Примечания

1

Так, например, Лев Гумилев в одной из своих работ довольно ядовито высказывался относительно принципов марксистской историографии: «…в древности были рабовладельцы и рабы. Рабовладельцы были плохие, но им жилось хорошо; рабы были хорошие, но им было плохо. А крестьянам жилось хуже. Все это, конечно, правильно, но вот беда… это не объясняет, например, почему одни армии одерживали победы, а другие терпели поражение, и отчего одни страны усиливались, а другие слабели. И, наконец, почему возникали могучие этносы и куда они пропадали…». (Гумилев Л. Н. «Этногенез и биосфера Земли». — Л.: Гидрометеоиздат, 1990. С. 14-15). Методологический эклектизм Гумилева не позволил ему удовлетворительным образом ответить на эти вопросы, но он шел в правильном направлении: по пути анализа этнической истории.


2

Этот давний конфликт можно пояснить реалиями сегодняшнего дня. Аналитики предсказывают, что к 2025 году развернется грандиозная битва за энергетические ресурсы между США, Китаем и другими геополитическими тяжеловесами: Европейским Союзом, Индией, Японией. Ни «социальные системы», ни «классовая борьба» здесь ни при чем — это межэтническая конкуренция на экономической основе.


3

Конкуренция как социальное явление не означает, что общество держится исключительно благодаря ей. Скорее, это центробежная социальная тенденция, которая становится разрушительной силой, если не уравновешивается прямо противоположной — центростремительной силой. Если конкуренцию индивидов и социальных групп не сдерживать путем юридических законов, моральных и культурных запретов, системой воспитания и другими средствами социальной консолидации, такое общество придет к саморазрушению и исчезнет с лица земли. То же самое верно и в отношении национальной конкуренции. Если разрушить систему международных юридических запретов, моральных и культурных преград на пути межэтнической конкуренции, — вся земля превратиться в битву народов, при помощи ножа и топора решающих свои экономические проблемы. Однако если перед фактами не следует преклоняться, то с ними следует считаться. Не стоит делать вид, будто межэтническая конкуренция — это выдумка расистов. За политическую наивность в таких вопросах приходится платить слишком большую цену — цену человеческой крови.


4

Самой важной законодательной мерой, препятствующей социальному расслоению гражданской общины, был запрет долгового рабства для единоплеменников. Препятствовали этому и различные литургии — денежные и натуральные повинности богатых граждан, часто весьма разорительные (устройство театральных представлений, праздников, строительство флота) — своего рода античный аналог прогрессивного налогообложения. Возможность вертикальной мобильности обеспечивала система общественного образования, доступного для всех свободных граждан, даже беднейших (явление уникальное в древнем мире), и состязательный принцип занятия должностей. Понятно, что античная демократия носила ограниченный характер: она касалась только свободных и полноправных граждан. Женщины, иноплеменники и рабы (как правило, тоже иноплеменники) стояли вне политической жизни гражданской общины.


5

Не видевшие дальше своего кармана финикийские олигархи отказались прислать деньги и военное подкрепление войску Ганнибала в Италии. В итоге Ганнибал вынужден был покинуть италийский полуостров. Моммзен в «Истории Рима» указывает, что именно уничтожение среднего класса олигархическим капиталом, т.е. резкая социальная поляризация, послужила причиной упадка всех основных цивилизаций античности: «…везде, где в рабовладельческом государстве вполне развивается господство капитала, оно одинаково опустошает прекрасный мир божий… Италия цицероновской эпохи, по существу, похожа на Элладу эпохи Полибия и ещё более на Карфаген эпохи Ганнибала, где совершенно таким же путем всемогущий капитал довел средний класс до уничтожения, а торговлю и земледелие поднял до крайних пределов процветания, и под конец привел к лицемерно прикрытому нравственному и политическому падению нации». (Моммзен Т. История Рима. Т. 3. — СПб.: Наука, 1995. С. 360-361).


6

Пример современного Китая или Ирана — наглядное тому доказательство. Иран, который представляет собой наиболее вероятную следующую жертву американской агрессии, вынужден принимать меры по укреплению национального консенсуса. Именно к этой цели устремлена политика нового президента Ирана М. Ахмади Нежада. Вот как описывает социальную политику нынешнего правительства Ирана известный публицист А. Казинцев: «Новый президент… почти на треть увеличил расходы бюджета, что позволило на 40% поднять заработную плату. Кроме того, зримо увеличились жилищные субсидии и помощь мелким предпринимателям из депрессивных регионов. Ещё больший размах приобрело ценовое регулирование, в частности, в сфере продовольственных товаров… в Иране и так поддерживают низкие цены на основные продукты питания — хлеб, сахар, чай, растительное и животное масло, сыр, мясо, молоко и рис, а цена на бензин не превышает 10 центов». (Казинцев А. Возвращение масс // Наш современник. 2007. № 6. С. 228). Все это, безусловно, социалистические меры и неудивительно, что Ахмади Нежада называют «консервативным социалистом». Неслучайно и то, что победа на президентских выборах исламского социалиста совпала с обострением внешнеполитических угроз для Ирана. Дальнейшая судьба этого государства будет во многом зависеть от того, сумеет ли новый президент добиться консолидации иранского общества.


7

О национально-нивелирующей тенденции глобального рынка одним из первых в конце 90-х годов заявил субкоманданте Маркос. Противоречие между интернациональным характером финансового капитала и национальной структурой человечества он считал одним из ведущих противоречий глобального мира. Он писал, что главным препятствием для глобализации являются национальные государства. Поэтому их разрушение — одна из приоритетных задач глобалистов. «Нужно уничтожить все, что делает государство «национальным» — язык, культуру, экономику, политическую структуру и социальную ткань. Национальные языки больше не нужны, необходимо их ликвидировать и утвердить новый язык». (Субкоманданте Маркос. Другая революция. — М.: Гилея, 2002. С. 147).







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх