• ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРА В ПОЗИЦИОННОЙ ВОЙНЕ
  • РАЗВЕДКА ЦЕЛИ
  • ПОСТАНОВКА ЗАДАЧ СНАЙПЕРАМ
  • ВЫБОР И ОБУСТРОЙСТВО СНАЙПЕРСКИХ ПОЗИЦИЙ
  • ДНЕВНОЕ ВЫДВИЖЕНИЕ НА ПОЗИЦИЮ
  • БОРЬБА СНАЙПЕРА С АРТИЛЛЕРИЙСКИМИ КОРРЕКТИРОВЩИКАМИ ПРОТИВНИКА
  • ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРОВ ВО ВРЕМЯ АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ ПОДГОТОВКИ И АТАКИ ПРОТИВНИКА
  • СРЫВ АТАКИ ПРОТИВНИКА СНАЙПЕРСКИМ ОГНЕМ
  • ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРОВ ПРИ ПРОРЫВЕ ПРОТИВНИКОМ ОБОРОНЫ
  • ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРА В СОСТАВЕ МАЛОЙ ГРУППЫ (РАЗВЕДКА, ЗАСАДА, ПРЕСЛЕДОВАНИЕ, ПОИСК, БЛОКИРОВАНИЕ, ЗАСЛОН, БОЕВОЕ ОХРАНЕНИЕ, ГОЛОВНАЯ ПОХОДНАЯ ЗАСТАВА)
  • ПРИМАНКА ДЛЯ СНАЙПЕРСКИХ ЦЕЛЕЙ
  • ДОЗНАНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ СНАЙПЕРСКОГО ПРОЯВЛЕНИЯ. ОПРОС СВИДЕТЕЛЕЙ ПРОИСШЕДШЕГО
  • РЕАКЦИЯ ПРОТИВНИКА НА ОГОНЬ СНАЙПЕРА
  • ПРИЗНАК ПОЯВЛЕНИЯ КОНТРСНАЙПЕРСКОЙ ГРУППЫ НА СТОРОНЕ ПРОТИВНИКА
  • ОБНАРУЖЕНИЕ ВРАЖЕСКОГО СНАЙПЕРА
  • ПРИМАНКИ ДЛЯ ВРАЖЕСКОГО СНАЙПЕРА
  • ПРИМАНКА НА ОТБЛЕСК ОПТИЧЕСКОГО ПРИБОРА
  • СНАЙПЕР ПРОТИВ СНАЙПЕРА
  • СНАЙПЕРСКАЯ ТАКТИКА В ГОРОДЕ
  • РАБОТА СНАЙПЕРА В НАСТУПАТЕЛЬНЫХ УЛИЧНЫХ БОЯХ
  • СТРЕЛЬБА В ПРОТИВОГАЗЕ
  • РАБОТА СНАЙПЕРОВ В КОНТРТЕРРОРИСТИЧЕСКИХ ОПЕРАЦИЯХ
  • СНАЙПЕРЫ ПРОТИВ БОЯ В ТОЛПЕ (ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ СОБЫТИЯ)
  • СЕКЬЮРИТИ ПРОТИВ СНАЙПЕРА (ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ СОБЫТИЯ)
  • НЕПОСРЕДСТВЕННАЯ ПОДГОТОВКА СНАЙПЕРОВ В ПОДРАЗДЕЛЕНИЯХ
  • ПОСЛЕСЛОВИЕ К ТЕМЕ
  • РАЗДЕЛ 7. ОСНОВЫ СНАЙПЕРСКОЙ ТАКТИКИ

    ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРА В ПОЗИЦИОННОЙ ВОЙНЕ

    Рано или поздно военные действия принимают позиционный характер. Противоборствующие стороны стоят фронтом друг против друга и не предпринимают наступательных действий. Это не значит, что война приостановилась. Даже в таком малоподвижном окопавшемся состоянии на передовой идет напряженная работа солдат и офицеров. Солдаты закрепляются, роют окопы и блиндажи, чтобы было где укрыться от пуль и осколков. Во все времена лучшей защитой на войне была, есть и будет земля-матушка. Офицеры, начиная от командира взвода и выше, с первых же минут заняты установлением местонахождения противника, определением основных прицелочных ориентиров и дистанций до них, о чем командир взвода сразу ставит в известность командиров отделений, а те - дежурных пулеметчиков. Сразу выставляется наблюдатель, который в перископ (схема 103), буссоль (схема 104) или стереотрубу (ни в коем случае не в бинокль - убьют почти сразу) ведет постоянное наблюдение за нейтральной полосой, передним краем противника и насколько можно в глубину его обороны, подмечая все, что там происходит: появление отдельных солдат в одном и том же месте, вспышки выстрелов, звуки движения техники, появление огней, наличие антенн, шанцевых работ и т. д. Задача наблюдателя - выявить огневые точки противника, командные пункты, узлы связи, наличие артустановок и степень их оснащенности боеприпасами, наличие минных постановок - по всем этим данным непосредственный командир взвода должен составить картину переднего края противника и представлять себе, что он будет делать в случае наступления или чего ему следует ждать в случае обороны. Приказ о наступлении может последовать в любой момент, и, не зная обстановки, командир взвода, роты, батальона вынужден будет гнать людей на пулеметы и минные поля.

    Схема 103. Ручной перископ применяется для наблюдения из-за укрытия Стрелками показан ход лучей в перископе

    Схема 104. Буссоль 1 - ориентир-буссоль, 2 - привод механизма вертикальной наводки; 3 - окуляр; 4 - оптический визир, 5 - зеркальный перископ, 6 - привод механизма горизонтальной наводки; 7 - шкала; 8 - ориентирующий червяк, 9 - шаровая пята

    С обеих сторон фронта выставляются дальномерные посты, задача которых скрупулезно составить карту своей зоны ответственности с точным указанием дистанций стрельбы уже не просто до ориентиров, а до отдельных огневых точек противника Беспрестанно работает артиллерийская разведка, сообщающая своим батареям точные координаты целей как на позициях противника, так и в глубине его обороны. По нейтральной полосе бесконечно ползают саперы, занятые минными противопехотными и противотанковыми постановками. Разведгруппы беспрестанно и в самое непредсказуемое время лазают через нейтральную полосу в попытках взять языка Вся эта работа и очень многое другое начинается сразу после команды остановиться и закрепляться на рубеже. Короче, нейтральная полоса с самого начала позиционного противостояния начинает жить своеобразной напряженной жизнью. С обеих противоборствующих сторон, используя это временное затишье, стараются закрепиться, перегруппироваться, подтянуть резервы и получше разведать то, что делается на переднем крае у противника И тот, кто сделает это лучше и быстрее, понесет наименьшие потери.

    Основная тактическая задача снайпера, за выполнение которой ему будет бесконечно благодарно непосредственное начальство, - сорвать все эти мероприятия, проводимые противником.

    Снайпер прежде всего должен не столько увеличивать личный счет (хотя это тоже показатель его работы), а сделать все, чтобы ослепить противника и оставить его без исходных данных для наступления. Снайпер обязан убить наблюдателя, дальномерщика, артиллерийского корректировщика, дежурного пулеметчика и, разумеется, офицера, наблюдающего за местностью в бинокль Снайпер должен разбить пулей оптические приборы наблюдения - перископы и стереотрубы противника. Снайпер должен выявить и уничтожить наблюдательные посты, а также посты артиллерийской разведки, связистов, саперов и тактические разведгруппы противника, которые самостоятельно ведут постоянное наблюдение за передним краем - не разведав обстановку днем, они не в состоянии будут пересечь нейтральную полосу ночью. В конце концов снайпер должен создать обстановку снайперского террора, наведя панический страх на нижних чинов противника. Все, что движется и появляется на стороне противника, должно быть уничтожено снайперским огнем Противника нужно отучить ходить в полный рост - надо заставить его ползать на животе по канавам и ложбинам. Противника нужно приучить к мысли, что опасно даже на миг высунуться из траншеи. Противнику нужно испортить настроение, с утра "завалив" неосторожно подставившегося полусонного часового. Такие вещи надо делать ежедневно, с конкретным результатом - жестокая непреклонность деморализует противника. Такую боевую работу может сделать только снайпер - длинный нож в сердце противника. Только снайпер в состоянии быстро "подловить" все эти внезапно появляющиеся и тут же исчезающие цели.

    И при всем этом нужно остаться невидимым - неуязвимость снайпера должна быть почти мистической, ибо это очень давит на психику неприятеля.

    РАЗВЕДКА ЦЕЛИ

    Основным методом разведки целей для снайперов является постоянное скрытое наблюдение. Ведет его обычно дежурный снайпер. При этом выбирается позиция на высотке, можно на дереве или на какой-либо вышке, но обязательно тщательно замаскированным образом, ибо противник всегда ищет снайперов, наблюдателей и корректировщиков именно в таких местах. Ценность удачно обустроенного наблюдательного пункта необычайно велика, настолько велика, что вести снайперский огонь с наблюдательных пунктов во избежание их расшифровки категорически запрещается. Общая масса разведданных, полученных при удачном наблюдении, намного ценнее, чем удачный снайперский выстрел. Дежурный снайпер, находясь в безопасном от случайных пуль и осколков месте, наблюдает только в перископ или в артиллерийскую буссоль, которые тоже должны быть замаскированы и не давать световых отблесков от стекол. Что можно заметить наблюдением на сопредельной стороне и нейтральной полосе? Сначала ничего. Надо ждать развития событий. Рано или поздно блеснут стекла бинокля и проявится силуэт головы офицера (или полевого командира), наблюдающего с той стороны в глубине обороны противника. Стало быть, наблюдающий нашел удобное для наблюдения место и появится там неоднократно. Возникнут "змеиные головы" перископов и буссолей вражеских наблюдателей. Или появятся "рога" стереотрубы. Все это будет поворачиваться и давать отблески от стекол. Посмотрите на свой замаскированный "лохматым" чехлом оптический прибор и постарайтесь обнаружить такой же на сопредельной стороне. Так выявляются наблюдательные пункты противника. Вот выбрасывается земля из окопа ближе к нам от линии траншей противника - это готовится позиция гранатометчика или дежурного пулеметчика. За передним краем противника видны антенны - это уже интересно: где антенны, там пункт или узел связи, следовательно, рядом должен быть командный пункт. В траншеях противника появилась каска (фуражка, пилотка, голова в косынке и т. д.) один раз, исчезла, появилась снова - это приманка для снайпера. Почему? Потому что каска не повернулась в изгибе траншеи, когда пошла по горизонту, стало быть ее неумело несут на палке, а голову в фуражке или пилотке без каски никто противнику даже в первые часы позиционного противостояния выставлять не будет. В одном и том же месте можно заметить клубы сизого или черного дыма - это работают на форсаже двигатели бронетехники. Внимательным визуальным наблюдением можно обнаружить очень много интересного и полезного. По огням костров и дыму от них можно определить местонахождение кухонь и пунктов питания. Офицеры и полевые командиры противника могут быть и без знаков различия, но признаком штабов, офицерских площадок и ячеек управления в глубине обороны неприятеля может послужить постоянный приход-отход людей, появление военнослужащих с офицерскими сумками, приборами наблюдения, с властной жестикуляцией, проводная связь и прочее. В практике известен случай, когда командный блиндаж противника выдало постоянное появление в одном и том же месте кота, которого прикормили немецкие офицеры.

    При наблюдении в перископ и при обнаружении цели надо заметить ориентир (подбитая бронетехника, развалины, дерево - любой неподвижный и заметный предмет), возле которого появилась цель, сразу же определить расстояние до этого ориентира и сделать соответствующую запись в журнале наблюдения с указанием времени обнаружения цели.

    Сектор наблюдения разбивается на зоны или полосы по принципу отдаленности от своего переднего края. Обычно ширина этих полос составляет 200 метров. Последовательность просматривания местности проводится "челночным" образом (схема 105), начиная "от себя".

    Схема 105. Челночная последовательность наблюдения

    Наблюдение и визуальная разведка целей проводятся днем и ночью. Пока один снайпер наблюдает, другой прослушивает все звуки, которые может уловить. Прослушивается не только "атмосфера", обязательно прослушивается земля. Каким образом? Воткните в землю обычную солдатскую малую лопатку и приложите ухо к черенку. Сначала тоже ничего не услышите. А потом, по мере концентрации внимания, вы, к удивлению для себя, услышите невероятно много. Земля очень хорошо проводит звуки. Можно услышать гул моторов и лязг гусениц - это движется бронетехника. Можно услышать глухие удары тяжелым о землю - это что-то тяжелое сгружают с автомашин. Можно услышать работу шанцевого инструмента при подготовке позиций, шаги солдат, идущих строем. Втыкая лопату ориентацией плоскости штыка по разным направлениям и под разными углами, можно довольно точно определить направление звуков. Все звуки, пойманные под землей, сравниваются со звуками, уловленными в атмосфере. Для лучшего "звукоулавливания" это предпочтительнее делать поближе к противнику на нейтральной полосе, разумеется, скрытно и замаскированно. Имеются и другие способы "земляного" прослушивания, подсобно изложенные в специальной литературе.

    По всем результатам визуального наблюдения и аудио-прослушивания производится тщательное сравнение с данными, которые добыли разведчики и наблюдатели. По возможности все это сравнивается и взаимно дополняется данными артиллерийских разведчиков, которые проводят такие мероприятия самостоятельно и очень качественно. Обнаруженные цели наносятся на карту. Полученные разведданные в последовательности поступления записываются в специальный журнал.

    Наблюдение за нейтральной полосой, передним краем противника и его тыловым пространством проводится постоянно. В наблюдении, кроме штатного наблюдателя, участвуют разведчики, артиллерийские корректировщики, непосредственный командир и, разумеется, снайперы. Каждый из них имеет свои задачи, но наблюдают они обстановку с разных позиций, видят ее в неодинаковых ракурсах и поэтому для общей пользы всегда делятся друг с другом результатами наблюдений.

    Снайпер должен обязательно изучить карту района своей ответственности. Она дает ему полную картину рельефной обстановки. Допустим, за какой-то высоткой снайперу местность не видна, а на карте там будут точно обозначены овражки, впадины, лощины, скаты и прочие неровности.

    Наблюдением выявляются слабые места обороны противника. Иногда наблюдением и прослушиванием обнаруживаются интересные и неожиданные вещи, а именно: отсутствие какого бы то ни было наблюдения со стороны противника (бывало и такое), расхлябанность его бойцов, небрежное и небдительное несением службы, отсутствие шанцевых работ, появление на передовой противника гражданских и явно посторонних лиц (им нечего там делать). Все это указывает на слабую и непрофессиональную организацию работы противника в обороне. Обнаружение смены личного состава противника на позициях - это большой подарок для своего командира. Во всех вышеперечисленных случаях командир принимает самостоятельное решение о немедленной атаке - грех не воспользоваться образовавшейся слабиной. Именно в такие моменты атака своих будет неожиданной, необычайно эффективной и с минимальными потерями.

    Переоценить результаты тщательного и постоянного наблюдения невозможно. Снайпер, наблюдатель и разведчики, вынужденные постоянно наблюдать по специфике своей боевой работы, - это глаза и уши командира.

    Поэтому наряду с основной истребительной деятельностью снайпера ему всегда ставятся задачи по наблюдению. В позиционно-оборонительных боевых действиях сопутствующая работа снайперов как наблюдателей играет очень важную роль. Снайперу ставятся отдельные и конкретные задания по наблюдению в зоне его ответственности. Независимо от того, где располагается позиция снайпера - на переднем крае своих или на ничейной полосе, - снайпер обязан изучать местность и выявлять огневые средства противника. В любом случае снайпер ведет журнал наблюдения в произвольной форме, в котором записывает координаты и время обнаружения того или иного объекта, события, появления в тех или иных местах солдат и офицеров противника, выполнения шанцевых и других оборонительных работ и прочее. Мелочей в наблюдении не бывает. Из записей снайперов, разведчиков и наблюдателей офицер составляет общую картину боевой обстановки.

    Противник всегда стремится атаковать внезапно. Снайпер как наиболее тренированный наблюдатель обязан вовремя обнаружить признаки подготовки противника к атаке и сделать все возможное для срыва или ослабления ее снайперским огнем (см. далее).

    Особенно внимательно снайперы должны наблюдать за обстановкой возле минных заграждений - своих и противника, ибо перед выдвижением в атаку саперы противника всегда постараются проделать проходы в этих заграждениях.

    ПОСТАНОВКА ЗАДАЧ СНАЙПЕРАМ

    Снайперам ставятся задачи в соответствии с их возможностями воздействия на противника.

    С началом атаки противника снайперы уничтожают огнем живую силу, и в первую очередь офицеров, и опасные для своих огневые средства, прикрывающие и обеспечивающие огнем продвижения противника.

    Дистанция действительной стрельбы снайперской винтовки у стрелка с хорошей подготовкой практически не превышает 800 метров. Поэтому снайперам для эффективной работы при широкой нейтральной полосе - более 400 метров - приходится ночью скрытно выдвигаться и занимать позиции на нейтральной полосе. Перед ними всегда стоят одни и те же задачи:

    - уничтожение быстро появляющихся и исчезающих целей, которые не наблюдаются и недосягаемы для поражения со своего переднего края;

    - уничтожение офицерского состава противника;

    - срыв организации работы переднего края противника;

    - снайперский террор и деморализация неприятеля;

    - наблюдение за событиями на стороне противника, изучение расположения его огневых средств, наблюдательных, корректировочных и командных пунктов и других важных в тактическом отношении объектов.

    При постановке задач снайперам обязательно указываются: ориентиры, полоса наблюдения, рубежи предполагаемого сосредоточения противника, опасные в тактическом отношении участки местности, на которые обращается особое внимание при наблюдении. Снайпера, выдвинувшегося за передний край своих для наблюдения на нейтральной полосе, обеспечивают необходимыми средствами связи для своевременной передачи информации.

    Для того чтобы действовать эффективно, снайпер должен действовать сознательно, а для этого он должен уяснить себе тактическую задачу своего подразделения.

    При получении задачи снайпер согласовывает с командиром расположение своих основной, запасных и ложных позиций, потому что командир обязан знать, где этот снайпер (или группа снайперов) будет работать па нейтральной полосе и где его искать. Ибо в стремлении приблизиться к противнику на верный выстрел и в поисках наиболее выгодных углов обстрела, позволяющих "достать" цель в самых неожиданных местах глубины обороны противника, снайперы подчас занимают позиции очень близко от его переднего края - в 300-250 метрах, а иногда и ближе. И поэтому во время работы снайпера за ним должны непрерывно следить со стороны первой линии траншей его переднего края и знать, где он находится. Почему? Потому что, когда он после стрельбы будет обнаружен противником и на его ликвидацию бросят автоматчиков, только огневая поддержка со стороны своих поможет снайперу оторваться от неприятеля, добежать или доползти до безопасного места. В старые времена для этого специально выделяли станковый пулемет. Сейчас о возможностях станковых пулеметов забыли вообще, хотя наставлениями их применение еще предусмотрено. Станковый пулемет - очень сильное огневое средство. Его устойчивость позволяет весьма легко и эффективно поражать множественные незамаскированные цели на расстояниях до полутора километров. Для знающего человека сложного в этом ничего нет. Еще не так давно пулеметчики запросто могли поражать цели "через головы своих" и на обратных скатах высот. Поэтому обусловливаются скрытые пути отхода с позиции к своим в случае осложнения обстановки и порядок огневого прикрытия со стороны своих при отходе снайперов, время, когда позиции будут готовы, порядок взаимодействия с соседями (такими же снайперами) других подразделений. Снайпер должен знать систему огня своего подразделения и знать направления и пути отхода боевого охранения своих в случае прикрытия его снайперским огнем при отступлении.

    Несмотря на то, что целей выявляется довольно много, стрелять по ним сразу желательно не всегда. Чем больше противника выявлено сейчас, тем хуже для него потом. Василий Зайцев это называл "жизнь в рассрочку". В решающий момент будет убит наблюдатель, офицер, дежурный пулеметчик, разбиты наблюдательные приборы, застрелены в изгибах траншей бойцы противника. Наступит снайперский террор. Все боятся высунуться из окопов. На какой-то промежуток времени организованные действия противника будут парализованы. Снайпер дезорганизовал работу переднего края противника и в ответственный момент помог своим в большей степени, чем просто увеличил свой личный счет. Снайпер улучшил тактическое положение своих. Противник в необходимый по течению событий момент будет обезглавлен, ослеплен, дезорганизован и нанесет гораздо меньше ущерба.

    В позиционной войне лучше всего такие вещи получаются у снайпера. И это всегда было, есть и будет его основной задачей.

    Снайперский промысел не всегда производится с нейтральной полосы или переднего рубежа своих. В обороне нет глухих, закрытых мест. На стыке между частями противника можно выдвинуться вместе с разведчиками во фланг противнику и занять очень выгодную позицию. Такие выдвижения во фланг производятся ночью, скрытно и бесшумно. При этом используются складки местности, туман, резкие температурные перепады. Например, при резком осеннем понижении температуры разведгруппы неоднократно пробирались в тыл противника по внезапно замерзающим болотам, ручьям и т. д. - таким местам, которые противник считал непроходимыми и где не выставлял наблюдение и не осуществлял минных противопехотных постановок.

    В таких случаях очень легко выявляются артиллерийские позиции, офицерские площадки, штабы и прочие места сосредоточения живой силы противника. Сбоку противник открыт и уязвим. В любом варианте снайперской разведки очень полезно выяснить распорядок дня переднего края и тылового обеспечения противника. Это позволяет установить моменты, когда противник расслаблен и отвлечен, например для приема пищи.

    По необходимости обстоятельств снайпер (группа снайперов) может открыть огонь на уничтожение или вернуться к своим с разведданными. Но чаще всего группа снайперов и разведчиков огнем пулеметов и снайперских винтовок в нужный момент (а иногда и просто так) пускают кровь живой силе противника. Фланговый огонь группы снайперов в "торец" позиций противника будет не просто результативным - он будет губительным и вызовет панику в траншеях противника. Обязательная цель при этом - офицеры и дежурные пулеметчики (огонь пулеметов может оказаться роковым для снайперов) Все остальные на средних и близких дистанциях не смогут оказать снайперам организованного сопротивления. Наблюдатели уничтожаются в последнюю очередь - если их позиции разведаны, они никуда не денутся.

    В таких случаях сигналом к открытию коллективного огня служит первый выстрел старшего группы. После работы осуществляется скрытый отход без команды, самостоятельно по лощинам, старым траншеям, складкам местности. Разведснайперская группа структурно делится на тройки с назначением старшего, чтобы никто не отстал и не потерялся.

    ВЫБОР И ОБУСТРОЙСТВО СНАЙПЕРСКИХ ПОЗИЦИЙ

    После того как днем произведена визуальная разведка целей, ночью снайпер вылезает за передний край на нейтральную полосу и оборудует позиции для стрельбы. Место для позиции определяется наличием целей и выбирается так, чтобы разведанные цели можно было достать выстрелом. Позицию желательно выбрать в таком месте, чтобы солнце светило в глаза противника и слепило его, одновременно вызывая демаскирующие отблески его оптических приборов. Позиция должна быть в тени, а если она расположена на солнце, то не должна давать тень, внезапно возникающую при перемещении солнца и демаскирующую позицию. Надо учитывать и направление ветра: желательно, чтобы он дул в сторону противника и нес ему в глаза дым, пыль и песок. Позицию желательно занимать с фланга (сбоку) от противника - так лучше открываются изгибы траншей, ходов сообщения, противник за отдельными укрытиями, и сам снайпер при ведении такого "косого" флангового огня может быть капитально укрыт от огня фронтального и менее заметен с фронтальных позиций противника. Разумеется, очень желательно занять позицию повыше - на высотке, на крыше, на чердаке, на дереве и т. д. - так легче "достать" противника пулей.

    Но про все эти перспективные для снайпера места знает и противник, потому что в таких же привлекательных местах будут стремиться установить свои позиции и его снайперы. Поэтому снайперские позиции выбираются вблизи вышеуказанных очень выгодных мест. Причем позиции устанавливаются подальше от какого-либо привлекающего внимание объекта. Психологический принцип выбора позиции: она обустраивается в таком месте, что на нее не хочется смотреть, например, в куче мусора или среди нагромождения однообразных неинтересных предметов. Позиция занимается в самых неожиданных местах и тщательно маскируется под фон и рельеф местности. К выбору позиции надо относиться творчески, используя все сопутствующие обстоятельства и учитывая факторы, которые сработают против вас. С любой занятой вами позиции продумывайте и подготавливайте пути отхода. Долго работать с одной и той же позиции вам не дадут. Как только противник поймет, что против него работает снайпер, по вашей расшифрованной позиции не будут жалеть артиллерийских боеприпасов, а если это не поможет, на ваше уничтожение погонят взвод автоматчиков. И если при этом взвод поляжет, но снайпера уничтожит, задача будет считаться выполненной.

    Поэтому наряду с основной позицией снайпер оборудует запасные позиции, на которые перемещается в случае опасности. Но это еще не все. Внимание противника надо рассеять, надо ввести его в заблуждение, поэтому наряду с позициями основными и запасными снайпер оборудует позиции ложные, лишь слегка замаскированные, на которых часто располагает чучела-приманки или примитивные манекены. К тому же снайперы определяют позиции подскока, на которые выдвигаются для одного-единственного выстрела и сразу же покидают их (фото 186).

    Фото 186 Незамаскированная, но углубленная открытая позиция подскока

    Сзади или сбоку от позиции, какой бы она ни была - основная, запасная, позиция подскока и даже ложная (иногда приходится стрелять и с них), - обязательно должны быть (каким угодно образом) пути отхода с позиции - лощины, рвы, овражки, старые траншеи и прочие складки местности. Это делается для того, чтобы иметь возможность скрытно и быстро исчезнуть с позиции в случае минометного или артиллерийского обстрела, а также в случае попытки силового захвата штурмовой группой противника. Пути отхода снайпера к своим при атаке противника должны быть определены заранее - без этого снайпер практически обречен.

    Нормальный и здравомыслящий снайпер основную позицию, на которой, как правило, приходится сидеть несколько часов (а иногда и суток) и скрытно выслеживать противника, всегда постарается сделать закрытой. Открытая позиция - это та, которая занята в удобном для стрельбы месте с ходу и которую не надо подготавливать - снайпер занял какую-нибудь расщелину, прижался к скату, залег в траве, засел за пеньком или кустиком, прикрылся ветками или камуфляжем. С такой позиции выстрелил пару раз, не больше, дал задний ход в лощинку и был таков.

    Если это позиция подскока, на которую снайпер быстро выдвинулся с основной позиции при уже разведанной и появившейся цели, быстро выстрелил и мгновенно "смылся" назад, по принципу "укусил и скрылся", то такие действия, безопасные для снайпера и приносящие результат, тактически очень грамотны. Но если цель упорно не желает появляться (дураков нет - никто не хочет умирать), а снайпер ожидает ее появления на открытом и ровном месте, то даже в замаскированном состоянии это сделать очень непросто.

    Прежде всего, нельзя пошевелиться. Со стороны противника тоже ведется наблюдение за нейтральной полосой и объектами на сопредельной (на вашей) стороне, и наблюдение это производится весьма тщательно. Малейшее шевеление запросто может стоить вам жизни. От длительного неподвижного лежания (сидения, стояния подчас в самых неестественных позах) немеют руки и ноги, и в конце концов не удивляйтесь, если палец не сможет согнуться на спуске. Хочется есть. Хочется пить. И хуже всего, если захочется по нужде. Захочется, как всегда, по закону подлости, в самый неподходящий момент. Поэтому никто и никогда не посмеет издеваться над снайпером, днем караулившим цель под носом у противника на дистанции слышимости разговорной речи и ночью приползшего к своим с полными штанами. Летом невероятно донимают комары и прочие насекомые. Долго лежать на земле проблематично даже летом. А теперь представьте, что это надо делать поздней осенью, под проливным дождем, по уши в грязи. А зимой при морозе? Просто так лежать сутками в снегу не желали ни финские "кукушки", ни сибирские стрелки.

    По всем этим причинам снайпер основную позицию, с которой он выслеживает цель, делает закрытой и безопасной. Снайпер зарывается в землю. По обстановке он или использует готовое углубление в складках местности, или выкапывает мини-блиндаж, насколько сможет поглубже. Сверху блиндаж (окоп, щель, ячейка) накрывается каркасом из любого подручного материала (см. ранее), на который ложится крыша - обычно плащ-палатка или любой другой подсобный материал (листы фанеры, жести, обшивки с разбитой бронетехники и т. д.). Снаружи и сверху позиция маскируется тем, что есть на местности (фото 187). Для стрельбы и наблюдения оставляют щель-амбразуру. Летом и зимой закрытые позиции обустраиваются и маскируются по-разному.

    Фото 187. Основная закрытая позиция снайпера

    На такой закрытой позиции, защищенной от шальных пуль и осколков, от ветра, солнца и атмосферных осадков, снайпер может находиться очень долго. С основной позиции снайпер ведет наблюдение и ждет появления цели. На закрытой позиции можно пошевелиться и размяться. Можно присесть, можно прихлопнуть комара. Можно глотнуть из фляги и съесть сухой паек. И если организм потребовал, содержимое кишечника можно тут же закопать и не носить в штанах. На закрытой позиции можно сохранить жизнь и здоровье.

    Закрытая оборудованная позиция - это своеобразный временный "штаб" снайпера (или снайперской пары). Это позиция, на которой снайпер проводит большую часть времени и с которой ему должно быть видно все. Удобной для наблюдения позицией надо дорожить, и использовать ее для стрельбы можно только в крайнем случае, по особо важным целям, делая не более двух выстрелов с разрывом по времени или 15-20 секунд ведя непрерывную стрельбу. После чего позиция начнет обрабатываться артиллерией. Рано или поздно ее "нащупают" разведгруппы противника. Поэтому как бы ни было жаль расставаться с оборудованной, удобной, безопасной и выгодной позицией, ее надо время от времени менять. И в любом случае прихода на эту позицию следует проверить, не заминирована ли она (или подходы к ней). Кроме того, неоднократны случаи захвата снайперов при выходе на закрытые позиции тактическими разведгруппами противника.

    По необходимости выстрелив с закрытой позиции пару раз, не больше, и не дожидаясь, пока эту позицию накроют минометным огнем, снайпер уходит на запасную позицию и продолжает работать оттуда. Запасная позиция оборудуется проще: обычно она представляет собой неглубокий замаскированный окоп и ничем не накрыта или чуть прикрыта сверху (фото 188).

    Фото 188. Запасная замаскированная позиция.

    Иногда при интенсивной перестрелке с обеих сопредельных сторон можно работать и блуждающим методом без предварительной подготовки позиций. При этом снайпер по ходу обстановки определяет цели и все поле боя использует для позиций подскока, скрытно передвигаясь от укрытия к укрытию. Долго стрелять с одного места нельзя. Даже в динамичном бою, когда непонятно, кто больше стреляет - свои или чужие, противоборствующие стороны работу снайперов противника начинают чувствовать довольно быстро.

    Позицию мало уметь быстро маскировать, ее еще нужно грамотно выбрать для собственной же безопасности. От выбора и места позиции зависит очень много. С позиции должен хорошо просматриваться противник, а позиция самого снайпера просматриваться не должна. Если вам все-таки приходится выслеживать противника с открытой позиции, почаще оглядывайтесь назад, наблюдайте фон местности, который будет за вами, и старайтесь не выделяться на этом фоне. Вы сделаете грубейшую ошибку, если займете позицию на гребне высоты: таким образом даже в самом лучшем камуфляже вы будете отчетливо выделяться на фоне неба даже в пасмурный день, а при ярком солнечном освещении и подавно. Позицию лучше выбирать не на гребне высоты, а на скате со стороны противника в тени.

    С тенью снайперу надо дружить. Но она может стать и предателем, особенно утром и вечером в косом солнечном освещении. В такое время нельзя находиться на открытой позиции даже в самом безупречном камуфляже. Новая тень на известном и присмотренном противником месте всегда привлечет внимание. Поэтому старайтесь "пристроиться" к любому предмету, косая тень от которого уже известна противнику.

    Если позиция занимается с ходу, следует умело пользоваться подвернувшимися укрытиями - теми же пнями, камнями, строительными обломками и т. д. Нельзя стрелять сверху укрытия - так вы будете на виду и по сути дела представлять собой грудную мишень. Нельзя стрелять с правого плеча, имея укрытие с левой стороны, - в таком случае укрытие вообще не будет вас закрывать. При стрельбе с правого плеча укрытие, расположенное слева от стрелка, оставляет для стрельбы открытыми часть головы, плеча и стреляющую руку.

    И зимой, и летом снайперы любят занимать позиции в разбитой бронетехнике. Запасная позиция в таком случае оборудуется под бронетехникой в заранее вырытом глубоком окопе. Из разбитого танка или БТР можно выстрелить, как из глубины помещения (огонь и дым остаются внутри, звук тоже приглушается) 2-3 раза и потом, не дожидаясь, пока по танку дадут из противотанкового гранатомета, выпасть из нижнего люка в заранее подготовленный окоп, "оторваться" подальше от этого люка и уйти таким образом от кумулятивной гранаты, газодинамическое давление которой внутри танка в состоянии "размазать" все живое.

    В Курском сражении русский снайпер устроил позицию под разбитым танком на нейтральной полосе, нахально и нагло, метрах в трехстах от немецких позиций и даже за линией минных заграждений противника, но предварительно "нашпиговал" противопехотными минами территорию возле танка. Днем в самое неожиданное время кого-то подстрелил. Под танком достать его огнем стрелкового оружия было невозможно, поэтому после бесплодной стрельбы по танку на уничтожение снайпера выдвинулась группа автоматчиков. Обычно немцы в таких случаях заходили к уничтожаемой позиции с двух сторон, а с фронта их движение прикрывал огонь пулеметчиков. При выдвижении к позиции на дистанции действительного пистолет-пулеметного огня немцы плотной стрельбой с трех сторон старались прижать наших снайперов к земле и не дать даже выдвинуться для прицельной стрельбы. Потом приближались на бросок гранаты и гранат при этом не жалели. Но в данном случае русский заблаговременно наставил мин как раз на таких рубежах и благополучно уполз к своим по лощине. При этом он успел застрелить полдюжины немцев еще до того, как они начали подрываться на минах.

    В другом случае немецких автоматчиков, которых послали к такому же подбитому танку на уничтожение русского снайпера, расстрелял с фланга приданный к снайперу русский пулеметчик, подловивший момент, когда цель противника была развернута к нему боком и представляла групповую мишень. Самого снайпера в этот момент под танком уже не было.

    Выбрать и обустроить позицию или систему позиций очень тяжело и непросто. Ориентироваться для этого на местности и работать физически приходится очень быстро и скрытно. Как вы все это успеете сделать - никого не касается. Вы можете этого и не делать, но тогда вам придется скрытно выслеживать цель, ждать, наблюдать и при этом не подставляться, лежа на грунте или в снегу в любых условиях, не выявляя себя. И кроме того, давать результаты - их будут требовать от вас каждый день. Снайперу приходится терпеть и работать, работать и терпеть. Терпение - это рабочий инструмент снайпера. Война не прощает нетерпеливых и самонадеянных. Война не прощает ленивых. На закрытых позициях у снайперов несопоставимо больше шансов не только сохранить жизнь и здоровье, но и намного эффективнее выполнить боевую задачу.

    Профессиональное заболевание снайперов - простатит, возникающий именно от лежания на земле, и не обязательно на сырой и холодной. Поэтому во всех армиях мира для снайперов предусмотрены специальные теплоизолирующие передники-поддоны, на которые можно лечь и на которые можно при необходимости сесть. Но для длительного неподвижного лежания при ожидании появления цели все-таки нужна какая-то подстилка.

    В наше время для этих целей лучше всего использовать так называемый "каримат" - обычный туристический пенополиуретановый коврик. Такой коврик продается в спортивных магазинах, он практически ничего не весит и хорошо удерживает тепло даже при лежании на холодных скалах.

    Позицию следует выбирать таким образом, чтобы ее не демаскировал дым от выстрела. Поэтому и зимой, и летом стараются оборудовать позицию за мелким кустарником и стрелять в просветы между ветвями, чтобы дым не выходил за линию кустарника При этом дым постепенно рассеивается в кустарнике и не виден со стороны. Кроме того, за мелким кустарником позиция на дистанции метров в семьдесят уже абсолютно не видна, ибо наступает так называемый эффект тюлевой гардины. Через мелкий кустарник снайпер, расположенный непосредственно вблизи него, прекрасно видит то, что делается за этим кустарником, а противник, находящийся на расстоянии от этого кустарника, снайпера уже не видит. Попробуйте - убедитесь сами.

    Лучшая и самая безопасная для снайпера позиция - на краю леса и опять же за мелким кустарником или за свисающими вниз ветвями деревьев так, чтобы дым от выстрела не выходил за эти ветви. Такая позиция абсолютно невидима. На таком участке леса снайпер может безнаказанно стрелять столько, сколько ему вздумается, перемещаясь время от времени метров на 20-30 в сторону. Имея 2-3 заранее вырытых окопчика, он застрахован и от минометного огня.

    Все время работать с одной позиции снайперу нельзя. По меткому выражению Василия Зайцева, снайпер в поисках цели и для собственной безопасности вынужден быть кочевником.

    Последовательность перемещения снайпера с позиции на позицию предугадать нельзя. Такую последовательность диктует реальная боевая обстановка. Ложные позиции должны время от времени "проявляться" шевелением на них чучел, веток, одиночными выстрелами для привлечения снайперского огня противника на эти позиции. И на этих открытых позициях, с которых можно выследить и подловить именно нужную цель, иногда приходится скрытно находиться по нескольку дней. Запасные позиции при изменении обстановки (особенно при внезапном вклинивании противника в нашу оборону) часто превращаются в основные. По скрытым путям отхода снайперов, как правило, определяемым снайперами по естественным складкам местности, приходится копать траншеи. Работать приходится с необорудованных позиций подскока, на которых необходимость заставляет иногда часами лежать открыто и неподвижно. Снайпер может работать и блуждающим образом, меняя позицию за позицией.

    Величину района расположений системы снайперских позиций определить в приказном порядке нельзя. Систему снайперских позиций - где расположить основную, запасную, ложные и прочие позиции - определяет снайпер в зависимости от целесообразности по обстановке событий.

    Непосредственный командир устанавливает снайперам границы снайперского поста, в которых снайперы обязаны выполнять поставленную задачу. Границы снайперского поста могут быть и 100 метров, и до километра, в зависимости от необходимости.

    ДНЕВНОЕ ВЫДВИЖЕНИЕ НА ПОЗИЦИЮ

    На передовой этот маневр происходит при жестокой необходимости, а при действиях в составе разведгруппы это - обычное явление. Такое движение выполняется очень скрытно, по канавам, воронкам, всем возможным углублениям. При выдвижении днем старайтесь быть в тени и почаще оглядывайтесь назад: каким вы видите ландшафт за вами, таким его видно и со стороны противника. Старайтесь не выделяться на этом фоне. При таком выдвижении по-пластунски нельзя иметь на себе камуфляж с очень пышной "лохматостью" - он очень увеличивает силуэт и делает его более заметным. Достаточно будет нескольких редких камуфляжных тряпочек на вашем обмундировании для того, чтобы размыть прямолинейность силуэта, ибо в природе нет прямых линий. Старайтесь ни в коем случае не задеть при движении высокую траву или ветки кустарника. Их колыхание (особенно при отсутствии ветра) очень заметно и наглядно со стороны противника. В густой растительности при порывах ветра можно с движением веток или травы практически незаметно для противника продвинуться на величину этого "колыхания", вместе с ним. Дождитесь нового порыва ветра и еще продвиньтесь вместе с колыхнувшимися ветками. Это старинный и проверенный способ сибирских стрелков. Старайтесь не набирать с собой много барахла. Но если есть такая необходимость, вырежьте из автомобильной камеры своеобразную лодку-волокушу, сложите туда все, что вам нужно, хорошенько запеленайте, завяжите и тяните на шнуре, тросе и т. д. за собой, приторочив ее к поясу.

    Выдвижение на близкие к противнику позиции (иногда 200-250 м и ближе до переднего края противника) и оборудование их лучше всего производить при смене погодных условий. Для снайперов очень ценен снегопад. Оборудованная в снегу закрытая позиция во время снегопада сверху присыпается снегом самым естественным способом и органично сливается с ландшафтом.

    Как бы ни был неприятен дождь, снайпер обязательно использует его для скрытного выдвижения поближе к противнику. К тому же дождь скрадывает шумы от шанцевой работы при оборудовании позиции. Стена или пелена дождя сводит на нет наблюдение противника за нейтральной полосой. К тому же есть у людей психологическая особенность - после любой перемены погоды ослаблена бдительность, хочется выглянуть наружу и полюбоваться ландшафтом. Вот тут-то военнослужащие и получают пулю в голову.

    Немцы говорили, что после сильного дождя, ураганного ветра или снегопада позиции русских снайперов вырастали в нахальной близости от немецкого переднего края, как грибы. Военная статистика всегда показывала, что после перемен погоды результативность снайперского огня была необычайно высокой.

    В любом случае выдвижение на позицию производится скрытно, ползком. Сибирские стрелки четко переняли принцип дальневосточных охотников-азиатов (нанайцев, тунгусов и т. д.): чувствовать землю возле себя и все, что на ней растет и по ней движется; не вредить всему, что рядом; превратиться в то, что находится рядом. В постулатах восточных философий это называлось единением с окружающей средой.

    Искусные охотники научили сибирских стрелков незаметно передвигаться по открытому месту под "лохматым" камуфляжем. Как-то очень давно, еще будучи мальчишкой, автор видел такие тренировки снайперов под Ленинградом: инструктор, полностью накрытый "лохматым" камуфляжем, выжидал порывы ветра и при каждом колыхании травы чуть-чуть передвигал камуфляж над собой, в такт с движением растительности. Потом в такт с движениями травы он сам передвигался под неподвижным камуфляжем. Затем он снова перемещал над собой камуфляж и повторял цикл перемещений. Да, это было медленно - около 30-35 метров в час, но совершенно незаметно! Для перемещения камуфляжа снайпер использовал рогатину, вырезанную тут же в лесу.

    БОРЬБА СНАЙПЕРА С АРТИЛЛЕРИЙСКИМИ КОРРЕКТИРОВЩИКАМИ ПРОТИВНИКА

    Артиллерийские корректировщики очень часто работают на нейтральной полосе или вблизи от переднего края своих, не выдвигаясь за минные заграждения. Их корректировочный пост нужно искать на высотке. Тщательным сравнительным наблюдением такие посты выявляются довольно быстро, так как артиллерийские разведчики маскируются хотя и очень тщательно, но для снайперов, искушенных в безупречной маскировке, позиции корректировщиков будут всегда наглядными. Визуальный поиск арткорректировщиков идет всегда. Их очень часто обнаруживают на деревьях, на заводских трубах, верхних этажах и т. д. В зависимости от хода событий их уничтожают или сразу после обнаружения, или, что бывает чаще, после первого же артиллерийского выстрела со стороны противника. Этим срывают корректировку при артподготовке. Для этого снайперы заранее занимают позиции в таких местах, откуда корректировщиков можно гарантированно достать пулей. Это делают или ночью, или днем под дымовой завесой, приближаясь к цели на дистанцию верного выстрела и занимая скрытную позицию, на которой находятся до начала событий. Пулеметчик при этом располагается, как всегда, спереди и сбоку от снайпера. Стрельба снайпера глушится пулеметной очередью, после чего оба отходят, по необходимости прикрывая друг друга.

    Сигналом для работы пулемета, маскирующего стрельбу снайпера, обычно служит малая лопатка, движением которой снайпер из-за укрытия подает необходимую команду пулеметчику.

    Летом 1942 года, в печально известной и бездарно проигранной советским командованием Харьковской операции, на одном из участков фронта активизировалась немецкая артиллерия. Позиция немецких артиллерийских корректировщиков находилась на нейтральной полосе, но вблизи своих, за полосой минных заграждений. Убрать корректировщиков нужно было немедленно, но убрать их было нечем - их было не достать. Поставили очень сильную дымовую завесу, причем подожгли все, что могло гореть. Под прикрытием этой завесы снайпер с пулеметчиком проползли полкилометра по нейтральной полосе и выползли в линию полуразрушенных старых траншей, по которым подобрались метров на четыреста сбоку от корректировочного поста немцев. От передней линии немецких окопов было метров сто пятьдесят. Пулеметчик открыл огонь по переднему краю немцев. Он никого не убил, но вызвал огонь на себя. В грохоте собственных выстрелов немцы не расслышали стрельбу снайпера. Он не только расстрелял корректировщиков, но и умудрился результативно дострелять обойму по немецким Позициям. Он там кого-то еще убил, но особенно испытывать судьбу не стал и быстро "свалил" в сторону. Назад снайпер и пулеметчик выбирались отдельно друг от друга, кто как сумел, но выбрались благополучно. Это хороший пример работы снайпера с подскока и один из немногих известных автору случаев, когда стрельбу снайпера глушил сам противник.

    ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРОВ ВО ВРЕМЯ АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ ПОДГОТОВКИ И АТАКИ ПРОТИВНИКА

    Во всех войнах при артподготовке сила артиллерийского огня противника из всех имеющихся в его распоряжении артсистем настильного и навесного огня (пушек, гаубиц и минометов) обрушивается на первую и вторую траншеи обороняющихся для подавления их живой силы и огневых средств.

    Непосредственно во время артиллерийской подготовки всегда происходит подтягивание живой силы противника и выдвижение ее на рубеж атаки. Выдвигаются пехотные огневые средства, которые предназначены для конкретной огневой поддержки продвижения атакующей пехоты непосредственно на поле боя.

    При артподготовке падение снарядов противника па нейтральную полосу происходит только случайно. В период артподготовки, как правило, противнику не до снайперов. По этим причинам очень целесообразно иметь снайперов в составе полной снайперской бригады или нескольких снайперских пар на заранее обустроенных и замаскированных позициях, расположенных впереди переднего края на нейтральной полосе. Снайперы, находящиеся при вражеской артподготовке в таких местах, практически не поражаются артиллерийскими или авиационными боеприпасами противника.

    При сплошном грохоте, который стоит при таких мероприятиях, выстрелы снайперских винтовок практически неразличимы. Дым и пыль от снарядных разрывов делают невидимым дым от снайперских выстрелов. Поэтому, находясь от вражеских позиций на расстоянии верного выстрела, снайперы успешно и безнаказанно уничтожают очень важные цели, работа которых в противном случае нанесет ощутимый вред в предстоящей атаке, а именно: артиллерийских корректировщиков, артиллерийские и минометные расчеты, офицеров, связистов, ячейки управления противника. Концентрированным коллективным огнем по командным пунктам противника в решающий момент можно сделать так, что атака противника захлебнется, еще не начавшись. Снайперским огнем можно сорвать и артподготовку противника (см. далее). Значение срыва атаки противника трудно переоценить. Это может вообще изменить картину боя.

    Наступающие всегда стараются сделать так, чтобы между концом артподготовки и началом атаки не было разрыва по времени. По этой причине обороняющаяся сторона должна иметь встречные средства огневого подавления и быть готовой открыть огонь, как только противник "продвинет огневой вал" в глубину обороны. При отражении атаки противника снайперы принимают на себя первый удар, и поэтому рядом с ними должны быть местные средства сдерживания - пулеметы, противотанковые и противопехотные гранатометы Задача снайперов в обороне - уничтожение огневых средств и целей, наиболее опасных для своих: офицеров, пулеметчиков и гранатометчиков противника, артиллерийских и минометных расчетов, связистов. Противник в полусогнутом виде, перетаскивающий что-то тяжелое (обычно это миномет), должен быть уничтожен в первую очередь. Противник, который переносит что-то на первый взгляд непонятное и объемное, должен быть уничтожен прежде всего. Обычно все тяжелое и непонятное - это огневые средства, приданные к пехоте для огневой поддержки атаки. Сейчас все - и рядовые, и командный состав - предпочитают воевать в одинаковой форме без знаков различия. Поэтому ориентируйтесь на командно-властное поведение, выправку, движения рук, на указывающие и направляющие жесты, на наличие биноклей, полевых сумок, кобур, коротко-ствольного оружия, мобильных средств связи и уничтожайте такие цели в первую очередь. Смотрите в глубину, за атакующими цепями противника - уж там-то вы наверняка увидите кого-то с биноклем или за стереотрубой. Это ячейка управления, и такая цель подлежит немедленному уничтожению.

    Вышеперечисленные цели для снайперов являются первоочередными. Не увлекайтесь истреблением живой силы противника. Это дело пулеметчиков. Когда противник при отбитой атаке побежал назад, вот тогда с легкой совестью можно увеличивать свой личный счет.

    СРЫВ АТАКИ ПРОТИВНИКА СНАЙПЕРСКИМ ОГНЕМ

    Начиная с 1943 года, по методу, предложенному снайпером Василием Зайцевым, снайперы довольно часто срывали атаки противника. Суть этого приема заключается в том, что все атакующие действия во всех странах мира стараются предпринять на рассвете. Если имеется развединформация о наступлении противника, то группа снайперов ночью скрытно выдвигается на нейтральную полосу перед минными заграждениями, маскируется перед заранее разведанным командным пунктом противника и ожидает начала событий. Перед началом атаки, на рассвете, офицеры противника в последний раз осматривают поле боя в бинокли, оценивают и выверяют обстановку. В прошлой войне восходящее солнце у снайперов за спиной прекрасно высвечивало немецкие позиции и вызывало заметные отблески стекол оптических приборов. Непосредственную подготовку к атаке можно было установить по оживленному перемещению солдат и унтер-офицеров по траншеям. Снайперами выгадывается момент, когда отблесков от приборов (стало быть, и самих приборов) будет побольше. Стрельба производится общим залпом, сигналом для которого будет выстрел старшего снайперской группы. После того как снайперы "вырубят" офицеров, атака, которую высокое руководство противника не отменяло, практически начнется "всмятку" при отсутствии четкого командования. Для снайперов важно начать стрельбу по офицерам непосредственно перед началом атаки, что называется "цок-вприцок" (впритирку). Иначе находящихся непосредственно перед передним краем противника снайперов смогут подавить в начале атаки. Потом, когда атака развернулась, в грохоте боя и суматохе противнику уже не до снайперов. Цепи противника, выдвинувшиеся в атаку, начинают обрабатываться из огневых средств "через фронт". Это огневое прикрытие для снайперов со стороны своих. Задача снайперов остается той же - уничтожение расчетов огневых средств, опасных для своих, средств связи, ячеек управления и "косым" огнем по изгибам траншей целей, не доступных для огня своих. По пехоте стреляют по жесткой необходимости, если с ней не справляются пулеметчики или же от нее снайперам некуда деться и выхода другого нет.

    Во фронтовой практике были неоднократные случаи, когда отделение снайперов в 10-12 человек огнем снайперских винтовок удерживало рубеж 250-300 метров по фронту, за считанные минуты уничтожая по 120-150 атакующих солдат противника. Остальные, видя такое поредение в своих рядах, от греха подальше давали задний ход, невзирая на истерику офицеров.

    Практические снайперы не только приняли опыт Василия Зайцева к применению, но и обеспечили его прогрессивное развитие. Если было известно время наступления противника, группа снайперов-диверсантов (или пробравшаяся через линию фронта, или для таких целей заброшенная в тыл противника заранее) подбиралась к артиллерийской или минометной батарее противника и, как только на рассвете орудийная прислуга начинала суетиться возле орудий, подготавливая их к стрельбе, снайперы открывали огонь и стреляли до тех пор, пока артиллеристы не разбегались. Этим срывалась артподготовка. Был и другой вариант: снайперы огнем обеспечивали диверсионной группе скрытное продвижение к артиллерийской батарее, узлу связи или пункту управления на бросок гранаты. При такой снайперской стрельбе прежде всего подавлялась охрана объекта, дежурные пулеметчики, уничтожался водительский состав транспортных средств. Для синхронности работы между диверсантами и снайперами время действий расписывалось по минутам и секундам.

    Такие действия снайперско-диверсионной группы всегда были удачны. Уничтожение командно-связных объектов или даже просто нападение на них непосредственно за 2-3 минуты перед атакой или наступлением иногда не только срывало тактические разработки местного значения, но и парализовало работу противника на довольно больших участках его обороны.

    Один из старослужащих рассказал автору, как при наступлении в 1944 году группу снайперов забросили в немецкий тыл с заданием подойти скрытно к противотанковой артиллерийской батарее, поставленной немцами на танкоопасном направлении, и расстрелять артиллерийскую прислугу при начале танковой атаки. Мероприятие удалось на славу, но до этого снайперам пришлось двое суток сидеть под мусорными кучами и среди всякого хлама в 400 метрах позади немецкой батареи, а потом еще и спасаться от своих же танков, которые проскочили через молчавшую батарею и дальше двигались напролом.

    ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРОВ ПРИ ПРОРЫВЕ ПРОТИВНИКОМ ОБОРОНЫ

    Если противнику удалось вклиниться в нашу оборону, то он, как правило, "обтекает" и обходит очаги ожесточенного сопротивления, которые создаются вышеупомянутыми усилиями снайперов, пулеметчиков и гранатометчиков. Некоторое время, пока на подавление этого очага сопротивления не сориентирована вражеская артиллерия, снайперы огнем винтовок на отдаленных дистанциях уничтожают цели, упомянутые ранее. Момент этот ценен тем, что стрелять приходится во фланг непрерывно наступающим, причем появляются все новые и новые очень важные цели из числа вышеупомянутых. Кроме того, снайперы "достают" огнем противника, активно работающего в глубине его наступающих порядков.

    Но как только вблизи очага сопротивления разорвался первый артиллерийский боеприпас, нужно менять позицию. Иначе артиллерийским огнем сотрут с лица земли. Как и куда менять позицию, зависит от обстановки, иногда можно уползти метров за двести - двести пятьдесят в сторону и стрелять снова. Иногда приходится делать атакующий штурмовой рывок противнику во фланг, а там будь что будет. Иногда, если нет четкого приказа стоять до упора, можно уползти к своим.

    Очень часто в современных войнах снайперов, усиленных пулеметчиками и гранатометом, специально оставляют в тылу противника на наиболее важных направлениях. При этом снайперы очень эффективно ведут огонь во фланг и вслед противнику, уже действующему на линии наших траншей

    Такие приемы применяют там, где снайперской группе с приданными к ней огневыми средствами можно укрыться, - на пересеченной, гористой, покрытой лесом местности, а также в районе уцелевших своих опорных пунктов, для затруднения и связывания наступательных действий противника.

    В любом случае снайперам необязательно сидеть на месте. Они должны вовремя уходить от артиллерийского огня и атакующих действий живой силы противника. Обычно их задача в таком случае не покидать назначенный им район работы.

    При контратаке снайперы используются для огневого прикрытия наступающих порядков своих подразделений.

    Как бы ни складывалась боевая обстановка, со снайперов никто не снимает обязанностей по наблюдению за противником, и, более того, снайперы ведут журналы наблюдений за изменениями обстановки на поле боя, желательно с указанием времени того или иного боевого действия противника, его передвижений и т. д. - этим они очень помогут своему непосредственному командиру. При хорошем изучении рельефа местности, мест возможной постановки огневых средств, мест выдвижения в атаку бронетехники и живой силы командному составу легче прогнозировать действия противника и рассчитывать собственные усилия.

    ДЕЙСТВИЯ СНАЙПЕРА В СОСТАВЕ МАЛОЙ ГРУППЫ (РАЗВЕДКА, ЗАСАДА, ПРЕСЛЕДОВАНИЕ, ПОИСК, БЛОКИРОВАНИЕ, ЗАСЛОН, БОЕВОЕ ОХРАНЕНИЕ, ГОЛОВНАЯ ПОХОДНАЯ ЗАСТАВА)

    Боевая работа снайперов в составе малой группы всегда носит характер и особенности выполнения специальной операции. Малая группа всегда назначается на выполнение специальных заданий и действует в отрыве от своих. Задачи снайпера -при этом одни и те же - вести постоянное наблюдение за обстановкой и первым обнаружить противника. Лучше снайпера с его обостренным зрением и тренированной наблюдательностью никто этого сделать не сможет. Только снайпер может на расстоянии обнаружить цель по блеску стекол оптических приборов, колыханию травы и веток, замаскированные силуэты на замаскированных позициях. Снайпер может, должен и обязан обнаружить присутствие противника еще до прямого соприкосновения с ним по природным приметам резко ощущаемая (именно ощущаемая) тишина, взлетевшая стая птиц (кто-то их спугнул), следы на дороге - транспортные и пешие, наличие сломанных веток, сучьев, примятая трава - все это признаки засады. У снайпера, постоянно включаемого в состав разведгруппы, вырабатывается безошибочное "звериное чутье" на опасность и возможное появление противника.

    Снайпер обязан знать карту места событий и подробно изучить по ней ландшафт местности и особенности ее пересеченности - лощины, овраги, высоты и высотки, наличие и характер растительности, чтобы тактически прогнозировать все варианты развития событий.

    По возникшей необходимости (по команде или без команды) снайпер уничтожает цели, появившиеся на отдаленных дистанциях. Работа снайпера в составе любой подвижной группы характеризуется необходимостью резкой смены позиций, стрельбы с подбежкой (см. ранее), ведением частого безошибочного огня по появляющимся и исчезающим целям и нередко стрельбой на ходу с транспортных средств.

    Разумеется, снайпер получает от непосредственного командира предварительные указания о том, как следует действовать при резких изменениях боевых событий, но снайперам всегда приходится действовать самостоятельно, сообразуясь с обстоятельствами непредсказуемой боевой обстановки

    В связи с характером специальной операции работа снайпера имеет различные особенности. В разведдиверсионной группе при ее продвижении снайпер действует вышеописанным образом для наблюдения и обнаружения противника. Для этого снайпер обязан уметь наблюдать на ходу и не делать при этом ошибок. При непосредственном выполнении задания разведгруппы снайпер огнем обеспечивает и прикрывает активную работу разведчиков или диверсантов при скрытом проникновении или налете на объект диверсии, уничтожает часовых на вышках, дозорных противника, его секретпосты, патрули, тревожные группы. Снайпер огнем своей дальнобойной винтовки препятствует боевому развертыванию противника на территории его же объекта во время диверсионных действий своей основной группы. Снайпер огнем прикрывает отход диверсантов с объекта после диверсии, не позволяя противнику стрелять по ним прицельно. Снайпер меткой стрельбой не позволяет противнику приблизиться к своему же объекту, заминированному диверсантами, до полного его разрушения. Снайпер обязан обеспечить благополучный исход боевой работы разведдиверсионной группы: дать им возможность "оторваться" и задержать противника на путях этого отхода как можно дольше. При этом снайпер должен постоянно менять позиции, чтобы его не обошли и не захватили со стороны или сзади. Зная пересеченность местности, снайпер спрогнозирует такие маневры противника и расстреляет его еще на путях выдвижения. Но долго испытывать судьбу не стоит. Как только снайпер убедится, что свои "оторвались" довольно далеко, он "отрывается" сам, и делает это как можно быстрее и по возможности бегом. Одиночке "оторваться" всегда проще, чем группе. С диверсантами снайпер выходит на встречу в обусловленном месте. Бывают и другие варианты, по целесообразности.

    В случае, если подразделение совершает марш, в головной походной заставе или непосредственно в составе своего подразделения, место снайпера - на броне в передних порядках движения. Задачи снайпера те же - вести наблюдение, обнаружить возможную постановку противником засады, для чего снайпер опять же должен знать рельеф, тщательно изучив карту и прогнозируя места, где противник может установить засаду. При обнаружении такой засады снайперы открывают по ней огонь самостоятельно, без команды, и в дальнейшем расстреливают цели, которые, по их мнению, являются наиболее опасными для своих - в первую очередь гранатометчиков и пулеметчиков. Позицию снайпер в случае остановки колонны занимает по целесообразности - в кювете, воронках и т.д, но подальше от машин, как подбитых, так и не подбитых - они "притягивают" к себе огонь противника.

    При отходе своих, находясь в боевом охранении, снайперы губительным огнем снайперских винтовок очень даже поспособствуют своим благополучно отойти, эвакуировать материальное обеспечение и вынести раненых. Для этого снайперы должны заблаговременно занять выгодные позиции с хорошим обзором, обеспечивающие выгодный обстрел. На таких позициях противника неожиданно встречают огнем и, задержав его на сколько можно, занимают новые выгодные рубежи.

    Даже при постоянном соприкосновении с противником, при непрерывном отходе в составе боевого охранения снайперы, пользуясь любыми подходящими складками рельефа, делают остановки для ведения огня, сдерживающего продвижение наступающих. Именно снайперам при их дальнобойности можно сделать это довольно эффективно, при полной безнаказанности, после чего снайперы догоняют своих. Как показала практика, именно такая тактика неожиданного снайперского огня с замаскированных невидимых позиций нервирует наступающего противника, заставляет его основательно "спотыкаться" и тратить время на ненужное боевое развертывание из походных порядков.

    При необходимости оставить позиции это делается организованно, бесшумно и абсолютно скрытно от противника. Снайперские засады при этом выставляют на направлениях вероятных выдвижений неприятеля для прикрытия своих отступающих порядков. И в таких случаях снайперам определяются порядок и пути отхода к своим, причем отход снайперов должен обязательно обеспечиваться огневым прикрытием своих. Обычно для этого назначают минометы, которые должны быть в готовности открыть огонь по боевым порядкам наступающего противника.

    При проведении войсковой операции по блокированию и прочесыванию какого-либо участка местности при борьбе с разведдиверсионными группами противника, при уничтожении бандформирования, при ликвидации вооруженных и особо опасных преступников, а также для поимки совершивших побег из мест заключения снайперы всех родов войск, участвующих в мероприятии, применяются: а) на стыках подразделений, взаимно перекрывая огнем "ничейные" места между подразделениями - своими и чужими, б) для плотного перекрытия огнем из замаскированных засад путей и направлений возможного отхода спецконтингента к местам, где можно укрыться, - к лесам, оврагам, населенным пунктам

    При войсковой операции конечная задача снайпера - не дать спецконтингенту вырваться из района блокирования. Снайпер заградительным огнем (или на уничтожение) перекрывает "клиентам" пути возможного отхода

    У снайперов, назначенных в поисковые подвижные группы, все те же основные задачи, вести тщательное наблюдение для своевременного обнаружения противника. В поисковой группе место снайпера - возле командира, которому снайпер обязан докладывать о результатах наблюдения. Снайпер, прогнозируя обстановку согласно изученному на карте рельефу местности, обращает особое внимание на теневые места, в которых могут укрыться разыскиваемые. Тщательно осматриваются верхушки деревьев, кусты, скопления хвороста, развалины, складки местности, все постройки (постоянные и временные) и пр. Снайпер тренированной наблюдательностью и звериным чутьем должен заметить мельчайшую фальшь в окружающей природе и распознать замаскированные укрытия тех, кого ищут. В населенных пунктах, на хуторах и в деревнях снайпер обращает особое внимание на чердаки, подвальные окна, отдушины, внимательно следит за поведением местных жителей - они очень часто укрывают тех, кто пришел из леса. Особое внимание уделяется строениям и домовладениям, расположенным на краю населенного пункта, особенно вблизи леса, - именно там чаще всего находятся обустроенные опорные точки разведдиверсионных групп и резидентуры противника. Очень часто осматриваются участки леса, прилегающие к населенному пункту.

    В лесу надо быть особенно бдительным. Лес успокаивает и усыпляет. Вы очень даже запросто сможете не заметить человека, притаившегося рядом с вами. Поэтому цели в лесу, как правило, появляются внезапно и так же внезапно исчезают за деревьями. Ставьте постоянный прицел "3" и стреляйте навскидку, целясь в передний край бегущей цели.

    При прочесывании лесных массивов место снайпера - на просеках, вдоль оврагов, полян, опушек и других открытых мест, вдоль которых обычно движется прочесывание. Внимание снайпера при этом сосредоточивается на участках леса с густой растительностью, из-под которой противник может вести огонь. Огонь по проявившему себя противнику снайпер открывает самостоятельно.

    При нахождении в засаде задача снайпера все та же - наблюдение. Снайпер не должен прозевать того, кого ждут в засаду. О появлении того, кого ждут, снайпер условным знаком "внимание" (два раза щелкнуть прицельной планкой) сообщает командиру. Обычно в замаскированных засадах снайперы действуют по принципу "всех пускать, никого не выпускать". Ожидаемого клиента пропускают в "мешок", где его берут живьем. Огонь по нему открывают только в случае его отхода или непредвиденного развития событий.

    Располагаясь в скрытой и замаскированной оперативной засаде, снайпер должен не только внимательно наблюдать, но и не менее внимательно слушать. На слух очень хорошо воспринимаются изменения в природе при движении и появлении посторонних.

    В наступательном встречном бою в составе основного подразделения снайперы предупреждают попытки противника нанести внезапные удары во фланг своему подразделению, для чего ведут наблюдение с ходу на обстановку вблизи флангов, не забывая, разумеется, поражать цели, возникающие по ходу продвижения. Попытки противника нанести удар по флангу или обойти подразделение снайперы пресекают совместно с другими огневыми средствами, но обнаружение начала таких маневров противника - прямая обязанность снайпера.

    При самом незначительном подковообразном охвате противника своими снайперы стремятся занять позиции по сторонам этой "подковы" и перекрыть пространство внутри нее снайперским огнем. При этом в первую очередь уничтожаются наиболее важные цели - огневые средства, опасные для своих, расстреливается командный состав противника и его связисты. Противник, лишенный средств связи, как правило, обречен.

    ПРИМАНКА ДЛЯ СНАЙПЕРСКИХ ЦЕЛЕЙ

    В снайперском промысле при уничтожении живой силы противника запрещенных приемов нет. Для снайпера важно, чтобы появилась цель, и не важно, при каких обстоятельствах она там появится.

    Если солдат противника появился на открытом месте, снайпер не убьет его наповал, а ранит, и даже не тяжело, а так, чтобы этот раненый не смог самостоятельно передвигаться. Снайпер делает так для того, чтобы застрелить тех, кто попытается оказать раненому помощь, а затем и окончательно застрелить и самого раненого. Поэтому раненого с открытого места вывозят на бронетранспортере, да и то в том случае, если нет опасности уничтожения бронетехники из противотанковых огневых средств.

    При стрельбе по групповым целям (особенно из бесшумного оружия) снайпер всегда первым выстрелом поразит того, кто идет или находится позади группы. Это делается для того, чтобы остальные не сразу поняли происходящее и не бросились "по щелям". Пока до группы дойдет, что случилось, снайпер подстрелит еще одного-двух.

    Очень хорошей приманкой, притягивающей цели, является оружие. Снайпер всегда постарается подстрелить вражеского бойца в момент ведения стрельбы, чтобы оружие этого солдата осталось лежать на бруствере. Этот автомат рано или поздно кто-то попытается снять с бруствера и попадет под снайперскую пулю. Довольно часто разведгруппы по просьбе снайпера оставляют вблизи неприятельских позиций оружие с глушителями - на всякий случай испорченное и без патронов или даже макеты этого оружия. На пистолет с глушителем всегда найдутся охотники. Тот, кто полезет за таким пистолетом днем, получит пулю от снайпера, а тот, кто попытается достать его ночью, рискует подорваться на мине, заложенной под этой приманкой. Снайперы могут использовать и другие приманки: "случайно" опрокинувшийся ящик с высыпавшимися из него консервами, сигаретами, бутылками и т. д. Такие случаи бывали. Был случай, когда снайпер надел на руку убитого часы в блестящем корпусе и подстрелил дурака, который попытался эти часы снять (корпус был блестящий, а механизм не работал). Возле убитых иногда лежат фотоаппараты и видеокамеры, как правило, испорченные или разбитые. Никогда не надо подбирать лежащие на открытых местах привлекательные предметы - они не случайно там находятся, и не вы их туда положили.

    В. Зайцев описал случай, когда его товарищи-снайперы ночью перед немецкой позицией положили связку пустых консервных банок. С рассветом их привели в движение привязанной к ним бечевкой. Банки загрохотали, несколько немцев спросонья выглянули за бруствер и полюбопытствовали о причине такого шума. Это стоило им жизни. Запомните: на войне неосторожное любопытство губительно. Любопытствовать надо в перископ из-за укрытия.

    ДОЗНАНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ СНАЙПЕРСКОГО ПРОЯВЛЕНИЯ. ОПРОС СВИДЕТЕЛЕЙ ПРОИСШЕДШЕГО

    Проявление работы снайперов противника устанавливается по следующим характерным признакам: прежде всего, это любое попадание пулей в голову, одиночное попадание на фоне пулеметной очереди со стороны противника, одиночное попадание при шуме низколетящего самолета или вертолета или же вблизи наземной техники с работающим двигателем, одиночное попадание при артиллерийском выстреле или подрыве сильного боеприпаса, независимо от того, где произошел этот самый звук - на вашей или на занятой противником стороне. На наличие снайперской работы прямо указывают более двух подстрелов в одном и том же месте, а также подстрелы вблизи пунктов питания, водоснабжения, возле штабов, узлов связи и других мест скопления военнослужащих. На деятельность снайпера указывают подстрелы "в лоб", происходящие по бойцам, которые были вынуждены в момент подогрела двигаться в одном направлении без боковых смещений, например выходить из дверей. Любой случай подогрела в тылу на коммуникациях, артиллерийских батареях, местах водозабора тоже указывает на работу снайпера.

    Во всех этих случаях необходимо быстро и осторожно на месте происшествия выяснить все обстоятельства подогрела. Прежде всего нужно опросить очевидцев события в следующем порядке: когда произошел выстрел и где в это время находилось солнце (освещенность цели во многом определяет позицию снайпера). Установить положение потерпевшего в момент под-стрела: шел он, сидел или лежал. За каким укрытием он находился и не было ли в этом укрытии пролома или незакрытого прохода (откуда прилетела пуля). Представить себе абстрактно положение тела потерпевшего в момент подстрела. По входному (выходному, если оно есть) отверстию определить направление полета пули. Установить, не было ли в этом месте промахов противника по живым целям, если были, пусть вам укажут следы попадания пуль (если они есть) на стенах, брустверах окопов и т. д., какое звуковое прикрытие было при подстреле: артвыстрел, пулеметная очередь, звук низколетящей авиатехники и т. д.

    По ходу опроса могут возникнуть и другие постановочные вопросы. Опросы свидетелей происшедшего подстрела дают неоценимую информацию. В одном из случаев убитого бойца унесли, а его простреленная насквозь каска валялась на дне окопа. Снайпер-охотник из контрснайперской группы опросом товарищей погибшего установил, что погибший двигался по траншее, бруствер которой имел понижение (он обвалился) на участке примерно 70 см. Сопоставив входное и выходное отверстия на этой каске с ее местоположением в этом дефектном месте бруствера снайпер выяснил примерное направление прилета пули и угол ее падения и устроил замаскированную снайперскую засаду под бруствером с наружной ее стороны. Наблюдая в перископ, по характеру рельефа местности установил примерное место позиции вражеского снайпера в 400 метрах и взял это место на прицел.

    По команде ассистент пронес каску погибшего через тот же самый открытый дефект обвалившегося бруствера. В предполагаемом месте снайпер засек вспышку выстрела и выстрелил по ней. Выстрел этот оказался результативным, о чем через пару дней рассказали пленные.

    В другом случае каску пробило наискосок сверху вниз. При выяснении обстоятельств происшедшего было установлено, что снайпер противника стрелял с высокой заводской трубы. Ему подставили кукол-приманок. По всей видимости, этот снайпер наблюдал или в мелкие щели, или в перископ, так как он для выстрела показывался из трубы буквально на секунду и сразу прятался назад. Трубу разрушили выстрелом из противотанковой пушки "Рапира", и больше никто на этом участке про снайпера не слыхал.

    В горячей точке К. современного СНГ был подстрелен в грудь боец, неосторожно показавшийся в проломе стены. Через некоторое время был ранен другой боец, в том же месте, но по другую сторону пролома. Опросом свидетелей и восстановлением события на месте происшествия было установлено, что в одно и то же место пули прилетели из двух разных точек не под одинаковыми углами падения. Местами снайперских позиций предположили чердаки двух зданий, отстоявших друг от друга на 150 метров. Ночью обе позиции были заминированы разведгруппой. На следующий же день на одной из них подорвался стрелок с бесшумной винтовкой ВСС.

    После опроса очевидцев и предварительного установления предполагаемой позиции снайпера за этим местом следует тщательно и терпеливо понаблюдать. Контрснайперские мероприятия по уничтожению вражеского снайпера проводятся только после объективного подтверждения, при полнейшей уверенности в успехе.

    Но иногда бывает полезно действовать немедленно, по горячим следам.

    Тщательным опросом очевидцев и анализом полученной информации можно узнать и о характере вражеского снайпера, что в значительной мере будет способствовать его уничтожению. На позициях вблизи города Т. снайпером был застрелен в грудь боец и ранен в плечо его напарник. Очевидцы пояснили, что подстрел произошел в месте, где траншея была недостаточно глубоко выкопана из-за высокого стояния грунтовых вод. Бойцы шли рядом, передний был убит, задний бросился бежать, и был ранен. Характерным было то, что снайпер стрелял по бегущему несколько раз, и стрелял даже тогда, когда тот полностью укрылся в глубине хода сообщения. По положению корпуса убитого и направлению раневого канала было установлено ориентировочное направление выстрела. Не было сомнений, что это работал снайпер, хорошо знакомый с рельефом укреплений и их слабыми местами. На это место он и сделал засаду в расчете на то, что с ранеными или убитыми будет возня. По характеру его беспорядочной стрельбы можно было предположить, что этот стрелок азартен по натуре. Так оно и оказалось На бруствер траншеи вблизи этого места палкой выдвинули каску, и она сразу же упала, пробитая пулей. По этим пробоинам уточнили направление стрельбы. В стрелковую ячейку выдвинули чучело-приманку с привязанным к нему ручным пулеметом, за спуск которого была привязана бечевка. Чучело сразу же получило пулю в голову, но "произвело" из пулемета пару коротких очередей в сторону снайперской позиции. Не получивший ожидаемого результата снайпер не мог успокоиться и вступил с чучелом-пулеметчиком в дуэль, которая окончилась для снайпера так, как и должна была окончиться - его расстреляли из трех винтовок одним залпом. Такие вещи лучше делать, стреляя с рубежа обороны своих и не выдвигаясь на нейтральную полосу.

    И еще одно. Не ленитесь сами определить места, где ваши бойцы из-за особенностей рельефа могут подставиться под выстрел вражеского снайпера, и поставьте там таблички с надписью: "Внимание - снайпер!" В местах снайперского проявления выставляются предупреждающие таблички. "Внимание' Это место пристреляно снайпером!" Так делали во время прошлой войны, и это спасло немало русских жизней.

    РЕАКЦИЯ ПРОТИВНИКА НА ОГОНЬ СНАЙПЕРА

    Если вы стреляете результативно, то противнику рано или поздно станет понятно, что на его участке работает снайпер. Какие признаки того, что противник это понял? Если вы, допустим, подстрелили солдата противника, а за его оружием, которое лежит открыто, никто не пришел и на поставленные вами приманки (см. ранее) никто не клюнул, значит, вас расшифровали. Если вы работали профессионально, стреляли на фоне пулеметной очереди, попадали все время в голову - ждите на этом месте контрснайпера противника (или контрснайперскую группу) с приманками (касками, фуражками, чучелами и т. д.). Каковы ваши действия? Прежде всего, наберитесь терпения. Ждите развития событий. Займите фланговую позицию для ведения "косого" огня, чтобы изгибы вражеских траншей хоть чуть-чуть просматривались по длине. Позицию эту займите чуть сбоку от района ваших обычных позиций. Не стреляйте на своем новом участке. На вашем старом участке и других участках справа и слева от вас пусть ваши ассистенты постреливают, особо не стараясь попасть, но стараясь не подставиться под встречную пулю: выстрелил с одного места, переместился дальше, снова выстрелил. Вы должны терпеливо ждать. Это случай, когда инициативу должен проявлять противник - сейчас ему надо больше, чем вам. Через некоторое время вам начнут показывать приманки, но вы уже знаете, как они должны выглядеть и как они должны двигаться, и не будете стрелять по ним. Ваши ассистенты будут выставлять противнику свои приманки. Пусть противник старается, устает и теряет бдительность. Как установил В. Зайцев еще в прошлую войну, если на этом участке у противника воцарилась гробовая тишина, значит, с той стороны за дело взялся опытный снайпер, который потребовал, чтобы ему не мешали и который начнет работу по вашему выявлению, будет двигать своими чучелами, которому нужно, чтобы вы стреляли по контролируемому им чучелу, а не по его высунувшемуся солдату. Такого противника надо "перетерпеть". Изучите арсенал его приманок. Ждите, пока он не изобретет новые. Время работает против него. На него давит начальство и требует результатов, он будет нервничать. Активизируйтесь на другом участке. Рано или поздно он отупеет, где-то допустит ошибку и подставится.

    ПРИЗНАК ПОЯВЛЕНИЯ КОНТРСНАЙПЕРСКОЙ ГРУППЫ НА СТОРОНЕ ПРОТИВНИКА

    Признаком того, что ваша снайперская работа расшифрована, служит наступление тишины на участке вашего снайперского поста. Допустим, где-то за передним краем противника торчат антенны и там раньше была разведана офицерская площадка, командный пункт, узел связи и т. д., и вчера в этом месте было оживленное перемещение военнослужащих противника, а сегодня - как вымерло. И не просто вымерло, а даже ничего не мелькает случайно. Как правило, на этом участке прекращается даже пулеметная стрельба со стороны противника. Делается это потому, что командир контрснайперской группы противника (или один контрснайпер) приказал не мешать, не мельтешить и, главное, не высовываться. Вместо этого "высовывания" контрснайперская группа противника начинает игру с приманками - куклами, касками, фуражками и прочим. Что делать? Оставьте на этом участке дежурного снайпера и наблюдателя, и пусть они имитируют вашу снайперскую работу, как будто ничего не произошло. Начинайте наблюдать и выслеживать снайпера противника со стороны. От поединка уклоняться нельзя. Тщательно пронаблюдайте за каждым квадратным дециметром обороны противника: с появлением новых снайперов в ее характере что-то изменится. Переместятся огневые точки. Возникнут новые замаскированные позиции и, соответственно, новые перемещения противника по новым направлениям в глубине его обороны. Это слабые места, и вы должны немедленно воздействовать огнем по этим слабым местам. Пусть контрснайперская бригада противника кинется отрабатывать эти новые направления, к вашим приманкам, а вы вернетесь на ваш прежний участок и будете стрелять оттуда. Пусть они кидаются за вами, а не вы за ними. Старайтесь "подлавливать" их на новых путях перемещений в глубине их обороны, а выявленные замаскированные позиции не трогайте до поры до времени. Пусть они почувствуют себя в безопасности именно на них. Договоритесь с минометчиками, и пусть они, хорошенько подготовив исходные данные для стрельбы, накроют эти позиции вместе с теми, кто на них находится. Раз и навсегда.

    Бывает и другой вариант. Контрснайпер противника будет работать против того места, с которого вы стреляли раньше, или чуть сбоку от него. Посмотрите на свое бывшее место его глазами и прикиньте, где этот контрснайпер может оборудовать позицию для того, чтобы достать вас. Если вы хорошо изучили карту и ландшафт в зоне своей ответственности, вы сможете вычислить позицию вашего противника и отработать ее минометным огнем. Держите под коллективным прицелом нескольких винтовок с разных сторон предполагаемые пути отхода с этой позиции, ибо так или иначе в них что-то мелькнет. Надо не прозевать это мелькание и достать его пулей. На памяти автора этот вариант подтвержден практикой.

    ОБНАРУЖЕНИЕ ВРАЖЕСКОГО СНАЙПЕРА

    Снайпер - не бесплотный дух, а живой человек, и его можно обнаружить, как бы он ни маскировался. Его выдают дымок от выстрела, вспышка выстрела, если он стреляет из затененного места, звук выстрела, если он стреляет без шумового прикрытия. Анализом ландшафта местности и глядя глазами вражеского снайпера на свой передний край определяют наиболее перспективные места для обустройства снайперских позиций. При этом обращают особое внимание на возвышенные места, удобные для наблюдателей и артиллерийских корректировщиков противника. Тщательно просматривают верхушки деревьев и затемненные неприметные места возле заметных и ярких объектов, привлекающих внимание и "оттягивающих" его на себя.

    Тщательным замаскированным наблюдением в перископ под "лохматым" камуфляжем с незаметного места устанавливаются изменения в мельчайших деталях на переднем крае противника, характерные для обустройства позиции. Чаще всего это может быть вырванная трава при расчищенном секторе обстрела, срезанные или надломленные ветки мелкого кустарника, образующие своеобразную "нишу в глубину", и за этим местом, как правило, затененное или темное место в складках рельефа или же замаскированный ветками бугорок - это и будет позиция снайпера. Один из старослужащих как-то рассказывал автору, что при осмотре местности в стереотрубу у одного из пней, отстоявших в 450 метрах от линии окопов, один из корней был как-то уж сориентирован в сторону русских позиций. На всякий случай по этому пню ударили из противотанкового ружья. Пень перекинулся, и странный корень задрался вверх вместе с оптическим прицелом и прикладом. Он так и торчал несколько дней. Судьба хозяина этой винтовки была очевидна.

    Снайпер очень часто (почти всегда) делает ложные позиции, отвлекающие и рассеивающие внимание противника. На вид они одинаковы; каждая замаскирована, но таким образом, что по нарочито небрежным деталям они становятся видны наблюдающим на сопредельной стороне. Стрелять по ним всем - это раскрывать свои огневые точки. Но истинную позицию надо установить. И сделать это можно только путем многочасового наблюдения. На истинной позиции рано или поздно произойдет какое-то движение или шевеление. Снайпер, замаскировавшийся на открытой позиции, рано или поздно шевельнется (или почешется). Силуэт его станет наглядным.

    Вражеского снайпера часто выдают отблески стекол и маховиков оптического прицела. С изменением освещения при перемещении солнца очень часто происходят неожиданные вещи: то, что ранее было невидимым, становится очень заметным.

    Обнаружив вражеского снайпера, не спешите его уничтожать. Дайте ему жизнь в рассрочку. Сперва подзовите к своему оптическому прибору непосредственного командира, наблюдателей, разведчиков, корректировщиков. Покажите им вражеского снайпера. Снайпер опасен для всех. Покажите его всем и расскажите, по каким приметам и каким способом вы его обнаружили. Научите всех находить его. Сделайте это небольшим спортом на передовой. Польза от такого занятия огромна. Хотя бы оттого, что ваши бойцы поймут, что такое снайпер, и перестанут бессмысленно подставляться под его огонь. Кроме того, при коллективном поиске его быстрей найдут и покажут вам.

    Если ваши разведчики притащили "языка", его необходимо первоначально допросить тут же, пока его не доставили вышестоящему начальству. При этих допросах ваш командир "вытряхнет" из пленного сведения о постановке противником огневых средств, а вы получите неоценимую информацию о ваших "коллегах" - снайперах с той стороны, об их методах работы, привычках, наклонностях, вкусах, слабостях, вооружении и т. д.

    ПРИМАНКИ ДЛЯ ВРАЖЕСКОГО СНАЙПЕРА

    Перед снайпером стоит постоянная задача - ежедневно обрабатывать передний край противника. На позицию снайпер выходит каждую ночь, потому что ему надо работать каждый день. И каждый день он должен кого-то убить - это его боевая задача и он несет ответственность перед своими за ее невыполнение. Снайпер ежеминутно ищет цель, и цель эту ему лучше показать, ту цель, которую вы считаете нужной, а не ту, которую он найдет сам и убьет кого-нибудь. Снайпер может замаскироваться настолько умело, что самым тщательным визуальным наблюдением обнаружить его невозможно. И поэтому первый выстрел будет всегда за ним. Надо, чтобы этот первый выстрел снайпер сделал туда, куда надо вам, а не туда, куда надо ему. Поэтому снайперу постоянно подставляют приманки. После первого спровоцированного по приманке выстрела уже можно будет приблизительно (а иногда и точно) узнать, где находится позиция снайпера.

    Самой простой приманкой является обычная солдатская каска. Снайпер всегда старается подловить цель в проломах, оконных проемах, проходах, в местах осыпавшихся или обваленных взрывами брустверов траншей и в местах скопления вашей живой силы, в справедливом расчете на то, что рано или поздно кто-то потеряет бдительность или "проявится" в малозащищенном месте. В этих местах снайперу и показывают каску, которую поднимают на палке. Но каска не должна все время находиться на одном месте - она должна двигаться. Причем двигаться естественно, так, чтобы снайпер противника не почувствовал фальшь. Поэтому потренируйтесь эту каску на палке нести и смотрите, как она себя ведет. Она качается в такт вашим шагам, как маятник. Это уже фальшь. Теперь, удерживая каску на палке, поверните за угол траншеи. Тяжелая каска, сохранив инертность, осталась в прежней ориентации, как гирокомпас, а направление ее движения изменилось. Когда вы вдоль траншеи несете на палке каску, она не должна "идти" ровно, а должна немного, очень немного, в такт шагам нормального человека, "приседать" и приподниматься. Когда человек в траншее нагибается, каска у него на голове тоже должна чуть нагибаться. Кроме того, над бруствером должна двигаться верхушка каски, и если ее поднять слишком высоко, обман обнаружится сразу.

    Чтобы все это было понятно и наглядно, посмотрите со стороны, как ваш напарник, не посвященный заранее в эти тонкости, будет нести на палке каску по траншее или по развалинам. Вы при этом обнаружите фальши, пожалуй, даже больше, чем здесь описано. Чтобы каска "слушалась" ассистента, который с ней работает, нужно надеть ее на объемную "голову", которая изготавливается из чего угодно, лишь бы каска на ней сидела более менее плотно. Теперь внимательно понаблюдайте, как ведет себя каска на голове человека, идущего нормальным шагом, бегущего (она при этом чуть наклонится вперед), перебегающего полупригнувшись, изготавливающегося в стрельбе и т. д. Потренируйтесь с каской, надетой на объемную "голову" и носимой на палке, повторить движения каски, надетой на голову настоящего человека. Пройдитесь и пробежитесь с ним рядом, повторяя вашей каской на палке движения каски живого бойца. Если вы сможете изобразить основной рельеф и черты лица, такую каску можно будет не бояться на мгновение приподнять выше бортов над бруствером. Тренируйтесь двигать каску до тех пор, пока ваши товарищи на дистанции 50 метров перестанут различать, где мелькает каска на живом человеке и где движется приманка. Одна каска не должна "светиться" слишком долго - нельзя переигрывать Для вящей приманки лучше организовать попеременное движение нескольких касок в разных местах.

    Очень эффективная приманка для вражеского снайпера - искусно сделанное чучело человека в натуральный размер. Во всех войнах, больших и малых вооруженных конфликтах, а также в борьбе с терроризмом такие чучела-приманки использовались с неизменным эффектом. Чучело-манекен изготавливается из подручного материала, очень часто старое обмундирование набивается тряпьем, соломой и т. д., что попадется под руку, две-три шинели или бушлаты натягиваются рукавами друг в друга. Вместо головы приспосабливаются две шапки - одна надета на другую. "Голова" под шапкой обтягивается женским капроновым чулком (кстати, на нем почти не остается пробоин от пулевых попаданий). Внутрь рукавов вставляется по две палки для имитации жесткости костей и естественности сгиба в локтевом суставе. Чучело должно быть изготовлено очень правдоподобно, чтобы постановка головы, груди, спины и изменяемое положение рук были как можно более естественными. Чучело-манекен должно быть как можно более легким и прочным, потому что его изготавливают надолго и таскают за собой с позиции на позицию. В последнее время для этого появился прекрасный легкий материал - пенопласт, мелкими обломками которого набивают старые кителя, бушлаты, гимнастерки, старые свитера и т. д. Во всех войнах и на всех фронтах умельцы не жалели времени и изобретательности при изготовлении таких приманок. При изготовлении чучела с применением пенопласта очень даже можно вырезать рельеф лица. Такой рельеф, затянутый капроновым чулком телесного цвета с обозначенными глазами, на расстоянии 50-60 метров практически неотличим от лица живого человека. Через манекен пропускалась резиновая трубочка, один конец которой оканчивался во "рту" мундштуком, в этот мундштук вставлялась сигарета, и чучело могло курить. Руки чучела-приманки оканчивались старыми перчатками и могли привязываться к автомату или винтовке. Посредством толстой проволоки, пропущенной внутри корпуса, голова куклы могла вращаться вправо-влево. Для маскировки дефектов лица, неизбежно допускаемых при изготовлении приманки, на чучело надевались любые старые очки. Кроме всего прочего, эти очки давали зеркальные отблески, которые "демаскировали" приманку и привлекали к ней внимание вражеского снайпера. Фронтовыми умельцами чучела-приманки изготавливались настолько тщательно, что даже вблизи сходство с живым человеком было поразительным.

    Тренировались работать с чучелом так же, как и с каской, -> внимательно наблюдая движения живого человека и воспроизводя их работой "рук" и "головы" приманки. Точно так же, как и при работе с каской, противнику показывали чучела в движении на разных участках, меняя на чучелах обмундирование и головные уборы. На чучела ловились не только снайперы, но и дежурные пулеметчики противника Тренировка работы снайперов с касками и чучелами позволяла им при знании особенностей естественных движений человека не попадаться на такие же приманки, применяемые противником.

    Чучела-приманки показывали противнику в проломах и местах с фортификационными разрушениями. Чучела привязывали к снайперским винтовкам и пулеметам и выставляли их в стрелковые ячейки с практической стрельбой, дергая за веревочки, привязанные к спускам заряженного оружия. Чучела "ненароком" выставляли из-за угла в местах скопления военнослужащих, перед этим имитируя бурное движение и толкотню внутри объекта. Иногда, для того чтобы вызвать снайпера противника на первый выстрел, разыгрывались маленькие спектакли с куклами. Старый снайпер, воевавший в Отечественную войну, рассказывал, как поймали очень осторожного немецкого снайпера. Сначала его внимание привлекли тем, что из окопа выбрасывалась вверх земля. Эта мелькающая земля не могла не привлечь внимания. Раз в этом месте вылетает земля, значит, там копают. Если копают, значит, там кто-то есть. Рано или поздно этот человек должен утомиться, потерять бдительность и подставиться под выстрел. Так и получалось, утомившийся солдат клал лопату на бруствер и начинал курить. Курило, естественно, чучело, у которого в "пальцах" была зажата сигарета, а дым изо рта пускался через трубочку. Чучело получало пулю в висок, падало, на нем быстро меняли обмундирование и движением этой куклы и еще нескольких имитировали беготню и возню с раненым. Обычно любому нормальному снайперу только того и надо. Немецкий снайпер с удовольствием расстреливал кукол, пока сам не был расстрелян русским снайпером, незаметно подползшим сбоку.

    К сожалению, на чучела-приманки ловились не только немцы.

    "...когда рассвело, Люда обратила внимание: один из снежных белых бугорков чуть шевелится. "Снайпер", - подумала она и, тщательно прицелившись, выстрелила. Бугорок качнул-" ся, рядом с ним мелькнуло что-то черное. "Ствол винтовки, значит, цель поражена", - решила Людмила и, внимательно вглядываясь в оптический прицел, чуть приподняла голову из укрытия. Это было оплошностью, стоившей ей жизни. Другой немецкий снайпер смертельно ранил девушку".

    (В Гришаев. Из сборника "Снайперы")

    Начинающая женщина-снайпер попалась на классическую приманку. Живой противник мог шевельнуться один раз, но "чуть шевелиться" могло только чучело. Винтовка этого чучела специально не была закамуфлирована. Чучело "чуть шевелил" ассистент немецкого снайпера, сам же снайпер занимал позицию где-то со стороны. Место выстрела он "засек" по звуку и ждал, пока там кто-то проявится. Женщина-снайпер совершила вторую классическую ошибку - она подняла голову и полюбопытствовала о результатах своего выстрела. По всей видимости, у нее не было с собой перископа, что и привело к трагическому финалу.

    Как в финскую, так и в Отечественную войну применялись световые приманки. Чаще всего это была фара от разбитой машины или мотоцикла. Ее помещали в затемненном месте, обычно под разбитой бронетехникой - излюбленным местом снайперов. Фару закапывали в землю "лучом вверх", на фару клали кусок желтого стекла или желтой (оранжевой) бумаги и под углом 45° над фарой закрепляли лист белой жести, который брали от больших консервных банок или где-либо еще. От этого устройства протягивался провод к позиции снайпера, кото-i рая располагалась где-нибудь в сторонке так, чтобы не видно было дыма от выстрела. Контакт замыкался самодельным устройством, срабатывающим при отдаче оружия после выстрела; (сейчас такой контакт срабатывает при отходе затвора автоматического оружия назад). Снайпер стрелял в одном месте, а вспышка выстрела виднелась в другом, в глубине под разбитым танком или бронетранспортером. Снайперы противника или его пулеметчики стреляют на вспышку фары, которая отражается от наклоненного листа жести. Иллюзия вспышки выстрела получается полнейшей. Лист жести, отражающий эту вспышку, выдерживает 10-15 прямых попаданий, сохраняя светоотражающие качества.

    В ночное время применяются также приманки, имитирующие огонек сигареты. Это чаще всего обычная сигарета или электролампочка от карманного фонаря с любым оранжевым светофильтром. Предпочтительнее использовать настоящую сигарету.

    Лампочка "мертва и не дышит". Она неестественна. Внимательно пронаблюдайте за курящим товарищем. Обратите внимание, как его сигарета разгорается при затяжке и огонек ее становится намного ярче. Обратите внимание на то, что при затяжке и увеличении яркости огня сигарета на секунду остается неподвижной, а затем, после затяжки, слегка померкнувший огонек отодвигается от рта и движением руки курильщика уходит вниз в сторону.

    А теперь подсоедините к сигарете через мундштук резиновую трубочку, закрепите это устройство на длинной толстой проволоке или на палке, воспроизведите все вышеописанное, находясь за укрытием и удерживая сигарету на расстоянии.

    Отработанная таким образом и заранее тщательно отрепетированная приманка во всех войнах никогда не давала осечек. В наше время появились приборы ночного видения, и чтобы у вражеского снайпера не осталось никаких сомнений в подлинности цели, поставьте за сигаретой чучело-манекен в каске. Имитируйте движения курящего человека наклонами и поворотами головы манекена. В случае попадания пули в "голову" входное и выходное отверстия покажут направление выстрела.

    ПРИМАНКА НА ОТБЛЕСК ОПТИЧЕСКОГО ПРИБОРА

    Любой оптический прибор, не защищенный блендой (трубой перед объективом), дает отблески от передней линзы. В солнечный день эти отблески видны невооруженным глазом на расстоянии до полукилометра, в оптический увеличивающий прибор - до полутора километров. Отблеск передней линзы объектива оптического прибора заметен под разными углами от него, потому что линза имеет выпуклую форму и отражение солнечных лучей от нее расходится в разные стороны. Отблески от передней линзы оптического прицела демаскировали и погубили не одного снайпера и поэтому часто использовались в качестве снайперской приманки. К макету винтовки (любая палка, обмотанная обрывками зеленых тряпок или маскировочной сети) прикрепляется трофейный оптический прицел или любая трубка (даже из картона - можно использовать отработанные картонные трубки осветительных ракет, только обмотать их чем-нибудь черным). В переднюю часть трубки вставляется любая выпуклая линза от любого разбитого оптического прибора. Все это устройство пристраивается к какой-либо куче ветвей, изображающих укрытие, и время от времени ассистент, потягивая за ниточку, приводит приманку в движение. На такую приманку прекрасно ловились снайперы-наемники, воевавшие в югославском конфликте. Очень хорошо ловились на такую приманку и немецкие снайперы во время Второй мировой войны, но для вящей результативности коварные русские снайперы привязывали сзади "оптического прицела" ком тряпок в каске или в пилотке, изображавший голову.

    Внимание! Отблеск оптического прибора наиболее заметен со стороны при шевелении этого прибора. Но в этом случае главное - не переиграть! Можно пошевелить один-два раза в час, не более. Иначе противник заподозрит фальшь. Заранее потренируйтесь пускать такие отблески в безопасном месте и со стороны пронаблюдайте, чтобы это выглядело естественно.

    СНАЙПЕР ПРОТИВ СНАЙПЕРА

    Лучшее средство против снайпера - другой снайпер. Межснайперские поединки "один на один" при ведении боевых действий нередки. В этом случае надо помнить, что ваш противник - тренированный и тактически подготовленный, сообразительный и профессионал. Ваша задача - выявить и убить его. Он хитер - вы должны перехитрить его. Он скрытен - вам надо вычислить и обнаружить его. Простое сидение в неподвижной засаде на противника почти ничего не дает. Вражеского снайпера надо "завязать на себя" и заставить работать. Василий Зайцев четко, как никто другой, сформулировал, как это надо сделать: "Втяни его в поединок, заставь стрелять, придумай фальшивые ходы, рассей его внимание, дразни, выводи из себя, запутывай свои следы - только что был здесь и уже стреляешь из другого места, утомляй его зрительную сосредоточенность. Изнуряй его беспрестанным показом манекенов. Раскрой систему его огня и узнай стиль его работы. Заставь его раскрыться и поймай этот момент. Заставь его перемещаться так, как тебе выгодно, и пусть он подставится. Он подставится рано или поздно. Ты русский и ты терпеливее его, в этом главное твое преимущество. В снайперском единоборстве запрещенных приемов нет. Тебе навязывают поединок - отказываться нельзя. Если не ты, то кто же? Есть неписаное правило: кодекс чести снайперов предписывает доводить снайперский поединок до конца. Ошибаться нельзя. Ошибка обходится дорого. В снайперском поединке надо думать, думать и терпеть, терпеть и чувствовать противника. Нетерпеливый и бесчувственный - добыча смерти. В межснайперском поединке ты сможешь сделать один-два выстрела, не больше. И для подготовки последнего, решающего выстрела нужно быстро, очень быстро сработать головой" (из конспекта лекций В. Зайцева).

    Межснайперские поединки происходят в различных условиях при различных обстоятельствах. Для обнаружения вражеского снайпера задействуются все методы, описанные в этом пособии, а также практический опыт и звериное чутье конкретного снайпера на обстановку. Готовых рецептов при этом быть не может, как нет и никогда не будет рецептов ведения межснайперской дуэли. Учитываются и задействуются сильные и слабые стороны позиций - своей и противника, освещение, расположение и движение солнца, появление и исчезновение теней, рельеф местности, а также особенности психики противника.

    Противника вызывают на выстрел и "дразнят" различными способами. Иногда для этого достаточно выставить каску и независимо от попадания по ней помахать над окопом малой лопаткой - на стрельбищах это означает промах. Довольно часто снайпер противника стреляет по этой лопатке, после чего ему показывают "дразнилку" еще и еще. Во все времена часто применялся прием, когда длинную и бесформенную связку травы тянули на веревке по слегка пересеченной местности рывками, имитируя движение ползущего человека. После выстрела противника, независимо от попадания, эту связку тянули все быстрей и быстрей, имитируя движение человека, спасающегося от пули. Можно и просто ждать под перископом, пока снайпер на открытой позиции не выдаст себя каким-либо движением. Варианты возможных действий описать невозможно, настолько они нестандартны, ибо рождаются изобретательностью конкретного снайпера, вынужденного работать в конкретной обстановке.

    В литературе неоднократно описывались случаи, когда снайперы, "случайно" выставив часть силуэта (чаще всего край свернутой шинели или бушлата), после выстрела противника артистично "выкидывались в агонии" из окопа, раскинув руки, и падали боком куда-то в сторону (но всегда туда, где лежала на упоре запасная винтовка) и ждали, пока противник не будет любопытствовать в биноколь о результатах своего попадания. И в прошлой войне, и в современных конфликтах многие любители увеличивать личный счет часто попадались на это. Бывали случаи, когда снайперы первым выстрелом на позиции противника обозначали себя и провоцировали вражеского снайпера на выстрел, но вместо себя выбрасывали на бруствер искусно сработанное чучело лицом вниз и вместе с ним выталкивали винтовку. Находясь под чучелом, ждали, когда противник выстрелит по чучелу для контроля (иногда чучело шевелилось, изображая "недостреленного") или высунется для наблюдения в бинокль.

    Иногда достаточно на открытой позиции после своего выстрела поставить вместо себя чучело и с запасной позиции "накрыть" противника, который будет это чучело расстреливать, - в практике бывали и такие случаи.

    Межснайперский поединок не всегда происходит с неподвижных позиций. Зная рельеф местности, противоборствующие снайперы перемещаются ползком или короткими открытыми перебежками (чаще всего в обманных целях), стараясь "закрутить" поле боя по-своему и поставить противника в невыгодные условия стрельбы.

    В межснайперской дуэли легких побед не бывает. Побеждает более опытный, терпеливый и коварный. Поэтому если есть возможность, снайпера противника лучше и результативнее обкладывать, как волка, коллективными усилиями группы снайперов и разведчиков. В контрснайперской работе запрещенных приемов нет. Пусть вражеский снайпер думает, что работает против одного противника. В определенный момент на него "навалятся" из нескольких стволов с нескольких направлений. И если контрснайперской группе приходится вступать в работу против группы снайперов противника, всегда стараются "отсекать" вражеских стрелков от группы по одному, используя любые методы, приведенные здесь или изобретенные на ходу, коллективно блокировать этих одиночек и уничтожать тоже по одному.

    Кроме того, при коллективных действиях многократно возрастает естественный контрснайперский фактор, а именно - развитие событий.

    Это развитие событий каждым бойцом контрснайперской группы контролируется с разных сторон, стало быть, возрастает возможность их боевой реализации.

    Летом 1942 года в сталинградских уличных боях русским несколько дней досаждал немецкий снайпер, работавший в паре с пулеметчиком. При очередном подстреле очевидцы пояснили, что солдат был убит в голову откуда-то сверху, и показали, как он стоял в момент подогрела. Русский снайпер с пробитой каской в руках примерно восстановил линию полета пули. Ему рассказали, что выстрела не было слышно из-за пулеметной трескотни. Был сделан вывод, что на стороне противника работал грамотный снайпер, и было принято решение сперва лишить этого стрелка звукового прикрытия - ликвидировать пулеметчика. Русский снайпер занял позицию в глубине развалин в тени. Ассистенты показали в одном месте сразу несколько манекенов-приманок, "бегущих" в одном направлении. Немецкий пулеметчик "клюнул" на групповую приманку и пострелял по ней несколько секунд, что стоило ему жизни. За это время напарник снайпера проскочил разграничительную линию между своими и чужими и стал заходить между развалинами во фланг позиции немецкого стрелка. Немецкому снайперу показали сначала каску, но ее несли специально небрежно, чтобы он распознал приманку. Затем ассистенты показали чучело, на которое немец тоже не "клюнул". На игру последующих приманок немец тоже не попался. Пока все это происходило и внимание немца было отвлечено, напарник снайпера пробрался сбоку и сзади позиции немецкого снайпера и увидел его среди развалин, сосредоточенно наблюдающего в перископ с верхних этажей полуразрушенного дома. Немец был застрелен, с высоты этого дома помощник снайпера застрелил еще двух немецких солдат и принес на свою сторону трофейную снайперскую винтовку и перископ. Это классический пример, как, действуя коллективно, противника можно отвлечь и обойти.

    При нашем наступлении в предгорьях Карпат у немцев появился стрелок, довольно меткий, который точной стрельбой издалека разбивал стереотрубы, перископы и мгновенно брал на мушку все, что двигалось. Маскировался он безупречно. Пулеметного звукового фона не было. Вспышки выстрела никто не замечал. Звук был приглушенный - вроде как стреляли издалека. Чучел на той стороне тоже никто не показывал. Вреда этот стрелок нанес немало, буквально "ослепив" командный состав. Визуальным наблюдением его позицию установить не удавалось. Она была вроде как "блуждающей". Постепенно различные направления и версии провокацией приманок отпадали, район поисков сузился и в поле внимания все чаще и чаще стала попадаться куча разбитых снарядных ящиков и другого хлама. Ночью саперы проделали проход в минном поле, под прикрытием снайпера, оставшегося возле разминированного прохода, разведчики сделали засаду возле вышеупомянутой кучи. Под утро взяли приползшего на позицию снайпера. Его допросили тут же экспресс-методом, и он показал, что его напарник занимает отвлекающие позиции по сторонам на удалении 100-150 метров от кучи. Наш снайпер занял скрытую позицию за той же кучей и через некоторое время обезвредил выстрелом в бок другого немецкого снайпера, который выдвинулся своим чередом. Потом выяснилось, что немецкий снайпер стрелял из кучи битых ящиков через несколько щелей. Вернее, он стрелял "в кучу" - дым оставался в обломках и постепенно рассеивался, звук приглушался, пламени тоже не было видно. Поучительным в этой операции было то, что пленного полезно допрашивать по горячим следам.

    В другом случае разведгруппа, ползавшая каждую ночь по нейтральной полосе, обнаружила в небольшой заброшенной траншее за мелким кустарником стреляные гильзы, утоптанный грунт и карточку огня с нанесенными на ней ориентирами на нашей стороне и обозначенными дистанциями до них. На всякий случай возле этой позиции задержались, и не напрасно - перед рассветом туда приполз немецкий снайпер, которого повязали и притащили на свою сторону. Его напарника тихо зарезали рядом на запасной позиции, которая тоже была отмечена на карточке огня. Немец для облегчения своей работы оставлял такие карточки на каждой позиции, чтобы не таскать их с собой, и составлял их очень пунктуально, что и подвело его напарника. На позиции нельзя оставлять ничего привлекающего внимание, даже стреляных гильз. На карточках огня запрещается делать обозначения чего-либо, находящегося на своей стороне. Нельзя все время выходить на одну и ту же позицию. Не только наши захватывали немецких снайперов при ночных выходах. Немало и русских, не придавших таким вещам никакого значения (это русская ментальность), попало в плен именно таким образом. Однажды русский снайпер выбросил ненужную ему примитивную карточку огня с обозначенным на ней немецким наблюдательным пунктом. Карточку подобрали немецкие разведчики, и через сутки этот снайпер попал в немецкую засаду, устроенную перед этим наблюдательным пунктом. Запомните: на войне нет мелочей ни в чем. Случайность - это следствие оплошности.

    В 1943 году недалеко от Полтавы разведчики ночью притащили "языка". Он был испуган и помят. Ему развязали руки, вынули кляп изо рта и дали зажженную сигарету. Он успокоился и сразу начал говорить.

    На вопрос о снайперах он ответил, что совсем недавно прибыла новая группа снайперов, которые раньше работали на других участках, уже обстреляны, на их счету есть убитые. Стрелковая подготовка отличная, маскировка безупречная. Очень осторожны. На простые приманки не реагируют. Пленный, видя, что его не собираются убивать по крайней мере тут и сейчас и обращаются пока хорошо, очень подробно описал методы работы этой снайперской группы, особенности характера и привычки каждого из этих снайперов.

    В частности, он показал, что командир этого снайперского отделения маскировался только природными ветками и травой, позиции особо не оборудовал, менял их часто, работал на ровном месте с нейтральной полосы, но сзади себя всегда имел лощину или старые траншеи для отхода. Его заместитель предпочитал занимать позиции со стороны солнца, в глубокой тени под высокими скатами, обкладываясь со всех сторон ветками или между кустов.

    Эти особенности было решено использовать для пользы дела. На крупномасштабной карте 1:250000 установили места рельефа местности с подходящими лощинами и скатами с южной стороны. Ночью снайпер занял замаскированную позицию сбоку от лощины в старых окопах. Днем было жарко, и внимание снайпера в предполагаемом месте привлек куст, листья которого "опустили уши" - кто-то его недавно посадил и не полил. Кроме того, перед кустом со стороны наших окопов была вырвана высокая трава, хотя рядом стояла такая же высокая трава. Это был явно расчищенный сектор обстрела, и, кроме того, траву всегда в таких случаях вырывают, чтобы она не качалась от пороховых газов при выстреле и не демаскировала позицию. Снайпер дождался, пока немец, просидев безрезультатно под начавшим вянуть от жаркого солнца кустиком, не уполз в лощину для смены позиции. В одном из изгибов этой лощины он "подставился" и был застрелен.

    Его заместителя, прятавшегося в тени, обнаружили аналогичным способом. Этот снайпер тоже прятался, неглубоко закопавшись под кустиком, имея, кроме того, кусты справа и слева. Под контролем перископа ему направили в оптический прицел солнечный зайчик от куска зеркала, укрепленного на палке и выставленного из окопа. Представьте, как почувствовал себя этот стрелок. Он дернулся так, что куст над ним покачнулся. По световому пятну от солнечного зайчика, направленного в амбразуру под куст, выстрелили залпом из двух снайперских винтовок. Труп убитого снайпера потом нашли при наступлении. Засохший куст стоял над ним на перекрестии из веток и сучьев. Остальные снайперы этой группы затаились и почти не проявлялись.

    Василий Зайцев описывал случай уничтожения немецкого снайпера, засевшего за броневым щитком от русского пулемета "максим". Зайцев долго ждал развития событий, пока немцу не принесли обед, и дождался момента, когда немец что-то пил из термоса и, забывшись, запрокинул голову назад, выставив ее над щитком.

    В другом случае, когда немецкого снайпера не удавалось взять "в лоб", Зайцев занял позицию в стороне от основного участка событий, с фланга по высотке, откуда ему просматривались изгибы траншей. Зайцев ждал развития событий и дождался, пока немецкий снайпер не показался в одном из таких изгибов. Он шел с винтовкой, заброшенной за спину, и о чем-то беседовал с офицером, который шея радом. Зайцев застрелил обоих.

    В литературе описан классический пример контрснайперской изобретательности, который после Второй мировой войны был приведен в учебниках снайперской практики многих стран мира. Немецкий снайпер оборудовал вблизи линии своих траншей, за минным полем, бетонированную "глухую" позицию за бронещитком и очень досаждал переднему краю русских. Русский снайпер, который получил приказ уничтожить вредного фашиста, к выполнению поставленной задачи подошел творчески. Он тщательно изучил распорядок жизнедеятельности своего немецкого "коллеги" и установил, что тот с истинно немецкой пунктуальностью в одно и то же время уползает к своим на обед. Ночью саперы проделали проход в минных заграждениях, а днем русский снайпер в обеденное время незаметно подполз к бетонированной позиции и в отсутствие хозяина закопал под бронещитком мину от 120-мм миномета, на взрыватель которой прикрепил клочок белой бумаги. Часа через полтора, когда немец должен был вернуться с обеда, русский снайперским выстрелом по хорошо видной белой бумажке подорвал мину. Труп немецкого снайпера вместе с бронещитком отбросило далеко в сторону.

    В другом случае тщательным сравнительным наблюдением был также выявлен искусственный маскировочный пень, отстоявший от позиций на дистанции 450 метров. По нему постреляли из пулемета ДШК. Пень при пулевых попаданиях дергался, но не падал. Это навело на мысль, что он сработан добротно, капитально закреплен, поставлен над глубокой позицией, а снайпер использует этот камуфляжный пень для маскировки скрытого наблюдения в оптический прибор - перископ или артиллерийскую буссоль, находясь при этом внизу в безопасном месте. Нижняя часть пня была взята нашим снайпером на прицел, а его ассистенты показали противнику куклу-приманку в изгибе траншеи. Вражеский снайпер, сидевший под пнем, успокоился после огневой "проверки" и выстрелил из-под пня по кукле При вспышке его выстрела русский снайпер дожал спуск. Как выяснилось впоследствии, немец, не успевший после выстрела уйти вниз, получил тяжелое ранение и был отправлен в тыл.

    Во время войны в ходе боев за Восточную Пруссию ассистент нашего снайпера вызвал на огонь немца тем, что, находясь перед разведанным дальномерно-наблюдательным постом немцев, расположенным на высотке, выстрелил пару раз просто по маскировке этого поста и сразу же вместо себя выставил чучело с привязанной к нему винтовкой. Расчет был верный: противник знает, что снайперы всегда стараются подобраться к наблюдательно-корректировочным постам врага и лишить их возможности полноценной работы. Немецкий снайпер, контролировавший ситуацию, выстрелил по чучелу, и, несмотря на то, что он попал, чучело "выстрелило" в ответ. Немец выстрелил во второй раз, и этого было достаточно, чтобы командир нашей снайперской группы застрелил его сбоку.

    При обучении молодых снайперов рано или поздно наступает боевая практика в реальных боевых условиях. Главные враги молодого снайпера - чрезмерная эмоциональность и повышенное самомнение. Каждый из нас, взявшись за какое-то ремесло, через две-три недели уверен, что знает вое. Случайно выпавшая удача снижает способность критически мыслить. В состоянии эйфории от победы теряется осторожность. Совсем недавно в одной из горячих точек молодой снайпер-стажер удачно "свалил" снайпера на сопредельной стороне. Перед этим этот стажер долго и терпеливо наблюдал за предварительно вычисленной позицией противника и наконец-таки дождался, пока солнце не высветило прижавшийся к разбитому дымоходу бесформенный черно-бурый силуэт. После выстрела этот силуэт с кучей тряпья на нем рухнул вниз, а винтовка осталась на дымоходе, зацепившись ремнем за острые обломки. Все выглядело, как в американском кинобоевике. Стажер с очень довольной физиономией радостно завопил:

    "Здорово я его достал!" Забыв про осторожность, он встал с винтовкой, но его наставник резко дернул этого салагу к себе, за угол. В стену, где только что стоял молодой снайпер, ударила пуля. Убитый снайпер был с напарником, который стрелял с другого места. Чуть позднее наставник стал перемещаться влево от себя, закручивая поле боя по часовой стрелке. Время от времени он постреливал по позиции противника, обнаруживая свое перемещение. В попытках "достать" противника вражеский снайпер переносил огонь правее и правее и в конце концов в азарте "вывернулся" из-за укрытия, чем и "раскрылся". Более того, не имея укрытия слева от себя, он высунулся и "подставился", стреляя в правую сторону с правого плеча. Стажер, воспользовавшись этим, застрелил его, но это была заслуга наставника, который подготовил процесс. Потом "старик" выговаривал "салаге": "Никогда не уходи с позиций открыто. Никогда не думай, что твой выстрел последний. Никогда не думай, что поединок закончен!"

    В городе Д. специально для приманки снайпера и разведгруппы противника организовали ложный командный пункт, для чего понаставили антенн от разбитой аппаратуры, имитировали "шевеление" и суету, позади этого командного пункта носили газеты, пачки документов и "деловых" бумаг, гремели котелками, работал мотор БТР и т. д. Этот ложный командный пункт организовали специально в таком месте, чтобы удобные для снайперской стрельбы позиции оказались в 400-500 метрах на юг от данного объекта и чтобы вражеским снайперам было легче стрелять по освещенным целям. Утром, когда под стенкой пронесли чучело от пролома к пролому, ему в голову попала снайперская пуля. По данным визуального наблюдения было отмечено направление выстрела и сделан вывод, что снайпер противника наблюдает в перископ и стреляет навскидку, едва высунувшись из укрытия. Очередное чучело привязали к патронному ящику, на спину чучела надели автомат и разбитую рацию с антенной. Эту приманку потянули за веревку по траншее, как на салазках. После второго снайперского выстрела чучело "пошло" быстрее, третьим выстрелом снайпер попал в рацию, и чучело упало набок. Четвертого выстрела ему сделать не дали. Хоть позиция этого стрелка и была в развалинах на стороне противника, но дважды подряд он стрелял "высунувшись" в одном положении. Его "достали" "косым" выстрелом сбоку из снайперской засады. Случай этот поучителен для всех: нельзя с одной позиции производить более двух выстрелов.

    Особенности снайперской тактики наиболее понятно и доходчиво описаны в рассказах военных корреспондентов и самих участников событий. К сожалению, со временем бесценный боевой опыт забывается.

    Итак, информация из первоисточников.

    "...нам задание - ослепить немецких корректировщиков. Мы быстро выявили смотровые щели под бетонной плитой над блиндажом. Сидят там, гады, поблескивают своей просветленной оптикой. Сейчас мы ее продырявим.

    Шесть щелей. Я разделил их среди своих товарищей, прогремел залп из шести винтовок. Через три минуты - еще один. Этот второй залп сделали для страховки: не пробуйте, поганцы, менять разбитую оптику - вас ожидает пуля".

    (Опыт В. Зайцева)

    Это пример того, как концентрированным огнем по одной или нескольким целям можно достать противника, засевшего за бетонной плитой.

    "...Выполняя задание командира дивизии - сорвать вражескую атаку, - наша группа снайперов применила неожиданную для противника тактику. Заранее зная направление атаки, мы решили взять на мушку прежде всего командные и наблюдательные пункты неприятеля. Тринадцать снайперских винтовок, тринадцать пар глаз, вооруженных оптическими прицелами, нацелившись с разных точек на удобные для рекогносцировки пункты в глубине боевых порядков фашистов. Групповая охота. Заключается она в том, чтобы до наступления обезглавить вражеские роты и батальоны. Тут все просто: выйдут немецкие офицеры в последний раз осмотреть полосу наступления - посылай полагающийся им свинец. Если кто чрезвычайно храбр и выскочил, чтобы повести за собой солдат, - ты немедленно прошей ему голову. Заметишь, что с какой-то стороны враг успешно выступает, - направь туда все тринадцать снайперок и снимай сначала офицеров, а уже потом кого придется, чтобы никому не хотелось переступать этот рубеж, чтобы знали - тут ждет смерть. Одним словом, групповой снайперский огонь рассеянного и концентрированного типа ослеплял командные пункты врага и обрекал его на неудачу с первых же шагов.

    Наш план удался на славу. На рассвете, перед началом наступления, на командных и наблюдательных пунктах врага заблестели объективы биноклей. То тут, то там стали появляться офицеры с кокардами на фуражках. Им и невдомек было, что как только рассвело, они стали блестящими мишенями".

    (В. Зайцев. "За Волгой для лас земли не было")

    Эта информация в комментариях не нуждается. Итак все понятно.

    "...разведчик и снайпер, он был по нашему фронту непревзойденный, с настоящим талантом следопыта, с лисьей хитростью и с неистощимой изобретательностью. Как охотник помнит убитых им медведей, он запомнил трех уничтоженных им врагов. Двух офицеров, которых он подкараулил, лежа в нейтральной полосе, и снял во время командирской рекогносцировки, и одного, как он говорил, "страсть вредного" немецкого снайпера, подкараулившего нескольких наших бойцов.

    За этим снайпером охотился недели две. Тот знал об этом и в свою очередь охотился за старым разведчиком. Как бы состязаясь в мастерстве, они сутки за сутками караулили друг друга. Разведчик приходил похудевший, обросший, злой, с воспаленными глазами, на вопросы не отвечал и, подремав часок-другой в уголке землянки, уходил назад, на передовую.

    Только к исходу второй недели удалось ему точно установить снежную нору немецкого снайпера. Она была вырыта за трупом лошади, лежавшим тут с осени, безобразно раздутым и уже запорошенным снегом.

    Он пробовал вызвать противника на бой выстрелом. Тот не ответил. Но с передовой немцы открыли на выстрел такой огонь, что разведчик еле отлежался в своей засаде.

    Попробовал установить в леске чучело в каске и маскхалате. Хитрость не новая, однако и на нее попадались, но "вредный" не клюнул.

    И тогда однажды, в туманную ночь, перед рассветом, разведчик протоптал следы к одиноко стоявшей у переднего края сосенке, что была как раз напротив палой лошади, стряхнул с веток иней, насорил на снегу коры и возле едва заметно разложил за ней свой маскировочный халат. Все это замаскировал, но не очень тщательно. От дерева он протянул суровую нитку к своему настоящему убежищу, сделанному в снегу, и дал все это заволочь инеем оседавшего утреннего тумана.

    Когда совсем рассвело и поднялось солнце, разведчик начал легонько дергать нитку. С ветвей сосенки начал осыпаться снег. Он подергает и замрет. Подождет полчаса, подергает и опять замрет. Наконец в норе немецкого снайпера послышалось шевеление. Над бурым пузом лошади обозначилось что-то более белое, чем снежный фон. Грянул выстрел. Он слился с выстрелом старого разведчика. И все стихло. Только снег осыпался с пробитой ветки сосенки, возле которой разведчик ночью с такой тщательностью раскладывал и маскировал свой халат, свой знаменитый маскировочный плащ, который он сам обшил ветками и корой и в котором его действительно можно было не заметить даже в двух шагах".

    (Борис Полевой. "Разведчики". Отрывок с сокращениями)

    В этом небольшом отрывке довольно основательно отражена сущность межснайперской дуэли на природе. Немецкий снайпер явно наблюдал за местностью в перископ. Его ошибка - он прятался за укрытием, не имея амбразуры для стрельбы, и поэтому был вынужден для выстрела "обозначиться" над этим укрытием. Что его и погубило. На чучело немец не "клюнул", очевидно, из-за того, что оно стояло неподвижно.

    "...На одном участке фронта появился злой, глазастый и прилежный немецкий снайпер. Дело дошло до того, что он разбил пулей стекло стереотрубы, хотя ее неплохо замаскировали наши артиллеристы.

    Обратились к Намоконову (снайперу) за помощью. Он приехал в полк со всем своим снайперским имуществом: две винтовки, запасная каска, уже помятая, исчерканная пулями, и большой осколок зеркала.

    Наутро он начал слежку. Намоконов лежал на огневой позиции, замаскированный так, будто надел на себя не каску с зеленой вуалью, а шапку-невидимку. Трое суток не прекращал Намоконов слежку. Он подозревал, что фашист сидит на чердаке дома, стоящего слева, на краю деревни. Но пока это была только догадка. Намоконов укрылся за камнями, а заряженную винтовку закрепил на бруствере необитаемого окопа. От винтовки, прихваченной именно для этого случая, он протянул к себе веревку и в подходящий момент дернул за нее. Фашист ответил выстрелом на выстрел. Пуля попала в бруствер, и по облачку пыли Намоконов установил направление ее полета, убедился, что фашист сидит именно на том чердаке.

    Теперь он уже не спускал с чердака зорких, редко мигающих глаз, не слезящихся ни от усталости, ни от ветра.

    Вечернее закатное солнце осветило сзади крышу дома, и Намоконов разглядел, что одной планки в дощатой обивке чердака недостает. Он еще раз дернул за веревку, привязанную к винтовке, а когда в щели на чердаке что-то блеснуло, выстрелил сам по черному пятну, подсвеченному сзади солнцем. Фашист, который сидел на стропилах, рухнул вниз".

    (Евгений Воробьев. "Трубка снайпера")

    Позицию немецкий снайпер занял весьма грамотно и стрелял в глубине помещения через щель от недостающей планки. Пламя от выстрела и дым не выходили наружу, и звук выстрела приглушался. Но немецкий снайпер сделал ошибку, допустив подсветку у себя за спиной и не завесив чем-нибудь пролом в крыше, чердачное окно, через которое его подсветило солнце, и т. д. Русский поступил очень разумно, учтя смену освещения. К тому же трюк с ложной целью - стреляющей на расстоянии винтовкой - во все времена срабатывал на все 100%. Нужно только расположить эту винтовку чуть выше и сзади ее хозяина, на одной линии с ним в створе с амбразурой противника - только так можно достать противника, стреляющего из глубины помещения.

    "...Я выстрелил. Пулемет замолк. Никто за ним не явился, и я понял - за мной следят, надо менять позицию. Оставив вместо себя чучело в каске, я захватил окопный перископ и пошел по траншее к другим чучелам, чтобы встать на место одного из них..."

    (Опыт В. Зайцева)

    Такие вещи получались, если передвижения и подмены происходили под прикрытием дымовой завесы. Противник, ранее приученный к тому, что позиция явно ложная, впоследствии не обращает на нее внимания и подставляется для выстрела именно с этой позиции.

    "При уничтожении одиночного стрелка противника момент для выстрела лучше выбрать так, чтобы автомат противника после падения его хозяина остался на бруствере. Кто-то из напарников неприятеля попытается достать автомат и подставит-ся под выстрел. Но если возле пего никто не появится, значит, позиция снайпера обнаружена и ее надо менять".

    (Опыт В Зайцева - приманка для цели)

    "Фашистские снайперы, как правило, свои посты устраивали в глубине своей обороны, а мы вылезали на передний край. У немцев было много ложных позиций. Как отличить ложную позицию от настоящей^ Тут необходимы наблюдательность и колоссальная выдержка.

    Например, как-то вечером блеснет огонь зажигалки - снайпер закурил. Зафиксируй эту точку и жди - вот-вот появится облачко табачного дыма. Пройдет еще какое-то время, может, и целый день, и смотри - на какую-то долю секунды выставится каска. Тогда не прозевай. Если даже и не успеешь, то ты уже знаешь, где среди ложных позиций настоящая".

    (Опыт В. Зайцева)

    "Лежим молча, наблюдаем. Солнце освещает каждый горбик, который мы заметили еще днем. Немного ниже лежат снарядные гильзы. Я насчитал их двадцать три штуки. Постой! А эта без дна! В такую гильзу, как в трубу, хорошо просматривается перспектива. Я немного приподнялся. Но неожиданно там, в трубе, как будто кто-то высек искру. Я камнем упал на дно окопа. На противоположном боку бруствера треснула разрывная пуля..."

    (Опыт В. Зайцева)

    Маскировка немца была оригинальна, и оборудованная в куче гильз позиция была для стрелка безопасна со сторон. Очевидно, гильза без дна не была закреплена намертво и могла вращаться для изменения сектора обстрела. Ошибка немца состоит в том, что за кучей гильз в гильзу без дна просвечивался светлый фон, на что немец и попался.

    "Я внимательно осматривал (в артиллерийскую трубу) каждый кустик, каждую канавку, дальше и дальше углубляясь в оборону противника. Вот вершина, где иногда появлялся дальномер. Рядом небольшое углубление. А в нем гильза без дна! Замаскированная в бруствер. В отверстие видно гитлеровца в каске Наблюдаю при помощи оптического прицела снайперской винтовки. Гильза закрывает оптику от бокового света, вбирает "зайчики", благодаря чему цель видно более отчетливо. Он, кажется, даже фотографировал свои цели во время выстрела.

    Я держу фашистского снайпера в прицеле своей винтовки уже с полчаса. Утомился, напряжен до крайности. Но на это не обращаю внимания. Фашист тоже смотрит через оптический прицел.

    Николай отошел назад, поднял над бруствером чучело в каске. В тот же момент фашистский снайпер выстрелил Каски как не было на голове куклы.

    И, как заведено у снайперов после удачного выстрела, фашист положил руку на затвор, чтобы передернуть его и поднять гильзу, отодвинулся от оптического прицела. Голова его поднялась. В ту же секунду прогремел мой выстрел. Пуля легла где-то между глаз, перебросив каску на лицо. Винтовка с оптическим прицелом осталась в трубе".

    (Опыт В. Зайцева)

    Немец сделал ошибку, повторив прием, хоть и в другом месте. Почему Зайцев долго держал немца на прицеле и почему его ассистент, отойдя назад (чтобы Зайцев и немец оказались в створе, на одной линии), показал немцу чучело? Надо было проверить, не является ли позиция немецкого снайпера ложной и не находится ли за снарядной гильзой с отпиленным дном чучело-приманка. Немец сделал еще одну классическую ошибку - он поднял голову под встречный выстрел.

    "Рядом с блиндажом, в траншее, мелькнула фуражка. Видно кончик фашистской эмблемы. Фуражка постепенно поднимается. Вот уже видно всю эмблему до козырька.

    - Видишь? - спросил я у Куликова (напарника)

    -Да.

    - Это немецкий снайпер в засаде, дешевую выдумал приманку.

    Фуражка спряталась.

    - Передержал, - заметил Куликов.

    - А почему на нашем участке появился снайпер? - спросил я. Николай пожал плечами:

    - Черт его знает.

    - Ты вчера скосил пулеметчика и всадил ему пулю в голову. Ты как будто бросил ихнему снайперу перчатку. Они твой вызов приняли. По точности попадания тебя узнали".

    (Опыт В. Зайцева)

    ОТ СОСТАВИТЕЛЯ. Ошибка немцев в том, что фуражку действительно передержали.

    ".. .Политрук протянул руку, и разрывная пуля ударила ему в запястье. Теперь я знал, что буду иметь поединок с ловким снайпером, умеющим стрелять навскидку. Прикинувши, на какой высоте пуля попала в руку связного, я сделал отметку на стене траншеи.

    За час мне удалось обозначить три снайперские позиции. Это на всякий случай, может, уже сегодня придется вступать в поединок.

    На третьем оставил для приманки каску. Не успел отойти, как она очутилась на дне траншеи. След от пули свидетельствовал о том, что снайпер выстрелил с той же позиции, с которой раздробил руку связного.

    Где-то к обеду я высмотрел спереди щиток от нашего "максима", за которым сидел вражеский снайпер. Замаскирован он был выгоревшей травой и ветками кустарника. Между ветками чернело отверстие щитка. Посылать туда пулю было бы зря: она пойдет рикошетом от ствола и только напугает снайпера. Надо подождать, пока он поднимется или хотя бы поднимет голову.

    Ждал недолго. Снайперу принесли обед. Над щитком показались две каски. Но под какой из них снайпер? Что-то блеснуло. Наверное, стакан от термоса. Один задирает голову - я вижу его подбородок. Нажал на спуск. Голова дернулась на? зад".

    (Опыт В. Зайцева)

    Снайпер, способный быстро и точно стрелять навскидку, - серьезный противник. В данном случае его подвела самоуверенность и тяга к комфорту. Зайцев сделал правильно, что подождал развития событий, когда успокоенный и отвлеченный едой противник забудется и подставится под выстрел.

    Поединок (описание участника)

    "Ночью наши разведчики притянули в мешке "языка". На допросе он показал, что фашистское командование серьезно обеспокоено действиями наших снайперов. Из Берлина доставлен самолетом руководитель школы снайперов майор Кенингс, который имел специальное задание убить "главного "зайца".

    Я уже научился быстро читать почерк немецких снайперов, по характеру огня и маскировки без особых усилий отличал опытных стрелков от новичков, трусов - от настойчивых и решительных. Но характер руководителя их школы долго был для меня загадкой. Ежедневные наши наблюдения ничего нового не давали. Трудно даже было сказать, на каком участке фашист. Наверное, он частенько-таки менял позиции и точно так осторожно, как я его, искал меня

    Я старался проанализировать собственный опыт, опыт своих товарищей, чтобы найти самое правильное решение. Опыт подсказывал, что без информационной помощи окопных друзей - стрелков, пулеметчиков, саперов и связистов - на успех не рассчитывай. Когда я выявлял фашистского снайпера, определял его местонахождение, то звал к себе, скажем, пулеметчика, давал ему трубу, сам брал окопный перископ, показывал самый заметный предмет и вел пулеметчика по ориентиру. И вот, когда пулеметчик увидит немецкого снайпера и убедится, как он все-таки хитро маскируется, только тогда этот боец становится грамотным помощником.

    Кроме того, когда я делал фальшивые позиции, устанавливал макет, маскировал его, то имел возможность изучать каждого солдата, наблюдать, на что он пригоден. Бывает солдат инициативный, смелый, а помощник из него никудышный - очень горячий, вспыхнет и погаснет. На такого нельзя положиться в продолжительной борьбе: после первых же опасных испытаний найдет причину и уйдет от тебя, сославшись на важное дело. А по сути, у него просто кончился запас смелости и терпения.

    Такие характеры часто наблюдаются и среди снайперов-новичков. Сложнее разгадать характер вражеских снайперов. Знаю одно - они все упрямы. Но и для них я нашел свой метод. хорошо подготовишь куклу, незаметно ее поставишь и начнешь передвигать - кукла, как человек, должна менять свои позы. Рядом с куклой твоя замаскированная позиция. Вражеский снайпер выстрелил в куклу, но она осталась живой, и тогда начинается демонстрация "упертого" характера. Стреляет второй раз, потом готовится к третьему выстрелу, но, как правило, именно в этот момент сам попадает на мушку.

    Опытные вражеские снайперы на свои позиции выходят под прикрытием огня и в сопровождении двух-трех ассистентов.

    Цель искал я двумя этапами. Первый начинался с изучения обороны противника. Потом дознавался, где, когда и при каких условиях были ранены (или убиты) наши бойцы. Тут мне очень помогали санитары. Они рассказывали, где подобрали раненого, я немедленно шел туда, искал очевидцев, дознавался про все детали истории ранения и на основе всего этого раскрывал систему огня фашиста. Второй этап я называю поиском цели. Чтобы не попасть на мушку немецкого снайпера, разведку наблюдением местности проводил с помощью окопного перископа (трубы разведчика) или артиллерийской трубы (буссоли). Оптический прицел снайперской винтовки или бинокль тут непригодны.

    Опыт показал, что там, где ранее было вражеское скопление, а теперь не заметишь малейшего движения, засел бывалый хищник. Именно поэтому друзьям-снайперам я и говорил: если досконально не изучил обстановку, не поговорил с людьми (на передовой) - не лезь на рожон. В снайперском деле надо придерживаться принципа народной мудрости. "Семь раз отмерь, один раз отрежь". И действительно, для подготовки меткого удачного выстрела нужно много работать, изобретать, изучать характер, силу врага, отыскивать слабые его места и только после всего этого решать задачу одним выстрелом.

    Успех наблюдения достигается только практическими занятиями, непосредственно на местности. Эти навыки в боевой обстановке приобрести непросто. Каждый выход на позиции нужно очень хорошо маскировать. Снайпер, который не умеет наблюдать замаскированно, это не снайпер, а обыкновенная мишень для врага.

    У каждого снайпера своя тактика, свои методы, собственные изобретения. Но всем снайперам, опытным и новичкам, всегда стоит помнить, что имеешь дело с тактически зрелым, инициативным, сообразительным и метким стрелком. Твое .задание - перехитрить, втянуть его в сложную борьбу. Как это достигается? Придумай фальшивые ходы, рассей его внимание, запутай свои следы, дразни движениями, утомляй зрительную наблюдательность и сосредоточенность. Я против длительного снайперского фундаментального поста даже в длительной системе обороны. Снайпер - это кочевник, он внезапно появляется там, где враг его не ожидает. За огневую инициативу надо бороться. Потому что сами по себе разгадки ребусов противника ничего не дадут, если в тебе нет уверенности, что расплатишься за эти хитрости точным огнем быстро и решительно. Как-то снайперы А. и К. на протяжении дня на своем участке не проявили никаких признаков жизни, тихо сидели в траншее под железнодорожным полотном. И только на другой день привязали к бечевке консервные банки и вынесли их в сумерках на нейтральную полосу. Один конец бечевки остался в траншее. Как только взошло солнце, консервные банки затарахтели под самым носом у немцев. Те начали выглядывать. Появилась одна голова, вторая. Снайперы выстрелили. Через час повторилось то же самое. До вечера А. и К. уничтожили целое вражеское отделение.

    Как-то во время небольшого затишья на переднем крае я встретил среди руин двух солдат-снайперов А. и Щ. Они лениво брели мне навстречу.

    - Куда это вы бредете? - спросил я.

    - В расположение роты. Фашисты притаились. Можно немного отдохнуть, - пояснил Щ.

    - Я бы на вашем месте никуда не шел. Самый момент пристреливать цель.

    Выяснилось, что оба никогда не пристреливали возможных целей (по ориентирам). Считали это лишним. Они себе бродили среди развалин по всему переднему краю и, завидев немцев, стреляли. И очень часто неудачно. Да и как же иначе: расстояние до цели сразу не определишь, заранее подготовленных данных для стрельбы нет, а цель появляется всего на несколько секунд. Надо заранее подготовить несколько постов, детально изучить местность, которая лежит перед тобой, наметить ориентиры, определить расстояние до них, тогда и во время затишья будет успех.

    Мы зашли в разрушенный дом. Тут был мой запасной пост. Я показал товарищам, где у врага дзоты, пулеметные точки, орудия прямой наводки, наблюдательные пункты, боевая охрана, и сказал: "Снайперу нужно много знать про оборону противника. Прибыл на позицию, внес в стрелковую карточку необходимые поправки и жди удобного момента. Когда ты хорошо подготовлен, достаточно, чтобы цель показалась хоть на один миг. За это время ты должен взять ее на мушку, прицелиться и выстрелить без промаха".

    Я вытянул из стенки окопа кусок фанеры. На нем была начерчена стрелковая карточка (карточка огня). Некоторые цифры стерлись. Достал огрызок карандаша, обновил их, поставил прицел. Товарищи мои через окопные перископы наблюдали вражескую позицию. Притихли. Следили за противником добросовестно и внимательно.

    Прошел час. Мои друзья уже завяли. Охотничий запал начал исчезать. Однообразие надоедает, хочется перейти на другую позицию, поговорить с солдатами.

    - Стойте! - успокаиваю их. - В засаде нельзя разговаривать.

    Ребята замолчали. Прошло несколько минут. Во вражеской траншее появилась голова. Я выстрелил. Немецкая каска упала на бруствер.

    Среди снайперов нашей дивизии стало правилом собираться в одном блиндаже и подводить итоги за день, высказывать свои предложения, сообщать о новинках во вражеской тактике.

    Мы подсчитали: на прицельный выстрел снайпер тратит только десять секунд. Итак, за одну минуту он может выстрелить пять раз. Перезарядить винтовку 20-30 секунд. Как видите, за одну минуту десять снайперов могут убить пятьдесят гитлеровцев. Среди наших снайперов высшим специалистом считался Саша Коленьев. Он окончил Московскую школу снайперов, чудесно знал правила ведения огня из винтовки со снайперским прицелом. Как-то он открыл свою противогазную сумку, вынул из нее патроны, гранату и маленькую записную книжку. Развернул ее и прочитал нам слова, которые я тут же записал себе: "Путь к меткому выстрелу - это маленькая тропинка, проложенная над крутым берегом бездонной пропасти. Когда снайпер выходит на дуэль, он волнуется, как будто одной ногой становится на острие ножа. Чтобы выстоять над пропастью на таком острие, нужны, безусловно, смелость, тренированность, спокойствие и хладнокровие. Победителем из поединка выходит тот, кто первый сумел победить сам себя".

    Вот так, обдумывая и переосмысливая свой опыт, вместе с товарищами я искал путь к решительному поединку с берлинским суперснайпером, который пока что ловко и умело нас переигрывал.

    Но вот в течение одного дня снайпер разбил оптический прицел снайперу М., а снайпера Ш. ранил. Это были опытные снайперы, они часто выходили победителями в сложнейших столкновениях. Сомнений теперь не было - они наскочили на фашиста, которого я искал.

    На рассвете я пошел на те позиции, где вчера были наши товарищи. Знакомый, за много дней детально изученный передний край противника. Все, как всегда. Кончается день. Но вот над фашистским окопом неожиданно поднимается каска и плавно двигается вдоль траншеи. Стрелять? Нет. Это хитрость: каска покачивается неестественно, ее, наверное, на палке несет помощник снайпера, а сам снайпер ждет, чтобы я проявил себя выстрелом.

    Наш противник ничем не проявил себя за весь день, и, судя по этому, я был уверен, что берлинский снайпер именно тут. Нужно быть особенно осторожным и внимательным.

    На третий день в засаду с нами пошел политрук. Мы, припав к оптическим приборам, неотрывно следили за тем, что было спереди.

    - Да вот он, я тебе пальцем покажу его! - вдруг выкрикнул политрук. Он едва-едва на секунду приподнялся над бруствером, но и этого было достаточно. Пуля, на счастье, только ранила политрука. Так мог стрелять только опытный и тренированный снайпер.

    Я долго присматривался к вражеским позициям, но найти его позицию не смог. За много дней так выучил передний край, что сразу замечал каждую новую ямку, каждый бугорок. Сегодня ничего нового и подозрительного не было. Но я видел, как ловко, быстро и точно был сделан выстрел, и убедился, что снайпер был где-то перед нами.

    Наблюдаю дальше. Слева - подбитый танк, справа - дзот. Фашист в танке? Нет. Опытный снайпер там сидеть не будет. В дзоте? Нет - амбразура плотно закрыта.

    На ровном месте, между танком и дзотом, перед самой линией обороны фашистов, лежит железный лист с небольшой кучей битого кирпича. Давно лежит, уже и внимания не обращаешь. Ставлю себя на место противника: где же лучше занять снайперский пост? Не под листом ли? Ночью сделать к нему потайные ходы...

    Наверное, он там, под железным листом, на нейтральной полосе.

    Решил проверить. Натянул на дощечку рукавицу, поднял. Клюнул фашист! Чудесно. Осторожно опускаю дощечку в траншею в таком положении, в котором поднимал. Смотрю на дырку от пули. Прямое попадание! Сомнений нет - фашист под листом.

    Теперь его надо выманить. Хоть бы маковка головы появилась. Этого сейчас не дождешься. С этой удобной позиции он навряд ли уйдет, и характер его уже известен.

    Пост оборудовали ночью. Засели.

    Взошло солнце. Куликов (напарник) выстрелил наобум: снайпера нужно было заинтриговать. Решили подождать. В это время наша оптика поблескивала под солнцем, а после обеда наши винтовки были уже в тени. На позицию немца упали прямые лучи солнца. Возле края листа что-то заблестело. Или случайные осколки стекла, или, может, снайперский прицел?

    Куликов осторожно, как самый опытный снайпер, начал поднимать каску. Фашист выстрелил. Куликов на мгновение приподнялся, громко крикнул и упал... "Наконец советский снайпер, "главный заяц", за которым охотился четыре дня, убит", - подумал, наверное, немец и высунул из-за листа полголовы. Я ударил. Голова фашиста осела, а оптический прицел его винтовки и далее блестел на солнце".

    (Опыт В. Зайцева)

    К вышеизложенному добавить нечего. Зайцев очень толково использовал арсенал ранее описанных тактических приемов, проявив при этом основные снайперские качества - наблюдательность и невероятное терпение. Прицел майора Кёнингса, доставшийся Зайцеву, экспонируется в музее Вооруженных сил России в Москве.

    Тот же самый поединок в описании свидетелей

    "Когда допрос заканчивался, (пленный) немец сказал, что из Берлина прибыл руководитель школы снайперов майор фон Кёнингс, в свое время личный телохранитель фюрера. Он будет руководить (фронтовой) школой снайперов. Но главное - он получил особое задание. Уничтожить Зайцева!

    - Откуда вы, гауптман, знаете эту фамилию?

    - Не только фамилию, но и ваши методы, господин генерал. Вы очень подробно описываете их в своих листовках. Очень ценный опыт, - не без ехидства закончил немец.

    Потом, много позже, маршал В.И. Чуйков, вспоминая этот эпизод, напишет: "К этому времени быстро пополняющаяся группа наших снайперов истребила не одну тысячу гитлеровцев. Об этом писали и в газетах, и в листовках. Некоторые из листовок попадали к противнику, и противник изучал приемы наших снайперов, принимая активные меры борьбы с ними. Скажу откровенно, дело прошлое: в тот момент с популяризацией нашего опыта не следовало торопиться. Стоило снять одного-двух вражеских офицеров, как фашисты открывали по месту предполагаемой засады артиллерийский и минометный огонь. Приходилось запасными ходами быстро менять позицию, чтобы выбраться из переплета.

    К тому времени, когда в Сталинграде появился майор Кёнингс, Зайцев вернулся из госпиталя - его ранил немецкий снайпер, - и Василий горел желанием взять реванш.

    Казалось, не сыскать стрелка среди многокилометровых развалин, в которых днем и ночью гремели бои, не определить, какая пуля в тебя попала - случайная или выпущенная рукой меткого аса. Но у наших снайперов существовали тысячи им одним известных примет, фактов, наблюдений, позволявших определить район, где мог оказаться фашистский снайпер".

    Все это результат тренированной зрительной наблюдательности, нечеловеческого терпения в длительном наблюдении за передним краем противника и сбора тактической развединформации.

    "В землянке, где отдыхали или готовились отправиться в поиски наши снайперы, много было переговорено, выдвинуто версий и планов. Какие только приманки не предлагались - от ложного пулеметного гнезда до переодевания в немецкую форму манекена. Но выходы Зайцева на позиции кончались, как всегда, увеличением счета - у него он был далеко за триста, но на след майора напасть не посчастливилось. Тот был дьявольски терпелив и изощренно коварен. Участились случаи гибели офицеров и солдат в самых неожиданных и, казалось бы, целиком безопасных местах. За всем этим чувствовалась опытная рука.

    Зайцева теперь не удовлетворяли "обычные" офицеры - он был весь в мыслях о встрече с Кёнингсом, в часы отдыха безмолвно лежал на нарах и думал свое.

    Фашист наконец оставил "визитную карточку" - разбил оптический прицел у старого друга Зайцева, а чуть позже ранил другого снайпера. Это не могло не насторожить: парни были, что называется, битые, их на мякине не проведешь, и нужно было обладать очень высоким профессиональным мастерством, чтобы перехитрить таких.

    Можно было не сомневаться, что немецкий снайпер добровольно не покинет свою позицию, если она не раскрыта: подготовка позиции (засады) требует слишком много труда и изобретательности, чтобы менять ее после каждого выстрела. (Немцы любили комфорт и не любили менять оборудованные, удобные и надежные позиции; русские расставались с ними без сожаления, не жалея сил и личного времени на скрытое оборудование новых замаскированных позиций - благодаря этому оставались живы, имея тактический выигрыш. - А. 77.)

    Ранним утром Зайцев со своим напарником Николаем Куликовым уже пробирались через развалины к тому месту, где ранило снайпера Ш. Залегли, замаскировались и внимательно, методично принялись исследовать передний край немцев. Никаких изменений, способных насторожить. На этом участке было относительно спокойно: и немцы, и наши бойцы прочно занимали дома-крепости, давно пристреляв каждый метр ничейной земли.

    Пролежав в неподвижности весь день, так и не обнаружив гитлеровца, Зайцев и Куликов возвращались к себе.

    - Ума не приложу, где он может прятаться. Я каждый камешек наизусть знаю, - говорил Куликов.

    - А помнить, когда солнце садилось, над траншеей каска несколько раз показывалась?

    - Отчего же, помню. Я еще подумал - выстрелить, что ли.

    - И правильно сделал, что не выстрелил. У меня угол выгоднее был, так я заметил - каска-то качалась чуть из стороны в сторону, как если бы ее несли на палке, а уж никак не на голове! Следует присмотреться.

    Второй день не принес определенности. Немцы даже стрелять стали меньше, как бы приглашая на этот "мирный" участок.

    Вечером Зайцев снова и снова возвращался к тому короткому участку земли, который он знал, как свои пять пальцев, но так и не мог найти места, где скрывался враг. Василий видел каждый камень, знал цвет изуродованных стен: слева черные, покрытые густой сажей (видимо, в подвале дома раньше был склад горючего). Справа от засады вздыбился немецкий танк. Отчетливо стояла перед глазами изогнутая линия траншей с дотом в центре. За эти два дня Зайцев испробовал приемы, помогавшие не раз выманить на свет Божий немецких снайперов, но берлинский стрелок не клюнул. "Впервые с таким терпеливым сталкиваюсь, - рассуждал Зайцев, - обычно немец на выдержку слаб. На что уж был выдержан тот, который прятался в разбитой ванне, на втором этаже, так держался, что я даже ему посочувствовал за долготерпение. А ведь тоже на третьи сутки сломался - показал свой козырек. И - хана! Не нравится мне этот майор. Может, его и вовсе здесь нет? И сидим мы как дураки?" Эта мысль растревожила, и разочарование готово было овладеть снайпером, разочарование, знакомое любому охотнику, когда желанная дичь выскользнет из-под самого носа. Но Зайцев быстро взял себя в руки. "На дне терпения золото лежит", - говаривал в детстве его отец.

    ...Сентябрьская ночь - ни зги не видно. Вышли в ночь, чтобы с рассветом сидеть уже в засаде. Подходя к позиции, замедлили шаг - вот теперь уж точно ни звука, ни шороха не должно долетать до врага. Заняли снайперы свои гнезда, политрук замаскировался среди камней неподалеку от Зайцева.

    Рассветало долго, с Волги наползал густой туман. Постепенно стал вырисовываться подбитый танк, дот с закрытой заслонкой амбразуры. Потянуло с той стороны дымком - фашистский повар разжигал походную кухню. Испортить бы немцам аппетит парой метких выстрелов, да и они стали хитры, жизнь научила, отводили дымоходы подальше, чтобы невозможно было определить, где укрылась кухня. Зайцев рассматривал передний край через оптический прибор, выискивая малейшие изменения.

    - Сейчас я вам покажу, где он, - сказал неожиданно политрук и непроизвольно приподнялся на своем месте. Выстрел прозвучал одновременно с его словами, и Данилов (политрук) осел вниз.

    - Ранен легко, доползу сам. А он под листом железа укрылся, - услышал Зайцев голос Данилова.

    Зайцев сотни раз скользил взглядом по большому листу железа на груде битых кирпичей на ничейной полосе. Груда как груда. А если к ней ход подвести незаметно? Совсем неплохая позиция.

    Зайцев надел на дощечку варежку (ночи стали холодные, и снайперам раньше других выдали шерстяные вязаные варежки, чтоб пальцы не коченели) и слегка высунул над головой. Выстрела не услышал, но почувствовал удар. Опустил варежку - так и есть, дырка. Прикинул по попаданию угол, как ни верти, а только из-под железного листа мог палить враг.

    На следующую ночь оборудовали новые позиции и стали дожидаться утра. С первыми лучами солнца возобновились бои в городе, грохот нарастал с каждой минутой.

    Куликов сделал для проверки ложный выстрел, "рассекречивая", как и было договорено, позицию. Ждать довелось долго, с утра солнце светило в глаза нашим снайперам, а после обеда - в сторону немца. Зоркий глаз Зайцева уловил едва заметный блик отраженного луча. Кусочек битого стекла или оптический прицел?

    Куликов осторожно, исподволь поднимал вверх на палке каску. Со звоном пронзила пуля металл. Куликов на мгновение подпрыгнул и с криком упал.

    Гитлеровец высунулся из-за укрытия (Уж очень майору Кёнингсу приспичило убедиться в бинокль о результатах выстрела, сам, небось, учил курсантов не делать так. - А. П.), тут-то его и настигла зайцевская пуля. (Трофейный оптический прицел с винтовки Кёнингса долгое время экспонировался в Центральном музее Вооруженных сил СССР. Прибор очень точный, большого увеличения - начальник Берлинской школы снайперов действительно был классным стрелком. -А. П.)

    - После того дня снайпер у немцев пошел полохливый, - рассказывал Зайцев. - Точно что-то надорвалось у них, совсем растеряли веру в себя и выдержку. В единоборство редко вступали. Чаще всего на каждый выстрел нашего снайпера вызывали огонь артиллерии и минометов. Лупят, бывало, полчаса по пустому месту, камни летят по сторонам, а снайпера давным-давно след простыл - высматривает фашиста в другом месте".

    (М. Г Вайнруб. "Эти стальные парни")

    СНАЙПЕРСКАЯ ТАКТИКА В ГОРОДЕ

    В городских боях малым подразделениям (отделение, взвод, рота) часто приходится вести боевые действия в окружении и надеяться только на себя. Городские развалины создают очень удобную оборонительно-фортификационную структуру, в которой "вязнут" любые наступающие порядки, имеющие бронетехнику и тяжелое вооружение. Бой в городе наиболее эффективен при действиях небольших маневренных ударно-диверсионных групп, в состав которых включаются и снайперы. При этом задачи снайперов остаются все теми же - выведение из строя командного состава противника, расчетов его огневых средств, наиболее опасных для своих, средств связи и приборов наблюдения. Первейшая задача - дезорганизовать такими действиями боевую работу противника. Попутная задача, не менее важная, - установление снайперского террора огневой обработкой позиций противника и коммуникаций за его передним краем. Этим достигается хаос и смятение среди бойцов противника, страх, деморализация и падение дисциплины. Нарушается подвоз противником боеприпасов и другого материального снабжения. Такие задачи эффективнее всего достигаются агрессивной снайперской работой на дистанциях стрельбы 500- 600 метров. На таких расстояниях в городе снайпер не слышен в общем грохоте боя и практически неуязвим для встречного огня противника.

    Позиции в городских подвижных или позиционных боях снайперы выбирают по своему разумению для удобства стрельбы. Снайпер при выполнении приказа о подавлении цели сам ищет выгодную для стрельбы позицию, с которой ему видно цель и с которой он эту цель может достать выстрелом. По необходимости снайпер может выдвинуться от своего подразделения вперед, в сторону или назад. В таком случае снайпер действует автономно и может быть захвачен разведгруппой противника.

    Поэтому блуждающий по развалинам снайпер (он вынужден лазить по верхним этажам или подвалам, особенно на флангах своего подразделения) не должен быть один. Его должен обязательно сопровождать автоматчик, который закрывает снайперу спину и страхует его от внезапного нападения. Кроме того, автоматчик носит рацию и обеспечивает связь. Иногда к ним присоединяется пулеметчик для усиления группы и глушения снайперских выстрелов пулеметной очередью.

    Как показала практика, при работе из здания стрелять лучше отойдя от окна, из глубины помещения. При этом дым от выстрела не выходит наружу, со стороны не видно вспышки выстрела и в довольно ощутимой степени глушится звук выстрела.

    При стрельбе из глубины помещения снайперу нельзя долго оставаться на этой позиции. В городе, так же, как и на природе, снайпер должен иметь несколько запасных позиций на одном объекте (здание, квартал и т. д.). После двух-трех выстрелов с разрывом по времени или 15-20 секунд непрерывной стрельбы по окну, из которого стрелял снайпер, обязательно запустят противотанковую гранату из гранатомета. Поэтому лучшие позиции все-таки в глубине и в нагромождении развалин, обвалившихся и открытых сверху. В таких местах (фото 189, 190) лучше всего маскироваться. Маскироваться в городе можно с большим эффектом в мусорных кучах, среди нагромождений строительных обломков и битого кирпича (фото 191).

    Фото 189. Стрелкой показана позиция снайпера в глубине развалин. Пунктиром обозначено место, на котором снайпер окропил снег водой

    Фото 190. Та же позиция сзади

    Фото 191. Позиция среди строительных обломков

    Если уж вам пришлось оборудовать долговременную закрытую и укрепленную огневую позицию (дот, блиндаж), то амбразуру для стрельбы надо делать раструбом к себе (схема 106). Такая амбразура меньше по площади и поэтому менее заметна снаружи К тому же в такой "обратный раструб" будут меньше залетать шальные пули и осколки, а "раструб наружу" будет их только собирать.

    Схема 106. Амбразура "обратный раструб"; a - сектор обстрела

    Внутри любого долговременного сооружения обязательно сделайте внутреннее укрытие (крепость в крепости) Это на случай, если вас "зажмут" и начнут забрасывать гранатами. Внутреннее примитивное укрытие делайте из строительных обломков и того, что окажется под рукой. Укрытие в укрытии спасет вас от осколков и другого горячего железа На голову с каской натяните бушлат, шинель, одеяло и через эту ткань зажмите ладонями уши, как сможете, - в какой-то мере это предохранит вас от контузии.

    Бой в городе в общем-то не терпит позиционности и носит подвижный маневренный характер. Для временной позиции можно занять разбитую бронетехнику, но только для временной позиции - про такие вещи всем известно, и при снайперском проявлении для профилактики по этой бронетехнике могут пальнуть чем-нибудь кумулятивным И если в полевых условиях снайпер может уйти из подбитого танка или БТР вниз, в заранее вырытый окоп и затем вернуться назад, то в городе вырыть в асфальте или в мостовой окоп весьма проблематично, и после двух-трех снайперских выстрелов лучше не испытывать судьбу и заблаговременно такое укрытие покинуть

    В городских маневренных боях очень часто противоборствующие стороны оставляют снайперские группы в неразберихе и хаосе развалин при отходе Снайперы при этом действуют тю обстановке - и блуждающим образом, по лабиринту развалин, имея несколько тайников для отдыха и пополнения боеприпасами, водой и продовольствием, и в долговременных укрепленных огневых позициях

    Такие позиции подчас маскируются настолько удачно, находясь в самом эпицентре событий, среди дыма, грохота и неразберихи, в грудах камней и строительных обломков, что остаются незамеченными ни чужими, ни своими, когда фронт перекатывается через них несколько раз в ту или иную сторону Секрет несложен - снайперы наблюдают за обстановкой в перископ, выставленный наружу, а для стрельбы открывают "форточки" - каменные заслонки амбразур, снаружи абсолютно неразличимые среди строительных нагромождений, под которыми скрыта позиция. После выстрела заслонка мгновенно закрывается. Так делали и наши в Сталинграде, и немцы в Кенигсберге. В качестве такой заслонки и русские, и немцы использовали какой-либо строительный обломок, который при необходимости стрельбы палкой из укрытия отодвигали или отваливали от амбразуры, а по окончании стрельбы притягивали к амбразуре за привязанную к этому предмету проволоку. Амбразур с заслонками делается несколько для обеспечения секторов обстрелов в разные стороны. Стрельба ведется из глубины позиции, чтобы дым и пламя не выходили наружу. Очень часто такие закрытые позиции имели сообщение с подвалами близлежащих зданий.

    В подвижном уличном бою снайперы занимают позиции с ходу, без подготовки. И чтобы это получалось лучше, снайпер обязан знать общую планировку района боевых действий в своей зоне ответственности и заранее представлять архитектуру зданий и развалин. Обязательно надо знать ориентиры на стороне противника и на своей стороне и постоянно определять расстояние до них.

    Очень эффективен способ подвижной работы в снайперской паре, когда снайпер с напарником занимают передовую позицию (или выдвижную позицию "подскока") за укрытием (каменной стеной) и находятся на этой позиции в безопасности от шального и целенаправленного огня. Напарник в перископ из-за укрытия наблюдает за полем боя и отыскивает цель. При обнаружении цели напарник "привязывает" ее к характерному и хорошо различимому ориентиру. О цели сообщается снайперу с указанием ориентира и на какое количество тысячных в сторону от этого ориентира находится цель (ближе или дальше - в метрах). Сразу же снайперу сообщается дистанция до цели, направление ветра и другие исходные данные для стрельбы по конкретному моменту событий. Используя привязку к ориентиру, снайпер поражает цель, на очень короткое время выдвинувшись из-за укрытия, и после выстрела снова прячется за него.

    Для успешного ведения такой стрельбы снайпер и его напарник должны иметь две одинаковые карточки огня с одинаковым указанием одних и тех же ориентиров. По обстановке снайпер и его напарник могут находиться и за разными укрытиями на расстоянии слышимости голоса, не обязательно в пределах прямой видимости, чтобы они могли оказать огневую поддержку друг другу при осложнении обстановки. Лучше, разумеется, если при снайперах будут находиться автоматчики для прикрытия.

    При ведении наступательных и оборонительных действий в населенных пунктах и уличных боях снайперам большей частью нет смысла находиться непосредственно на переднем крае. Имея снайперские винтовки, при не особенно отдаленных дистанциях в городе снайперы уверенно могут достать цель через головы своих, не подвергаясь лишней опасности. При наступательных действиях снайпер будет более эффективно использован под непосредственным началом младшего командира, командующего боевыми действиями на месте событий (командира отделения, взвода). При всех наступательных подвижных боевых действиях снайперы обязаны наряду с выполнением основных функций контролировать обстановку на флангах и мгновенно подавлять цели, возникающие там. Внезапный фланговый огонь противника будет губительным для своего подразделения, и его ни в коем случае нельзя допустить.

    В городских боях снайперы держат под контролем длинные улицы, переулки, площади, проходные дворы, все более-менее обширные и открытые места в целях недопущения выдвижений противника и его перегруппировки.

    РАБОТА СНАЙПЕРА В НАСТУПАТЕЛЬНЫХ УЛИЧНЫХ БОЯХ

    Для полноценной и результативной работы в наступательных уличных боях снайпер обязан уметь стрелять с ходу после небольших перебежек. Штурмовые группы автоматчиков движутся вдоль стен перебежками. Их передвижение прикрывают огнем снайпер, пулеметчик и гранатометчик. Автоматчики продвигаются бросками вперед от укрытия к укрытию, и в моменты таких продвижений снайпер, пулеметчик и гранатометчик ведут по огневым точкам противника заградительный огонь, не позволяя противнику стрелять по наступающим прицельно. Снайпер в момент броска группы автоматчиков ведет огонь навскидку по всему живому, что появляется на стороне противника. Автоматчики делают короткие броски, по 20-25 метров, и за это время снайпер должен выстрелить, чем больше, тем лучше. Очень желательно, конечно, поразить противника, но основная задача состоит все-таки в том, чтобы помешать ему стрелять прицельно. Даже если снайпер и не попал по какой-то высунувшейся цели, не следует "зацикливаться" на ней и добивать ее дальше. Пуля, попавшая в каменную кладку возле вражеского стрелка, провизжавшая рикошетом, и осколки камня, брызнувшие этому стрелку в лицо, заставят того дернуться в сторону. О прицельной стрельбе в противника в течение нескольких секунд после этого не может быть и речи Эти несколько секунд будут ваши - за это время вы "обработаете" таким образом еще несколько таких огневых точек. За это время штурмовая группа сравнительно безопасно может продвинуться вперед от укрытия к очередному укрытию. Как только бойцы штурмовой группы залегли за укрытия и открыли огонь по огневым точкам противника, под прикрытием этого огня вперед выдвигается прикрывающая группа - снайпер, пулеметчик и гранатометчик. Эта прикрывающая группа делает рывок до ближайших возможных укрытий и закрепляется за ними. Потом весь этот цикл повторяется

    Работа снайпера в динамичном наступательном бою требует знания приемов специальной тактики. В основе тактики боя малыми маневренными группами лежит так называемое левостороннее правило. Оно заключается в том, что с поворотом вправо стрелять намного тяжелее, медленнее и неудобнее, чем с разворотом влево. Возьмите винтовку в руки и "поворочайте" ее влево-вправо. Разница в ощущениях будет очевидна. Работа винтовкой при развороте влево происходит результативнее еще и потому, что такова психофизиологическая направленность организма (разумеется, если стрелок стреляет с правого плеча - у левши этот процесс происходит наоборот)

    Поэтому стрелок, стреляющий с правого плеча или с правой руки, всегда будет иметь тактическое преимущество, если к объекту штурма он будет приближаться, имея этот объект слева от себя. В таком случае, закрепляясь за укрытием (обычно это угол здания), стрелок, имея этот угол слева, выставляет из-за этого угла для стрельбы только часть головы, часть плеча и часть правой руки. Если иметь это укрытие справа, то придется стрелять с левого плеча - это неудобно и не каждый это умеет. К тому же на винтовке СВД прицел сдвинут влево - для стрельбы с левого плеча это еще более неудобно Гильзы летят в лицо и, по закону подлости, в глаза Это неприятно

    Если вы стреляете стоя или с колена, это еще полбеды Но в уличных боях, когда кругом свистит горячее железо, приходится вжиматься в землю и стрелять из-за угла лежа с левого плеча. Это сделать уже проблематично.

    Теперь представьте такую расстановку позиций, ваше укрытие (угол здания) слева от вас, противник, находящийся в том же здании, пытается отстреливаться от вас, стоя за другим его углом, находящимся справа от него, или из окна, пытаясь достать вас слева направо. Вы будете максимально закрыты вашим укрытием, а он будет вынужден стрелять с левого плеча, что неудобно и неприцельно, или же с правого плеча, стреляя привычным образом, но высовываясь для этого и максимально подставляясь Неоспоримое преимущество будет за вами. Старайтесь, чтобы ваши позиции не поменялись - тогда преимущество будет за противником. Чтобы такого не случалось, движение боя нужно организовывать самим, по возможности перемещаясь так, чтобы поставить противника в невыгодное положение для стрельбы, "закручивать" обстановку боя против часовой стрелки

    По этой же причине, работая в различного рода лабиринтах, все углы зданий, гаражей, цехов и прочих строений нужно обходить против часовой стрелки и подальше от этих углов. При таком перемещении укрывшийся за углом противник открывается не сразу, а постепенно, чем лишается преимущества внезапного нападения

    В городском бою противник может появиться из развалин внезапно и на очень близких дистанциях - 20-30 метров В таком случае некогда целиться в прицел - нужно стрелять от живота частым огнем. На дистанциях 40 метров и далее попадать, стреляя от живота, становится проблематично, и по цели, движущейся на стрелка, приходится стрелять навскидку, или же, если цель движется по фронту, стрелять с поводкой (см. "Техника стрельбы по движущимся целям", с. 174), работая прицельными приспособлениями по "прицельной кривой" с упреждением цели Стрелять приходится так, как это делают охотники. С оптическим прицелом бегущая цель захватывается легче, чем с прицелом открытым.

    Если противник после снайперского заградительного огня стреляет из глубины помещения и снайпер с пулеметчиком его достать не могут, такого стрелка уничтожает гранатометчик реактивной гранатой

    При зачистках и оперативных поисках, когда подразделение производит досмотр строений внутри квартала или конкретного объекта, снайпер и пулеметчик контролируют близлежащие улицы, широкие проходные дворы и пустыри для недопущения перегруппировок противника или выхода его из зачищаемого объекта.

    Для снайперской работы в развалинах нужно быть одетым соответственно Нет смысла надевать новое обмундирование - через час интенсивного ползания, перебежек, перекатов и т д оно будет вымазано известкой, сажей, битым кирпичом и разорвано во многих местах. Даже днем очень желателен ватный бушлат - и не только для снайперской экипировки. Днем жарко, но пар костей не ломит. А вот ночью будет холодно, и ночевать придется в тех же развалинах, неизвестно, в каком месте.

    На коленях и на локтях нужно иметь наколенники и налокотники. В развалинах кругом острые углы и острые обломки. Представьте, если вам доведется поскользнуться, оступиться и т. д. и вас резко "опустит" незащищенным коленом или локтем на такой острый угол. Такие падения выводят человека на несколько минут из строя, и эти минуты могут оказаться роковыми. Во всех войнах XX столетия снайперы делали наколенники и налокотники сами из старых автомобильных покрышек. Пластмассовые наколенники на строительных обломках скользят, а в резиновых очень даже удобно лазить по нагромождениям битого кирпича, стекла, бетона и т. д.

    Контрснайперская работа в уличных боях

    Задача снайперов противника при ведении боевых действий та же, что и на природе, а именно: снайперский террор, лишение ваших командиров возможности наблюдения за его передним краем и тем самым дезорганизация работы вашего переднего края, срыв вашей атаки любым доступным образом, ликвидация вашей живой силы. При всем этом снайпер противника старается оставаться невидимым и неуловимым, как призрак. Это действует на нервы и рождает ненужные мифы. Порождаются эти мифы еще и тем, что в городе с его малыми для снайперской стрельбы дистанциями каждый, имеющий автомат, уже может считать себя снайпером. Особенно в этом отношении отличаются выходцы из сельской местности, подбирающие брошенное снайперское оружие или добывающие его другими способами. При дальних дистанциях стрельбы на природе необученный человек впечатляющих результатов достичь не может и поэтому компенсирует этот недостаток на коротких расстояниях уличных боев. Снайперами в полном значении этого слова их назвать нельзя, ибо они в лучшем случае стреляют на уровне второго спортивного разряда. Мифы - это еще не действительность.

    Действительность в том, что при интенсивной боевой работе в городе верхние этажи многоэтажных зданий, вышки, башни и прочие возвышенные места насквозь простреливаются артиллерией и авиацией, и удерживаться на них могут только профессиональные и хорошо обученные снайперы. Человека, плохо владеющего оружием, плотный огонь заставляет уходить вниз, в подвалы и под бетонные плиты. Там они выискивают безопасные для стрельбы щели и бойницы. Но возле каждой щели и бойницы надо все время сидеть и контролировать поле боя, а в щель нет-нет да и залетает откуда-то сбоку шальной осколок или шальная пуля. И тогда инстинктивно стрелок начинает искать позиции, имеющие стенки справа и слева снаружи от бойницы, образующие перед бойницей своеобразный коридорчик. Если таких позиций нет, а стрелять надо (имидж снайпера нужно поддерживать все время, иначе он рискует потерять лицо перед своими товарищами), стрелок сам строит барьеры возле своей амбразуры, используя при этом строительные обломки, выкапывая рвы и насыпая боковые валы из земли.. В общем-то идея не лишена практичности, снайперская бойница открыта только спереди, с боков всякого случайного железа залетает несравненно меньше, а главное, очень и очень глушится звук выстрела. Со стороны кажется, что стреляют где-то далеко, а на самом деле позиция для стрельбы находится под носом. Правда, сектор обстрела такой позиции ограничен по сторонам, и цель "зацепить" с такой позиции можно только в том случае, если эта цель сама "забредет" в сектор обстрела. Иногда стрельба производится через широкие трубы, проложенные из подвала наружу или "прикопанные" через бруствер окопа. Это еще безопаснее, но сектор обстрела при этом еще меньше. При тщательном наблюдении с вашей стороны вы довольно быстро распознаете такие места. Их будет немного. Определите примерный сектор обстрела, возможный при стрельбе из такого "раструба", и на своей стороне поставьте таблички (хотя бы напишите мелом на стене) такого содержания. "Внимание! Это место пристреляно снайпером!" и расскажите об этом всем в своей зоне ответственности. Зона вашей ответственности будет та же, что и зона ответственности вражеского снайпера - на природе от трехсот метров до полутора километров по фронту, в городе - обычно до полукилометра.

    Что можно предпринять против вышеописанной позиции раструбом? Прежде всего устроить скрытую коллективную засаду напротив этой позиции с расположением ваших огневых точек по возможности одна над другой. Пронаблюдать терпеливо в перископ, стараясь рассмотреть, что делается в глубине амбразуры. При малейшем шевелении по этой амбразуре делается одновременный залп из двух-трех винтовок. Работу вражеского стрелка из амбразуры можно спровоцировать игрой куклы-приманки, "работающей" чуть выше позиции вашего снайпера. Нужно, чтобы бойница противника, ваш снайпер-истребитель и чучело-приманка находились в створе на одной линии. Выстрел из бойницы по приманке будет сигналом вашему снайперу "к дожатию спуска". Как бы далеко в глубине бойницы ни находился вражеский стрелок, в темноте или полумраке вспышка выстрела будет видна довольно отчетливо.

    Можно куском зеркала на палке из-за укрытия, контролируя процесс перископом, направить в амбразуру или подозрительную щель солнечный зайчик и "высветить", что там находится. Если там что-то есть, немедленно послать туда пулю из снайперской винтовки, а еще лучше - из нескольких винтовок. Солнечный зайчик, попавший в оптический прицел, нейтрализует противника сразу и надолго, поэтому под солнечную засветку можно делать снайперский залп нахально и "безвозмездно". А можно просто запустить под ветер дымовую завесу. Практика показала, что стрелять из артсистем по позиции "подколодного змея", который стреляет через "раструб" и сидит под плитами, в общем-то бесполезно. Настильным пушечным огнем его не достать, из миномета его не взять, да и при начале такого обстрела его там уже не будет.

    Очень эффективным средством обнаружения снайперов является лазерный целеуказатель (лазерная указка). Такой целеуказатель крепится к перископу (артиллерийской буссоли, стереотрубе и т. д.) так, чтобы в перископ была видна красная точка. При увеличении современного перископа в восемь раз, а артиллерийской буссоли в десять раз даже в дневное время отчетливо видно, что нащупал луч лазера в темном окне, расщелине или амбразуре. Более того, лазерный луч, попавший вражескому снайперу в глаза, надолго "выбьет из колеи" этого стрелка. Бесследно для глаз лазерная засветка не проходит. Чем мощнее будет лазерная указка, тем лучше. Этот способ, открытый совсем недавно, во время межнациональных конфликтов, оказался необычайно эффективным. Лазерную указку на перископе нужно маскировать "лохматым" камуфляжем, ибо это устройство насколько эффективно, настолько и заметно. Ассистент снайпера, работающий с перископом, находится за укрытием в безопасности. Непосредственно на снайперской винтовке лазерный целеуказатель закреплять опасно. В дыму, пыли и тумане лазерный луч всегда обнаружит не только противника, но и укажет место своего возникновения. Постановка мощной лазерной указки непосредственно на снайперскую винтовку с прицелом большого увеличения для поиска снайперов-террористов оправдывает себя только при охране важных правительственных деятелей при многократном превосходстве сил.

    Снайперы противника для своей безопасности и скрытности часто стреляют из глубины помещений на разных уровнях, с разных этажей. Стрелять стараются из комнат, находящихся с теневой стороны. В темноте помещения стрелка почти не видно из глубины, но его всегда выдает вспышка выстрела, несмотря на пламегасители. Поэтому некоторые снайперы стреляют даже из шкафов в разбитых квартирах. Не дожидаясь, пока по этому окну будут стрелять из гранатометов и танковых пушек, сразу же после выстрела снайперы эту комнату покидали.

    Такая стрельба практиковалась долгие годы, пока кому-то из младших офицеров не пришла в голову мысль шарахнуть огнем сразу трех гранатометов по вспышке в окне и по окну справа и слева. С тех пор так и стали делать - выскочивший в другую комнату снайпер все равно попадал под гранату.

    Работу снайпера с верхней точки вниз можно опознать по характеру направленности ранений на пострадавших, а также по рассказам очевидцев. Позиция снайпера на высоте очень хорошая, выгодная и результативная, и ее обычно занимают хорошие стрелки. Но хороший, подготовленный стрелок-спортсмен не любит менять позиции, особенно если они удобны и находятся на башнях, вышках и верхних этажах. В таких случаях их уничтожают огнем артиллерийских стволов. Снайперов, стреляющих с верхних этажей, уничтожают из замаскированных встречных позиций, находящихся на таких же высотных зданиях напротив, на таком же уровне. При этом часто для того, чтобы не дать снайперу выстрелить, все затемненные окна, одно за другим, просвечивают солнечным зайчиком, запускаемым куском зеркала на палке из-за укрытия под контролем перископа, или лазерной указкой, или даже несколькими лазерными указками. При удачном моменте вражеского снайпера можно "высветить" и подловить на выстрел.

    Где конкретно искать вражеского снайпера в городе? Недалеко от того места, где для него будет цель, и еще конкретнее - в том месте возле этой цели, откуда эта цель будет снайперу видна, откуда ему будет удобнее стрелять, и там, где снайперу легче замаскироваться и откуда ему есть пути отхода. Снайпера всегда привлекут антенны - это узел связи или штаб. Снайпер придет на запах кухни - не потому, что он голоден, а потому, что в этом месте будет скопление тех, кто хочет есть. Снайпер обязательно постарается выйти в тыл и оказаться вблизи артиллерийской и минометной батареи - его там надо обязательно поискать патрульно-поисковыми методами, причем лучше двумя прикрывающими друг друга группами. Снайпер обязательно приползет на любые шумы - от звяканья солдатских котелков до рокота работающих двигателей. Где есть шумы, там есть и люди.

    Перед линией фронта на своей стороне снайпер обязательно устроит позицию напротив проходов и проломов, через которые возможно выдвижение ваших бойцов в атаку.

    При всем вышеописанном снайпер утром обязательно постарается стрелять с восточной стороны - не столько потому, что солнце будет у него за спиной, а потому, что в утренней атмосферной дымке, находясь в затененном месте, он будет практически невидим и долгое время безнаказан.

    Поэтому будет полезным, если ваши патрули хотя бы время от времени будут прочесывать местность возле вышеозначенных объектов на свою сторону от линии фронта на удалении реального снайперского выстрела - 600-700 метров. И не просто прочесывать, а выявлять места, пригодные для оборудования снайперских позиций, и профилактировать их. И если с какой-то из них грохнет выстрел, вы уже должны знать, с какого места стреляли, чем можно это место "накрыть", куда и как с этого места может уходить снайпер и где его можно "перехватить". Утром солнце перемещается довольно быстро, и снайпер перемещается вслед за ним на юг. Оставаться на востоке он не может, потому что переместившееся и поднявшееся солнце изменит картину затененности и высветит его сбоку. Солнце создает игру теней на протяжении дня, и поэтому снайпер в свободной охоте всегда постарается переместиться так, чтобы быть со стороны солнца. Вы должны знать об этом и соответственно ориентироваться в обстановке.

    Активный снайперский промысел в условиях уличных боев среди развалин не терпит однообразия и является результативным только тогда, когда снайпер проявляет дьявольскую изобретательность, иначе он никого не убьет. Контрснайперский промысел в городе дает эффект только в результате активного и опережающего коллективного поиска вражеских снайперов. И, как показала практика, лучшим средством против снайперского террора является встречный диверсионно-снайперский террор. Получаются такие вещи только в результате агрессивно-наступательных действий контрснайперского подразделения в составе снайперов с приданными к ним диверсант-разведчиками (или, наоборот, разведдиверсионной группой с приданными к ней снайперами, смотря по обстановке).

    При контрснайперских мероприятиях не может быть повторяющихся шаблонных действий. Такие мероприятия не предусмотрены в уставах. По ним не пишутся инструкции. Поэтому бесконечно шевелить мозгами приходится и командиру такой группы, и каждому из ее бойцов, и всем вместе. Подходить к решению проблем уничтожения вражеских снайперов нужно с иезуитской изощренностью, проявляя максимум терпения и осторожности, чтобы не попасть под встречную пулю.

    Прежде всего, где бы ни оказалось ваше подразделение, в каком бы месте оно ни заняло рубеж, проводите контрснайперскую профилактику и не ждите, пока снайпер противника начнет вам досаждать. Оконный проем, завешенный даже рваным одеялом, делает стрельбу снайпера по этому окну абсолютно бесполезной - он не видит цели, которая за этим одеялом находится. Вам же через дырки в одеяле будет прекрасно видно, что делается снаружи. Но не подходите к этим "смотровым щелям" очень близко - вас может выдать не столько блеск глаза, сколько колыхание ткани. Автор знал случай, когда такое рваное одеяло "ненароком" колыхали старой шваброй, найденной в брошенной квартире, и на это колыхание попался вражеский стрелок - он выстрелил два раза, а на третий по нему стрельнули очередью из башенной пушки БМП. Открытые проходы, проломы, ходы сообщения, по которым приходится часто перемещаться, завешивайте густой маскировочной сетью так, чтобы с вашей стороны эта сеть не просвечивалась и противнику не было видно, кто за ней находится. С вашей стороны за этими сетями должны быть темные места. Все открытые места "проскакиваются" на предельных скоростях. Не выставляйтесь в проломах и проемах и не стесняйтесь проползти лишнего - останетесь целы. Всегда смотрите, какой фон местности находится за вами, и не показывайтесь в развалинах в темной одежде на фоне побеленных стен.

    Если вам нужно по открытому простреливаемому пространству перетащить груз (детали миномета, боеприпасы в ящике и т. д.), лучше сделать это, проскочив налегке рывком через опасное место (или переползти), а затем подтянуть тяжелый предмет на веревке.

    Патрульные группы ваших, работающие в тылу, должны выявлять потенциально возможные для снайперской стрельбы огневые точки в развалинах, уничтожать их (разрушать) или минировать. В практике не единичны случаи выхода вражеских снайперов в тыл к чужим и постановка снайперских засад на транспортных развязках, железнодорожных и автомобильных коммуникациях и возле мест возможного скопления вашей живой силы перед наступательными действиями.

    Как уже было сказано ранее, все мелкие тряпочки, бинты, шнурки, веревочки и прочие "фантики", колышущиеся на ветру, являются флюгером для вражеского снайпера. Такие развевающиеся "фантики" позволяют ему определить силу и направление ветра на вашем участке и вносить соответствующие корректировочные поправки в стрельбу. Поэтому срывайте и уничтожайте все, что подвешено и колышется. В городе Т. возле позиций несколько дней колыхался женский чулок, и мужики долго вопрошали: "Какого он там болтается?" За это время, пока чулок болтался, там убили шестерых. Седьмого убили, когда он полез этот чулок снимать. Поэтому, когда снимаете флюгер, не подставляйтесь под выстрел. И запомните - если на вашей стороне такого флюгера не было и он вдруг появился, значит, его повесила разведгруппа противника. По возможности пусть ваши разведчики подвешивают такие флюгера на сопредельной стороне.

    Если со стороны противника грохнул беспричинный выстрел и пуля попала просто в стену, полюбопытствуйте, нет ли вблизи этого попадания какого-нибудь заметного пятна, дефекта кладки и всего, к чему можно "прицепиться" при стрельбе. Снайперы очень часто таким образом пристреливаются по ориентирам для выверения дистанции стрельбы. Делают они это потому, что в городе вообще и при стрельбе сверху вниз в частности расстояние всегда кажется меньше действительного примерно на 1/8. Летом нагретый воздух действует, как линза, довольно часто приближая цель на эту же величину.

    Снайпер противника - живой человек, и хорошую, выгодную позицию для стрельбы ему выбрать очень непросто. Запомните это и постарайтесь подумать за вражеского снайпера, откуда и куда ему выгоднее стрелять, где он сможет укрыться и где он сможет найти цель или скопление целей. Вы должны знать и представлять, как думает ваш коллега-конкурент на сопредельной стороне и как он видит обстановку и вас самого в своих ракурсах. Оценивайте конкретную обстановку за него и думайте за него. В штабах за вас никто думать не будет.

    Любой нормальный командир, когда его подразделение занимает рубеж где бы то ни было, сразу же выставляет наблюдателей для установления вражеских огневых точек и уточнения дистанций до них. К этому наблюдению тут же подключаются снайперы. Наблюдение производится не в бинокли и оптические прицелы, а в перископы любых конструкций, ибо наблюдающие в бинокль чаще других становятся снайперской добычей.

    При наблюдении передний край противника изучается до каждого квадратного дециметра. При этом всегда образуются щели, амбразуры и амбразурки, затененные места, углубления в фундаментах и стенах, из которых в принципе можно вести огонь. Признаком не только снайперской, но и огневой позиции вообще может служить расчищенный для стрельбы возле бойницы сектор обстрела (фото 192). Установив любую подозрительную и в принципе пригодную амбразуру-щель, не мешает для профилактики обвалить ее из противотанкового гранатомета, стрельбой из пушек БМП и других артиллерийских систем, даже если снайпера там и нет. Или же при диверсионной вылазке откуда-то сбоку засунуть туда кусок тола с бикфордовым шнуром (на длинной палке, чтобы его не выкинули оттуда назад) или гранату с растяжкой. Или же просто постреливать почаще по таким щелям, амбразурам и темным подозрительным местам. Такая профилактика избавит противника от соблазнов пострелять именно из этих точек. Нужно, чтобы снайпер противника боялся к ним подходить, особенно перед вашим наступлением и во время него.

    Фото 192. Стрелки показывают расчищенный от прошлогодней травы сектор обстрела

    Любой наблюдатель должен быть наблюдательным. Тренированной наблюдательностью нужно "засекать", какие цели и амбразуры, крупные и мелкие строительные обломки на стороне противника были вчера и какие появились сегодня, после ночи (а иногда и днем, через час, особенно после дымовых завес), и что именно после ночи (дымовой завесы, артобстрела, дождя и т. д.) изменилось в расположении предметов на той стороне. Амбразуры и щели могут быть закрыты снаружи любой подручной "заслонкой" от проникновения пуль и осколков, чаще всего каким-либо металлическим предметом (траком танковой гусеницы или фрагментом этой гусеницы), или заткнуты строительными обломками, но так, чтобы при необходимости эти "крышки" и "затычки" можно было легко отвалить наружу, а потом за проволоку притянуть назад. Поэтому по зрительной памяти надо определять, какие щели были незакрытыми и какие вдруг "закрылись", и делать соответствующие выводы.

    Тренированная наблюдательность позволит определить изменения на местности, характерные для оборудования снайперских позиций. Контрснайпер сразу оценит ландшафт с места события, архитектуру развалин, особенности расположения крупных и мелких строительных обломков, проходов и проемов. В зависимости от этого вычисляется местонахождение снайперов. Например, в темном оконном проеме снайпера следует искать в правом (от вас) нижнем углу - потому, что естественное для снайпера укрытие (угол окна, подоконник и стена) будут слева от него, если он, разумеется, стреляет с правого плеча. Аналогично этому принципу ищите снайпера и за строительными обломками: он будет находиться преимущественно слева от них, выставив для стрельбы лишь часть головы и плеча. И поэтому общее направление при возможной атаке малой группой на этот объект должно быть слева направо, наискосок, чтобы ваши бойцы выходили из-под сектора обстрела этого снайпера. Сам он вынужден будет в попытках "зацепиться" за цель "выворачиваться" из-за укрытия и подставляться под контрснайперскую пулю.

    Снайперы противника не всегда сидят под бетонными плитами или стреляют из щелей - сектора обстрела при этом малы и поражаются цели, случайно попавшие в эти узкие сектора. Такие позиции безопасны для снайпера, но малорезультативны для ведения огня. Лучшие результаты достигаются снайперами во все времена только при замаскированной стрельбе с открытых позиций. Позиции эти занимают скрытно и скрытно же на них находятся до удобного момента. Очень часто выявить такую позицию позволяет дневное изменение освещения. В течение дня солнце освещает позиции с разных сторон. Позиция, занятая снайпером утром в тени, с выгодным освещением цели перед собой, при перемещении солнца может стать очень невыгодной для снайпера и выгодной для "охотника" за этим снайпером, с ночи "законсервировшегося" на ровном и открытом месте, которое во второй половине дня окажется в глубокой тени. Очень часто получается так, что противник, с утра "законсервировавшийся" в тени даже в складках местности, с перемещением солнца неожиданно высвечивается и открывается сбоку, оказавшись практически беззащитным. Нередко его при этом выдают блики оптических приборов, которые тоже возникают и перемещаются при изменении направления освещения. Очень часто при изменении освещения выявляются изменения в расположении строительных обломков и прочих предметов, свидетельствующие о подготовленной позиции снайпера. При изменении освещения даже маскировка может измениться - проявляются явные контуры замаскированной позиции или замаскированного силуэта. Свет солнца (и не только солнца) отражается от светлых стен, и в своем перемещении этот отраженный свет запросто может "засветить" оборудованную позицию или замаскированный силуэт снайпера самым неожиданным образом. Изучите все эти возможные световые изменения для конкретной местности, и вам откроются очень неожиданные и полезные вещи.

    Боевая обстановка любого снайпера даже в городе заставляет быть кочевником - иначе его быстро убьют.

    Открытые и замаскированные позиции, особенно расположенные на высоте, обеспечивают снайперу несравненно большую добычу, чем сидение под плитами. Но постоянное нахождение на такой позиции опасно из-за прилетающих с разных сторон шальных пуль и осколков. Может подвести маскировка. Зимой открытую позицию выдает пар изо рта. Противник может вычислить такую позицию с сопредельной стороны и целенаправленным огнем всех доступных ему средств "накрыть" ее вместе с хозяином. Летом на ней жарко, а зимой холодно и мокро. Пошевелиться нельзя. Поэтому снайперы, обладающие тренированной наблюдательностью и зрительной памятью, способные четко и ярко видеть по памяти объемную и перспективную "картинку" участка боевых действий, предпочитают из-под плит в безопасном месте наблюдать в перископ, а при появлении целей или при обещающем добычу перемещении живой силы противника вылезают из-под плит и ползком (а иногда и внаглую, перебежками) быстро выдвигаются на позицию. После выстрела такой "подколодный змей" сразу же прячется назад.

    Такие "позиции подскока" снайпер противника определяет заранее, и поэтому вам тоже будет полезно определить их одновременно с этим снайпером. Постарайтесь представить себе, как архитектура развалин на рубеже противника будет выглядеть с его тыльной стороны, и это поможет вам в определении таких позиций.

    Зная места этих позиций, движением и появлением кукол-приманок на вашей стороне спровоцируйте выдвижение вражеского снайпера для стрельбы. Заранее держите такую позицию на прицеле (разумеется, делайте это скрытно и замаскированно) и, как только там что-то появилось, сразу же дожимайте спуск и сразу же после этого прячьтесь и не высовывайтесь. Если противник убит, значит, убит, вы и так об этом узнаете. В контрснайперском промысле надо терпеливо работать и поменьше любопытствовать о результатах своей работы. Если они будут, вам расскажут о них.

    "Позиции подскока" противника полезно заминировать. Но когда будете лазить по сопредельной стороне, не забывайте о минах противника. Не один вы такой хитрый.

    Бой в городе имеет динамичный характер, и рубежи не стоят на месте. Любое нормальное подразделение не упустит шанс по возможности активно вклиниться в оборону противника. Четкой линии разграничения между своими и чужими нет, и нередко дислокации своих и чужих напоминают "слоеный пирог" - противник часто оказывается сбоку. Не забывайте об этом при наблюдении. Возможна стрельба вражеского снайпера "косым" огнем в сторону с флангов из мест, которые по фронту не просматриваются. При этом снайпер может достать вас в изгибах траншей, ходов сообщений и за, казалось бы, надежными укрытиями, стреляя из самых неожиданных мест. Поэтому в случае подогрела кого-либо из своих обязательно переговорите с очевидцами события, с теми, кто во время подогрела был рядом. Они всегда расскажут очень много интересного и полезного.

    Снайпер противника часто работает под шумовым прикрытием пулеметной очереди или взрыва - ищите его где-то рядом с тем местом, где стрелял пулемет или что-то взорвалось в момент подстрела.

    При выявлении любой подозрительной щели, из которой может в принципе стрелять противник, надо попытаться представить, что может находиться за этой щелью (возможно, это просто хаотичное нагромождение тяжелых и крупных строительных обломков, из которых трудно и технически невозможно оборудовать позицию) Есть ли от этой щели и кучи обломков, из которых она образована, ход к пересечению местности, подвалу, канализационной сети Продумайте, можно ли такой ход проложить и за какое время

    Щель или амбразура, находящаяся в куче обломков или грунта, может быть связана с канализационной сетью (фото 193). При возможности это можно и нужно уточнить на трофейных технических планах. Такие технические планы, захваченные разведгруппами при взятии Будапешта, Белграда и Вены, оказали нашим наступающим частям неоценимую услугу.

    Фото 193. Позиция снайпера под плитой, накрывающей канализационный люк Стрелки показывают протоптанную в снегу дорожку

    Разведгруппы, которые денно и нощно лазят в городе по вражескому переднему краю и непосредственно за ним, окажут большую услугу своим, если выявят и уточнят возможные позиции стрельбы снайперов противника по наличию возле них следов и других признаков посещения - консервных банок и стреляных гильз, пустых патронных коробок, бинтов и т.д. Если разведчики притащили захваченного "языка" (или просто взят пленный), его тут же необходимо допросить и узнать как можно больше о снайперах, их позициях, стиле работы и т.д., пока этого пленного не поволокли дальше, на допрос к высокому начальству. Тогда вам будет поздно задавать вопросы Действуйте непосредственно на месте событий

    Снайпер всегда заготавливает несколько позиций Очень полезно установить, в какой последовательности он их занимает Определив ее, можно сделать снайперскую или диверсионную засаду на пути перемещения этого стрелка

    По совокупности результатов наблюдений, разведданных, допросов пленных можно и необходимо спрогнозировать перспективные места позиций вражеских снайперов Это позволяет постоянно вести профилактику против них - подрывом позиций, диверсионными рейдами, засадами, минированием в отсутствие хозяев, световыми гранатами, брошенными перед позицией в нужный момент, любым ослепляющим способом, слезоточивым газом, гранатометами, крупнокалиберными дальнобойными винтовками, концентрированным огнем нескольких снайперских винтовок по одной щели, но главным образом, взрывчаткой внутри здания (радиоподрывом)

    Бывают и другие варианты. В одной из горячих точек СНГ бойцы спецназа оригинально ликвидировали стрелка, вооруженного винтовкой с разграбленного склада ДОСААФ Установив его позицию по оставленным стреляным гильзам, разведчики в отсутствие этого "снайпера" установили в глубине амбразуры заряженный обрез, снятый ранее с убитого бандита Ловушка-самострел сработала, когда приползший на позицию стрелок стал засовывать винтовочный ствол в амбразуру и задел при этом спусковое устройство (фото 194).

    Фото 194. Снайпер противника, попавшийся на ловушку-самострел. Стрелка указывает на стреляные гильзы, по которым была установлена его позиция

    При выстреле из какой-либо щели вы должны представить себе возможную архитектуру этого строения и запустить гранату из гранатомета в любую другую щель - справа или слева от проявившей себя бойницы. В какую сторону стрелять? Стрелять следует с упреждением туда, куда будет большая свобода маневра для противника. При этом полезно посмотреть на позицию противника под другим углом, и очень часто можно обнаружить "слабину" в его обороне. Практике известен случай, когда снайпер, стреляя из подвального окна, после выстрела выскочил в подвальный коридор и попал под гранату, которую для профилактики запустили по этому коридору в торцевое коридорное окно.

    После того как противник изучен, можно сделать так, что он будет бояться высунуть нос. Очень хороший эффект в борьбе с вражеским снайпером в городе достигается коллективной работой группы снайперов. Действуя согласованно, три-четыре снайперские пары могут рассеять внимание снайпера противника (показав ему кукол с разных направлений поочередно, провоцирующим одиночным огнем, "щекочущим" нервы противника) и с разных сторон коллективно концентрированным огнем "зажать" вражеского снайпера и выгнать его в нужную сторону под выстрел. Или же отвлечь его внимание и расстрелять сбоку, откуда он открыт и не ожидает выстрела. Или же плотным маневренным огнем загнать этого снайпера в глухое место, отрезав ему путь к отступлению, и пусть он сидит там до ночи, боясь высунуться. Ночью на пути отхода его будет ждать кто-то из ваших диверсантов с ночным прицелом на бесшумной винтовке. А бывает, к такому "хитромудрому" стрелку, который надеется отсидеться в безопасном месте, делают групповой рывок (см. далее) и забивают его ручными гранатами. По ходу событий могут возникнуть и другие варианты. Над ними надо думать и думать, думать всему коллективу контрснайперской группы, и приучаться делать это постоянно, быстро и на ходу. По ходу дела могут возникнуть самые неожиданные, оригинальные и единственно правильные решения.

    В практике был случай, когда снайпера противника "выкурили" из подвала обыкновенной милицейской черемухой. Правда, набросали ее туда столько, что в этот подвал нельзя было зайти еще дней десять.

    Был случай, когда разведчик сидел с ночи, накрытый кучей мусора и строительными обломками, на втором этаже полуразрушенного дома и "взял" снайпера. Им оказался маленький, плюгавый мужичонка, который крался осторожно, бесшумно и уж как-то очень неприметно (ранее он из верхних этажей расстреливал и военных, и гражданское население просто так, для собственного удовольствия). В том же месте через пару недель взяли второго такого же стрелка - на него спустили служебную собаку, которая молча взяла его за горло. С длинной неповоротливой винтовкой СВД этот стрелок не мог развернуться и оказался бессилен перед собакой.

    На вражеского снайпера охотятся и днем, и ночью. Не так давно появилась практика ночных снайперских постов. На переднем крае, в развалинах, скрытно обустраивается снайперская пара - один из снайперов дремлет (лишь бы не храпел), а другой слушает и время от времени скрытно наблюдает в прибор ночного видения, не включая инфракрасной подсветки. Через некоторое время они меняются ролями. Отдохнувший снайпер с обостренным слухом может довольно отчетливо услышать и выявить по строительным шумам и другим звукам шанцевую подготовку позиции снайпера на сопредельной стороне. Такой "слушающий" снайперский пост не обязательно должен быть на одном месте - при необходимости можно бесшумно и скрытно от вражеского ночного прицела сменить позицию. В любом случае снайперы не должны лазить по развалинам в одиночку - так очень даже можно попасть в лапы разведгруппы противника или просто пропасть без вести.

    Перемещаться по развалинам нужно вдвоем и обязательно' имея возможность получить огневую поддержку от своих. Свои должны знать, куда и зачем вы полезли К тому же лазить по развалинам вдвоем гораздо практичнее - один подсаживает или вытягивает наверх другого.

    Ночью можно имитировать движение на своей стороне перемещением кукол и ложным шумом. Сделать это ночью можно эффективнее, чем днем, ибо разрешающая способность (четкость) приборов и прицелов ночного видения намного ниже, чем у дневных оптических приборов. Поэтому противнику практически незаметны дефекты изготовления чучел-приманок. Движением этих приманок снайпер-ночник провоцируется на стрельбу, возле упавших кукол имитируется возня с ранеными, чем провоцируется его дальнейшая стрельба. Место позиции "ночника" таким образом выявляется, и он уничтожается или бесшумной стрельбой, или работой диверсанта. Для выявления снайпера-ночника используются горящие сигареты (см. ранее) на фоне листика бело-бурой бумаги. Это нехитрое устройство закрепляется на проволоке и высовывается из укрытия. К сигарете можно прикрепить резиновую трубку и имитировать затяжку. При движении сигареты вверх-вниз-в сторону эта приманка естественно выглядит со стороны и срабатывает необычайно эффективно. Бумажный экранчик сзади сигареты имитирует лицо курильщика и служит для контроля попаданий. Иногда используются маленькие электрические лампочки, но это выглядит не так естественно.

    Ночью можно спровоцировать снайпера-ночника кратковременной работой инфракрасной фары. При этом можно снайпера не уничтожать, а выявить его огневые позиции, пригодные для дневной работы.

    Неоднократно применялся способ ночной засветки снайпера светом мощного прожектора, но сам прожектор при этом не выставляется, так как достаточно одной пули для выведения его из строя. Прожектор закапывается за укрытием, а сверху на него устанавливается любым способом лист белой жести под углом 45°. Отраженный от этого листа световой поток направляется туда, куда нужно, и засвечивает гнездо противника. Процесс этот контролируется перископом. По такому жестяному листу можно стрелять до бесконечности - жестянка исправно отражает свет даже после полусотни попаданий Последний известный автору случай такого применения прожектора был в Приднестровском конфликте - на вертикально поставленную автомобильную фару с жестяным отражателем кроме снайпера попался и дежурный пулеметчик. Способ такой ночной подсветки весьма наглый и эффективный. Тем, кто его применяет, нужно быть готовым мгновенно покинуть такое световое устройство при ответном минометном или гранатометном обстреле.

    Как можно уничтожить снайпера ночью после его обнаружения? Практика показывает, что нередко это можно сделать даже проще, чем днем. Ночью можно в складках местности скрытно подобраться к расщелине, в которой вражеский стрелок оборудовал позицию, и забросить на эту позицию гранату. Ночью можно эффективно сделать засаду сбоку от ночного снайпера и расстрелять его из бесшумного оружия, пока он занят расстрелом кукол-приманок. Был случай, когда гранатометчик с ночным прицелом на противотанковом гранатомете, просидев скрытно и терпеливо двое суток перед предполагаемой позицией снайпера-ночника, все-таки подловил его и "размазал" гранатой, когда тот после выстрела отскочил от амбразуры, но еще не успел выскочить из помещения.

    В городе Т. на снайпера-бесшумника, стрелявшего по ночам из винтовки ВСС с прицелом НСПУ (ночным) с близкого расстояния (250 метров), спустили служебную собаку, тренированную на запах свежесгоревшего пороха. Инструктор-кинолог подвел ее сбоку от позиции снайпера, чтобы уберечь от попадания в поле зрения ночного прицела. Умная и хорошо дрессированная собака бесшумно подошла к позиции ночного стрелка и загрызла его.

    Подготовка к уничтожению снайпера, стреляющего днем, должна производиться ночью, а именно: разведка системы его позиций, минирование этих позиций, захват или уничтожение снайпера разведдиверсионной группой, когда он будет ближе к утру выдвигаться на эти позиции. Снайпер воюет нестандартно и не по уставу - в этом его преимущество. И чтобы его "достать", действовать приходится тоже нестандартно, методами, которые неимоверно далеки от уставных норм. Колоссальный эффект приносят тщательно замаскированные засады за передним краем противника. Результаты наблюдений из таких засад без стрельбы в течение двух-трех дней, а иногда и меньше, открывают очень много интересного. Такие наблюдения производятся и ночью, как прослушиванием, так и с приборами ночного видения. По результатам наблюдений из такой засады можно будет ликвидировать не только снайперов противника, но и его командный состав. Расчет такой группы обычно пять человек - в наше время гранатометчик и пулеметчик со вторыми номерами и снайпер с бесшумным оружием. В условиях города такой группе приходится брать с собой побольше ручных гранат для возможного диверсионного налета или прорыва из окружения. Вторые номера обеспечивают быструю и бесперебойную работу основных номеров и переносят повышенное количество боеприпасов. В свое время такие засады с усиленным (по необходимости) гранатометанием делали финны в финскую кампанию и русские - в Сталинграде и Кенигсберге.

    Обычная снайперская диверсионная пара, забравшаяся в тыл противника и натворившая там дел, может после выполнения задания благополучно вернуться назад только на природе, на обратном пути обходя десятой дорогой опасные места, а в городе после результативного снайперского или диверсионного "укуса" нередко прорваться к своим можно, только пробивая "коридор" мощным огневым кулаком, создавая хоть и кратковременное, но зато "оглушающее" огневое преимущество перед растерянным противником. Вам нужно быть подальше от места событий.

    Эффект от таких нахальных диверсионных действий достигается только в результате тщательного предварительного наблюдения за местностью, анализа ранее полученной развединформации, продуманности действий и осторожности выполнения. Прежде всего, диверсионная группа не должна ничем пахнуть, чтобы ее не почуяли собаки на стороне противника. Для этого оружие тщательно вычищается от смазки и "выветривается" до полного исчезновения запаха железа - так всегда делают промысловые охотники. Не должно быть никакого казарменного духа, который настолько специфичен, что его запросто почувствует даже человек. Если среди ваших противников есть выходцы с Востока, в разведдиверсионных вылазках будьте особенно внимательны. Жители Востока от рождения способны на расстоянии ощущать присутствие других людей, и такая способность у них затем развивается постоянными тренировками. Это является их менталитетной тайной, о которой, как они считают, европейцам знать необязательно. "Восточники" устроены не так, как европейцы: европейцы думают головой, а "восточники" воспринимают окружающие явления физическими и психическими ощущениями, которые действительно никогда не подведут и не обманут. Европейскому человеку, особенно горожанам, понять это трудно.

    Поэтому при ночных диверсионных поисках поступайте точно так же - поменьше напрягайте голову и побольше общее внимание, обостренный слух, обоняние и ночное зрение. Как это делается практически, прекрасно изложено в замечательной книге П. Я. Поповских "Учебник разведчика ВДВ".

    Остается сожалеть, что именно этому разделу при подготовке диверсантов, разведчиков и снайперов сейчас уделяется очень мало внимания.

    Контрснайперская группа может ликвидировать вражеского снайпера, не только забравшись к нему в тыл. Если заранее изучены позиции снайпера, система его ходов и перемещений, периодичность и хронометраж его выходов на позиции (такое изучение и прогнозирование надо научиться делать постоянно, качественно и очень быстро), то такого стрелка можно взять резким неожиданным рывком "через фронт". Такой нахальный рывок контрснайперской группы делается под прикрытием дымовой завесы при ветре в сторону противника. Дымовая завеса очень хорошее изобретение, которое создано специально для таких случаев и прочих скрытных перемещений. Одновременно всеми возможными огневыми средствами сзади и с боков снайпера противника создается огневой барьер, чтобы ему некуда было деться. Пути его отхода простреливаются из снайперских винтовок. Одновременно из артиллерийских систем (или с вертолетов) простреливаются верхние этажи (если этот стрелок засел в многоэтажном доме). Снайпер, отсеченный огнем от своих, вынужден уйти вниз, в подвал, под бетонные плиты, и лишается свободы маневра.

    Заградительным плотным огнем по всем щелям и возможным бойницам вражескому снайперу не дают высунуться и выстрелить прицельно. Когда маневренная контрснайперская группа выдвинулась на бросок гранаты, огонь из снайперской винтовки или гранатомета резко теряет эффективность из-за неповоротливости оружия. Снайпера, спасающегося от гранат в подвале, глухих углах, под бетонными плитами, забивают ручными гранатами и сразу же отходят, пока существует огневое прикрытие своих - не надо ждать, пока по этому объекту противник ударит из всех стволов или предпримет контратаку.

    Вышеописанные методы встречных ночных и дневных засад, а также осторожного встречного блуждающего поиска и атакующих бросков на уничтожение можно с успехом использовать и против блуждающих по развалинам ударно-террористических групп противника, состоящих обычно из снайпера, пулеметчика и гранатометчика.

    При обороне Сталинграда, где позиции наших и немцев перемешались и на карте эта картина была похожа на "слоеный пирог", участились подстрелы на перекрестке двух улиц. Немецкий снайпер держал перекресток под прицелом, находясь между развалин двух домов в глубине за ними. Позиция эта была для него очень выгодна. Он простреливал улицу вдоль, укрыться перед ним от огня было негде. Его нахально взяли в лоб, открыв из автоматов плотный заградительный огонь, настолько плотный, что он не смог высунуться. К нему подходили рывками, по классической тактике уличных боев: пока одна группа автоматчиков прижимала огнем снайпера за укрытием, другая проскакивала рывком метров 40-45 и в свою очередь открывала плотный огонь, под прикрытием которого подтягивалась прикрывающая группа. По позиции снайпера стреляли все время. Израсходовали массу патронов, но масса патронов - это не масса убитых. У немецкого снайпера не выдержали нервы, и он попытался отползти. Его забросали гранатами.

    Выход - бросок контрснайперской группы на захват или уничтожение снайпера должен быть максимально подстрахован со стороны своих возможностью открыть предельно плотный поддерживающий огонь. Именно плотный и кратковременный - группа должна очень быстро справиться с делом и вернуться назад. Такие "кинжальные" удары с мгновенным перевесом сил в одной точке можно делать как днем, так и ночью. Приборы ночного видения это позволяют. Если такое сделать все-таки невозможно, вражеского снайпера блокируют и зажимают коллективным снайперским огнем с разных сторон и под разными углами. Коллективные усилия специализированной группы снайперов и диверсантов позволяют эффективно "съедать" снайперов противника и поодиночке, и по очереди.

    В последнее время замечено, что многие снайперы противника пользуются радиосвязью. Сами они в эфир не выходят и в радиообмен не вступают. Их ассистенты или прикрывающая группа дают им изменения обстановки, ориентиры, появление целей, сообщают об угрозе захвата и других внезапных опасностях. Поэтому, выследив снайпера и хорошо его изучив, на его рабочей частоте в решающий момент его уничтожения глушат передаваемую ему информацию. Лучше всего это сделать, используя трофейные рации. В одном известном автору случае просто рычали, как звери, в микрофон такой рации, пока другие подбирались к вражескому стрелку. Анекдотично, но сработало безотказно.

    Вражеский снайпер проявляется сразу же после вашей артподготовки. Он знает, что ваши бойцы после этой артподготовки пойдут в атаку, будут представлять для него хорошие и удобные цели. Поэтому будет лучше, если сразу же после артподготовки вы для профилактики сделаете огневую обработку (как было описано ранее) всех разведанных вами щелей и бойниц и поставите хорошую дымовую завесу (какая это все-таки полезная штука!). Контрснайперская группа действует при этом наступательно, так, как описано ранее. В старые времена пехота и штурмовые группы выдвигались на рубеж обороны противника сразу же вслед за огневым валом, приближаясь к объектам штурма на бросок гранаты еще тогда, когда там рвались артиллерийские снаряды своих. По разведанным бойницам вовсю работали противотанковые ружья. Из них же "доставали" снайперов, которые работали "косым" огнем по изгибам траншей на нашей стороне. Современные дальнобойные 12,7-мм винтовки - очень хорошая вещь для подавления огневых точек противника в долговременных укреплениях и его снайперов, работающих с отдаленных позиций за линией фронта. Но неумелое применение этих винтовок на коротких расстояниях приносит мало пользы. Длинное "неповоротное" и малоподъемное оружие в развалинах малоэффективно.

    Основные тактические методы борьбы со снайперами в уличных боях были отработаны еще во время Второй мировой войны и в общем-то остались теми же - добыча информации о снайпере, профилактика снайперского огня, контрснайперские хитрости, встречный разведдиверсионный поиск. Чудес в контрснайперском промысле не бывает. Результат приносит активная, свободная и агрессивная охота "на вольных стрелков" коллективом специализированной контрснайперской бригады. Такая бригада комплектуется на месте событий и учится работать тоже непосредственно на месте событий, применяясь к обстановке боевых действий, варианты которых бесконечны. Не все получается сразу и вдруг, но при настойчивой мозговой деятельности бойцов бригады и накопления практических наработок рано или поздно наступает качественный прорыв, и контрснайперская группа начинает действовать очень эффективно и привычно.

    В состав контрснайперской группы входят пулеметчики-профессионалы и настоящие тренированные снайперы (ни в коем случае не дилетанты-любители). Желательно, чтобы из гранатомета работал тоже снайпер. Вторые номера в контрснайперской группе комплектуются не просто подсобными носильщиками боеприпасов, а бойцами-рукопашниками, которые натренированы бросать ручные гранаты быстро, далеко и точно. Делают они это обычно под прикрытием пулеметчика, который огнем загоняет противника за укрытия и не дает ему высунуться для прицельной стрельбы. Рукопашники также незаменимы для силового захвата живого противника.

    На своем участке работы контрснайперская группа нестандартными, неожиданными и безнаказанными действиями может производить не только разрушительный боевой эффект, но и оказывать колоссальное деморализующее воздействие на психику противника, постоянно удерживая его в состоянии нервного напряжения.

    Более того, такая группа, работавшая в условиях разных городов, привыкает воевать при постоянном изменении условий боевых действий, при разной городской планировке и архитектуре, при различном менталитете противника.

    Сразу, естественно не получается ничего. Но в контрснайперской группе постоянного состава при постоянном выполнении практических контрснайперских мероприятий по мере накопления опыта, коллективного обсуждения ситуаций и развития теоретического мышления рано или поздно наступает качественный прорыв.

    При этом у бойцов спецгруппы быстро развивается способность почти мгновенно прогнозировать принципы работы вражеских снайперов в конкретных условиях.

    При наличии таких контрснайперских групп их бойцам и командирам не следует афишировать себя даже на стороне своих, чтобы не вызывать на свою голову лишних осложнений. При боевой необходимости 2-3 такие спецгруппы (не более взвода) могут объединить для решения более крупных и сложных задач ударно-диверсионного применения, в ночное время "вычищая" из бесшумного оружия с ночными прицелами целые кварталы на переднем крае противника и за передним краем. Специализированные диверсионно-снайперские подразделения способны делать фантастические вещи. Применение таких ночных диверсионно-снайперских групп заново открывает забытую практику привлечения колоссальных тактических резервов боевого применения.

    В подготовке контрснайперского мероприятия шаблонные, повторяющиеся, непродуманные и неосторожные действия исключаются.

    Неопытный стрелок большей частью попадает случайно, но он всегда будет изобретателен и находчив в отличие от строевых военных, которым устаревшие уставы заменяют активное мышление. Он может быть психопатом - такие входят в стрелковый угар и стреляют безостановочно; с такими особых проблем не возникает. Он может быть чрезвычайно осторожен - таких обкладывают со всех сторон, караулят и уничтожают или снайперским огнем, или штурмовой группой на дистанции "в упор", пока не убьют (такой стрелок при опасности забивается в укромный угол, его отсекают от своих и уничтожают если не стрельбой, то гранатами или собаками. Но в любом случае его любимый стиль и его преимущество в том, что он стреляет из безопасных щелей и сразу же уходит. Слабое место неопытного стрелка - страх. Когда он начинает ощущать коллективный и хорошо организованный агрессивный интерес к своей особе, это полностью изменяет ход его мыслей. В такие моменты неопытный стрелок меньше всего думает о том, как удерживать позиции, - он твердо убежден, что человек имеет право выжить. Но убегающего с позиций всегда настигает смерть. Обычно это происходит на путях отхода, где "вольного стрелка" уже ждут. И тогда всем сомневающимся можно продемонстрировать, что никакой это не призрак, а просто немытый шакал с нечищеной винтовкой.

    СТРЕЛЬБА В ПРОТИВОГАЗЕ

    Как бы отрицательно снайперы ни относились к самой мысли о стрельбе в противогазе, реальная боевая обстановка запросто может заставить надеть его. Об этом свидетельствует печальный опыт военнослужащих, воевавших в последние годы, кому пришлось действовать в заводских и промышленных развалинах, в настоящее время переполненных химическими бочками, баллонами и прочими упаковками с разнообразной химической начинкой. На войне все это горит, и выделяемые при этом ядовитые газы отправили на тот свет уже не одного бойца. Автора поддержат пожарные, которые ни на один пожар не ездят без противогазов, - современные отделочные материалы при горении выделяют газы, по своей токсичности иногда превосходящие боевые отравляющие вещества. Полицейские снайперы и снайперы антитеррористических подразделений уже не раз пожалели, что были без противогазов, - слезоточивые газы, режущие глаза, напрочь выбивают снайперов из колеи (кстати, это очень хороший прием борьбы со снайперами противника в городе - надо только хорошо рассчитать направление ветра). Даже при большом количестве обыкновенного дыма лучше надеть противогаз (каждый знает, как дым "выедает" глаза).

    Для снайперской стрельбы подбираются противогазы, у которых стекла перед стреляющим глазом стоят перпендикулярно к линии прицеливания. Обычные маски с "косой" постановкой стекол искажают прицельное изображение. Против запотевания стекол применяют специальные карандаши, а если их нет, стекло обрабатывают тампоном с мылом (или даже слегка смазывают ружейным маслом). К стеснению в дыхании при работе с противогазом нужно привыкнуть. И с десяток раз пострелять в противогазе тоже необходимо - дай Бог, чтобы вам это не пригодилось.

    РАБОТА СНАЙПЕРОВ В КОНТРТЕРРОРИСТИЧЕСКИХ ОПЕРАЦИЯХ

    Начнем с того, что роль снайпера и последовательность его действий в контртеррористических операциях по обезвреживанию вооруженного и особо опасного бандформирования и при освобождении заложников высокое начальство представляет себе весьма приблизительно и нечетко.

    Применение снайпера в мирное время диктуется жестокой необходимостью. Если на войне снайпер - длинный нож в сердце противника, то в мирной обстановке - это скальпель в руках хирурга. В мирное время при проведении полицейских операций снайперу нельзя промахнуться - промах чреват провалом операции. Более того, снайпер морально не имеет права даже случайно задеть пулей невиновного человека. Именно поэтому работа снайпера должна быть ювелирной в исполнении выстрела и высокопрофессиональной в тактическом отношении.

    Увеличение оптического прицела и способность мгновенно воздействовать на противника позволяют снайперу резко поворачивать ход событий в нужную сторону. Снайпер со своей выгодной позиции (она просто не может быть невыгодной) может и должен тактически оценивать и постоянно контролировать обстановку на объекте ответственности и мгновенно срабатывать при осложнении обстановки или в решающий момент штурма. Снайпер обязан представить себе архитектуру этого объекта и "посмотреть" на него изнутри, определив внутренние пути возможных передвижений противника к окнам, дверям, проходам и появление противника в этих местах. Это позволяет снайперу прогнозировать течение событий и возможное появление целей в определенных местах.

    Поэтому смысл происходящего сразу же доходит прежде всего до снайпера и уже потом до руководства операцией. И сработать мгновенно при осложнении обстановки (например, когда террорист приставил пистолет к голове заложника или нож к его горлу) может только снайпер, и более никто кроме него. Или же когда террористы, прикрываясь заложниками, идут на прорыв. Или же когда террористы просто, как тараканы, разбегаются в разные стороны. В идеале снайпер стреляет на поражение, не дожидаясь, пока начальство среагирует и отдаст приказ. На отдачу приказа, для того чтобы четко его произнести, нужно время - несколько секунд, - и за эти несколько секунд могут произойти непоправимые вещи.

    Раньше при Лаврентии Берии, когда надо было получить реальный результат, все так и происходило - в идеале. Снайпер не просто пресекал "своеволие" противника, стремящегося изменить события в свою пользу. Снайпер ставил точку в операции вообще. Он делал это самостоятельно. Если у него не получилось (бывало и такое), с него снимали шкуру. Если получилось, ему за это просто ничего не было. Такие были времена.

    Сейчас времена другие. Сейчас начальство сперва должно понять, что на объекте начало происходить что-то страшное, потом оценить обстановку, принять решение и отдать боевой приказ. Представьте, сколько на это нужно времени. Но перед тем, как отдать боевой приказ, начальство должно принять коллективное решение. Потому что боевой приказ снайперу на боевое применение должен быть четким и определенным - стрелять придется по живому террористу, который с точки зрения закона считается личностью и имеет право на адвоката. Поэтому четкий приказ не отдаст никто. Никто не захочет отвечать конкретно. Начинается процесс, который снайперы между собой называют "жеванием соплей". По радио дают команду: "Эй, снайпер, давай, начинай!" Но снайпер тоже не дурак, он не слышал четкого приказа и тоже не хочет отвечать. Снайпер прикидывается "валенком" и вопрошает по рации: "Чево начинать?" Начальство приходит в ярость: "Давай, работай! Какого х... тебя сюда привезли?" Снайпер опять вопрошает:

    "Куда работать? Как?" Он не слышал слов "выстрелить", "открыть огонь", "поразить в руку", "поразить в ногу", "обезвредить огнем" и т. д. Это четкие слова, но их начальство не скажет. Оно ждет, пока снайпер не начнет стрелять самостоятельно и, в случае неприятного окончания событий, сядет в тюрьму, а начальство будет ни при чем. А в случае удачного окончания лавры будут принадлежать начальству, а снайперу за это ничего не будет (а может, будет благодарность или почетная грамота). Но снайперы предпочитали не искать на свою голову приключений и упорно не понимали нечетких указаний.

    Между тем от бездействия служивых события принимали страшный оборот с человеческими жертвами и другими жуткими последствиями. И поэтому на заре перестройки мелькнуло было робкое указание: "В случае осложнения обстановки, которое может повлечь за собой гибель невинных людей, обезвреживание террористов вплоть до их физического уничтожения производится всеми доступными средствами и способами. Сигналом к действию будет общая команда по радио 444, передаваемая несколько раз". Это уже было кое-что. Служивые воспрянули духом. Но у снайперов стало получаться слишком хорошо: под снайперские пули при подавлении межнациональных конфликтов и в горячих точках стало попадать слишком много нужных, энергичных и близких к очень высокому начальству людей. И поэтому команда 444 как-то заглохла сама по себе.

    "Жевание соплей" - стрелять или не стрелять - продолжается во всех странах СНГ. Как правило, сейчас его или провоцирует, или прекращает прокуратура. В одном известном автору случае, когда решался вопрос, что делать с ранее судимыми блокированными на объекте преступниками, о которых все было известно, все с нетерпением ожидали, кто из прокуратуры приедет на это происшествие. Прокурор оказался из своих - он раньше служил в системе военно-морской контрразведки. Узнав о том, что на объекте находятся заложники, на вопрос милицейского начальства о допустимости применения снайперов прокурор ответил: "А зачем их сюда привезли? Выдать им фотографии преступников, чтобы они знали, по кому стрелять, и пусть бьют на поражение!" После начала штурма, когда двое из преступников попытались прорваться, один был сразу застрелен, а другой тяжело ранен. Четко и ясно! Но такое бывает редко. Такое бывает, когда командует кто-то один. Другой известный автору удачный случай применения снайпера произошел в городе И., когда снайпер милицейского спецподразделения выстрелом в голову обезвредил уголовника, вооруженного двумя гранатами. Четкий приказ отдал его непосредственный командир, который взял ответственность на себя.

    Еще один пример четкой команды на поражение, известный автору, произошел в шестидесятых годах в Киеве. Приказ обезвредить снайперским огнем преступника, разгуливающего с пистолетом и гранатой по Крещатику среди толпы, отдал лично министр внутренних дел Украины Иван Головченко. Под свою ответственность. Бандита очень удачно подстрелили в плечо на ходу из машины, выбрав момент, когда тот слегка оторвался от толпы.

    Но случаи, когда начальство берет на себя ответственность за четкий приказ, весьма нечасты. И поэтому снайпер должен услышать четкую команду для стрельбы на поражение: "Снайперу - огонь" или какую-либо другую, утвержденную специальным приказом. Иначе он будет сидеть в тюрьме.

    Так получается, что при антитеррористической операции снайпер ищет и занимает выгодную для стрельбы позицию самостоятельно, ибо такие операции происходят в непредсказуемой обстановке. Начальство за него позицию не определит - снайпер всегда будет стрелять оттуда, откуда ему видно цель. И ответственность за выбор и отыскание позиции всегда ложится на самого снайпера. Как он найдет эту позицию - никого не волнует. Будет очень хорошо, если начальство прикажет участковому инспектору, который знает все ходы и выходы, сопровождать снайперскую группу в качестве проводника и оберегать ее от любопытных. В гражданской обстановке снайпер выдвигается на позицию скрытно, в гражданской рабочей одежде, не возбуждая ненужного любопытства населения и не выставляя снайперскую винтовку напоказ. Чтобы снайпер, который в поисках позиции лазит по самым неожиданным местам, глухим и безлюдным, не получил ножом в спину или кирпичом по голове и не остался без винтовки и патронов, его обязательно должен сопровождать минимум один вооруженный сотрудник, который помогает снайперу преодолевать завалы и другие препятствия, подстраховывает его от неожиданного нападения сзади и, главное, имеет при себе рацию. При боевой работе руки снайпера заняты только винтовкой, и его внимание должно быть направлено только на цель. Связь осуществляет тот, кто страхует снайпера, и этот же человек в случае разбирательства подтверждает получение команд и приказов.

    На памяти автора был случай, когда в городе Д. при проведении специальной операции высокий чин сказал: "У меня нет людей, чтобы к двум снайперам приставлять сзади еще по человеку. В приказе написано - снайперская пара. Вот пусть и страхуют друг друга". В ходе операции подельники преступников подкрались сзади к снайперам, которые лежали недалеко друг от друга, и тяжело ранили обоих. Две винтовки СВД и 50 патронов на каждую достались преступникам. Дальше события развивались не по милицейскому сценарию.

    Снайперам, если их больше двух, нет смысла находиться вместе. Они должны держать под прицелом противника с разных позиций и под разными углами. В этом случае то, что не будет видно одному, будет открыто для другого. На одной позиции снайперы находятся только тогда, когда надо стрелять в противника, находящегося за стеклом. Как известно, стекло разбивает винтовочную пулю вдребезги и делает дальнейшее направление полета ее фрагментов непредсказуемым. Поэтому один из снайперов первым выстрелом разбивает стекло (окно и т.д.), а второй конкретно "достает" цель.

    Операция по освобождению заложников является одним из самых тяжелых моментов в работе спецподразделений полиции и спецслужб. Поэтому и штурмовая группа, и снайперы должны до мелочей знать, кто террористы, как они выглядят, возраст, рост, пол, в чем одеты, их словесный портрет, особые приметы, а лучше всего иметь перед собой фотографии преступников. Все это снайперы должны четко представлять, чтобы иметь возможность стрелять выборочно, в того, в кого надо, и не зацепить заложников. Эту информацию, а также изменения по моменту событий снайперы постоянно получают от руководства. Информация эта должна быть точной, и ответственность за ее получение и достоверность лежит на высоком начальстве. Иначе снайперы рискуют подстрелить невинного человека, и это будет не на их совести.

    В контртеррористических операциях снайпер также обязан действовать скрытно и не расшифровываться. Для этого он должен не забывать про перископ, специальный камуфляж и пользоваться ими. Как только позиция занята, страхующий снайпера сотрудник докладывает: "Я тридцатый, позицию занял". При обнаружении цели докладывает: "Я тридцатый, цель захватил". Буква "Р" в позывном должна присутствовать обязательно - она хорошо проходит по эфиру даже при сильных атмосферных помехах.

    В полицейской практике иногда, по возможности, во избежание стрельбы в городе, вооруженного и особо опасного преступника обкладывают со всех сторон и выгоняют на пустырь или в другое безопасное место, где, руководствуясь вышеописанными методиками, его обезвреживает снайпер. Так поступают с террористами, особенно если есть данные, что они вооружены гранатами.

    Для того чтобы не тратить время на поиски позиции, снайперской антитеррористической группе следует заранее определить позиции и сектора обстрелов при снайперском блокировании мест, в потенциале возможных для проведения терактов - вокзалов, банков, аэропортов, правительственных и общественных учреждений, транспортных развязок, мест проведения массовых мероприятий. На этих объектах скрытно, не привлекая внимания, следует провести штатные тренировки с прогнозированием вариантов возможного развития событий.

    СНАЙПЕРЫ ПРОТИВ БОЯ В ТОЛПЕ (ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ СОБЫТИЯ)

    В мировой практике полиции и спецслужб случается и еще один неприятный момент, вернее, гадкий политический прием всякого рода оппозиции. Бой в толпе. Заключается он в том, что при проведении массовых мероприятий - митингов, демонстраций и т. д., - когда страсти накаляются, провоцируется драка. Для ее пресечения, разумеется, подскакивает ближайший полицейский наряд. Его прибытия уже ожидают, и на полицейских набрасываются превосходящими силами. На выручку избиваемых коллег выдвигается более многочисленный отряд полицейских, который вынужден пробиваться через специально создаваемую плотную толпу, причем агенты оппозиции специально создают конфликтные ситуации, доводя полицейских до озверения. В ход начинают идти дубинки. Обстановка накаляется. Начинается повальная драка. Озверевшие полицейские бьют дубинками и правого, и виноватого. В ряды полицейских забрасывается петарда. Создается грохот. Под этот грохот снайпер оппозиции с чердака или другого удобного для стрельбы места подстреливает любого непричастного к событиям зеваку, оказавшегося вблизи побоища. Толпа звереет. Снайпер не обязательно выстрелит в обывателя. Снайпер может застрелить оратора на митинге, которого "подставит" оппозиция. Снайпер может подстрелить какое-либо высокопоставленное или влиятельное лицо, присутствующее на массовом мероприятии (которое тоже подставит оппозиция).

    Кто-то бросает гранату. Начинаются хаос и давка. Во всех жертвах оппозиция обвиняет власти. Кровавый конфликт - лучшее средство, чтобы сдвинуть с места политическую инертность населения. Главное, чтобы этот лед тронулся (всем знакомая фраза), а далее политические события будут разгоняться безумной энергией масс, которые всегда и при любом политическом режиме будут чем-то недовольны. Потом, разумеется, все вернется, как и было, но уже при новых политиках. Дуракам этого никогда не понять.

    Такие события время от времени происходят в различных точках земного шара. Мерзость эта докатилась и до нас.

    Полицейским всех стран трижды наплевать на амбиции политиков. Но полицейских заставляют отвечать за наличие невинных жертв. Правительство, не желая скандала, трусливо сваливает все происшедшее на полицию, объясняя случившееся некомпетентностью и безграмотными действиями стражей правопорядка. Для правительства это настолько удобно, что стало дежурной реакцией практически во всех странах и при всех политических режимах.

    И поэтому в странах с развитой демократией (а демократия очень нуждается в полицейской дубинке) полиция научилась пресекать политические провокации в зародыше. И делает это очень быстро, непреклонно и жестко.

    Полицейские мероприятия против боев в толпе - это сплошной нестандарт, своеобразная игра в шахматы, в которой полиция должна сыграть лучше противника.

    Один из вариантов развития таких событий, происшедший на памяти автора не так давно в европейском городе Б., не отличался оригинальностью и был довольно рядовым. События развивались по накатанному сценарию. За день до манифестации полицейский чин давал следующий инструктаж подчиненным прямо на месте предполагаемых событий: "Драку завяжут вот здесь, возле трибуны, где будут толпиться выступающие. Поставьте здесь людей покрепче. От этого места вон к тому подъезду жилого дома в толпу незаметно внедрите побольше наших людей в штатском. Пусть они расположатся "полоской" и при необходимости создадут своеобразный "коридор" для силовой эвакуации зачинщиков драки. С обратной стороны подъезда, во дворе, у черного хода, поставьте полицейский фургон. Усиленный наряд с пожарными машинами может выдвинуться только с той улицы. Поэтому стрелять по ним, а также по трибуне выгоднее с чердачных окон вот этого дома, который находится в створе с этими возможными целями, в створе между другими домами и довольно далеко за линией оцепления. (Достает бинокль и дает посмотреть подчиненным.) Основная масса людей всегда стоит вот здесь (показывает место), и поэтому гранату будут бросать именно сюда. И скорее всего, ее будут бросать из-за этого столба - тут ее можно незаметно достать и бросить правой рукой, особенно не привлекая внимания (показывает столб, находящийся "за спинами толпы"). Стрелять из пистолета по толпе будут, скорее всего, отсюда, из этого проулка - отсюда удобно стрелять с разворотом влево, и укрытие слева от стрелка. Драку возле трибуны затеют верзилы, а с гранатой и другим оружием будут маленькие, невзрачные и гнусного вида. Это могут быть и женщины. Снайперскую винтовку должны принести на позицию уже сегодня вечером и там замаскировать. Стрелять будут из глубины чердака, вспышки видно не будет и грохот выстрела приглушится. Возле позиции снайпера бунтовщики выставят оперативное прикрытие. Сейчас их трогать не будем, а возьмем тогда, когда снайпер выйдет на рубеж.

    Выход на две большие улицы оставляем свободным - в случае смятения толпе нужно куда-то рассеяться.

    Поскольку снайпера обезвредим, а бунтовщикам поставленную задачу надо будет выполнять, они станут судорожно искать позицию на ходу и, скорее всего, стрелять будут с крыш этих домов (показывает каких). Поставьте людей во все места, откуда только можно будет стрелять, пусть сидят на этих позициях скрытно и не высовываются. Задача нашим снайперам - любой индивид, появившийся с оружием на крыше, в чердачном окне, стенном проеме, представляет собой цель и должен быть уничтожен самостоятельным огнем без приказа. Наши снайперы определяют и занимают позиции самостоятельно".

    На следующий день возле дома, указанного шефом, слоняются молодые и крепкие парни. Это и есть оперативное прикрытие снайпера оппозиции. На площади собирается народ. Неистовствуют ораторы. Толпа накаляется. Возле трибуны происходит что-то непонятное. Люди в штатском бегом тянут через толпу молодчиков, закованных в наручники и с кляпами во рту. Другие люди в штатском создают перед ними "вакуум", ловко и вежливо оттесняя в сторону ничего не понимающих манифестантов. Парней с заткнутыми ртами втаскивают в подъезд жилого дома, который сразу же закрывается. Никто ничего не может понять. С обратной стороны подъезда, у черного хода, молодых людей сажают в полицейский фургон, который тут же отъезжает.

    Молодой мужчина молча проходит мимо парней, прикрывавших снайперскую позицию. Поднимается наверх. Достает из тайника завернутую в брезент винтовку "Застава" с оптическим прицелом. Занимает позицию возле чердачного окна. В это время внизу люди в штатском уже кладут лицом на асфальт парней из прикрывающей снайпера группы. Вверху, на чердаке, снайпер слышит сзади себя непонятный легкий шум. Он оборачивается и возле своего лица видит оскаленную собачью пасть. Из темного угла команда собаке: "Стеречь!" Команда снайперу: "Лицом на пол! Не двигаться!"

    На площади, возле столба, обозначенного шефом, люди в штатском надевают наручники на невзрачного вида мужичонку. Гранат у него не было, но под плащом обнаруживают две бутылки с бензином.

    В проулке, о котором упоминал начальник, волокут в машину потасканного вида девицу с коричневыми разводами под глазами. Она явно под наркотиком. Под курткой у нее находят итальянскую "Беретту" с полным магазином.

    Полицейские снайперы замечают на крыше одного из домов человека с длинным предметом, завернутым во что-то светлое. Ему дают подняться на конек крыши и расчехлиться. В оптические прицелы видно, что это опять-таки винтовка "Застава". Человек, пригибаясь, ищет место для стрельбы. Три полицейских выстрела с разных сторон. Человек падает. Лежит неподвижно. Это единственный труп в сегодняшней манифестации" Но он далеко от толпы, и его не видно.

    На площади ничего нового не происходит. Ораторы говорят об одном и том же. Толпе становится скучно. Внимание переключается на пивные бочки и лоточников, торгующих съестным. Лоточников становится все больше. Толпа начинает есть и понемногу рассасывается по разным направлениям. Политическая демонстрация коварными усилиями полицейских превратилась в обычное народное гуляние. Оставшаяся на площади небольшая инициативная кучка бунтовщиков опасности уже не представляет.

    СЕКЬЮРИТИ ПРОТИВ СНАЙПЕРА (ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ СОБЫТИЯ)

    В том же городе Б. черный лимузин останавливается возле офиса. В сопровождении охраны босс выходит из машины и заходит в подъезд. Эту сцену наблюдают штатский и мужчина средних лет в пятнистой форме.

    ВОЕННЫЙ: Босса может снять снайпер. Вот смотри, машина каждый раз останавливается в одном и том же месте. Боссу открывают дверцу, и он, выходя из машины, вынужден пройти по прямой метр-полтора, ограниченный полуоткрытой дверцей и самой машиной. После чего босс идет по прямой метров десять к дверям офиса. Для снайпера это очень удобно.

    ШТАТСКИЙ: Ну и что? Теперь будем ставить машину в разных местах;

    ВОЕННЫЙ. Особенность этого момента в том, что, как бы ни ставили машину, сопряжение направления выхода из нее всегда будет в створе с направлением захода в двери, практически десять метров шеф все время будет двигаться по прямой с незначительными отклонениями в стороны, независимо от того, пойдет он из машины прямо в дверь или будет огибать машину после выхода из нее

    Подгоняют машину, экспериментируют, получается так, как сказал военный.

    ШТАТСКИЙ: Шефа закрывает охрана со всех сторон, и он в бронежилете;

    ВОЕННЫЙ: От снайпера не спасет ни охрана, ни бронежилет. С боков его закрывают, а сверху он открыт полностью. Вот смотри, как нарочно, и дом высотный на линии этих десяти метров. И в нем я вижу несколько точек для стрельбы. А вот и оперативное прикрытие для снайпера. (Возле подъезда высотного дома сидят на скамейке двое парней и курят.) И транспорт их стоит - легковая машина, в меру помятая, чтобы внимания не привлекать, и номер грязью забрызган. Винтовка наверняка уже на позиции^ и они это все охраняют.

    ШТАТСКИЙ: И верно, этих ребят я здесь раньше не видел, и машины этой тоже. Что предлагаешь?

    ВОЕННЫЙ: Они наверняка пронаблюдали за шефом и знают, что он выйдет утром, как всегда в 9.30. Начнем перед рассветом.

    Утро. На часах 9.00. К подъезду высотного дома подходит собранный мужчина в дымчатых очках. Проходит мимо зевающих молодых людей, поднимается в лифте. Подходит к вентиляционной отдушине, из тайника извлекает винтовку, ложится, прикидывает изготовку. Сзади ему на шею наступает тяжелый армейский ботинок. Другой ботинок наступает на винтовку. Заламывают руки, надевают наручники. Возле подъезда парней из оперативного прикрытия валят встречными приемами, сажают в полицейскую машину. Все обошлось без стрельбы. Лучшая операция - все-таки бескровная.

    Это редкий случай, когда все обошлось благополучно и без стрельбы. От снайпера-виртуоза, как правило, спасенья нет. В пятидесятых годах в Европе произошел нашумевший случай, когда неизвестный снайпер застрелил известного бизнесмена на ходу, в бронированной машине с бронированными стеклами. Боссу стало жарко, и он открыл косую боковую форточку - такие были на старых машинах. Небольшой щели оказалось достаточно, чтобы снайпер "подловил" момент на повороте дороги и достал "клиента" на ходу в голову. Судя по результату выстрела и условиям, в которых он был сделан, это был действительно настоящий снайпер. Снайпер, застреливший американского президента Джона Кеннеди на дистанции не более 200 метров и стрелявший по машине, едущей со скоростью бегущего человека, не был стрелком высокого класса.

    Поэтому охране следует поменьше зевать и почаще профилактировать места, откуда босса могут достать горячей пулей. Поиск и выявление этих позиций проводятся аналогично контрснайперским мероприятиям, проводимым в уличных боях (см. ранее). Снайпер коварен, он не обязательно может стрелять с чердака или окна напротив (которые секьюрити и так обязаны контролировать постоянно). Снайпер может стрелять из подвальных щелей и даже из мусорной кучи. Поверьте, у него хватит терпения сидеть в ней столько, сколько надо. Наивно полагать, что босса может защитить бронированный корпус машины. Уже неоднократно стрелки, засевшие в подвальных окнах на другой стороне улицы или площади, стреляли по ногам шефа через пространство под днищем его лимузина, дождавшись момента, когда он при выходе встанет на ноги. А потом стреляли по самому шефу, когда он падал, - тоже через пространство под днищем. И чем длиннее лимузин, тем лучше у снайперов это получается. Поэтому перед выходом охраняемого лица из машины вывешивается коврик - от днища и до асфальта.

    Бывают и другие варианты. Не так давно в газетах описывали такой случай: когда босс вышел из машины, окруженный плотным кольцом телохранителей, откуда-то бросили гранату Ф-1 с диким воплем "ложись!". Секьюрити повалили шефа на землю. И согласно инструкции, легли с боков от него. Все ждали, когда граната сработает. Но она была без запала и так и не взорвалась, а все присутствующие ждали взрыва и на всякий случай не поднимались и сверху представляли собой превосходные открытые цели, лежащие на асфальте. Неизвестный стрелок (из-за близости дистанции стрельбы он не "тянул" на звание снайпера) сверху расстрелял босса, как в тире.

    Как показывает мировая статистика, в обороне секьюрити от снайпера оголенных мест более чем достаточно. Телохранители - большей частью рукопашники и стреляют неважно. Профилактировать работу снайпера-террориста по охраняемому лицу можно только встречными усилиями грамотного снайпера, искушенного в снайперских и контрснайперских хитростях. Стрелять при этом по террористу не обязательно. Стрелка-террориста можно все время "оставлять с носом" и нейтрализовать тактическим направлением событий. В поисках новых методов, способов и позиций для стрельбы снайпер-террорист обязательно проявится. При смене обстоятельств всегда будет замечен один и тот же человек и одни и те же совпадения в изменении обстановки. За развитием событий надо внимательно наблюдать тренированным взглядом. И в таком случае обезвредить снайпера можно путем силового захвата. Лучшая операция - все-таки бескровная.

    Охрана босса должна внимательно осматривать прилегающую зону ответственности и обращать внимание на свободно колышущиеся на ветру ленточки, тряпочки, женские капроновые чулки и прочее, что может служить флюгером для снайпера. Если что-то подобное болтается на дереве или ветвях кустарника, должен возникать естественный вопрос: зачем оно здесь висит, если оно должно по логике вещей лежать? Следует обращать внимание на появление свежих выщербин на стенах домов по маршруту следования босса - это может быть след от пристрелки снайпера по ориентирам. Следует обращать внимание на громко работающие механизмы в зоне ответственности и на время их включения и выключения - они могут заглушить снайперский выстрел лучше любого глушителя. В городе В. босс, выйдя из машины, в кольце охраны поднимался по лестнице к двери офиса. Поднимался! Часть охранников оказалась выше его, а часть ниже. Он оказался открытым на три секунды, и этого было достаточно, чтобы до сих пор неизвестный стрелок из малокалиберной винтовки аккуратно положил ему пулю в затылок. Рядом, в 150 метрах, работал экскаватор, и выстрела никто не слышал. Позднее оперативно-криминалистическая группа, прибывшая на место происшествия, обнаружила в 15 метрах от места подогрела висящую на дереве грязную строительную рукавицу, пробитую двумя пулями, одну из которых извлекли из ствола этого дерева при его распиливании. Как показали свидетели, эта рукавица висела на дереве несколько дней и на нее никто не обращал внимания. Даже сыщики поначалу чесали в затылках - на кой черт это было нужно? Для знающего человека совершенно очевидно, что неизвестный стрелок (не особенно высокого класса) таким образом пристреливался по ориентирам конкретного места.

    Для профилактики снайперской стрельбы по боссу его охране полезно выявлять и Профилактировать места, в принципе пригодные для оборудования снайперских позиций в конкретной зоне ответственности. Как Профилактировать? В зависимости от обстоятельств накрепко закрываются, замыкаются или заделываются строительным образом подходы на такие выявленные потенциальные позиции. На самих позициях устанавливается аппаратура (лучше емкостная), сигнализирующая о наличии на этой точке постороннего человека. Сами эти потенциальные позиции периодически проверяются и выявляются признаки их посещения. Все щели, подвальные и чердачные окна и прочее в ответственные моменты просвечиваются лазерными целеуказателями под контролем оптических приборов с увеличением 20-кратным и более. Скрытно берутся на учет и контроль все лица, постоянно проживающие или работающие в зоне ответственности, прорабатываются и выявляются их связи и контакты. Обращается особое внимание на поведение и перемещения неизвестных лиц, оказавшихся в зоне ответственности. Добывается информация о "примелькавшихся" людях, не проживающих и не работающих в зоне ответственности. Время от времени изменяется привычный распорядок рабочих событий на охраняемой фирме. При снайперском проявлении мгновенно блокируются пути отхода с известных и ранее разведанных снайперских позиций.

    Боссу и его охране нужно быть более осторожными и менее обидчивыми. При попадании чем-нибудь в окно не спешите высовываться и смотреть, что это и кто это кинул. Один очень крутой и обидчивый бизнесмен, твердо уяснивший, что никому ничего нельзя прощать, на такой стук подошел к окну с заряженным "помповиком" и тут же получил пулю в голову.

    НЕПОСРЕДСТВЕННАЯ ПОДГОТОВКА СНАЙПЕРОВ В ПОДРАЗДЕЛЕНИЯХ

    Снайперов в действующих частях всегда не хватало, и не везде они были положены по штату. Это происходит потому, что в мирное время, когда составляются штаты, снайперы не нужны. Под штатное расписание выделяются оружие, боеприпасы и время на снайперские занятия (автор не оговорился - именно на занятия, а никак не на тренировки). Автор помнит, как на снайперские стрельбы согласно приказам полагалось 9 (девять) патронов на одну стрельбу. Подробных инструкций, а также тренированного инструкторского состава снайперов в мирное время тоже предусмотрено не было.

    Надобность в снайперах резко и внезапно возрастает при ведении боевых кампаний, когда снайперы требуются в больших количествах. Особенно остро это ощущается в горах и городах, где боевые действия сплошь и рядом носят нестандартный характер. Но даже в военное время переделать штатную расстановку не позволяет военно-бюрократический склероз, извечное бедствие Российской Армии.

    В современных горячих точках противник опережает федеральные войска тем, что ему, противнику, штатное расписание не нужно. Противник просто раздает снайперские винтовки тем, кто более-менее стреляет получше, и организует обучение снайперов прямо в ходе боевых действий.

    Это наш русский метод, которым мы пользовались при обороне Сталинграда и о котором мы же и забыли. В Сталинградской кампании снайпер-профессионал брал в ученики и ассистенты способных стрелков и обучал их без отрыва от боевой работы. Мастера готовили мастеров - тем и спаслись в 1942- 1943 гг. Это уже потом организовали трехмесячные, а затем и восьмимесячные курсы снайперов (это в то страшное военное время!).

    Сейчас нет даже такого. Поэтому в современной боевой обстановке снайперов приходится готовить прямо на передовой, отбирая для этого наиболее способных стрелков. Четкой, расписанной и утвержденной начальством программы при этом быть не может. В ход идет бессистемно любая информация, поступающая из любых справочных источников. Жестокая боевая необходимость воплощает полученные знания в практическое применение. При этом из-за отсутствия инструкций упускается и не используется масса полезных практических моментов. Поэтому даже на войне при подготовке снайперов нужно соблюдать определенную последовательность.

    Поскольку по штату снайперских винтовок предусмотрено столько, сколько предусмотрено снайперов, а возросшее количество снайперов нужно чем-то вооружать, то в ход идут самые разнообразные винтовки, отечественные и трофейные, абсолютно новые и очень изношенные.

    Введение в снайперский промысел начинают с изучения устройства оружия различных систем, принципа его работы, взаимодействия частей и механизмов при выстреле, теории ствола и боеприпасов. Новичку показывают приемы ухода за оружием и его сбережения в практических полевых условиях. В кратчайшее время новичка заставляют освоить правильность работы с оптическим прицелом. И только после этого начинают холостые тренировки из снайперского оружия лежа с наработкой практической устойчивости. Новичка заставляют перебегать и ползать с винтовкой, тренируют его в работе из винтовки с колена и стоя. Используют для этого любую возможность. После того как наработана устойчивость, производят проверку наработанного практической стрельбой. Новичка обязательно обучают стрелять с применением ремня, после чего изучают принципы снайперской баллистики, снайперские баллистические таблицы, введение поправок. Одновременно проходят тренировки на определение дальности до целей. После чего производится первый выстрел через фронт - пристрелка по ориентирам в глубине обороны противника. С этого момента новичка прикрепляют к бывалому снайперу-наставнику, и он начинает боевую работу с ним в паре. С первых же минут наставник обучает напарника основам маскировки, снайперской тактики и снайперским хитростям. Наставник производит стрелковые тренировки со стажером, тщательно разбирая и выясняя причины каждого неудачного выстрела и устраняя их. За все действия стажера, качество его боевой работы и за его безопасность наставник отвечает головой. Одновременно оба отвечают перед командованием за результативность действий на переднем крае. Боевая учеба, подкрепляемая жестокой боевой необходимостью, резко повышает учебную восприимчивость и результативность боевой деятельности. Обучение в такой снайперской паре продолжается до тех пор, пока напарник-стажер, даже открывший личный счет, не обретет полную уверенность в самостоятельной работе. Только тогда его переводят в разряд наставников и в свою очередь назначают к нему стажера.

    Как показывает практика, желающих научиться снайперскому промыслу более чем достаточно. Знающий командир всегда будет приветствовать такое стремление, отводя для этого часть служебного времени и личное время бойцов, создавая им условия, разумеется, не в ущерб службе. Очень быстро повышается общий уровень огневой подготовки, и к тому же у бойцов возникает индивидуальное тактическое мышление. Разведчик и снайпер - воинские профессии, идущие рядом. Штатный снайпер может и не быть разведчиком, по разведчик обязан быть снайпером. Снайперская подготовка - это уже боевая технология спецназа, освоение которой резко повышает боевую живучесть любого подразделения. Влияние работы опытного снайпера на разрешение боевой задачи, стоящей перед подразделением, очень велико. Реальный результат снайперской стрельбы переоценить трудно - очень часто работа снайпера поворачивает ход боевых событий самым неожиданным образом.

    Во время Великой Отечественной войны, несмотря па подготовку снайперов в тылу, в войсках на передовой развернулось снайперское движение, всячески поощряемое начальством. Молодые солдаты обучались снайперскому делу на передовой, в короткий срок доводя полученные навыки до абсолютного совершенства, и сами становились наставниками. Снайперское движение в Красной Армии было массовым и оправдало себя.

    В мирное время подготовка снайперов обычно не ограничивается стрелковыми тренировками на стрельбище. Командир группы снайперов обязательно тренирует подчиненных на скрытное и незаметное преодоление дистанций 200-300 метров по-пластунски, вжимаясь в складки местности. Обязательно проводятся тренировки выбора, оборудования и маскировки позиций в ночное время. Днем производится наглядный показ погрешностей, ошибок и недостатков такой маскировки.

    Обязательно проводятся тренировки обнаружения позиций, оборудованных другой группой снайперов, с определением дистанций до них. Разыгрываются учебные контрснайперские дуэли с применением холостых патронов.

    Такие тренировки происходят в различных местах - в поле, в лесу, на пересечении оврагов, окраинах заброшенных деревень, свалках, стройках, в любых развалинах, в разное время суток и при разных погодных условиях. Учебная снайперская работа в непрерывно меняющейся обстановке с обязательным получением реального результата развивает у снайпера тактическое мышление.

    Развитое тактическое мышление у снайперов любых родов войск - и у военных, и у оперативного спецназа - позволяет быстро ориентироваться в незнакомой обстановке, агрессивно брать боевую инициативу в свои руки и не выпускать ее при самых неожиданных поворотах событий.

    Чтобы иметь приблизительное представление, как все это делается на практике, проползите с винтовкой 200-300 метров, не отрываясь от грунта. А потом сделайте это после дождя, да так, чтобы это было незаметно со стороны. Снайперской лопаткой выкопайте окопчик и замаскируйте его сверху. В стороне выкопайте пару окопчиков помельче где-то сбоку. Засеките время, которое ушло на эту работу. Представьте, что вам нужно сделать это ночью и побыстрее. Потренируйтесь определять расстояние до различных объектов и проверьте правильность результата. Полежите даже без винтовки 7-8 часов не шелохнувшись, абсолютно неподвижно. Пронаблюдайте в бинокль, а еще лучше в перископ, за одним и тем же участком местности те же самые 7-8 часов, не отрываясь от наблюдения. Сомнительно, что вам все это понравится. Поэтому в снайперской работе энтузиазм важнее таланта.

    Подготовка армейских снайперов по полной восьмимесячной программе проводилась в Советской Армии вплоть до 1956 г. и резко прекратилась после отставки министра обороны Г. К. Жукова. Обучение осуществлялось жестко. На протяжении второй половины периода обучения снайперские тренировки проводились в условиях, максимально приближенных к реальным. Группу снайперов выводили на полигон, и, не обозначая рубеж стрельбы, инструктор командовал: "Стрелять будем отсюда!" Где-то вдалеке показывались головные, грудные и движущиеся поясные мишени. Снайперы-курсанты к тому времени обучения обязаны были каждый самостоятельно быстро и без каких бы то ни было приборов определить расстояние до цели, поправки на ветер и на скорости движения подвижных целей. Инструктор ходил от курсанта к курсанту и "ставил" им технику стрельбы, нещадно карая нерадивых нарядами вне очереди. По телефону от линии мишеней передавали результаты попаданий, на основании чего делались выводы и вносились поправочные корректировки. Курсантов заставляли стрелять с косогора вниз и по скату оврага вверх. В последние два месяца обучения стрельбы проводились исключительно по движущимся и появляющимся на короткое время целям, а также по целям нестандартным (осколок блестящего стекла, старая каска и т. д.) в условиях задымленности, сумерек, против солнца и т. д.

    Большое внимание уделялось отработке качества стрельбы после быстрых перемещений и подбежек. Материальная часть различных винтовок точного боя - русских, немецких, канадских, японских - изучалась досконально. Досконально изучалась теория стволов и боеприпасов. Снайперов учили правильно отбирать стволы кучного боя и отлаживать оружие. Критерием способности снайпера точно поражать цель служило попадание с первого раза в стреляную винтовочную гильзу на дистанции 50 метров. Существовал и другой способ испытания стрелков: молодой снайпер после периода обучения должен был сбить пятью выстрелами три из пяти солдатских ложек, воткнутых черенками в грунт на дистанции 400 метров. Это не легенды - когда-то автора тоже учили так делать. Так готовили снайперов не для спецназа - для обычной пехоты.

    ПОСЛЕСЛОВИЕ К ТЕМЕ

    На войне снайпер может очень многое. Ответственность его велика. Работа его нестандартна, опасна и физически тяжела. На войне нет выходных и нет перерывов. Для подготовки одного-единственного выстрела работать приходится каждый день, и работать очень много.

    Снайпер - это не просто солдат и не просто офицер. Снайпер по своему уникальному боевому профилю - боец спецназа, в каких бы войсках он ни служил. Его действия требуют осознанной самостоятельности.

    Боевую способность снайпера наблюдать и подмечать малейшие изменения в окружающей обстановке трудно переоценить. Тренированная наблюдательность снайпера, доведенная вышеописанными упражнениями до уровня инстинктивного и неосознанного получения информации, в условиях жестокой необходимости боевой обстановки обостряется до степени звериного чутья. Мощный информационный поток так или иначе пробуждает у снайпера способность к бессознательному быстрому синтезу исходных данных и боевое предвидение. Тренированный и обстрелянный снайпер способен сперва абстрактно, а затем и образно представить себе то, что противник тщательно пытается скрыть. Необходимость выдать реальный боевой результат заставляет снайпера думать, думать и еще раз думать. При этом развивается способность к неординарному тактическому мышлению. Рано или поздно у снайпера проявляется тактическая и техническая изобретательность. Она не может не проявиться - иначе результативность снайперской работы резко упадет. Для снайпера не существует тупого канцелярского штампа: "Это невозможно потому, что не может быть никогда". Снайперу может прийти в голову тактическая идея, про которую обычный человек скажет: "Это возможно в принципе, но такого никто не делал". Очень высокое начальство в чине от полковника и выше безапелляционно заявит: "Это бред! Не занимайтесь чепухой!"

    Но раз такие вещи возможны в принципе, снайпер обязательно их сделает. Начальству снайпер доложит, что он собирается делать и где он это будет делать, но о том, как он все это сделает, снайпер скромно умолчит. Иначе начальство укажет, как именно это нужно делать, и все будет испорчено. Начальство командует по телефону, а снайперу нужно работать на месте событий ползком на животе и по уши в грязи. Поэтому умные командиры предоставляют снайперам полную свободу действий, разумеется, при тщательном согласовании тактических моментов решения общей задачи.

    Свобода снайпера - понятие относительное. Со снайпера жестоко спрашивают за реальный ежесуточный результат боевой работы, который снайперу полагается давать при любых обстоятельствах. Поэтому на войне у снайпера свободного времени нет. Его хронически не хватает. Снайпер, если он не находится на переднем крае, бесконечно мастерит всякие хитромудрые ловушки и маскировочные приспособления для борьбы с такими же снайперами, шьет камуфляжи под фон местности, латает рваные и обтрепавшиеся средства маскировки, пристреливает оружие и готовит средства собственного жизнеобеспечения. И очень многое еще снайпер должен смастерить своими руками, потому что за него это никто не сделает.

    Кроме того, снайпер постоянно работает с картой места события, уточняет обстановку с командиром, разведчиками и наблюдателями. В силу специфики боевой работы снайпер действует в рамках поставленной задачи, но действует не по инструкциям. Нет таких инструкций. Нет и не может быть кабинетных рецептов для снайперской практики. На нейтральной полосе все происходит по жестоким законам поединка, где побеждает сильнейший, а иногда исход решает роковая случайность. Такие события происходят при полной мобилизации физического потенциала, боевых навыков, звериного чутья и напряженной работы мозга. Работа снайпера - игра в карты, где успех зависит от изобретательности и терпения. Выигрыш - победа. Проигрыш - смерть. Привычная для строевых военных уставная тактика кончается для снайпера с его выходом на нейтральную полосу. Для снайпера там начинается сплошной тактический нестандарт. И никто не имеет права и не может вмешиваться в его действия. И никто не захочет - иначе надо будет самому брать винтовку с оптическим прицелом и лезть в неизвестность на эту самую нейтральную полосу. Снайпер действует самостоятельно, на свой страх и риск, и от него требуют реального результата, а жестокая необходимость заставляет снайпера выдать отличный результат: один выстрел - один труп.

    Во все времена снайперы применялись в спецподразделениях различного профиля. Но в целом задачи снайпера оставались одними и теми же. И принцип выполнения этих задач один и тот же - абсолютная точность при полнейшей скрытности. Практика показывает, что настоящие снайперы получаются не просто из хороших стрелков, а именно из тех, чье стрелковое мастерство подтвердилось на нейтральной полосе при жестокой боевой необходимости, в жару, в мороз, в грязи под дождем. Только в таких условиях может появиться сплав звериного чутья с боевым интеллектом. Такой снайпер, обладающий дьявольским терпением и невероятной, изощренной изобретательностью, чье дерзкое умение мобилизовано жестокой боевой практикой, пригоден для выполнения любых снайперских заданий.

    Возникает вопрос: можно ли укрыться от снайпера? Мировая статистика равнодушна и объективна - от грамотного и тренированного снайпера спасения нет. Как говорят в Америке, "пуля - это суд Божий". Настоящий снайпер может выследить цель и подстеречь ее практически везде, в самых неожиданных местах и при самых неожиданных обстоятельствах. Снайпер коварен, равнодушен и беспощаден. Перед настоящим снайпером бессильны охрана, расстояние и бронежилет. Меткий стрелок - это действительно длинный нож в сердце противника. Снайпер, обладающий сотнями хитростей и боевых уловок, проявится там, где его не ждут, "достанет" цель и скроется безнаказанно, возникнет на пустом месте и уйдет в пустоту.

    Работа снайпера всегда будет налицо, сам же он всегда останется за кадром. Снайпера не должен видеть противник, и будет лучше, если о нем будут поменьше знать свои. В наше время настоящие снайперы никогда и никому не рассказывают, что они делали на войне, кого, когда и при каких обстоятельствах им пришлось подстрелить. И этим гарантируют себя от многих неприятностей в мирной жизни. В боевых эпизодах лицо снайпера всегда будет скрыто камуфляжем. Любопытные будут разочарованы: у снайперов очень спокойные и даже доброжелательные лица. Снайпер не может злиться - эмоции для него непозволительная роскошь. Такие люди не испытывают священной ненависти, ярости и страха - все это "гонит пульс" и мешает точной стрельбе. Для снайпера цель - не более чем мишень, которую ему надо поразить одним выстрелом; если упустишь один шанс, второго может не оказаться.

    Снайперы-профессионалы не тупеют на войне от вида крови - своих убитых они редко видят вблизи. А отдаленная цель - это просто цель, как на стрельбище. И стрельба по ней - просто выполнение поставленной задачи.

    Род занятий всегда накладывает отпечаток на человека. В невоенной обстановке снайперы очень спокойные, собранные, уравновешенные и доброжелательные люди. Они не любят спорить и считают это лишней тратой нервной энергии. Любой снайпер по натуре - это ниндзя, исповедующий постулат японской борьбы: поддался и победил. Снайперы не любят заниматься политикой - на результаты политических процессов им приходится смотреть через оптический прицел. Это не всегда приятно. И поэтому они равнодушны к призывам политиков занять четкую жизненную позицию, профессионально считая это очередной снайперской приманкой. В понятии снайпера позиция должна быть эффективной и невидимой.

    Немецкие снайперы носили бронзовую эмблему: рысь на арбалете. Этот символ наиболее удачно отражает не только специфику работы метких стрелков, но также их внутреннюю сущность. Малоэмоциональный характер снайпера и его подчас вкрадчивая манера поведения - это тоже маскировка. Под спокойной внешностью скрывается профессиональная готовность к агрессивным и безошибочным действиям.

    Приобретенное боевое умение сохраняется у снайперов долго - иногда до преклонных лет. Снайперов можно расшифровать по тому признаку, что они даже в пожилом возрасте не пользуются очками, настолько специфика многолетних стрелковых тренировок влияет на постановку зрения. И по внутренней сути эти мужики так и остаются снайперами, как бы они ни выросли по службе и какие бы посты ни занимали.

    На государственной службе снайпер беспрекословно и точно выполнит любой приказ, но в частной жизни никогда не станет киллером. В наемные убийцы обычно идут стрелки-дилетанты. Настоящий снайпер, бесплатно стрелявший на войне, после ее окончания никогда не будет убивать за деньги. Профессиональные снайперы-интеллектуалы в мирной жизни иногда становятся охотниками на киллеров. Но это уже совсем другая, отдельная и обширная тема. Искусство терпеливых - всегда в цене.







     

    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх