Загрузка...


Священный волос от корня ВЛК

Слово «волк» произрастает от корня ВЛК.

От всякого корня из трёх согласных, от ВЛК в том числе, происходит множество слов — кои можно разделить на восемь «кустов» смыслов.

Число «кустов» определяется легко: по Гребню Девы каждая согласная имеет два смысла, прямо противоположных, корень из двух букв — четыре «куста» смыслов, из трёх согласных, как корень ВЛК, — восемь.

Но для ведающего из восьми смыслов обычно интересен только один — с Ворги. Этот смысл определяется легко, проще простого — по крайним возвышенным смыслам каждой буквы. Этот смысл толпе обычно неизвестен — но, случается, можно и обнаружить, если поискать его на Русском Севере.

В-КЛ — «постигший Деву».

ВЛ-К — «посвящённый Девы».

КВ-Л — «носитель возвышенного».

Значение ВЛК с Ворги Девы представляет, если можно так выразиться, «среднеарифметическое» из трёх этих значений. Постигший Деву, безусловно, Её посвящённый и, разумеется, носитель возвышенного.

В корне ВЛК в культе Девы ВЛ фиксировано и означает, прежде всего, Деву, волю. А вот буква К может иметь противоположные значения, в духовном смысле нейтральные — «начало пути» и, наоборот, «вершина пути». То есть ВЛ-К — может означать и «детоводитель к Деве» и, наоборот, «апостол Девы», наиболее к Ней приближённый.

Вот уж точно, кузнец, коваль — это детоводитель к Деве. А волк («зубами щёлк») — «апостол Девы», то есть воплощение благородства, проявляющееся среди прочего в том, что волк (или волчица?) всегда готов добровольно отдать жизнь ради вызволения предводителя народа-Хранителя и, соответственно, ради спасения народа от очередной волны дегенератизации под ещё более плотной «красной шапочкой» от цивилизаторов. Страшно не прерывание биологической жизни, а потеря видения и превращение в марионетку цивилизатора.

* * *

У эстонцев есть эпос. Они позаимствовали его у сибирского народа манси. Но с манси у них общий только язык, вернее, часть языка. От эстонцев ещё в Средние века отслоились неугодники. Во времена инквизиции неугодники ушли в Россию, а оставшиеся сами обрекли себя быть в прихвостнях мировой стаи. Смешно, но эстонцы даже кичатся своей цивилизованностью.

То, что эстонский эпос эстонцы позаимствовали у уральского народа манси, я точно знаю потому, что эстонец Хэйкки Сильвет, сотрудник Эстонской Академии наук по пути к манси — а дорога-то через Москву — и при возвращении из экспедиций всегда ночевал у меня, в Москве — и мне было очень интересно слушать его рассказы. «Калевипоэг», конечно, поздняя литературная обработка сказаний, её сделал Фр. Крэйцвальд — искажений море, но, как говорится, «мотивы» сохранились.

Так вот, если обратиться к эпосу эстонского народа, то там обнаруживается ПрапредокКалев (ВЛК). Этот Калев уже в первой главе рождает от девственной Линды сына-деграданта.

Неверный сын Калева всё эпическое сказание занимается тем, что уничтожает всё самое святое — ни за что, даже без ссоры, убивает сына кузнеца, за что теряет его благоволение, зато получает проклятие на меч. Затем этот придурошный сын Калева берётся истреблять волков, и, наконец, идёт войной на русских. Естественное следствие — неверный Сын Калева (деградант!) оказывается во власти сатаны, Рогатого. Конкретная форма рабства — замурован в скалу.

Вот последняя строфа «Калевипоэга»:

Говорят, настанет время —

Рухнет адова твердыня.

Если с двух концов лучины

Широко воспламенятся,

Пламя высвободит руку

Из гранитного зажима.

И могучий муж, Сын Калев,

В дом отцовский возвратится —

Счастье созидать потомкам,

Прославлять страну родную.

Обратите внимание, что и в эпосе эстонцев-манси обретение свободы начинается с огня. Всё чётко. Сначала Минута Молчания у огня и окончательное постижение врат на тропу Ворги, а затем все остальные богатства духа.

В русском народе цикл годовых праздников, унаследованный от предков — носителей исконной веры, называется «Коловорот». Это слово не имеет никакого отношения к устройству для бурения льда, хотя обозначающее это приспособление слово буква в букву с ним совпадает. Низменное значение слова «коловорот», конечно, имеет право на существование и существует обоснованно, нисколько Гребню Девы не противореча. КЛВ-РТ = ВЛК-ТР — «тропа волка». Опять-таки не того, который «зубами щёлк».

Ритуал каждого праздника возвращает нас к первозданной истине и рассказывает о той или иной ступени лестницы инициаций. День Волка или День Предков суть две упомянутые в этой книге ступени. Неслучайно цивилизаторы не жалеют усилий, чтобы путь народа к свободе изгадить и приписать праздникам лживый, цивилизующий смысл.

Тема большая и предполагает книгу совсем другого объёма. Если вы, читатель, с?интуичили — дело пойдёт.

Упомянутый Тувалкаин, кузнец, тоже интересно читается: ВЛК-ТН — «овладевший тайной волка-коваля».

Мы нередко пользуемся такими устойчивыми словосочетаниями как «волкu позорные», «волчьи законы», «законы волчьей стаи», подразумевая взаимоотношения внутри цивилизованного общества, внутри которого, действительно, готовы друг друга сожрать, продать, обмануть и подставить.

У волков лесного братства всё совершенно иначе. Взаимоотношения среди волков самые что ни на есть возвышенные, люди о таких могут только мечтать. Откуда тогда столь странные словосочетания?

Можно, конечно, заподозрить идеологическую диверсию — дескать, ложно описывая жизнь волков, цивилизаторы тем самым разрушают подступы к Ворге, и сохраняют аборигенов в порабощённом состоянии.

Очень может быть, что диверсия. Но есть и другое объяснение.

До сих пор мы рассматривали абсолютно ворговое значение корня ВЛ, а именно «дева», «совершенная форма женского естества», «источник совершенства». Но ВЛ имеет и прямо противоположное значение — «похотливая истеричка». Вот уж где-где, а среди «похотливых истеричек» действуют те самые закономерности, которые мы называем «волчьими». «Похотливые истерички», проще говоря, шлюхи из иного, чем волчицы, мира — истерия и нечистота признак принадлежности к стае. И правильно называем.

Низменное значение букв к изначальному значению вибраций вселенной, думается, никакого отношения не имеет. Появление второго смысла у каждой буквы — следствие явления Великой Шлюхи и извращения вселенной в космос, или, используя христианскую терминологию, следствие самозародившегося греха, грехопадения.

Образ Великой Шлюхи очень подробно разработан в «Апокалипсисе». Всё в «Апокалипсисе» допускает различные толкования; фиксирован, пожалуй, только образ Великой Шлюхи, её противостояния Деве и тема самоуничтожения Великой Шлюхи в конце времени.

«…Подойди, я покажу тебе суд над великою блудницею, сидящею на водах многих;

с нею блудодействовали цари земные, и вином ее блудодеяния упивались живущие на земле.

И повел меня в духе в пустыню; и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами.

И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, и держала золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотою блудодейства ее;

и на челе ее написано имя: тайна, Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным…»

(Откровение 17: 1–5)

Так что дошедший до нас вариант «Апокалипсиса», тоже, скорее всего, прошедшего цензуру («Апокалипсис» я на этот предмет не исследовал), вполне допускает авторство человека ведающего.

Если обыватель «законы волчьей стаи» приписывает не цивилизаторам, а степным, лесным и арктическим апостолам Девы, спасителям, так это от недоразвитости. И от незнания Гребня Девы тоже.

Кстати, слово цивилизаторы происходит от корня ВЛ — и правильно, они суть волкu в волчьей шкуре.

Маленькая деталь: в природе основная пища волков — мыши и другие грызуны. Эта деталь обычно поражает даже профессиональных биологов, обдолбанных баснями Мантейфеля и соприкоснувшихся, наконец, с живыми волками.

На крупную дичь волки выходят только зимой и только от голода, а здоровых особей на своей территории вообще не трогают. Не только не трогают, но и охраняют, например, от рысей. Об этом уже говорилось: тяжелый бой с рысью, чтобы олень мог спастись.

Волки вообще не боятся никого, не останавливаются вступить в бой даже с медведем. Если волки и уступают своё логово с волчатами человеку, который несравнимо слабее и медленнее медведя, так это не от страха, а только потому, что того требует их апостольское служение нам, видимо, самому шаткому элементу космоса.

Чистопородные волки вообще всегда и везде ведут себя как хозяева, в том смысле, что несут ответственность перед теми, кто живёт на их территории.

И если волки, случается, режут скот (при этом, заметьте, его не поедая), то, как уже было сказано выше, только в воспитательных целях. Страдают всегда только клеветники на Истину.

Вообще народ, получив внушение, впадает в удивительную слепоту. Смотрят на волков — и их боятся, и не принимают от них обличения. Отчасти это напоминает ситуацию с мухой Аристотеля.







 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Наверх