СВЯЗЬ ПРОСТИТУЦИИ С ПОЛОВЫМИ ИЗВРАЩЕНИЯМИ.

ПОЛОВАЯ ПСИХОПАТИЯ В ДРЕВНОСТИ

Мы рассматриваем в этой главе разновидности и извращения половых сношений только в их связи с проституцией, чтобы доказать, что в древности, совершенно так же, как и теперь, она играла роль благоприятствующего в этом отношении фактора и что половые извращения тогда уже особенно охотно практиковались в борделях. Но, рассматривая античную «половую психопатию», нужно иметь в виду, что вся вообще половая жизнь была тогда более публична, чем теперь, и что наивность разврата того времени, зависевшая от меньшей степени разделения «плотского» и «духовного» элемента, не позволяет подвести его под современное понятие «порока», «греха».

К бурным вспышкам элементарной чувственности относились в древности гораздо мягче, чем к слишком глубокому любовному переживанию, влияние которого на деятельность человека и его достоинство считалось гораздо более опасным, чем один только физический разврат. Без такого миросозерцания, диаметрально противоположного нашему, немыслимо и необъяснимо было бы проникновение полового элемента во все сферы жизни древнего мира.

Относительно числа и изощренности различных видов половых сношений древний мир ни в чем не уступал новому времени или даже, быть может, превосходил его. Это видно уже из чрезвычайно обширного и до мелочей дифференцированного эротического словаря греческого и латинского языков, послужившего основанием для всех эротических словарей современных культурных языков. И в этом также мы только подражатели и последователи древних.

Так, уже у греков было около 70 различных выражений для коитуса и различных положений и манипуляций при этом, которые варьировались соответственно эротическим темпераментам и наклонностям.

Связь этих вариаций половых сношений с проституцией очевидна из того факта, что их «изобретение» или привычное применение приписывалось большей частью известным гетерам и бордельным проституткам и что в этом искусстве видели обыкновенно различие между проституткой и честной женщиной.

Различные книги о фигурах Венеры и о любовном искусстве, снабженные соответствующими рисунками, написала гетера Элефантис. Другая гетера, Кирена, приобрела в древности большую известность как изобретательница способа совершать коитус в 12 различных фигурах. На одну из этих фигур намекает, по-видимому, Аристофан в «Лисистрате», где он говорит о так называемой «львице».

Овидий подтверждает в «Науке любви», что более зрелые гетеры его времени обладали большим опытом в любовной технике, и именно в этом видит особую привлекательность дам полусвета, так что советует менее опытным галантным дамам усвоить себе различные фигуры Венеры и дает на этот счет подробные предписания:


Женщины, знайте себя! И не всякая поза годится –

Позу сумейте найти телосложенью под стать.

Та, что лицом хороша, ложись, раскинувшись навзничь;

Та, что красива спиной, спину подставь напоказ.

Миланионовых плеч Аталанта касалась ногами –

Вы, чьи ноги стройны, можете брать с них пример.

Всадницей быть – невеличке к лицу, а рослой – нисколько:

Гектор не был конем для Андромахи своей.

Если приятно для глаз очертание плавного бока –

Встань на колени в постель и запрокинься лицом.

Если мальчишески бедра легки и грудь безупречна –

Ляг на постель поперек, друга поставь над собой,

Кудри разбрось вокруг головы, как филлейская матерь,

Вскинься, стыд позабудь, дай им упасть налицо.

Если легли у тебя на живот морщины Луцины –

Бейся, как парфский стрелок, вспять обращая коня.

Тысяча есть у Венеры забав; но легче и проще,

Выгнувшись, полулежать телом на правом боку…


(Кн.III. Пер. М.Гаспарова)


Что касается собственно половых извращений и аномалий, то они, несомненно, распространены были в древности не менее, чем теперь. Хотя половые извращения у греков и римлян, как и у всех других народов, нужно рассматривать прежде всего как всеобщие антропологические явления – то есть такие, которые встречаются повсюду и во все времена, независимо от культуры и вырождения, – но оригинальная античная культура играет в этом случае роль благоприятного, видоизменяющего и повышающего интенсивность фактора. Как мы уже упоминали, античная культура, пропитанная насквозь половым элементом (культ фаллоса, специфические половые божества, свободное проявление полового элемента в общественной жизни, литературе и искусстве), заключает в себе нечто безусловно своеобразное в организации ее социальных условий (крупные города, пауперизм, жилищная нищета и т. д.), но вместе с тем обнаруживает такие многочисленные аналогии с современной культурой, что может считаться ее предшественницей. Это относится и к влиянию половой жизни.

Высокоразвитая греко-римская культура давала возможность скрытым, дремлющим у большей части людей наклонностям к половым аберрациям выступать открыто и безмерно усиливала их. Апогея половой «испорченности», то есть связи половых наслаждений со «светским» образом жизни, достигло I столетие н.э. Временем величайшей испорченности и вырождения были 30-68 годы, господство Калигулы (12-41, император – с 37), Мессалины и Нерона (37-68, император с 54). Именно тогда отвращение к браку, заставившее уже Августа издать его знаменитое брачное законодательство, мужская неврастения, женская истерия соединились вместе, чтобы привести к половому вырождению, достигшему своего полного развития в таком учреждении, как «комиссары сладострастия» римских императоров. Задача их заключалась в том, чтобы изобретать новые виды сладострастия, причем в своих императорах они находили теоретическую и практическую поддержку, так как Ти-берий (42 до н.э. – 37 н.э., император с 14 н.э.), Калигула и Нерон, а впоследствии Гелиогабал, считаются изобретателями новых аппаратов для сладострастия и новых утонченных способов половых наслаждений.

Но очагом всех половых излишеств и извращений в древности, как и в настоящее время, была проституция, в частности бордель. Это можно доказать уже в V веке до н.э. Так, Аристофан говорит во «Всадниках», что мазохисты, действия которых он описывает очень ясно, могут находить неограниченное удовлетворение своей похоти в борделях. А в позднейшее время пом-пеянские стенные надписи дают многочисленные свидетельства того, что удовлетворения извращенных половых чувств прежде всего искали и находили в борделях. Известных в этом отношении проституток прямо рекомендовали друг другу, например, Фортунату. Таким образом, публичный дом и в древности был высшей школой рафинированного полового наслаждения и извращения.

В древности также существовал свой бордельный жаргон. Подобно тому, как в настоящее время можно услышать в борделе такие выражения, как «французские» или «флорентийские» половые сношения, под чем нужно разуметь известные половые извращения, у древних существовали понятия о лесбийской любви, о финикийской, карийской, ионийской, лаконической, критской любви, о сифнических половых сношениях и т. п.

Связь половых извращений с проституцией очевидна и из того, что различные виды их называли по именам гетер, которые больше всего их практиковали.

В то время считалось общепризнанным, что проститутки существуют главным образом для удовлетворения всех необычных похотей, как это открыто высказывает Демосфен, когда определяет сущность проститутки в том смысле, что она отдается за деньги всем для всякого рода половых наслаждений, сообразуясь с размером уплаченной суммы.

Что касается видов ненормальной половой деятельности, то можно сказать, что все известные в настоящее время формы половых извращений и половой психопатии существовали и пользовались большой известностью уже в древности. По крайней мере, так надо думать ввиду частого упоминания о них различных авторов. К тому же, мы ведь заимствовали у древних всю относящуюся сюда современную научную терминологию. Таковы, например, манипуляции куннилингус, фелляция и иррумация, которые так же хорошо были известны различным древним проституткам, как и в настоящее время.

Названные манипуляции составляют частичное проявление копролагнии и мазохизма, всеобщее распространение которых в борделях подчеркивает, как мы уже указывали, Аристофан («Всадники», «Мир»). О мазохизме упоминают также Ка-тулл, Сенека и Гален. Не подлежит сомнению, что бордели часто бывали ареной таких связанных с флагелляцией, садо-мазохистских сцен, как описывает, например, Петроний (? – 66 н.э.) в том месте, где Энколпий, с целью полового возбуждения, заставляет жрицу Приапа, Энотею, флагелли-ровать его жгучей крапивой и даже подвергает себя более изощренным, жестоким мучениям.

О типично садистских эксцессах Тиберия, Калигулы, Нерона, Гелиогабала и других сладострастных цезарей достаточно упомянуть мимоходом. Они коренятся, несомненно, в своей эпохе, когда подобные возбуждающие средства часто применялись при половых наслаждениях.

По-видимому, в древних борделях были известны и различные формы полового фетишизма. Как велики были иной раз успехи проституток, спекулировавших на фетишистских инстинктах мужчин, показывает история египетской проститутки Родопис. Красивый, изящный башмак ее так очаровал царя Псамметиха, что он женился на ней. Не случайно башмак считался символом Диониса.

Относительно существования в древности voelurs и их отношения к проституции мы также имеем несколько свидетельских показаний. Наиболее известно публичное выставление напоказ проститутки Теодоры во всевозможных развратных положениях и при половых актах.

Упоминаются и женщины-вуаеры, как Квартилла у Петрония, через дверную щель наблюдавшая половые сношения детей, и императрица Мессалина, которая в своем частном борделе присутствовала при сценах разврата.

Чрезвычайно велика связь гомосексуализма с проституцией. Мужская проституция играла в древности почти такую же роль, как женская, и мы рассмотрим ее в особой главе, здесь же остановимся только на лесбийской проституции, объем и значение которой были менее значительны.

Гомосексуализм женщин, безусловно, был знаком древним. Местами, в которых любовь между женщинами была особенно распространена, издавна считались Спарта и остров Лесбос. На Лесбосе всемирно знаменитой представительницей такой любви является поэтесса Сафо.

Как и теперь, трибады в древности организованы были в тайные клубы, причем эти женские союзы находили себе поддержку в известных религиозных культах, например, в культе в честь андрогинической богини Мизе и в честь Деметры. В Афинах образовался даже настоящий «демос женщин», который во время празднеств Деметры выступал против демоса мужчин. Женские религиозные союзы существовали и в других местах. Сюда относятся, между прочим, и музыкальные школы Лесбоса. Во время празднеств в честь Деметры, которые устраивались в Афинах, между женщинами бывали случаи гомосексуальных отношений.

В Риме также уже рано упоминаются трибады. Как велико было их число в Риме во времена империи, видно из общего замечания апостола о женщинах, которые превратили естественные отправления в неестественные, и из эпитета «triba-dum tribas», с которым Марциал обращается к Филенис, типичной «женщине-мужчине», которая подобрав платье, играет в мяч, размахивает гирями, вся испачкана грязью в школе для борцов и пьет за столом несколько кружек вина. Ее необузданная страсть к женщинам ярко описана Марциалом. Другая трибада с мужскими наклонностями – Басса.

Лукиан и Ювенал сообщают о распространении гомосексуальных наклонностей среди богатых и знатных женщин времен империи.

Главным образом, для этих знатных и способных платить три-бад и существовала лесбийская проституция. Сближение происходило либо во время купания, так как гетеры купались вместе с порядочными женщинами, либо трибады устраивали вечерние пиршества, на которые приглашали проституток, предпочтительно аулетрид и гитаристок, которых щедро награждали за услуги.

Характер гомосексуальных сношений между женщинами выражался либо в подражании гетеросексуальным половым сношениям, либо в мастурбации, ручной или языком.

Трибады пользовались при сношениях искусственными фаллосами, известными под названием olisbos. Их изобретение Суидас приписывает милезийским женщинам.

Шестой мимиамбус греческого поэта Геронда (III в. до н.э.), озаглавленный «Две приятельницы, или Доверчивая беседа», касается главным образом изготовления и использования искусственных фаллосов из кожи. Пользующиеся ими женщины образуют своего рода тайный союз, из которого исключены все, не принадлежащие к нему.

Различные изображения свидетельствуют о том, что эти искусственные фаллосы часто употреблялись в борделях и вообще проститутками: при мастурбации, если дело касалось трибад, или при известных зрелищах для клиентов, которые практикуются в борделях и в настоящее время.

Особую специальность времен империи представляло выполнение половых актов более чем двумя лицами – «цепями» и «группами».

В некоторых борделях и домах проституток были зеркальные комнаты. Сенека Младший упоминает о них и подробно рассказывает, как некий Гостий Квадра устраивал в таких комнатах оргии с проститутками и проституированными мальчиками.


МУЖСКАЯ ПРОСТИТУЦИЯ В ДРЕВНОСТИ

Во время, когда любовь к мальчикам выступала почти на равных правах с гетеросексуальной любовью и входила как интегрирующий элемент в общественную жизнь, мужская проституция должна была принять громадные размеры, равные или лишь в незначительной степени уступавшие проституции женской. Выше мы уже подробно рассмотрели значение античной любви к мальчикам и мужчинам, а также их первоначальную связь с религиозными культами. А потому здесь мы можем ограничиться только описанием мужской проституции у греков и римлян со всеми ее деталями. Термин «мужская проституция» мы разумеем здесь, конечно, в широком смысле слова, включая сюда не только собственно гомосексуальную, но и гетеросексуальную проституцию мужчин по отношению к женщинам, которая встречалась в древности довольно часто.

Главное место в нашем описании, естественно, займет гомосексуальная мужская проституция, которая, как сказано, выступала в таком же объеме и в таких же многочисленных и разнообразных формах, как и женская проституция. По своей дифференциации она, безусловно, является предшественницей и прообразом современной педерастической проституции.

И в этом случае также мы можем опереться на богатую гомосексуальную терминологию у греков и римлян. В словаре Ге-зихия имеется не меньше 74 выражений для педерастии и мужской проституции, которые дают интересные объяснения, касающиеся разнообразных гомосексуальных отношений и манипуляций.

Раннее существование в Греции мужской проституции легко доказывается давней традицией любви между мужчинами. Об этом говорится уже в законах Селевка. Этими законами мужчинам запрещается носить позолоченные кольца и одежды, наподобие милезийцев, уже тогда, очевидно, считавшихся изнеженными; исключение делается только для проституированных мужчин и прелюбодеев. Уже во времена Солона большое развитие мужской проституции и сводничества в Афинах потребовало специального законодательства, знакомством с которым мы обязаны Эсхину. Один из этих законов Солона он приводит дословно:

«Если отец, или брат, или дядя, или опекун, или вообще глава семьи отдаст кого-нибудь внаймы для разврата, то Солон не позволяет подать жалобу за разврат на мальчика, а на того, кто его отдал внаймы, и того, кто нанял его, он на обоих возложил равный штраф. А когда мальчик, отданный внаем для разврата, вырастет, он не обязан ни кормить своего отца, ни давать ему помещение; он только должен его похоронить после его смерти и исполнить остальные обряды».

Относительно взрослых афинян другой закон Солона определяет, что позволивший совершить над собой непотребство не может быть архонтом, занимать места жреца, выступать в качестве адвоката, а также навсегда лишается права занимать какую-нибудь государственную должность.

В Спарте, где педерастия также была старинным обычаем, проституция благодаря строгим законам не могла раньше развиться. Зато она уже в VI веке достигла обширных размеров в ионийских городах, например, в Самосе, потому что находилась здесь под влиянием восточной любви к мальчикам, существенно отличной от греческой. Вообще, иностранцы доставляли большой контингент лиц для мужской проституции. Поэтому персидские войны и Пелопонесская война сильно способствовали развитию этой последней.

Начиная с V века до н.э., наряду с общим распространением педерастии, всюду появляется также гомосексуальная мужская проституция, которая соответственно преобладанию физического элемента в любви к мужчинам в эллинскую эпоху и во время империи, постепенно достигает таких размеров, что не уступает по своему значению гетеросексуальной женской проституции.

Мужская проституция неизбежно должна была развиться с того момента, как исчез идеальный принцип собственно «любви к мальчикам», который привязывал мальчика к одному мужчине и облагораживал чувственный элемент педагогическими отношениями. Когда же индивидуальная связь между мужчиной и мальчиком исчезла и мальчик стал служить предметом сладострастия одновременно многим мужчинам, это дало основу для развития мужской проституции.

Вполне развитую мужскую проституцию Эсхин определяет как «добровольную отдачу себя многим за вознаграждение». Ксенофонт дает аналогичное определение.

Как обширна была такого рода проституция уже в V веке, видно из произведений Аристофана, который очень наглядно описывает приставание уличных проституированных мальчишек к мужчинам «с сладкими нашептываниями», чтобы вступить с ними в связь.

В эллинскую эпоху произошла перемена во взглядах на идеал мужской красоты, и они стали особенно благоприятны для развития известной категории мужской проституции – кине-дизма. В. Хельбиг так описывает всеобщую феминизацию мужчин:

«В Александровскую эпоху входит в моду брить лицо, и место бородатых греков занимает поколение с гладкими щеками, которое заботится о том, чтобы искусственно сохранить призрак юношеской нежности лица. Туалетное искусство, окрашивание волос в светлую краску, искусственное украшение волос, разрисовывание бровей, приготовление тонких косметических средств и мазей – все это культивируется с большой тщательностью. Не только женщины, но и мужчины стараются при помощи таких средств прийти на помощь природе… Таким образом, в массе греки того времени были изнеженны и женственны».

От римлян гомосексуальная мужская любовь, а вслед за ней и мужская проституция, проникла как светский обычай в но-возавоеванные провинции.

К концу империи мужская проституция получила особый оттенок благодаря введению восточного обычая – евнухов – который именно в это время играл достойную внимания роль в общественной жизни, несмотря на прежнее запрещение его Домицианом (51-96, император с 81) и Александром Севером. Наибольшего влияния он достиг, как известно, в восточной части Римской империи.

От этого краткого наброска о ходе развития античной мужской проституции мы перейдем к более детальному рассмотрению ее главных особенностей.







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх