Загрузка...


Многие из наших страхов – толщины папиросной бумаги. Просто сделай ша...

Многие из наших страхов – толщины папиросной бумаги.

Просто сделай шаг – и он пройден.

(- Брендан Френсис)

Вглубь чащобы страхов

Началась решающая стадия восхождения к духовной вершине – пробуждённому сердцу, – где явственно слышишь зов служения, высшее проявление просветлённых буден.

Как часто мы боимся? Большинство ответит: лишь в самых драматических моментах. Бультерьер без намордника выскочил, разинув пасть, на нас из-за угла, тормоза неожиданно взвизгнули на шоссе рядом, у вечернего подъезда нехорошо замерла группа людей подозрительной наружности, презентация – полон зал важных персон – и ты не негнущихся ногах едёшь к микрофону и т.п.

Но я берусь утверждать: неосознанный страх присутствует в человеке почти постоянно. Может, людская душа и бессмертно, но есть ведь ещё плоть и кровь – боязнь боли, ран, смерти и (если уж говорить о душе) растерянности, провала, стыда и отверженности.

Это, как кислота, разъесть фундамент любого начинания, так что данные врата, по логике вещей, должны были б стоять в начале пути. Но страх – столь страшащий противник, что понадобится сила всех предыдущих врат, дабы суметь взглянуть ему в глаза.

В Седьмых вратах мы учились принимать эмоции. Страх же – самая скрытная и разрушительная из них. Поэтому я и оставил его на потом. Точнее – ибо время пришло – на сейчас.

Во всём этом есть ещё одно немаловажное измерение: страх ведь не только наш враг, но и надёжный советник. Там, где недостаток внимательности чреват тяжёлой травмой, а то и смертью, – нет лучшего проводника. Хотя такие моменты в жизни (если только вы не каскадёр или, например, не автогонщик) достаточно редки. Так что главная битва со страхом – не вовне. Она вершится в глубинах психики, откуда он выглядывает в маске сомнений, робости. Застенчивости. То есть нежелания человека выражать и отстаивать себя. И даже попросту боязни быть собой! Но какую бы форму страх ни принимал, готовность взглянуть ему в лицо определит ход вашей судьбы. Ибо от того, друг ли он вам или враг, напрямую зависит, кто кому господин. [23]

Предыдущие главы больше говорили об осознании, понимании, создании нового взгляда. Здесь же основной метод – действовать. И упражнения этой главы специфичны: конкретные действия.

Решимость сделать первый шаг придаёт сил второму, открывая шанс осуществиться третьему. Так из малых решений творится сама ваша жизнь, вдохновляя тех, кто рядом.

Добро пожаловать в Восьмые врата, проводник и страж которых – Мирный воин.


Суть отваги

Мой друг Уолтер не справился с тестом на храбрость. Так, по крайней мере, он всецело полагал. Тест же состоял в следующем: влезть в страховочной системе на верхушку телеграфного столба и, пригнув оттуда на трапецию, что находилась в полутора метрах, ухватиться за неё и сделать полный оборот на вытянутых руках (как гимнаст на соревновании). Разбиться опасности не было – скалолазная верёвка, что шла от системы, была закреплена по всем правилам, – но духу, действительно, могло и не хватить.

– Ты что, – спросил я, – не смог вскарабкаться на самый верх?

– Почему не смог, – удивился Уолт, – влез, конечно.

– Ага, – догадался я, – побоялся встать во весь рост.

– Да нет, распрямился.

– Тогда что? Сорвался, недопрыгнул, пролетел мимо, не смог крутануться на трапеции?

– Нет, всё это мне удалось.

– Так отчего тогда, дружище, ты считаешь, что не сдал тест на храбрость?

– Ну как же, Дэн, я ведь боялся! Всё это время – боялся.

Уолт тест сдал – но упустил главное: он победил страх, думая, что побеждён им.

Невозможно справиться со страхом, пытаясь его заглушить. Сей враг рода человеческого – уникален. Не дай ему властвовать над тобой – и одолеешь, превратив в верного слугу. [24]

Никакой страх не в состоянии лишить вас сил. Но зато он легко способен убедить сдаться без борьбы – лишив веры в собственные силы.


Секрет каскадёра

Дар и я – друзья с детства. Мы познакомились в секции по прыжкам на батуте. И чего только ни вытворяли, дабы доказать друг другу свою храбрость. Например, забирались по приставной лестнице на рекламный щит, установленный на крыше нашей школы, и сигали вниз, на мягкий мат во дворе. Я-то, впрочем, долезал всего до пятой ступеньки, зато Дар всегда прыгал с самой верхотуры. Так что я не особо удивился, когда через десяток лет он стал одним из самых знаменитых каскадёров современности.

В кино его трюки стали, мягко говоря, несколько сложнее. Вот он в беге, не предельной скорости, разворачивается спиной, выбивает собой окно, пролетает шестнадцать этажей и – эффектный кульбит в завершение – приземляется на воздушный мат. Или: по кромке Большого Каньона высотой в полтора километра несётся в клубах пыли автомобиль. Резкий поворот руля – и машина ухает в бездну. За пару секунд надо успеть выбраться, прыгнуть и раскрыть парашют. Для полноты упомяну ещё картины о прыжке с верхушки небоскрёба Capitol Records в Лос-Анджелесе и падении с вертолёта в ста метрах от земли на воздушную подушку (с такой высоты она выглядит не больше почтовой марки). Как-то Дар поведал мне о своём правиле, которого неизменно держался: «Если дёргаешь парашютное кольцо, когда люди внизу выглядят как муравьи – всё в порядке, а если уже муравьи стали размером с людей – можешь не торопиться». Да, чувства юмора ему было не занимать.

Многие полагали, будто страх ему от природы неведом – то ли отвага врождённая, то ли просто «не все дома». Я, близко его знавший, скажу: ни то, ни другое.

Просто была у него одна чудодейственная мантра, дающая силы и безмерное мужество. Каждый раз, подходя к обрыву пропасти или заводя фургон, из которого предстояло выскочить за секунду до взрыва, он неизменно её повторял, всё быстрее и громче: Бо жека койже ятру содна ко… Бо жека койже ятру содна ко… Божекакойжеятрусоднако… БОЖЕКАКОЙЖЕЯТРУСОДНАКО… БОЖЕ, КАКОЙ ЖЕ Я ТРУС, ОДНАКО!

Да, одни из самых отважных сорвиголов современности был до смерти напуган, выполняя каждый свой трюк. Сердце рвалось из груди, дыхание перехватывало, крупная дрожь била тело, он весь взмокал – но делал задуманное: прыгал, рулил в пропасть, раскрывал парашют в ста метрах от земли. [25] Так, может, и нам – в куда менее опасной повседневности, – невзирая на страх, реализовывать свой потенциал?

Ральф Уолдо Эмерсон как-то изрёк: «Сделай то, чего боишься, – и страх умрёт». Мудрые слова. Но абсолютно неверные. Страх не умирает. А если на время и исчезает, то порой лишь затем, дабы вновь неожиданно встать на пути. Так что задача не в том, чтобы дождаться его смерти. А в том, чтобы взглянуть ему в лицо, пока он не умертвил наши души, когда мы ещё в расцвете телесных сил.


Анатомия тревог

Мореходные знания не помогают успокоить штормящее море – зато подсказывают, как направить паруса, задраить люки и покинуть эпицентр ненастья. И знание физиологии родов не гасит родовые потуги, зато очень помогает их перенести. Поэтому я предлагаю: давайте досконально изучим симптомы страха – то есть то, как физически себя, откровенно боясь, ощущаешь, – и это поможет с ним справиться.

При малой боязни – смутное беспокойство, тень озабоченности, лёгкая нервозность – симптомы почти неприметны: едва ощутимая перемена в дыхании, чуть нахмуренная бровь, нервное движение губ, слегка сжатые зубы. Но если близится явная угроза – кровь заполонят адреналин и глюкоза, приведя мышцы в боевую готовность, для борьбы или бегства от опасности. Во рту пересыхает, сердце учащённо бьётся, дыхание убыстряется, мельчает либо на мгновение затаивается.

Страх – как и боль – психологически некомфортен. Но должно ли ему быть иным? Оба явления призваны привлечь внимание к опасности происходящего.

И порой необходимо терпеть то, что больно, и делать то, что страшно.


Образы

Никто, на самом деле, не пугается петь и говорить на публике, сдавать сложные экзамены, менять работу. Даже прыгнуть с парашютом – и то не проблема, хоть бы кто и видел до того парашют лишь в кино. В действительности человек боится мысленных образов того плохого, чему есть вероятность случиться, – вылетит из головы его заготовленная речь, он «даст петуха», провалит экзамен, останется безработным, забудет (от свиста в ушах и устрашающе близящейся земли) дёрнуть кольцо. И даже, по сути, не этого всего он боится, а эмоциональных или физических следствий – смущения, стыда, боли, смерти – самого наихудшего из всего вообразимого.

Представьте себе роскошный океанский круиз. Представили? Что у вас получилось: весёлые банкеты, прогулки в портах экзотических стран, прекрасные закаты, спящая гладь Океана – или гибель «Титаника»? Поход на природу: красивейшие виды, костры с песнями в окружении друзей, мерцающее звёздами небо – или вездесущие муравьи, ночные дожди, заливающие палатку, и сбежавшие из тюрьмы уголовники, засевшие в кустах неподалёку? Ожидания, во многом, формируют наш жизненный опыт – так что полные страха ожидания задают полную страха жизнь.

Именно поэтому один из ключевых моментов при встрече с ним – мысленная визуализация положительного хода событий, а не безумно-невменяемое зацикливание на образах, наиболее пугающих.


Когда внимать

Меня часто спрашивают на семинарах, как определить, когда надо слушать, что говорит тебе страх, а когда действовать вопреки его «настоятельным рекомендациям».

Вот моё правило: если опасность физического рода – пусть ведёт страх. Он пробудит внимание, придаст готовности, а может, даже заставит отказаться от неоправданного риска. Но если страх психологический – смущение, застенчивость, стыд, боязнь отказа, – самое время шагнуть сквозь него.

Физические страхи явны, очевидны, объективны. При риске серьёзной травмы или (возьмём крайний случай) летального исхода они дают шанс предпринять все необходимые меры безопасности.

Страхи же психологические крайне субъективны. Забудешь текст заготовленной речи, стоя у микрофона, или сфальшивишь мелодию на людном выступлении – по себе знаю, ощущение такое, будто грянул конец света! Но если отвлечься в этот момент от собственных эмоций и оглядеться вокруг, то выяснится: нет, потемнело лишь у тебя в глазах, мир же по-прежнему цел и невредим. Да и ты сам, судя по состоянию тела, тоже. Что же в таком случае произошло? И отчего так страшно?

Если заглянуть в поисках ответа в глубины человеческой психики, то обнаружится: боишься, как правило, не самого провала, а того, с чем он ассоциируется. Это сфера психологического выживания, врождённая боязнь отказа, отверженности, изгнания, обнаружения собственной никчёмности и заурядности в глазах окружающих. Что ж, давайте исследуем и это.


Исследование

Настоящий воин никогда не забывает: врага нужно знать, иначе его не одолеть. Итак, познаем же страх в самой его сути.

· Скажите, рисковый ли вы человек?

· Или застенчивый, робкий, в вечных сомнениях?

· Как вы действуете при наличии неявных, повседневных опасений? Или таковых у вас нет?

· Вспомните о случае, когда вы позволили страху помешать вам осуществить задуманное.

· Вспомните, когда всё же совершили, что хотели, несмотря на боязнь.

· Есть ли у вас фобии?

· Назовите пять самых сильных своих страхов (для примера: провал, стыд, смущение, отверженность, неадекватность, выступления на публике, боль, высота, насекомые, животные, замкнутое пространство, присутствие посторонних людей…)

· Допустим, сделай вы то, чего больше всего боитесь, – и будет спасена жизнь ребёнка. Ваш выбор?

· Представьте, что вы одолели все свои страхи. Как измениться ваша жизнь?

Чем глубже понимание, тем больше личная сила. Осознание, проникая в страх, растворяет его сердцевину.


Верный тюремщик

Каков бы ни был источник страха – физический или психологический, – убегая от него, [26] вы ограничиваете свою жизнь. То есть:

· Ограждаете ход своей судьбы глухими стенами, дабы держать страхи от себя на расстоянии. А в итоге получается? Окружающий мир, полный звуков, красок, чувств; далее идут плотно обсевшие вас страхи; затем – возведённый бастион защиты; а внутри – вы, как в каменном мешке.

· Не хотите пробовать что-либо новое, дабы, не дай бог, не попасть впросак, выказав свою некомпетентность и глупо выглядя. Многие даже «притормаживают» специально, не выкладываются полностью – для будущего оправдания. Мол, «Ёсли бы я по-настоящему взялся – всё бы получилось».

· Сторонитесь любой ситуации, чреватой спонтанным развитием – в страхе потерять контроль над ней (а значит, к слову, и над собой).

· Удерживаете себя от достижения успеха из боязни, что он не принесёт желанного удовлетворения. Или из идиотских (другого слова нет) опасений, что после не найдёте, чем себя занять.

· Избегаете выражать свои подлинные эмоции в опасении, что они, подобно бумерангу, к вам вернутся.

· Навешиваете на свою психику ярлык (объяснение, отговорку, извинение – называйте как хотите): «Я не могу этого сделать. Ибо у меня фобия».


Фобия и другие отговорки

Фобия – заумное психологическое словцо, обозначающее большой-пребольшой страх. Маленькие опасения рождают едва заметную реакцию души, большие – отклик, полный драматизма. Когда безотчётная реакция на езду в лифте, открытые или закрытые пространства, котов, собак, змей, больших высот или подземелий становится чересчур неприятной, человек с лёгкостью начинает именовать это своей фобией, получая оправдание обходить указанное затруднение десятой дорогой.







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх