XLIX.

Окончивши мои «Записки», я прошу извинения у тех, кого я, против желания, может быть, обидел. Обличать и обижать кого бы то ни было я совсем не имел намерения. Цель «Записок Сельского Священника», сказать правду, и только правду, и не моя вина, поэтому, если пришлось мне сказать о чьих-либо слабостях или пороках. Очень может быть, что я нажил даже и врагов. Но скажу: духовенство, хотя разбросано по всему огромному пространству нашего отечества, но оно составляет свой особенный мір, со своей особенной организацией, со своими законами, со своими правилами и обычаями и со своими хорошими и дурными качествами и, не смотря на то, что живёт среди общества и беспрестанно соприкасается со всеми его членами, — общество не знает его. В последнее время сделано много изменений в организации духовенства; светская литература предлагает множество проектов к устройству быта его, многое пишется о духовенстве; но всё, что ни делается и что ни пишется, делается людьми, слишком далеко стоящими от нас, слишком мало знающими нас и, поэтому, очень многое из того, что сделано уже, и что предлагается делать, крайне непрактично. Поэтому я желал познакомить общество с духовенством, — показать каково духовенство само в себе, каково отношение его к обществу, и каково отношение к нему самого общества. Истина же может быть раскрыта только тогда, когда человек говорит беспристрастно, не стесняясь ничем и никакими, могущими случиться с ним, неприятностями, — я и говорил, не стесняясь. Не мудрено, поэтому, если мне пришлось отозваться о ком-нибудь и не особенно лестно. Но это не есть укор, и не обличение, это есть не более, как пример к сказанному. Так «Записки» мои и поняли люди высокообразованные и высокопоставленные, каков, например, светлейший князь Италийский, граф Александр Аркадиевич Суворов-Рымникский. В одном месте «Записок» я говорил о прихожанах известного мне прихода и о бедственном состоянии священника того прихода, — светлейший князь Суворов-Рымникский так и понял меня и выразил сочувствие священнику присылкою ему ста рублей серебром. Если ж в «Записках» моих увидит кто себя, то да будут «Записки» мои уроком: пусть примет тот к сведению, — что не всё может проходить безнаказанно.

«Записки» мои не есть учёное исследование, — это есть не более, как очерк, взятый с жизни. Поэтому я не заботился ни о строгом изложении мыслей и фактов в систематическом порядке, ни об обработке речи.

Желательно было бы, чтобы люди, занимающиеся вопросом о духовенстве и пишущие свои предположения об изменения быта его, глубже изучили этот быт. Желательно, вместе, чтоб и само духовенство содействовало обществу к изучению нашего быта, дабы общество могло увидеть, что духовенство не настолько «тупо, глупо и безнравственно», как пишут о нём и, при этом, постаралось бы не подавать повода к нареканиям.


Хотел было положить перо, но достоуважаемый редактор «Русской Старины», М. И. Семевский, просил, чтобы я сделал ряд выводов или свод моих пожеланий и указаний на то, осуществления чего, по моему крайнему разумению, желательно видеть в возможно близком будущем. Исполняя это требование, я представляю перечень этих пожеланий, к которым (я в том твёрдо убеждён) присоединилась бы вся многотысячная семья представителей белого сельского духовенства в России, если бы только её спросили — как желает она исправить веками скопившееся зло в организации его управления, во всех условиях его печального положения:

I. Специальные духовные учебные заведения необходимы. Ученики могут жить и на квартирах, и в казённых домах. Квартиры должны быть вблизи учебных заведений, комнаты должны быть чистые, светлые, просторные и сухие. Право принимать к себе на квартиры должны иметь люди только хорошо известные училищному начальству за людей вполне благонадёжных. Ни один отец и ни один ученик не должны брать квартиры без одобрения её училищным начальством. Ученики, не имеющие возможности иметь хорошей квартиры, должны жить в казённом доме, с платой за содержание. Желательно было бы, чтоб и в казённом доме не было той казарменности, грязи и неряшества, какие приводится видеть там во многих из них и до сего времени.

II. Так как училища содержатся на средства церквей, — и мужские и женские, — духовенство даёт от себя на содержание их слишком не много, а между тем сироты и дети беднейших родителей пользуются или половинным, или даже полным казённым содержанием, то было бы, кажется, справедливым, чтобы пользование казённым содержанием было предоставлено подобным же ученикам и других сословий. Такая мера побудила бы, вероятно, поступать в духовные училища детей других сословий.

III. Особенное внимание училищного начальства должно быть обращено на воспитание: чтобы не было той формальности, официальности, сухости и не только жестокости, ниже суровости в обращении с учениками, и тем более несправедливых взысканий со стороны училищного начальства, что впилось в плоть и кровь большей части воспитателей учебных заведений. Напротив, желательно было бы, чтобы воспитанию придавался характер более семейный, — чтобы справедливость, откровенность, сердечная теплота были руководящими правилами воспитателей; чтобы воспитатели старались сделать питомцев своих сперва христианами, добрыми, честными и трудолюбивыми людьми, потом уже учёными; старались внушить убеждение, что жизнь наша есть, прежде всего, служение обществу, потом уже — жизнь для себя; старались укрепить веру в Бога и любовь к людям.

IV. Классные штаты должны быть уничтожены.

V. Ученики, обучавшиеся в духовных училищах, должны быть принимаемы в семинарии без экзаменов.

VI. От начальника заведения хозяйственная часть должна быть взята совершенно. Его обязанностью должно быть исключительно воспитание и образование. Сам он обязан посещать классы каждодневно. Он должен изучить и наставников, и каждого ученика. За преподаванием, успехами учеников и постановкой баллов он обязан следить в течении всего года. При таком порядке шли бы лучше и преподавание, и успехи учеников, вернее делалась бы оценка успехам учеников, а потому и формальные, ныне существующие, экзамены, напрасно губящие множество юношества, были бы лишними. Ученики могли бы быть переводимы из класса в класс по годичным баллам наставника и личному знанию ученика начальником заведения. Вся работа должна делаться в классе, на дом же должно даваться или только повторение говоренного наставником, или только самая небольшая часть работы. Работа, даваемая на дом, должна быть регулируема между преподавателями.

VII. Должны быть введены в духовные училища гимнастика, рисование, музыка и, обязательно, какое-нибудь мастерство.

VIII. Ученики семинарии должны приучаться к объяснению Св. Писания и произношению поучений без предварительной подготовки.

IX. К слушанию богословской науки должны быть допускаемы лица всех сословий и возрастов, дабы таким путём в обществе пополнялась недостаточность духовного просвещения.

X. Посылка учеников, кончивших курс семинарии, в псаломщики должна быть безусловно отменена.

XI. Если заштатное духовенство не будет обеспечено в своём существовании, то людям больным и безродным до́лжно дозволить уступать места свои наместникам, со взятием в замужество их дочерей или близких родственниц.

XII. Сделать пересмотр приходов и закрыть только те из них, где пожелают того православные прихожане.

XIII. На должности псаломщиков допускать всех способных и достойных этой должности.

XIV. Посылаемым на места священнослужителям должны выдаваться прогонные деньги и третное жалованье18

XV. Квартира и отопление в приходе должны быть от церкви, как для штатного, так и для заштатного духовенства, а равно вдов и сирот. Штатное духовенство должно иметь обеспеченное содержание, которого одна часть должна идти от казны, другая от прихода. Заштатное духовенство должно получать пенсии, равные жалованью. Лица, состоявшие под судом, но прослужившие узаконенное число лет, не должны быть лишаемы пенсии. Жалованье должно быть получаемо из казны и волостных правлений помесячно, по предъявлении указов на должность.

XVI. Доходы между настоятелем и его помощниками должны делиться поровну.

XVII. В приходах многолюдных и богатых жалованье должно быть меньше противу приходов малолюдных, бедных и заражённых расколом; — чем беднее приход, тем жалованья от казны должно быть больше, чтобы таким образом, по возможности, уровнять приходы по их доходности.

XVIII. Плата за требоисправления обязательные: крещение, исповедь, причащение, брак, елеосвящение и погребение, а равно и за молебствия по случаю общественных бедствий: голода, эпидемии и т. под. должна быть воспрещена.

XIX. Сбор по приходу натурою: зерном, крупой, мукой и т. под. должен быть воспрещён безусловно. Рождественская и крещенская ходьба с крестом по приходу должна прекратиться, что при исполнении предъидущих пунктов исполнится само собою.

XX. Аренда мельниц, земли, отдача денег под залоги и т. под. барышничество должны быть воспрещены.

XXI. Земледелие может быть допущено только в самых малых размерах, — 3–5 десятин.

XXII. Епископ есть пастырь, священник — его помощник, приход — паства. Помощник епископа, как и сам епископ, должен быть независим от паствы. Епископ, насколько возможно, должен чаще бывать в учебных заведениях и в приходах, и, как возможно ближе, быть знакомым и с учениками, и с приходами. Священнические места должны даваться по соображению нужд приходов и качеств кандидатов на места. Лицо, раз найденное соответствующим нуждам прихода, перемещаемо из одного прихода в другой быть не должно, ни по воле того же епископа и ни по желанию прихожан. Добровольная мена приходами, по обоюдному согласию, должна быть по возможности прекращена. Просить же перемещения на места свободные духовенство должно иметь право только в крайних случаях.

XXIII. Священник, — пастырь и руководитель духовной жизни прихожан, — обеспеченный материально, независимый от прихожан и имеющий, поэтому, возможность говорить правду, не боясь мщений, как наставник учебного заведения, независимый от учеников, должен всю жизнь свою, все силы свои и способности всецело посвятить приходу: кроме поучений в храме во время богослужения, он обязан вести беседы, по праздничным дням, и в после-обеденное время, — или в том же храме, или школе и, по очереди, по всем деревням его прихода, если они есть у него. Должен делать краткие поучения восприемникам при крещении, при браке, погребении и проч. Он должен быть непременно и законоучителем приходских школ.

XXIV. По указанию священника должны вести чтения народу и псаломщики. Они же должны быть и учителями простого церковного пения в школах. Им же можно поручить и первоначальное обучение чтению и письму.

XXV. Цензура проповедей должна быть уничтожена.

XXVI. Поучения народу должны быть изустные, живым и удобопонятным языком и о религиозно-нравственных предметах самых близких к жизни. Священник и псаломщики должны поставить себя, насколько возможно, ближе к народу.

XXVII. Каждая церковь должна выписывать несколько периодических, духовных и исторических, журналов. При каждой церкви должна быть библиотека из книг по Св. Писанию, религиозно-нравственного содержания, по гигиене, сельскому хозяйству и истории России. Где дозволяют местные условия, должны быть устроены читальни. Книги должны быть даваемы для чтения, на дом, на время и продаваемы по своей цене, а беднейшим даримы. Должен быть устроен склад хороших, но дешёвых икон.

XXVIII. Священник, псаломщик, церковный староста и два лица от прихожан должны составлять хозяйственный комитет. Чрез своих уполномоченных прихожане должны иметь полные сведения о состоянии церковного хозяйства. На комитете должна лежать забота о благолепии храма и поддержке церковных домов. В случае несогласия между собою членов, епископ даёт окончательное решение. Покупка свеч, ладону, бланков и т. под. должна производиться церковным старостой, по указанию настоятеля, без соглашений с членами комитета; расходы же свыше 50 рублей — кроме свеч — должны производиться по соглашению членов. Церковная сумма и свечи поверяются комитетом ежемесячно.

XXIX. Церковные старосты не должны служить долее трёх лет ни в каком случае.

XXX. Рассылка епархиальным начальством по церквам бланков, книг, брошюр и т. под., без согласия на то настоятелей церквей, должна быть прекращена.

XXXI. Священники, селений 10–15-ти, должны собираться, раза три—четыре в год, для обсуждения о возвышении умственного, нравственного и материального состояния духовенства и о развитии умственного, нравственного и материального состояния прихожан. Постановления свои должны вносить в журналы.

XXXII. Раз в год должен быть собираем съезд и епархиальный. Предметы обсуждений епархиальных съездов должны быть те же самые, что и окружных; но здесь рассуждения должны вестись под руководством епископа. Здесь же должны быть прочитаны полные отчёты о состоянии приходов, духовенства и деятельности окружных съездов. Замечательные места отчётов должны быть печатаемы в Епархиальных Ведомостях для сведения и руководства всего духовенства. Второстепенными же предметами, как то: рассматриванием смет, определением и увольнением лиц, служащих при училищах и т. под., епископы обременяемы быть не должны. Занятия епископа на съездах духовенства должны касаться исключительно прямой обязанности епископа — религиозно-нравственного состояния духовенства и паствы.

XXXIII. Должности благочинных должны быть упразднены.

XXXIV. Графа в формулярах духовных лиц для отметок в поведении должна быть уничтожена.

XXXV. Должно иметься лицо, священник, с правами мирового судьи, — один судья на уезд, — для разбора дел, до духовенства касающихся.

XXXVI. Члены консистории должны избираться духовенством на три года и утверждаться Св. Синодом. Судопроизводство должно быть устроено по образцу окружных судов. Консистория должна быть не более, как и всякое присутственное место, и на духовенство не должна иметь никакого влияния, а потому и штрафы её должны быть прекращены.

XXXVII. Епископ должен быть освобождён от чтения и утверждения каких бы то ни было журналов, определений консистории и т. под. дел. Утверждению его должны подлежать только дела, касающиеся веры и нравственности паствы, и запрещения и удаления от должности лиц духовного звания, чтоб тем дать ему возможность заняться его существенными обязанностями.

XXXVIII. По всем делам, не касающимся веры и нравственности народа, гражданские ведомства должны сноситься с консисториями. При большей самостоятельности духовенства, мировых судей и консисторий, дела упростились бы и уменьшилась бы самая переписка, и сам епископ не был бы заваливаем всяким бумажным хламом.

XXXIX. Лица духовного звания, неодобрительного поведения, должны быть удаляемы от должностей. Посылка священников в пономари должна быть прекращена, и, наконец,

XL. Должности домашних архиерейских секретарей должны быть закрыты.


Сельский Священник,

протоиерей и благочинный в одной из приволжских губерний, близ большого губернского города.


Примечания:



1

Мне лично коротко знакомы: один землевладелец, имеющий до 5,000 дес. и до 250,000 руб. в банках, выписывает только местную газетку; другой, имеющий 1,000 дес. и до 200,000 руб. в банках, выписывает один московский журнал, и всегда за прошлый год — подешевле; третий в 30,000 руб. годового дохода, не выписывает и не читает ровно ничего; один занимавший видное место по выборам, выписывает местный листок; другой — занимает теперь это видное место и выписывает местный листок и каррикатурный листок из столицы. И это — из «крупных». А о мелочи и говорить нечего. Значит, то, что я говорю, не есть намеренный, ложный отзыв о сельских помещиках.



18

Третное жалованье — третья часть жалованья. (прим. ocr)






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх