некий начальник в конторском кресле. А Майк Шевлин сидит вместе с ними в седле. Его поливает тот же дождь, что и их, и ему так же холодно, как и им. И должен сказать тебе, Бен, если бы меня не подстрелили, я тоже был бы вместе с ним.

Бен Стоув еще немного постоял у окна, потом вернулся на середину комнаты, подошел к прилавку, где лежал привезенный им с собой сверток. Развернув его, он вынул два двуствольных дробовика, предназначенные для стрельбы с короткого расстояния, и не торопясь зарядил их. Потом взял винчестер и проверил, есть ли патрон в патроннике.

Никто не проронил ни слова, все просто смотрели на него. А он вел себя так, словно их здесь и не было. И Лайна решила, что они для него и правда не существуют, потому что он полностью сосредоточился на предстоящем, об этом говорило каждое его движение. Словно револьвер, он был нацелен на грядущий момент развязки.

Но этот момент все не наступал.

Шли минуты, и Лайна вдруг заметила, что Стоув вспотел — на лбу его выступили бусинки пота. Снаружи раздался приглушенный звук, и Стоув резко обернулся. Что-то загремело по крыше.

Неожиданно мимо промчались несколько лошадей. На улице кто-то засмеялся, и звук поразил всех собравшихся в комнате.

Несколько минут прошли в тишине, а затем где-то хлопнула дверь. Телеграфист поднял голову.

— Это моя дверь, — сообщил он и добавил, лукаво взглянув на Стоува, — хотел бы я знать, умеет ли кто-либо из твоих ребят пользоваться телеграфным ключом? Шевлин, например, он что, на все руки мастер?

— Что ты врешь! — заорал Стоув. — Я его знаю с детства.

— Ты хочешь сказать, что знал его, когда он был подростком, — уточнил Бэбкок, — но он с тех пор объездил много стран. Теперь ты о нем ни черта не знаешь!

Стоува в этот момент занимал лишь один вопрос: где теперь находится золото? Погрузили ли его в предназначенный для этого вагон?

Он быстрым взглядом окинул комнату.

— Порядок, Рыжий. Я иду на улицу. А ты смотри, чтобы все оставались на месте. Бэбкок, я пошлю одного из своих людей за доктором Клэггом. Не люблю, когда страдают, к тому же в старые времена мы, случалось, укрывались одним одеялом.

Бен еще раз обвел их пристальным взглядом.

— Все действия, которые я предпринял для обеспечения перевозки, законны, — заявил он. — Я бы не хотел, чтобы кто-то попытался мне помешать. У меня будут все основания подозревать его в попытке украсть принадлежащее компании золото.

Он подошел к двери и вышел на улицу.







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх