Как избирали американского президента

В декабре 1863 г. начальник почтового отделения Нью-Йорка Абрам Уэйкман, просматривая корреспонденцию перед отправлением, наткнулся на письмо, адресованное некому Александру Кейту в город Галифакс в Новой Шотландии. Про Кейта было известно, что он часто переписывается с агентами южан. Поэтому Уэйкман передал письмо Кейта военному министру, который, вскрыв конверт, установил, что письмо зашифровано.

В течение двух дней сотрудники военного министерства тщетно пытались разгадать таинственные знаки перехваченной криптограммы. Затем она была передана трем шифровальщикам президента Линкольна – Бейтсу, Чэндлеру и Тинкеру, которые вызвались ее прочитать. Они быстро установили, что неизвестный автор письма использовал для его зашифрования как обычный алфавит, так и 5 различных шифралфавитов. Но он поступил неблагоразумно, разделив слова письма запятыми и ограничившись одним алфавитом в пределах каждого слова. Бейтс, Чэндлер и Тинкер нашли слово, состоявшее из 6 букв, в котором вторая и шестая буквы повторялись. Затем следовало слово из 4 букв, за которым, в свою очередь, шла фраза, посланная клером: «reaches you»20. Они решили, что за этой последовательностью шифрзнаков должна скрываться фраза «before this»21. Бейтс предположил, что в письме использован шифр, подобный тому, который применялся для обозначения цен в магазине в Питтсбурге, где он когда-то давно работал посыльным.

Эта догадка позволила значительно продвинуть вперед процесс дешифрования криптограммы. Выявление знаков, обозначавших место отправления и дату сообщения – «Нью-Йорк, 18 декабря 1863 г.», также дало ощутимые результаты. Действуя таким образом, три шифровальщика в присутствии президента Линкольна, который нетерпеливо прохаживался около них, за четыре часа прочли шифрованное письмо, которое, в частности, гласило:

«Нью-Йорк, 18 декабря 1863 г.

…Два парохода отбудут отсюда примерно на Рождество… 12 тысяч нарезных мушкетов пришли точно по адресу и отправлены в Галифакс в соответствии с инструкциями. Мы сможем захватить еще два парохода, как намечено… прежде чем это22 дойдет до вас. Цена 2000 долларов. Нам нужно больше денег… Пишите как прежде…»

Два дня спустя была перехвачена и быстро дешифрована еще одна криптограмма, адресованная Кейту. В ней говорилось:

«Передай Мемминджеру23, что у Хилтона все станки находятся в собранном виде и все матрицы будут готовы к отправке 1 января. Гравировка печатных форм превосходная».

Таким образом, из письма явствовало, что формы для печатания денег южан изготовлялись в Нью-Йорке. Гравера Хилтона легко нашли в Манхэттене. В последний день года полицейские совершили налет на его жилище, захватили печатные станки и матрицы, а также уже отпечатанные деньги на сумму в несколько миллионов долларов. Конфедерация лишилась оборудования для изготовления бумажных денег, в которых она остро нуждалась. Главную роль во всем этом деле сыграли криптоаналитические способности, проявленные тремя молодыми шифровальщиками Линкольна. За это каждый из них получил прибавку к жалованью в размере 25 долларов в месяц.

А что же южане? Учитывая то, что они порой не могли правильно расшифровать свои собственные сообщения, неудивительно, что им не удалось прочесть ни одного шифрованного сообщения северян. Хотя конфедераты перехватывали телеграфные сообщения Севера и их кавалерия время от времени захватывала одновременно открытый и шифрованный тексты этих сообщений, а также сами шифры, южане так и не смогли разобраться в шифрпереписке янки. Этому факту было бы трудно поверить, если бы конфедераты сами не признали его, напечатав в своих газетах несколько шифрованных сообщений с просьбой дешифровать их.

Последовавшая капитуляция южан отнюдь не приостановила криптоаналитических разработок, начатых еще во время Гражданской войны. Триумф одной из них ознаменовался появлением сенсационной статьи, напечатанной 7 октября 1878 г. газетой «Нью-Йорк трибюн». В заметке, помещенной под броским заголовком «Перехваченные шифрованные телеграммы», приводился открытый текст нескольких криптограмм. Впервые в истории США криптоанализ был призван сыграть решающую роль в американской политике.

Дело в том, что в результате подсчета голосов, поданных на выборах президента в 1876 г., впереди оказался кандидат от Демократической партии Самуэль Тилден, получивший на четверть миллиона голосов больше, чем его соперник от Республиканской партии Рутерфорд Хейс. Но как распределятся решающие голоса выборщиков – это зависело от того, какие из противоречивых результатов голосования, проведенного дважды во Флориде, Луизиане, Южной Каролине и Орегоне, будут признаны действительными. Конгресс создал специальную комиссию для решения этого вопроса. А комиссия приняла решение отдать все спорные голоса выборщиков Хейсу. Это обеспечило ему большинство всего в один голос в коллегии выборщиков и пост президента страны.

На сессии конгресса, последовавшей за выборами президента, была назначена еще одна специальная комиссия для расследования упорно распространявшихся демократами слухов о покупке республиканцами голосов выборщиков. В ходе расследования комиссия конфисковала более 600 шифртелеграмм, которые были посланы различными политическими деятелями и их доверенными людьми во время избирательной кампании в четырех штатах. Остальные американская телеграфная компания «Вестерн юнион» к тому времени уже успела уничтожить, чтобы показать, что гарантирует тайну доверенной ей переписки. В 1878 г. 27 шифртелеграмм были тайно переданы в прореспубликанскую газету «Нью-Йорк трибюн» в надежде на то, что, будучи дешифрованы, они поставят демократов в затруднительное положение.

За несколько недель до этого один из самых близких политических советников Тилдена Мэнтон Марбл написал открытое письмо в нью-йоркскую газету «Сан», печатный орган демократов. В нем Марбл противопоставлял темным делам республиканцев открытость Тилдена. Поэтому редактор «Нью-Йорк трибюн» Уайтлоу Рейд не раздумывая согласился, когда председатель Республиканской партии предложил ему включить в редакционные статьи газеты шифртелеграммы демократов в качестве ответа на письмо Марбла в «Сан». Демократы почувствовали себя весьма неуютно, когда сотрудники «Нью-Йорк трибюн» на ее страницах стали отпускать злые шутки по поводу этих загадочных документов, вопрошая, где же хваленая открытость демократов.

Но Рейд решил не ограничиваться публикацией шифртелеграмм своих политических противников. Полагая, что предание гласности содержания переговоров, которые демократам приходилось вести под покровом шифра, поставит их в затруднительное положение, он взялся за его вскрытие.

Многие читатели, движимые намеками, содержавшимися в редакционных статьях газеты, предлагали свои варианты дешифрования опубликованных шифртелеграмм, но при проверке все они оказались неверными. Рейд даже попытался обратиться к самому Тилдену, когда он случайно встретился с ним в августе 1878 г.:

«Я сообщил ему, что у нас имеется вся шифрпереписка, которая проходила между его домом и Флоридой, и шутливо попросил его указать ключ. Я сказал ему, что мы не можем прочитать ее, и выразил пожелание, чтобы он помог нам. Он улыбнулся, покраснел, как невинный ребенок, и прошел мимо».

Дело не сдвигалось с мертвой точки.

Между тем газета «Детройт пост» сумела узнать от одного из демократов о том, каким шифром пользовались его соратники по партии во время предвыборной кампании в Орегоне. Шифровальщик отыскивал нужное слово в «Домашнем английском словаре», который был издан в Лондоне в 1876 г., определял порядковый номер этого слова на странице, отсчитывал 4 страницы назад и брал на ней соответствующее слово в качестве кодового обозначения. Для расшифрования полученного сообщения его адресат поступал наоборот.

4 сентября один из редакторов «Нью-Йорк трибюн» Джон Хассард, основываясь на открытии газеты «Детройт пост», опубликовал несколько открытых текстов дешифрованных криптограмм, из которых следовало, что в Орегоне демократы стремились подкупить одного республиканского выборщика и что сделка не удалась только из-за задержек с передачей ему денег.

Но «Домашний английский словарь» мало помогал в дешифровании сообщений демократов, присланных из других трех штатов. Не рассчитывая больше на постороннюю помощь, Рейд предложил своим сотрудникам как следует заняться их дешифрованием. За дело взялись Хассард и Уильям Гросвенор, экономический обозреватель «Нью-Йорк трибюн». Причем Хассард работал над криптограммами столь упорно, что простудился, заболел туберкулезом и последующие десять лет, оставшиеся ему до смерти, думал лишь о своем выздоровлении.

Позднее Рейд вспоминал:

«Оба они работали чрезвычайно хорошо, работали независимо друг от друга, честно сравнивая результаты и прекрасно сотрудничая друг с другом… Хассард несколько раньше начал работать в этой области и заслуживает особой похвалы. Но Гросвенор был в равной степени способным и, как я сейчас припоминаю, достиг почти такого же успеха. Иногда он и Хассард подходили к дешифрованию одной и той же криптограммы с различных сторон и после неоднократных неудач, наконец, находили решение в один и тот же вечер…»

Одновременно с Хассардом и Гросвенором над чтением криптограмм, которые Рейд привел в редакционных статьях «Нью-Йорк трибюн», работал молодой математик из военно-морской обсерватории США в Вашингтоне Эдвард Холден. В своих мемуарах Холден написал по этому поводу:

«К 7 сентября 1878 г. я открыл закономерность, с помощью которой можно было безошибочно найти любой ключ к самым трудным и хитроумным из этих телеграмм».

Он обратился в «Нью-Йорк трибюн», которой понравилась идея нанять профессионального математика. Хассард выслал ему большое количество криптограмм. Однако к тому времени Хассард и Гросвенор независимо от Холдена разработали свои криптоаналитические методы и сумели опередить его в чтении некоторых криптограмм24. Рейд утверждает, что ни одну из дешифрованных Холденом криптограмм «Нью-Йорк трибюн» не получила раньше, чем эти же самые криптограммы были прочитаны Хассардом и Гросвенором. Поэтому результаты работы Холдена рассматривались лишь как подтверждение правильности дешифровок Хассарда и Гросвенора.

Результат превзошел все ожидания. Общественность негодовала по поводу непорядочности демократов и восхищалась изобретательностью дешифровальщиков. Тысячи читателей расшифровывали криптограммы с помощью ключей, опубликованных в «Нью-Йорк трибюн», и с удовлетворением отмечали правильность решений. К тому же до выборов в конгресс оставалось всего несколько недель. На них республиканцы одержали внушительную победу.

Часть дешифрованных телеграмм была адресована на дом Тилдену – его племяннику У.Т. Пелтону. И хотя Тилден клялся, что совсем не знал, чем занимается у него в доме племянник, и что все было сделано без его разрешения, репутация Тилдена была навсегда запятнана. Это разоблачение положило конец его надеждам стать президентом. Газета «Сан» была вынуждена печально заметить: «Г-н Тилден уже никогда не будет кандидатом в президенты ни от какой партии». Даже биограф Тилдена, питавший к нему большую симпатию, признал, что «в результате дешифрования телеграмм демократов республиканцы получили преимущество, которое обеспечило им победу на президентских выборах в 1880 г.». Так криптоанализ помог избрать американского президента.






 
Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх